После...

…В этом мире можно спать и просыпаться когда захочешь, и Ниа открыл глаза. Его тело уже побледнело и остыло, но на красоту это не повлияло. Боль в теле давно утихла, но задница была порвана, и ей уже не суждено было зажить. Он лениво потянулся в кровати и обнаружил, что Лайта уже нет. Видимо, ушел куда-то. Роскошный дворец такой, как в его представлениях и мечтах. И в тот же миг на нем появилась одежда: белые брюки и серебряная кофта. Он кое-как пригладил торчащие во все стороны белые волосы и вышел из комнаты. Он стал спускаться по лестнице и перед ним возникла столовая. Ягами ждал его, опираясь на дверной косяк. Он пригласил его за стол. Блюда появлялись сами по себе и они начали разговор: — Не могу поверить, что мы тут вместе! Тут так спокойно и хорошо. — Да, в этом мире неплохо. А самое главное, что мы тут боги. Каждый тут Бог. — Честно говоря, тогда, в год твоей смерти, я не был против Киры. Меня просто поставили перед фактом, да и я стал наследником L не по своей воле. Они тоже поставили меня перед фактом. Эл выбрал меня, и я согласился, ведь это был отличный шанс покинуть этот проклятый приют и получить миллиарды. Когда был создан СПК мне тупо сказали, мол,– «Не поймаешь Киру, окажешься на мусорнике, и Мелло получит все твои деньги.» Но богатство не принесло мне счастья. Я жил тупо по указанным мне правилам, меня буквально заставили ненавидеть тебя. — Ниа, это всё в прошлом. Это все закончилось, теперь ты здесь, со мной. — Лайт, называй меня по имени, ладно? Меня Нэйт зовут. — Я знаю. — Мне лучше в смерти, чем в жизни, зашибись! Я ни разу в жизни не был по настоящему счастлив. — К сожалению, иногда так бывает. Моя жизнь тоже не была особенно радостной, учитывая мои преступления. — Ну, ты хоть не в приюте рос, и то хорошо. У тебя было счастливое детство и юность, также богатство и известность. А я… — Забудь всё это. Считай, что это просто глюк от наркотиков. Всё твоё нахождение в мире людей. Здесь ты сможешь жить так, как хочешь ты, и никакой Эл тебе не указ. — Я хочу провести вечность с тобой и без тех дебильных законов. — Нэйти, дебильные законы мира людей тут не действуют. Тут есть свои дебильные законы, и если их нарушить, то ты будешь гнить на месте целую вечность. Тут нет правителя, все узнаешь со временем. Я буду тебя учить. А пока, наслаждайся! — Я хочу пойти на террасу. Пойдешь со мной? — С радостью. Они поднялись на балкон, и на поручне сидел красивый павлин- альбинос. Его сердце тоже не билось. Ниа протянул руку и погладил дивную птицу. В его особняке жил такой же. — Какой красивый! Как ты думаешь, как нам его назвать? — Называй как хочешь. — Может Гера? (связано с героином) — Хм, неплохо. А с чем это связано? — Просто так. Гера, и всё. — Нэйт, а ты и вправду не хотел меня выдавать? — Да. Когда ты был жив, снизилась преступность, и люди жили спокойно. А хочешь узнать, почему тебя ненавидели и считали преступником? — Спрашиваешь ещё! Конечно хочу! — Дело в том, что из-за того, что стало мало преступников, детективам стало меньше работы и новых дел. Соответственно и меньше денег. И Интерполу тоже меньше бабла. Я сначала думал, что L справедливость, и вот только недавно до меня дошло, что он такой же мажор хренов, как они все, и расследовал ради бабла, а не ради справедливости. Как, собственно, и я. Ну конечно, баксы- это круто, но сам факт… — Ясно, интересно, а как по настоящему звали Эл? Я так и не узнал. — А я откуда знаю?! Он связывался со мной и Мелло через ноутбук, какое там имя! Я его в живую то не видел! — О, о и хорошо, что не видел! Раньше бы от испуга помер! — Неужели такой страшный?! — Похож на наркомана с подворотни или на психа какого-нибудь! Я когда его впервые увидел, чуть инфаркт не схватил. — Да, ну! Вот уж не ожидал! Я думал, что он какой-нибудь красивый молодой господин или статный взрослый мужчина. А Мелло думал, что он вообще женщина. — У всех свои представления о красоте, но это ни к чему из всего перечисленного не относится. — Надо же, хм, а я всегда думал, что я последняя страхолюдина на Земле. Видимо нет… — Какая из тебя страхолюдина?! Да ты просто красавец! У тебя довольно необычная внешность, особенно твои волосы. Они такие классные! — Лайт, а когда — то они были мне по пояс, но в 25 лет я их остриг. Неудобно стало их на палец накручивать. — Хорошо, что я этого не видел… Ты, да с длинными волосами… Страшно представить. Кстати, а вот твой венок. — Ого, а можно, я вообще не буду его снимать? — Как хочешь, он твой. — Ты действительно… — Ниа, я тебя люблю. Да, действительно. — Насколько сильно? Сколько процентов? — Больше, чем бесконечность. — А я тебя больше, чем две бесконечности. Ягами накрыл его губы своими. Их языки сплетались в тугой узел. Поскольку они не дышали, этот поцелуй длился по человеческим меркам месяц и 3 дня, и это не предел, ведь впереди их ждёт больше, чем бесконечность сладкой любви. Они будут наслаждаться вдвоём ею. Ну, Ниа, иногда смерть круче жизни…