Проект нашей любви

Антон проснулся от лучей солнца, светящих ему прямо в лицо. Он нехотя открыл глаза и тут же зажмурился, и ему пришлось сесть, чтобы уклониться от солнца. У него затекло все тело от лежания на лавочке и он сморщил лицо от неприятной боли. Достав телефон, он увидел свое отражение: лохматый, с мешками под глазами, с помятым лицом. Да уж, зрелище не из приятных. Ну, а ему то что, он же себя не видит.       Антон разблокировал телефон и увидел время: был почти час дня. На устройстве не осталось зарядки, зато было пять пропущенных от Лары и один от Арсения Сергеевича.       «Ха, он звонил, ну и что, один раз, и то, это не значит, что он переживает. Вот по Ларе видно. Кстати о ней, нужно позвонить и сказать, что я увольняюсь».       Он резко встал, и у него тут же заболела голова.       «Ну да, алкашная ночка прошла не без последствий» — пронеслось у него в мыслях.       Он решил пройтись и таким образом хоть немного взбодриться, а заодно придумать что сказать Ларе в свое оправдание. Хоть он и не обязан это делать, но он в долгу перед ней за все. Конечно, Антон не был уверен, что она поймет что-то по телефонному разговору, но очень на это надеялся.       Чем дальше он шел, тем ему более знакомым казалось это место, хоть здесь, по его мнению, он никогда не был. И тут сквозь деревья он увидел здание компании где работает, а этот сквер оказался тем самым, который расположен рядом с офисом и где он хотел погулять.       Он резко остановился. «Вот и погулял…». Такие вот дела.       Кстати, скоро обед и его могут заметить здесь. Поэтому он быстрее сел на скамейку, и решил позвонить Ларе.       Гудок, еще один. — Антон, господи боже мой, где черти тебя носят? С тобой все в порядке? Где ты? — в трубке повисло молчание и было слышно тяжелое дыхание. — И тебе привет… дыа, — он почесал затылок, — со мной все в порядке. — Фух, мы тут переживаем, предупредил бы хоть… — Кто переживает? Ты и ты? — Антон ухмыльнулся. — Нет, не только я, — обиженно произнесла она, — Дима с Сережей, Ира, а и еще Арсений Сергеевич. «Хм, Арсений Сергеевич», — подумал Антон, — «неужто и впрямь беспокоится. Хотя чего уж там, ему же за опоздание сотрудника прилетит потом… Наверное». — Кстати, Ларис, я тут это, увольняюсь, можешь заявление за меня заполнить. — Чтоооо? С тобой точно не все в порядке! Так, где ты? Я сейчас же приеду. — Не надо никуда ехат… — Нет, надо, где ты? — Я в сквере, рядом с офисом. — Хорошо, — она отключилась.       Антон убрал телефон в карман, и уже представил, как она его будет отчитывать, а он и не будет злиться, ведь это Лара. Она же друг. А еще он бы покурил.       Она не заставила себя долго ждать и была уже здесь. — Антон, что за вид! А что за запах! Ты что пил? — она была в шоке. — … да — Что случилось? Что-то серьезное? У тебя какие-то проблемы, почему ты говоришь о каком-то увольнении? Антон замялся, — нет все нормально, — врет, — просто я хочу это сделать. — Что происходит? — они услышали голос Арсения Сергееича, поднимающегося по лестнице, — Антон! Что с тобой? — он почти подошел к нему. — Не подходите, — Антон резко встал и еле удержался на ногах, хватаясь за голову, — какая вам разница? Будто вам есть до меня дело! — Конечно есть! — влезла Лара, — если речь касается твоего увольнения! — Увольнения? — удивился Арсений Сергеевич, — но почему? — Да, я увольняюсь по собственному, документы подпишет Лара, — решил закончить этот разговор он и направился в сторону лестницы. — Подожди, Антон, — схватил его за руку начальник. — Не троньте, — вырвал свою руку он. — Что с тобой, у тебя какие-то проблемы? Тебе нужна помощь? — Арсений Сергеевич подошел к нему ближе. — Сказал же не подходите, не вашего ума дело — Антон завел кулаки для удара. — Что, собрался драться? Ну же бей, хочешь избить человека, предлагающий руку помощи? — спокойно ответил он. — Я не просил вашей помощи! — крикнул Антон, и Арсений Сергеевич тут же потянулся к нему. Но к злому быку лучше не подходить.       Антон тут же среагировал и врезал ему в скулу. Арсений Сергеевич отшатнулся, но тут же решил дать сдачу, чтобы привести в чувства его. Он не успел отвернуться и ему тут же прилетело в висок. Антон зажмурился от боли. Лару, наблюдавшую за этим, просто парализовало от страха. Но она не хотела, чтоб эти двое искалечили себя, тем более они уже были почти у лестницы, и один не верный шаг, и кто-то из них упадет, поэтому она набралась сил и смелости и подбежала к ним. Было не просто подойти к ним, ведь в любую секунду могло и прилететь, но она попыталась их разнять. Эти двое ничего вокруг себя не видели, и были похожи на двух кошек, выпустивших когти и пытавшихся поцарапать друг друга.       Тут Антон резко дернул рукой, и локтем попал во что-то мягкое. Он услышал женский вскрик, и замялся, а Арсений Сергеевич воспользовавшись секундной растерянностью, обезвредил Антона, схватив его за запястья и заведя руки за спину, он прижал его к себе. В этот момент время для Антона тянулось медленно и он видел как падет Лара, как на ее лице застыла гримаса страха, и как она тянула руки чтобы ухватиться за что-то. Антон видел это все как в замедленной съемке, и будь он «Флешом» из комиксов, то успел бы ее подхватить. Но это реальная жизнь, и он не смог бы ничего сделать, чтобы предотвратить падение. Арсений Сергеевич выйдя из секундного ощущения победы, увидел сбоку лицо Антона и оглянулся туда же, куда смотрел тот. Когда он увидел, что произошло, то не смог сразу поверить, но из ступора его вывел Антон, вырывающийся из его рук и кричащий: Лара!       Начальник отпустил его, но продолжил стоять в ступоре. А Антон подбежал к ней. — Лара, Лара, Лара, господи, очнись, — он похлопал ее по щекам, — что же я наделал, боже мой нужна скорая, срочно скора… Не успел он договорить, как Арсений Сергеевич подбежал к нему, выхватил телефон из кармана и произнес: — Мы наделали.       Начальник прощупал пульс, удостоверившись, что он есть. Он дал ключи от машины Антону, а сам как можно аккуратнее подхватил Лару на руки и отправился на стоянку. Антон последовал за ним. — Так, открывай машину, и садись сзади. Я положу ее, так, аккуратно. Ближайшая больница здесь в 15 минутах.       Антон придерживал ее одной рукой, а второй перебирал волосы у ее лица. Ее губы были бледны, а щеки потеряли былой румянец. Коленом он чувствовал что-то теплое, и со страхом понимал, что это кровь. Как же он хотел, чтобы она пришла в себя! Антон еле сдерживал слезы, потому что сильно переживал за нее. Это никак не тот человек, которому он хотел принести боль. Перед его глазами раз за разом крутилась картина, как она падает, и он хотел бы предотвратить это. Не скандалить с Арсением Сергеевичем, не звонить ей, не пить вообще. Но прошлого не воротишь, поэтому он, не прекращая, шептал «прости меня» и держал ее за руку. На светофоре, начальник позвал Антона: — Антон, — он посмотрел в зеркало заднего вида, — посмотри на меня. Все будет в порядке, не смей думать ни о чем плохом. Понял меня?       Антон с трудом кивнул, и пытался не заплакать, но слеза без спросу покатилась по его щеке, такой же бледной от страха, однако губы его были красны, от того, что он кусал их. Он все еще был зол на начальника. Слишком тяжелая для него эта ситуация. Антон забыл на время обо всем, о женитьбе, о ссоре, и только лишь видел перед собой ее лицо, размытое из-за влаги в глазах.       Наконец, они приехали, и Арсений Сергеевич мигом выскочил из машины, и побежал внутрь больницы. Потом из нее выскочили двое сотрудников с носилками, а за ними и сам Арсений Сергеевич. Он помог уложить ее на носилки, и вскоре они скрылись за дверями больницы.       Антон все еще неверяще сидел в ступоре в машине. Он разглядывал джинсы в пятнах крови и весь дрожал. Арсений Сергеевич подошел к двери и произнес: ты идешь?       Антон оглянулся на него, вышел из машины и направился в больницу. Начальник последовал за ним. Они вошли внутрь и сразу же направились к регистратуре. — К вам только что поступила девушка, — начал было Арсений Сергеевич, — куда ее направили? — Знаете, к нам много поступает девушек, всех не запомнить, — раздраженным голосом произнесла медсестра за стойкой. — Без сознания, с короткими темными волосами, ее завезли на носилках прямо сейчас! — Да, да, поняла. Кем вы являетесь ей? Сможете заполнить бланки? — Да, я коллега, что нужно заполнить? — Паспортные данные, а еще…       Но Антон не стал дослушивать, все равно от него проку не было, он надеялся что начальник справится сам. Он дошел до ближайшего диванчика и сел. Опустил руки на колени, а лицо в ладони. И пытался не впасть в истерику. У него все еще было похмелье, и теперь оно нахлынуло с двойной силой. Голова стала болеть в два раза сильнее, тело дрожало то ли из-за слабости, то ли от пережитого стресса, то ли от всего вместе. Он не мог думать сейчас ни о чем, а только надеялся, что Лара придет в себя. Он только хотел знать, что она в порядке, услышать ее голос и увидеть улыбку. Это все. Все, и тогда он сможет спокойно вздохнуть. Он услышал шаги в свою сторону: — На, выпей, — протянул ему руки Арсений Сергеевич с водой, и таблеткой. Антон вопросительно на него взглянул, и он понял, что тот просто так не примет что-то из его рук. — Аспирин. Антон помедлил, но все же принял из его рук лекарство, и залпом выпил стаканчик воды.       Арсений Сергеевич чувствовал, что между ними присутствует какое-то напряжение, но не мог понять почему. Он присел рядом и облокотился на спинку диванчика. Он все не решался начать разговор, потому что чувствовал, что Антон не в духе, но также и понимал, что скорее всего после больницы они разбегутся как в море корабли, и между ними так и останутся недомолвки. Но ему было важно понять, что не так с Шастуном, ведь он не хотел с ним никак ссориться, и, тем более, если он собрался уходить, то разойтись друзьями, но он не собирался его просто так отпускать. — Антон, что с тобой? — спросил он. — Не видите, я переживаю за Ларису! — Нет, я не про это. — Тогда не ваше дело, — ответил Антон грубо. — Нет, еще как мое. Я сразу заметил, как несколько недель назад твое отношение ко мне поменялось, и ты стал избегать меня. Я что-то сделал не так? Что произошло, что ты возненавидел меня? Я могу как-то это исправить? «Хах, еще и пытается помириться со мной. Исправь свою женитьбу, вот тогда, я может и подумаю».       Антон оглянулся на начальника, тот смотрел на него, и у того был такой умоляюще-жалкий вид, что он был похож на ребенка, у которого отняли игрушку. «Хм, а что если ему действительно не все равно. Если бы было так, он бы не пытался наладить со мной отношения, хотя с другой стороны я ценный сотрудник, и вряд ли он хочет потерять такого как я. Да и мне стоит встать на его место: сотрудник, с которым он довольно хорошо общался вдруг ни с того ни с сего резко перестает контактировать с ним. Нда…». — Хорошо, да, у меня проблемы. Арсений Сергеевич удивился столь неожиданному признанию, но сделал вид, что готов выслушать.       Антон задумался. Он же не может сейчас просто взять и рассказать, что влюбился в него. Было бы все так просто… Хотя можно попробовать, но как-то рисково, можно еще хуже похерить все. Хотя, если он не согласиться встречаться, то в качестве друга он ему и не нужен будет. Антон не сможет смотреть как Арсений Сергеевич будет обнимать и целовать кого-то другого кроме него самого. Но все равно, сейчас он не настроен с кем-либо делиться своими чувствами. Тем более, прежде чем с кем-то встречаться нужно получше узнать человека, вдруг он не совсем такой каким ты его себе представляешь. Хотя для Антона все решено. Просто он боится признаться в своих чувствах, хоть и ревнует Арсения Сергеевича ко всему что движется. Он сам себе не сразу признался, так что для него это трудный шаг. — Слушайте, а вам какой цвет нравится? Арсений Сергеевич снова опешил, — цвет? — в его глазах читалось непонимание, мы вроде бы говорили о проблеме Шастуна, а он тут выдает «цвет». Антон видимо понял, что тот не понял вопроса: — Ну, а что вы хотели? Думали я возьму и изолью вам свою душу? Нет, давайте для начала просто поболтаем, — ну да, Антон умеет вести светские беседы, еще бы спросил про домашнее животное. — Ну раз так, то синий, — ответил он. Антон улыбнулся тому, что он ответил, ведь он мог просто его послать. — Антох, а у тебя есть домашнее животное? Теперь он опешил от вопроса, но через секунду уже хихикал, а начальник не понимал что его так рассмешило. — В детстве была кошка.       Так и продолжалась их беседа, они говорили на самые разные темы, шутили, смеялись, но не думайте, что они забыли о Ларе. То и дело один из них подходил к регистратуре, и пытался узнать о ее самочувствии, но там отвечали, что врач сам подойдет, когда будет нужно. Из-за этого время тянулось ужасно медленно, но за разговорами, уже близился четвертый час. Арсения Сергеевича все терзал один вопрос, но он не решался его задать. Он вроде как только только начал налаживать контакт с Шастуном, и снова ссориться он не хотел. Но ему нужно было это узнать, чтобы развеять догадки. — Антон, — начал он, — ты пил? — осторожно, но уверенно задал он вопрос.       Было видно что Антон резко занервничал и ему не нравился этот вопрос. «Как будто по мне не видно! Что за тупой вопрос?». Он намеренно молчал, потому что не хотел говорить почему он пил: говорить правду он не готов.       Арсений понимал, что это какая-то серьезная тема, которую он не хочет поднимать, но он чувствовал, что это как-то связано с ним самим. — Антооон… — Не ваше дело, я не хочу об этом говорить.       И нет чтобы сказать «ну ладно, не мое дело, забьем», но он нутром понимает, что если сейчас не поговорить с ним об этом, то тогда он упустит, что-то очень важное. Словно человек, понимающий, что скоро случится что-то плохое, но не может понять почему, и ничего с этим не может поделать. Но сейчас Арсений уверен в себе. — Антон, почему? Почему ты мне не позвонил? Почему не попросил о помощи. Мне обидно, за то что ты не доверяешь мне. Я же не побоялся позвонить тебе и попросить помочь, и, будь уверен, я бы тоже тебе помог. И помогу если попросишь. Я же вижу, что она тебе нужна, так почему же ты не хочешь чтобы я тебе помог? — все громче и увереннее говорил он. — Может быть потому что не хочу чтобы вы этого делали, — тоже повышал голос Антон, — чтобы не лезли в это. Ведь причина моего поведения это… — Молодые люди, — к ним подошел врач, и прервал. — …вы, — произнес одними губами Антон, но никто уже не услышал и не увидел этого. — Я насчет Ламазовой Ларисы. — Да, да это мы ее привезли, — ответил Арсений и встал чтобы пожать руку. — Я ее лечащий врач, Петр Константинович. Вы указали, что это несчастный случай, да? А что конкретно произошло? — Эээ, … — начал было Антон. — Она поскользнулась и упала с лестницы. В это время мы были неподалеку и сразу же отреагировали. — Вы уверены, что это все? — он многозначительно посмотрел на их разбитые виски и скулы. — Да, уверены, — отвечал Арсений, а Антон все еще не понимал к чему все это. — А что тогда с вами? — Как видите, мы подрались, — решил не скрывать он, совершенно спокойно ответив Арсений. — Ясно, — видимо врач понял, что от этих двоих он ничего более не узнает, — а не было ли обморока или что либо еще до падения? — Да нет вроде, она просто шла, и тут мы услышали вскрик и то как она падает. Как она? — А вы что скажите, — обратился он к Антону. Для Антона это было похоже на допрос, и вообще он не понимал, что происходит, ему надоело то, как эти двое ведут бессмысленную беседу поэтому ответил: — Арсений Сергеевич вам уже все сказал, обморока не было, и она случайно поскользнулась и упала, и мы тут же привезли ее в больницу. — В таком случае состояние сейчас стабильное, она получила легкое сотрясение мозга, но это не критично, также ушиб задней части головы и еще нескольких частей тела. Мозг и другие органы не пострадали. Повезло ей, иногда падения с лестниц не всегда заканчиваются хорошо. Считайте, родилась в рубашке. А вам, молодые люди, в следующий раз советую не трогать пострадавшего человека. Никто не знает, что у него там внутри, и сломанные кости могут повредить внутренние органы. — Спасибо большое, — ответил Антон, и на его лице читалось облегчение, ведь он так переживал за нее. — А можно ее навестить? — К сожалению нет, сейчас ей нужен только отдых. — А когда ее выпишут? — Нам необходимо проследить за ее состоянием. Поэтому придется ей пробыть здесь несколько дней. — Хорошо, да, спасибо еще раз, — поблагодарил Антон. Врач кивнул и ушел, оставив их снова наедине. Антон вздохнул с облегчением и снова сел на диванчик. — Слава богу, все обошлось, я так за нее переживал. Мне, мне нужно извиниться, как только я ее увижу. — Антон, не только тебе нужно, я тоже стал виновником падения. Не перекладывай всю ответственность на себя. Не смотри что она миниатюрная, на самом деле она сильная, и никакого другого исхода не могло и быть.       Антон благодарно на него посмотрел, и откинулся на спинку диванчика. Слишком напряженный день. Он закрыл глаза, и даже сам не заметил как уснул.       Арсений Сергеевич не стал его будить, и дал ему отдохнуть, ведь день выдался напряженный для всех, а для Антона видимо еще и ночь. Он обернулся на Антона и стал за ним наблюдать. Делать то больше нечего.       У него равномерно вздымалась грудь и подрагивали веки. Он пытался понять почему у них взаимоотношения ухудшились, ведь все было хорошо, он пытался наладить контакт с Антоном, и у них даже все получилось, но потом он резко почему-то отдалился, перестал общаться и даже смотреть в его сторону, и Арсений Сергеевич никак не мог понять, что же он сделал, что все пошло по наклонной.       Антон ему понравился сразу и он дал ему шанс. Тогда, в день собеседования, он совершенно случайно вышел на улицу подышать свежим воздухом, совершенно случайно поставил машину у входа в офис, и совершенно случайно обратил внимание на Шастуна. Он показался ему милым. Еще молодой, полный амбиций человек, с чистой душой, как ему показалось, он привлек его. А по мере общения, Арсений понимал, что сделал правильный выбор и принял того на работу. Кто знает, где был бы сейчас он…       Спустя какое-то время Арсений Сергеевич сходил за кофе. Попивая его, он вспомнил, что ему нужно позвонить в компанию и предупредить, странно, уже вечер, а до сих пор никто не хватился где они. А вдруг их видели, и поэтому не стали звонить.       Через какое-то время Антон проснулся, сходил в уборную и попил кофе. В итоге снова уснув, он уронил свою голову на плечо Арсения Сергеевича. Специально он это сделал или нет никто не узнает, но Арсений Сергеевич не стал ее убирать. Наоборот, он сам положил свою голову на его и тоже вскоре уснул. Ему было все равно кто там что подумает. Самое главное он помирился с Антоном. Наверное. По крайней мере они встали на путь примирения. Уже хорошо.       Уже ночью, часов в 9, Лара очнулась и ее предупредили, что двое человек ждут ее с тех пор, как она прибыла. Она вышла из палаты и оглянувшись по сторонам заметила Антона и Арсения Сергеевича. Она подошла к ним и увидела как они мило прижались друг к другу и спали. Ей не хотелось их будить, но другого варианта не было, поэтому она подошла к ним и потрепав за плечо каждого, позвала их. Они нехотя разлепили глаза и увидев перед собой Лару тут же проснулись окончательно. А затем повернулись друг к другу. Конечно Антон засмущался, поняв, что он уснул на плече Арсения Сергеевича, на что тот лишь улыбнулся украдкой. Тут Антон резко вскочил: — Лар, как ты? Извини пожалуйста, что так получилось, что я могу сделать, прости пожалуйста… — и заобнимал ее. — Антоон, хей, все окей, давайте позже поговорим, — ответила она, увидев виноватые лица обоих, — езжайте по домам, вы и так целый день здесь просидели. — Тебе точно уже лучше? Может быть нам стоит остаться? — затараторили оба. — Да, все нормально, поезжайте. Вам бы самим привести себя в порядок не помешало, - многозначительно посмотрела она на синяки на их лицах. Оба опустили взгляд вниз, будто провинились: — Хорошо, но обещай писать и звонить если что понадобится. А еще пиши как у тебя дела. В любое время!       Арсений Сергеевич посмотрел на Антона, и захотел дать подзатыльник тому. В другом случае, он так бы и сделал, посчитав, что тот собрался отлынивать от работы, но тут идет речь о Ларе, а она ему как дочь, поэтому он заботится о ней.       Они распрощались, оба еще по сто раз извинились, пообещали звонить чуть ли не каждые полчаса, и только потом позволили себе уйти. Начальник подвез Антона до дома. — Спасибо, что подвезли, — Антон улыбнулся. — Не стоит благодарности. — Тогда до встречи? — Да, до завтра, — Арсений Сергеевич улыбнулся. Антон открыл дверь и вышел из машины, но тут Арсений Сергеевич резко выскочил из нее и позвал Антона. — Антон, постой. Антон обернулся и сделал вопросительный взгляд. Арсений Сергеевич подошел к нему и спросил: — Я надеюсь между нами все в порядке теперь, никаких обид? — Да все ок, — ответил Антон. Но по лицу начальника было видно, что это явно не тот ответ который он ожидал. Антон это понял. Он протянул руку для рукопожатия и тот ее принял, но тут вдруг Антон притянул его к себе и обнял. Арсений Сергеевич сначала опешил, но тоже обнял его. — Все в порядке, — прошептал он, но начальник услышал его. Вот такой ответ его устраивает. Антон разомкнул объятия и отправился домой, а Арсений Сергеевич еще постоял так пока его спина не скрылась за дверью парадной, а потом уехал. «1:1, Арсений Сергеевич» — подумал Антон о счете их внезапных объятий.