После бури

Значит, это оно; Вот как он умрет. Оглядываясь назад, он должен был понимать, что война — явно не лучший выбор, если хочешь дожить до глубокой старости. Естественно, он не ожидал, что его смертью станут вампиры. Может быть, он словил бы пулю или сгорел бы во взрыве, но никак не из-за чертовых вампиров. Это у бедняги Салима не было выбора, а что на счёт него самого? Он подписался на это дерьмо. Это и гребанная бравада привели его сюда. Забавно, а ведь младшая сестренка просила его не записываться в добровольцы. Умоляла не делать этого. «Тебе не нужно умирать за правительство, которому на нас насрать», кричала она. Он пытался убедить её, что таким образом собирается почтить их семью; почтить память мертвых. Но она видела его насквозь. В последний их разговор они поссорились, и если он сдохнет здесь… Он был так зол на неё, что даже не попрощался. От этой мысли хотелось дать волю слезам, но прям сейчас он был слишком занят, борясь за свою жизнь. Подумать только, они считали, что весь ужас остался позади. Только он и Салим смогли выбраться. Мёрвин, Джоуи, полковник, Рэйчел, Кларисса и Никки — никого из них больше нет. Если бы только он был быстрее, боролся упорнее… возможно, он бы смог спасти Никки. Но вот он здесь, конечно, и готовится вновь погрузиться в ад. Когда день превратился в ночь, внутри всё словно оборвалось. А ведь при любых других обстоятельствах видеть полное солнечное затмение было бы даже круто. Он не был одним из тех ботаников, фанатеющих по таким космическим явлениям, но эта хрень славилась как «опыт, который можно пережить лишь раз в жизни». Но прямо сейчас затмение всё равно что настоящая заноза в заднице. Вместе с Салимом, они отступили обратно в одну из пастушьих хижин и укрепили её, как могли, за то крайне ограниченное время, что у них было. И словно финальный удар по яйцам: в найденных ими ящиках вместо патронов оказались всего лишь сигнальные ракеты. Несмотря на это, Салим все равно надирал всем задницы. Было несколько моментов, когда их обоих едва не прикончили, но они смогли продержаться до тех пор, пока луна, наконец, не сдвинулась с мертвой точки. Когда он увидел первые лучи солнечного света, пробивавшиеся сквозь пулевые отверстия в стенах, с захлестнувшей его волной облегчения не сравнился бы никакой кайф, когда-либо им испытываемый. Твари с визгом бросились обратно в разломы песчанных пещер, но судя по запаху гари, некоторые из них всё же поджарились на солнце. «Скатертью дорожка», — подумал он. В воцарившейся тишине они с Салимом в шоке посмотрели друг на друга. Оба тяжело дышали, уставшие от борьбы и промокшие от пота, но живые. После всего этого дерьма они остались живы! Они рухнули на пол рядом друг с другом в центре комнаты, отбросив в стороны своё оружие. Рука развалившегося Салима упала на его грудь, в то время как сам Джейсон похлопал его по плечу. Салим засмеялся. — Мы сделали это! Джейсон подхватил его смех. — Да, черт возьми, мы сделали это. Некоторое время они просто смеялись. Адреналин все еще тек по их венам, смешанный с безмерной радостью от того, что они выжили. Тот факт, что остальные из их группы мертвы, все ещё щекотал край сознания Джейсона, но сейчас он еще не был готов об этом думать. Вот так валяясь на полу, может быть из-за адреналина или ещё чего, он смотрел на Салима и думал, что это самое прекрасное зрелище, что он видел. Какой бы ни была причина, Джейсон подался вперед и крепко поцеловал другого мужчину. Он уже собирался одёрнуть себя за такую ​​неосторожность, как Салим ответил на его порыв. Облегчение было совсем не таким, как раньше, но все равно опьяняло. Когда Джейсон почувствовал, как его схватили за верхний край жилета и притянули ближе, он убрал руки с плеч Салима, только чтобы прикоснуться к его лицу и погладить шею. Он не был уверен, как долго они целовались; казалось, будто прошла вечность. Наконец, они отстранились, столь жадно глотая воздух, словно вынырнувшие из глубины несостояшиеся утопленники. Сначала Салим казался ошеломленным, но потом расплылся в широкой улыбке. Прижавшись лбами, они лишь сильнее стиснули друг друга в объятьях. Джейсон закрыл глаза, просто позволяя себе насладиться моментом. Опасность миновала, но теперь его сердце сходило с ума по совершенно другой причине. Но даже так, он чувствовал себя странно умиротворенным. Салим вновь потянулся за поцелуем, в этот раз действуя намного нежнее, чем раньше. Теперь у Джейсона было полно времени, чтобы сполна прочувствовать каждое движение, поэтому он открыл глаза лишь тогда, когда другой оторвался от его губ. Поймав его взгляд, Салим мягко улыбнулся. — Эй, всё в норме? — невольно вырвалось у Джейсона. Салим кивнул. — Да, как ни странно. Джейсон насмешливо фыркнул. — Не ожидал этого, да? Салим тоже усмехнулся. — Не совсем. Хотя должен признать, что это был приятный сюрприз.  — Хорошо. — Джейсон ласково погладил его по щеке большим пальцем. — Не будет слишком странно, если я скажу, что это был лучший поцелуй в моей чертовой жизни? — Нисколько. Рация на груди Джейсона ожила, своими звуками заставив обоих мужчин дёрнуться от неожиданности. Ему потребовалась секунда, чтобы связаться с воздушной поддержкой и сообщить о своем местонахождении; очевидно, расчетное время прибытия группы для эвакуации составляло не менее пяти часов. — Эх, пять часов? Это долго. — Рассеянно протянул Салим. — Я могу придумать несколько способов скоротать время. Салим усмехнулся. — Заманчиво, но как вы, американцы, там говорите? «Не раньше, чем ты пригласишь меня на ужин». — Ха, уверен, что здесь найдётся, из чего я смогу сообразить нам перекусить. — Опять же, заманчиво. Но я должен вернуться к своему сыну; он, должно быть, волнуется. Джейсон понимающе кивнул. — Я понимаю. Передай ему мои поздравления с днём рождения. Салим улыбнулся, после чего огляделся вокруг, глубоко задумавшись. — Подожди минутку. Он осмотрел комнату, прежде чем выйти в коридор. С любопытством Джейсон последовал за ним в следующее помещение. Именно там Салим нашел то, что искал: карандаш и бумагу. Что-то написав, он передал записку Джейсону. — Мой номер телефона и адрес. Джейсон взял бумагу и аккуратно сунул ее в карман жилета. — Есть еще бумага? Салим кивнул и провел его к столу, откуда он взял материалы. Там Джейсон записал свой номер с адресом и передал их уже Салиму. — Я не знаю, когда буду дома, но клянусь, я позвоню тебе, как только смогу. — Обещаешь? Джейсон кивнул. — Я обещаю. Салим вернулся в основную комнату и поднял гигантский лом, который использовал в качестве оружия. Сувенир, как он выразился. Джейсон вышел с ним из хижины пастуха. Им обоим потребовалось мгновение, чтобы понежиться в лучах солнца и насладиться бьющимся сердцем. Салим повернулся к Джейсону и протянул руку. — Спасибо, Джейсон. За всё. Джейсон пожал его ладонь и притянул к себе, чтобы еще раз поцеловать. Он почувствовал улыбку Салима на своих губах, когда тот с жаром поцеловал его в ответ.   — Если что, это не прощальный поцелуй. — Произнес Джейсон во время короткой передышки. — О, я знаю. Салим с нежностью поцеловал его еще раз, прежде чем крепко обнять. Джейсон воспользовался моментом, чтобы стиснуть другого в своих объятьях, желая сохранить в памяти ощущение тепла и запаха его тела. Если бы он знал наверняка, что не уйдет в самоволку, он, вероятно, пошел бы с Салимом. Но нет, у них обоих были свои обязанности. Они неохотно отстранились друг от друга, задерживая руки в стремлении продлить контакт, пока Салим, наконец, не шагнул прочь. Он снова поймал взгляд Джейсона, прежде чем в последний раз помахать рукой и скрыться в облаке поднятого ветром песка. Теперь все, что оставалось делать морпеху, — это ждать эвакуации. Он молился, чтобы однажды снова увидеть Салима. Они слишком много пережили вместе, чтобы просто забыть друг о друге. Кроме того, сестра наверняка захочет убить его, если он не познакомит её с человеком, который спас ему жизнь.