С тобой или без тебя

***

На следующий день Драко увидел нечто странное, когда пришёл в универ. Он решил понаблюдать за происходящим, стоя возле своего шкафчика в конце коридора. Толпы студентов гуляли по этажам. Кто-то направлялся в столовую, кто-то во двор, чтобы покурить, но зацепило Малфоя другое. Ранделл и Гермиона бурно обсуждали что-то. Прислушавшись, Малфой услышал обрывки фраз: — А что, если я говорю правду? — Ранделл поправил причёску и ехидно улыбнулся. — У меня есть парень, Ранделл… — Я буду тебя добиваться. Подаришь одно свидание? — больше Малфой не смог ничего расслышать из-за постороннего шума в коридоре, однако увидел, что Гермиона кивнула, согласившись на предложение. «Да она с ума сошла! С этим двуличным челвоеком идти на свидание? Я должен рассказать об этом Поттеру, даже если не переношу их всех», — подумал Драко. Несмотря на их с Гермионой взаимоотношения, он не хотел, чтобы Ранделл навредил ей и остался безнаказанным. Малфой купил в автомате стакан американо и пошёл в аудиторию, сделав небольшой глоток. — Малфой, ты снова пьёшь этот дерьмовый кофе? — сказал Ранделл так, будто хотел задеть одногруппника, хотя Малфою было всё равно. Он понимал, что его вкусы не для всех и продолжил пить. Эта горечь Малфою даже нравилась. Он пробовал разные виды кофе, но американо был самым любимым. Без сиропа, молока и сахара... Просто кофе без лишних примесей. И тут Малфой задумался о том, что разные люди у него ассоциируются с каким-либо видом этого чудесного напитка. Например, Ранделл всегда был для него переваренным эспрессо. В присутствии этого человека даже находиться было неприятно, не то что составлять ему компанию! На самом деле такая же кофейная энергетикапрослеживалась и у отца Малфоя. Он боялся этого мужчины всё своё детство, однако старался не подавать виду. Человек, который, казалось бы, должен поддерживать своего сына, стал для него главным кошмаром всей жизни! Малфою уже было не до того, о чём рассказывал лектор. Он осматривался по сторонам, изучая всех людей в аудитории. Когда его взгляд устремился в сторону Гермионы, он задумался. Личность этой девушки никогда раньше не вызывала у него особого интереса, и Малфой даже думал, что у неё вообще нет этой «кофейной энергии». Но это было в школе, а с тех пор они оба сильно изменились. «Точно! Грейнджер — сладкий мокко с мороженым и листиком мяты!» — подумал Малфой, потому что между ними двумя явно ощущался холодок. Но это в основном была его вина... В детстве Грейнджер была безобидной сахарной девочкой, которая излучала светлую энергию и была полна надежд. Пока кое-кто не разрушил её безмятежность и веру в лучшее... Когда пара подошла к концу, Малфой увидел, что Ранделл и Гермиона куда-то пошли вместе, и посчитал своим долгом отправиться вслед за ними. — Слушай, Герми, в прошлый раз у тебя не получилось прийти на вечеринку, — Малфой наблюдал за их диалогом и ждал какой-то подлянки. Они с Ранделлом были не особо знакомы, но уже успели сделать определённые выводы друг о друге. — Однако завтра у меня День рождения. И я хочу, чтобы ты подарила мне свой визит! И... одно свидание. «Одно свидание. Конечно! Ублюдок...» — Малфой злился, потому что после кратковременного общения с Ранделлом осознал, что от этого человека нельзя ожидать ничего хорошего. Он лишь использует всех! Но в то же время Ранделл чем-то напоминал Малфою себя в школьные годы. Только вот он вырос, а Ранделл так и остался избалованным мальчишкой, который задирает слабых.

***

«Поттер, я понимаю, что ты мне не доверяешь. Однако твоя девушка в опасности!» — Малфой быстро напечатал сообщение в мессенджере и отправил, не парясь о том, что Поттер о нём подумает. «С чего бы я должен тебе верить?» — долго ждать ответа не пришлось. Собеседник ответил уже через пару минут. «С того, что Ранделл — конченный псих. И она завтра отправляется к нему на День рождения! Мы должны попасть туда и испортить вечер», — Малфой сразу же перешёл к делу и выдал свой план. «Может, я просто попрошу её не идти?» — Малфою не понравилось предложение. Почему-то он был уверен, что Гермиона бы всё равно туда пошла. Вместо этого он хотел застать Ранделла за чем-то ужасным и отомстить ему за всех. «Нельзя так убегать от проблем! Если не Гермиона попадёт в его ловушку, то другая девушка. Мы должны его присечь!» «С каких пор тебя стали волновать другие, Малфой?» — сообщение бывшего одноклассника задело за живое. Малфой бросил телефон на кровать и начал вспоминать, сколько же дерьма он сделал Поттеру, Гермионе... Многим. Это было то самое, за что он не мог себя простить. Никто не мог простить... Достав из коробки новое лезвие, Малфой принялся водить им по своей коже, снова наказывая себя. Но эти наказания уже давно переросли в то, что нравилось Малфою. Обычно такие люди думают, что физическая боль может заглушить душевную, но это не так. Боль Малфоя не заглушала его дурные мысли, а лишь усиливала: — ТЫ ТАКОЙ ЖАЛКИЙ... КАК БЫ НИ ПЫТАЛСЯ, ТЫ НИКОГДА НЕ СМОЖЕШЬ ИСПРАВИТЬСЯ И СТАТЬ ХОРОШИМ, И ТЫ ВСЁ ЭТО ЗАСЛУЖИЛ. НИЧТОЖЕСТВО! Пока Малфой терзал своё тело и душу, ему на Мессенджер приходили разные уведомления. Поттер: «Малфой, ты где?! Уже час прошёл. Что делать-то будем?» Поттер: «Ты, что, обиделся? Я просто сказал, не подумав... Это хорошо, что ты изменился!» Потерр: «Я тебе верю и согласен на твой план!» Телефон разрывался от сообщений. Наконец Малфой обработал раны перекисью и, переждав, когда боль утихнет, взял его в руки. «Я уснул... Встречаемся завтра за два часа до вечеринки. Там всё и обсудим», — Малфой не стал раскрывать Поттеру истинной причины своего долгого отсутствия в сети. «Ты, что, обиделся?» — после прочтения этого сообщения Малфой озадаченно почесал в затылке. Он не держал зла на Поттера. Единственный человек, на которого тот злился — он сам. А Гарри просто, сам того не осознавая, надавил на больное место. Малфой захотел отвлечься и, как обычно делал по вечерам, вставил в уши наушники и включил свой плейлист с любимыми песнями.

«Я злой человек... Злой человек. Я твой человек! Твой человек...»

— песня Земфиры пробирала до дрожи, но этим она и нравилась Малфою. Ещё недавно он понял, что не одинок. Его родственная душа была где-то рядом... Но когда же его человек покажется? Сколько ему ещё этого ждать? И готов ли он..? «А смогу ли я полюбить свою же родственную душу..? Я ведь даже не знаю, каково это!» — отец воспитывал Малфоя методом «кнута и пряника», поэтому тот начал думать, что не заслужил тот самый «пряник», а в этом случае любить и быть любимым. Его наказание — сольная жизнь и, как бы ни было Малфою тяжело это признать, работа над проектом с Грейнджер сделала его менее одиноким. Хоть с кем-то он мог общаться вне университета, пусть даже по теме учёбы. Между ними была высокая непоколебимая стена, которой Малфой собственноручно положил начало. Стена, через которую невозможно перелезть в два счёта...