legends never die

Существует легенда, почему в Хэллоуин тьма опускается на город. В этот день люди зажигают огни и почти не выходят на улицу. Лишь дети, чьи умы еще не познали истинного страха, бегают от дома к дому в чудных масках, требуя сладостей. И никто им воспротивиться не может: детей не трогают. Дети видят их через чистоту сердец, которая взрослым почти не свойственна. Легенда эта сказочная, кто-то говорит, что все выдумки, а кто-то утверждает, что собственными глазами их видел. Но никто не рискует выходить из дома в Хэллоуин после полудня. Тьма держится над городом двадцать четыре часа. Это так долго, но для двух бессмертных, безнадежно влюбленных сердец это мгновение. Стоит только прозвучать первому удару городских часов, в небе раздается гром. Никто не пугается – знают, что так открываются врата в более лучший мир. Оттуда каждый год спускается светлое создание. Люди зовут их ангелами, но сами существа знают лишь свои имена. Через несколько мгновений раздается еще один гром, более страшный и словно из недр земли. И этот звук люди тоже научились отличать. Поговаривают, это Ад открывается, выпуская своих жителей и самого правителя. Кто-то зовет его королем Ада, кто-то просто правителем. Но самое желанное свое имя демон сцеловывает с губ светлого создания, стоит только их глазам встретиться. - Юнги… - шепот ангела – раскаленный клинок по сердцу. Демону невыносимо целый год ждать встречи, но для Чимина небеса – ад без любимого. Это легенда о двух влюбленных, чьим нитям судьбы никогда не суждено сплестись. Они встретились в Хэллоуин – день, когда жителям Небес и Ада позволили выходить к людям. Первым пал Юнги. Он один из древнейших демонов, но никогда еще не встречал красоты подобно этой. Она была запечатана во всем: в чертах лица, линиях тела, движениях и словах. Юнги пожелал его. Его тело и душу. Но не сумел даже приблизиться, так силен был свет создания. Такая сила была либо у древнейших, либо у новорожденных. Древнейших король Ада знал всех, новорожденных же даже не запоминал. Большая их часть не справлялась даже с первым испытанием. Но этот… он точно был новорожденным. Глаза светились невинностью, осторожность в каждом движении говорила о неопытности. Но это и привлекало демона. Никогда еще Юнги не получал таких чистых душ. - Кто ты? – спросил демон из тени, где спрятался от юнца. - Чимин, - тут же ответило создание, и голос его заставил замершее сердце демона вздрогнуть. - Сколько тебе? Ангел по сторонам оборачивался в поисках таинственного голоса, а когда нашел источник, медленно двинулся к нему. - Не подходи ближе, - предупредил Юнги. - П-почему? – запнулся Чимин, невинно подняв брови. Этому еще свойственны эмоции. Юнги знал, как устроены создания света, знал, как получить абсолютно любого. И это то, чего он хотел больше всего. Чистая душа для Ада – такая редкость. А если это душа светлейшего создания – она бесценна. Сам король подземного царства не имеет такого богатства, кое представляет светлейшая душа - душа ангела. - Мне больно от твоего света. Ангел выглядел потерянным. Кажется, он и не пытался рассмотреть незнакомца в тени. - Я не могу это контролировать. Прошу прощения, - Чимин слабо поклонился. - Ты новорожденный? – спрашивает Юнги, медленно скользя глазами по силуэту. - Да. Это… это мой первый раз. У Юнги в мыслях дьявольский огонь разгорается с неимоверной силой. Юнец, кому не посчастливилось встретить в свой первый Хэллоуин короля Ада. Или же наоборот. Юнги сделал шаг из тени, возникнув перед светом с крыльями за спиной. Нельзя было показывать крылья в людском мире, но королю Ада не писаны «нельзя». Ангел с широко распахнутыми глазами рассматривал, а Юнги следил. Чимин сделал лишь шаг в сторону, чтобы лучше рассмотреть крылья, что чернее ночи и красивее таковых у созданий света. Ангел сделал шаг назад, присел на одно колено и почтительно поклонился. Снова. Узнал. Юнги распахнул крылья, лишая какой-либо возможности видеть их кому-то третьему. Никогда еще ангелы не кланялись ему. Это почти запрет. В Аду Юнги – король, но на Небесах – всего лишь зло, от которого необходимо защищать. - Тебе грозит пустошь за это, - спокойно проговаривает демон, упиваясь властью над новорожденным. Чимин поднимает голову и смотрит заинтересованно. - За что? И правда не понимает. - За то, что кланяешься демону. - Но вы не просто демон. Вы король. Юнги слабо кивает, вытягивая уголок губы. - Поднимись. Их история начиналась шестьсот лет назад. Половину этого срока ангелы тратят на свое становление. Чимин проходил все испытания лучшим учеником, а Юнги во тьме наблюдал и гордился. Он заберет себе лучшего. Чимин не отвергал его. Ни в первую их встречу, ни позже. Ангел каждый Хэллоуин любил гулять по шумным улицам, заполненным разодетыми в странные наряды. Тогда Хэллоуин еще не был их праздником. - Зачем они так одеваются? – спросил Чимин у короля Ада. - Они считают, что мы выглядим так. Это праздник всего, что люди не привыкли видеть. Сверхъестественного. - Но мы ведь естественны, как растения или животные. - Люди не знают об этом. Большинство даже не видят нас. - Это так странно. Юнги лишь усмехнулся. - Это все тот, кого вы называете Отцом. Из-за него мы вынуждены прятаться в тени или свете, из-за него не имеем возможности получать то, чего желаем больше всего. - Чего же? – взгляд светлейшего загорелся. - Свободы. Чимин опустил голову, словно извиняясь. Не он был виновником этого, не на него Юнги должен срывать свой гнев. А этого чувства у него было очень много, потому что… Он видел Чимина раз в год. Лишь раз в год он мог воочию смотреть на ямочки, что появлялись на светлых щеках, когда ангел улыбался, видя что-то необыкновенное. Лишь раз в год Юнги мог подмечать румянец на скулах ангела, когда тот слушал о человеческой любви. Демон же, познавший всю прелесть смущения Чимина, не уставал этим пользоваться. Он рассказывал о человеческой любви все: как это чувство бывает прекрасно и ужасно, как люди показывают его, как выражают желание быть самыми близкими друг другу. Рассказывал и о том, что среди созданий света называют блудом. О том, для чего люди сливаются телами без слияния душ. Чимин краснел, но слушал. А потом внимательно наблюдал за людьми. Демон на такое любопытство лишь усмехался и шептал на ухо, что чувствуют двое, слившиеся воедино. Юнги помнит тот волшебный – действительно волшебный – момент, когда ангел ввел его в ступор. Чимин всего лишь спросил, а демон все понял. - Вы так много рассказывали мне о мире людей, но больше всего мне нравится в них любовь. Я хотел спросить, - светлый взглянул на Юнги из-под бровей, словно смущаясь. - Ты можешь спросить. - Любовь ли чувство, что рождает в груди целый мир? – демон остановился, ангел последовал его примеру и развернулся. В глаза Чимин отчего-то не смотрел, и это пугало. - Любовь ли желание видеть кого-то, отдавать ему большую часть своих мыслей и целое сердце? – продолжал светлый. – Любовь ли… желание быть постоянно рядом? – ангел перешел на шепот: - Любовь ли – желать быть с кем-то единым целым? Юнги сделал шаг ближе и, закрыв их своими крыльями, положил руку на грудь ангела. - Вот это сердце? – серьезно спросил он. Чимин лишь поднял напуганный взгляд. Боялся он совсем не того, чего нужно было. Демон проник рукой внутрь и коснулся сердца, что билось совсем не как у ангелов. Сердце Чимина трепетало от любви - чувства, которое не могут испытывать ангелы после последнего испытания; которое запрещено всему нечеловеческому. Тьма коснулась света, сердце ангела оказалось в руках демона. Небеса разверзлись гневом: зло покусилось на их создание. Вот только… - Оно ваше, - пролепетал Чимин, едва стоя на ногах. Последнее испытание еще не пройдено, он все еще чувствует боль от чужой руки в груди. Юнги был зол. Так просто! Так просто этот ангел отдает сердце! Да еще и кому – демону, королю Ада! Юнги выдернул руку из груди, предварительно отпустив сердце. Ангел опустился на колени, не в силах держаться на ногах. - Глупец. - Простите, я… не хотел, простите. Злость переполняет внутренний сосуд демона, но голос Чимина, в котором отчаяние, страх и сожаление, усмиряет бурю в момент. И Юнги волной накрывает осознание. Как много влияния у ангела, как много чувств из-за него одного. Как демон этого не заметил! В погоне за светлейшей душой не заметил, как попал в ловушку. Он опускается на колени напротив Чимина. Тот смотрит на него с болью в глазах – чувства действительно еще не подавлены, и демон считывает их лучше человеческих мыслей. - Мне нечего дать тебе взамен, - проговаривает Юнги. - Ходят слухи, - хрипло произносит Чимин, - что у короля Ада нет сердца, - и тянет руку к темным одеждам. Ангел проникает иначе: его рука ощущается ветром, что проходит сквозь тело. Юнги не помнит этого чувства уже давно. Чувства, что живой. Оно есть. Черствое, почти неживое и черное. Но хватает струи света и легкого касания Чимина, чтобы давно позабытый орган вздрогнул. - Я не смею требовать у вас ваше сердце, - ангел медленно извлекает руку из груди Юнги. – Но могу я попросить сохранить мое? Демон наклоняет голову набок. - Любовь – замечательное чувство. Я не хочу переставать его чувствовать после третьего испытания. Не хочу… - Ты и не будешь, - уверенно произносит демон и притягивает к себе светлого. Чимин легкий до невозможного, Юнги поднимает его и возносит их двоих под купол черного неба. - Я заберу твое сердце, если через год ты попросишь снова, - демон не верит, что говорит это, но он не может так просто забрать чужое сердце. Тогда и случается их первый поцелуй. Он нежный, глубокий и чувственный. В тот день разверзлись небеса. Через год Чимин попросил снова. Юнги забрал. В тот год родилась легенда о двух, что каждый Хэллоуин выходят в мир людей, чтобы увидеться. - Юнги… - демон сцеловывает собственное имя с любимых губ, касается шеи, щек, затылка, но не насыщается. Каждый год без Чимина в Аду становится все тяжелее. Но Юнги никогда бы не забрал ангела в Ад. Его там уничтожат, а демон ни за что не проживет без него. Больше нет. - Оно с тобой? – спрашивает Чимин, едва отдышавшись. Юнги кивает и достает из собственной груди сердце. Оно светится ярче полуденного солнца, потому что полно любви. Любви к нему. Демон возвращает сердце в хозяина, и Чимин вдыхает полной грудью впервые за год. Только с сердцем он может чувствовать прелесть своих чувств. Все время, что он проводит без сердца, чувств и любимого человека, тяжелой цепью ложится на его шею. - Если бы ты мог забрать меня, - вздыхает ангел, прижимаясь к Юнги. - Я не поступлю так. - Знаю, - Чимин упирается лбом в лоб демона и медленно дышит. – Ты сделал так много. И это правда. Юнги продлил их встречи на несколько часов, опуская каждый Хэллоуин тьму почти на целый день, чтобы никто не нарушал волшебные мгновения. - Недостаточно. Мне все еще мало, - катастрофически мало, думает Юнги. Мало времени, чтобы насладиться Чимином сполна. Мало времени, чтобы насмотреться на светлое создание, чтобы по новой запомнить каждую черточку тела. Рассвет подкрадывается несправедливо быстро, вынуждает демона спрятаться в крыльях и спрятать своего ангела. - Ты не спрячешься от времени, - говорит Чимин, не поднимая головы с родного плеча. - Я могу остановить его. - Не можешь. - Могу, - произносит так, словно говорит о привычных вещах. Чимин поднимает голову и смотрит обеспокоенно. - Нельзя ведь, - шепчет ангел, топя в свете глаз демона. – Юнги, нельзя, - он хватается за руку короля, словно просит одуматься. Огонь, возникший в отчаявшемся мозгу демона, затухает. Юнги не хочет снова отпускать его. Не хочет расставаться на целый год. Не хочет ощущать в груди чужое сердцебиение, ведь… все, что чувствует Чимин, чувствует и Юнги. Год для демона все равно, что мгновение, но без ангела король Ада возненавидел время. Юнги устало выдыхает. - Не буду, - обещает. - Мне предстоит третье испытание, - произносит ангел, а у демона время останавливается. - Прости, - шепчет Чимин. Извиняется за то, что говорит так поздно. Они оба знают. Третье испытание – последнее. Там ангелы прощаются с чувствами и полностью посвящают себя светлым делам. Чимин может забыть Юнги. В следующий Хэллоуин может спуститься где угодно, так, что демон его ни за что не найдет. Это испытание не только для Чимина. Это испытание и для Юнги. - Найди меня, - совсем тихо говорит ангел, не отрывая глаз от демона. Запоминает, старается отпечатать образ любимого на подкорке. - Прошу, только найди меня, - молит так, как за тысячу лет ни один грешник не молил короля Ада о пощаде. Сердце, что так неаккуратно оживил Чимин, рискует разбиться в это мгновение. Тучи над их головами сгущаются, обещая бесконечно долгий дождь. - Я обещаю, - впервые за столько лет демон произносит эти слова. Слышатся голоса. Пение ангелов, что зовут своих братьев. Пора возвращаться. Чимин тянет руку к груди, чтобы вернуть сердце тому, кто обещал сберечь, но демон останавливает его. Тянется и целует, словно в последний раз, заглушает боль от проникновения собственной руки. Ангел выдыхает, когда сердце оказывается извлечено. - Я люблю тебя, - без сил произносит Чимин. – До бесконечности сильно. Демон не отвечает, давая возможность читать по глазам. И ангелу удается. Чимин кладет ладонь на щеку короля и смотрит с нежностью. - Мы скоро встретимся. Когда демон пытается накрыть чужую ладонь, ощущает только собственную щеку. Он кричит. Так сильно, что горло обычного человека разорвало бы, но не короля Ада. На город опускается ливень, что даже не десятая часть слез, которые демон не позволяет себе выплакать. У него снова забрали любимого. Каждый год его сердце готово разбиться на тысячу осколков, и лишь чужое биение рядом позволяет черствому сердцу демона держаться. Он обязательно его найдет. Обязательно отыщет, он ведь обещал. Тот, чье сердце бережно хранится в груди демона, обретет его вновь. А вместе с ним воспоминания и чувства, в которых раз в год эти двое утопают. Люди еще долго не поймут, почему после каждого Хэллоуина случается ливень. Почему гром несколько лет подряд так отчаянно сотрясает стекла домов в праздник, а ветер срывает крыши. Юнги ищет десять лет, а по ощущениям – вечность. Его ангел, свет всей его жизни пропал. После третьего испытания Юнги не смог больше за ним наблюдать. Он спустил свой гнев на всех подчиненных. Демоны ночами искали ангела, но все было тщетно. Пока на одиннадцатый Хэллоуин Чимин сам не нашел его. Ангел выглядел совершенно потерянным: в глазах пустота и вопросы, а на лице… ничего. Юнги не поверил: это действительно был Чимин, его Чимин! Хоть и выглядел незнакомцем. - Ты демон? – спросил он равнодушно, а Юнги захотел уничтожить небеса, что сделали это с его светом. - Я лучше, - демон поднялся и расправил крылья. Ангел замер на мгновение. Юнги выдохнул: это все еще был Чимин, который никогда не мог устоять перед красотой королевских крыльев. - Мне нельзя здесь находиться, - произнес ангел. - Тогда почему ты здесь? – Юнги знал. Что бы ни внушали ангелам, если их сердце после третьего испытания уцелело, оно будет звать. На этот зов и явился Чимин. - Я… - он запнулся, действительно не понимая, - не знаю. - Я знаю, - и рука демона потянулась к собственной груди. Туда, где чужое сердце было тем единственным, что держало Юнги от сумасшествия. Сердце по-прежнему ослепляло своим светом. Чимин замер. - Это… - он не успел договорить, потому что демон с силой втолкнул сердце в хозяина. Чимин схватился за плечи демона, чтобы не упасть, вдохнул глубоко и судорожно выдохнул. Он сделал еще несколько вдохов, прежде чем поднять глаза. Живые, блестящие от слез и осознания. Он, наконец, помнил! Каждую их встречу, каждый поцелуй, каждое слово, что демон посвятил ему. Так мучительно было существовать и не помнить того, ради чего существуешь. Ангел все десять лет не мог понять тягу к чему-то. Пустота в груди с каждым годом ныла сильнее, требуя чего-то. Сердца. Любви. Юнги! Король Ада поддерживает его за локти, пока Чимин не бросается его обнимать, глотая слезы. Десять лет он не мог чувствовать. Десять лет не мог даже улыбки демона воспроизвести в голове, потому что не помнил! Юнги обнимает так, будто ангела у него отнимают. - Нашел, - шепчет ангел. – Ты нашел! Отрывается, целует каждый участок лица, что видит, и все равно мало! Юнги отдает всего себя, отвечает на горячие поцелуи, прижимает ближе, но больше этим не насыщается. Так мало после десяти лет разлуки! - Я заберу тебя, - словно в бреду, шепчет демон, лаская поцелуями шею. – Не отдам им тебя больше ни за что! - Юнги… - шепчет ангел, задыхаясь от непривычных ощущений. Кожа горит, он весь горит, все еще не веря. - Десять лет, Чимин. Я не мог найти тебя десять лет. Я не позволю им больше отнять тебя. Я заберу... - Юнги, - прерывает ангел и, перехватывая родное лицо в ладони, смотрит в глаза. – Забери. - Ты позволишь? – спрашивает демон, но в ответ получает поцелуй. Глубокий, почти требующий. Чимин сгорает, но подобно фениксу, рождается заново. Он знает, что никогда не вернется на Небеса, никогда больше не будет лучшим ангелом. Он будет с Юнги – тем, кому однажды доверил сердце. Тем, кто сберег его, словно свое. С тем, кто искал его десять лет, не переставая. Тем, чей гнев едва не уничтожил Небеса и людей. Он будет с королем Ада, который однажды рассказал ему о чувстве, что прекраснее ангельского пения.

***

Тьма никогда больше не опустится на город в Хэллоуин. Люди не побоятся больше выйти и потребовать у соседей «конфеты или жизнь». Отныне праздник этот станет кануном Дня Всех Святых, который праздновать станут весело. Король Ада снова позволит душам умерших выходить в мир людей в этот день. Но легенды никогда не умирают. Из уст в уста будет передаваться история о двух влюбленных, чьи нити судьбы пересекаются лишь раз в год, но никогда не сплетутся в одну. Они сплели ее сами, положив на алтарь собственные сердца.