` Особо опасна

Знакомые стены больницы встретили Анну привычным холодом и противным запахом медикаментов. Пустые коридоры навевали тоску. Девушка прошла мимо удивленной медсестры в сторону больничного крыла, где лежали обычно те, кто находился в коме. -Вы к кому?! – вслед полукровки раздался удивленный возглас той самой медсестры. Де Болейн обернулась. Дежурная медсестра была молоденькой девушкой, лет 18-19. Тусклые блондинистые локоны безжизненно спадали по плечам, смертельно бледное лицо, карие глаза. В её виде не было ничего примечательного, и де Болейн это понимала. Анна подошла к медсестре. -К своей старой знакомой. А пока я буду её навещать, - полукровка наклонилась к уху девушки, - принеси мне три пакета донорской крови. Третья группа, резус фактор – положительный. Быстро отвернувшись, Анна направилась вглубь помещения, а медсестра, как загипнотизированная, отправилась исполнять поручение полукровки. Палата Эмили Янг ничем практически и не изменилась, разве что цветов стало больше. Де Болейн прошлась по палате, оглядываясь вокруг, как будто ища где-то ловушку. Встав напротив кровати, Анна усмехнулась. Бледное, насколько это возможно у Квилетов, лицо, худые руки. Подключенный аппарат показывал, что Янг стабильна, пульс в норме, но никаких признаков жизни не проявляет. Полукровка внимательно рассматривала шрамы на руках Эмили, оставленные от драки. Вытянув вперед руку, вампиресса как-будто стала что-то призывать из тела подружки оборотня. Вскоре черная дымка начала появляться над телом девушки. Анна, ощутив, что весь её гипноз и дым вышел из Янг, резко взмахнула рукой. В этот же момент Эмили глубоко вздохнула, выгибаясь дугой, и закашлялась. -С пробуждением, Эмили, - язвительная ухмылка слетела с губ полукровки. Янг обратила внимание на стоящую перед ней девушку. -Кто вы? Что вам нужно? -Значит, ты забыла, как рыжеволосая вампирша чуть не убила тебя, выпив практически всю кровь, и лишь мой дар помог тебе выжить? – Анна внимательно разглядывала лицо подружки оборотня, довольная тем, что все воспоминания о ней в ту злополучную ночь, исчезли из темной головки Янг. -Зачем вы мне все это рассказываете? Что вам от меня нужно? – Эмили вжалась в кровать. Большие карие глаза испуганно наблюдали за каждым движением полукровки. -Скажем так, я сделала небольшой подарок Сэму Адли, «вернув тебя с того света». Ведь он так из-за тебя страдает. -Сэм,… - тихий неслышный шепот слетел с губ подружки оборотня. Слабые ручки с силой сжали одеяло. По щеке Янг покатилась слеза. -Я оставляю тебя в живых, Эмили Янг, только потому, что ты была ко мне добра весь год и подарила мне материнскую ласку, - в голубых глазах сверкнули красные огоньки. – Не забывай, кто помог тебе вернуться с того света. Выздоравливай. Сказав последнее слово, Анна незамедлительно покинула палату, а затем, получив донорскую кровь, и больницу. Вдохнув осенний воздух маленького городка, девушка задумалась. Правильно ли она поступает сейчас, покидая этот городок?! Здесь её полюбили, приняли как свою, подарили кров и доброту, не требуя ничего взамен. Нет. Анна стряхнула головой, как-будто прогоняя ненужные мысли. Её должно сейчас волновать совершенно другое. Другое: почему она стала такой сентиментальной и расслабленной? -Лишь один человек поможет мне разобраться в этом. Лишь он знает мою душу так, как этого не знают другие, - прошептала девушка, садясь в самолет. Закрыв глаза, де Ларен попыталась уснуть. Путь предстоял долгий. 11 часов спустя. Выйдя из аэропорта города Тыргу-Муреш, Трансильвания, полукровка осмотрелась. Она давно не появлялась в этом городе: прошло пять лет, как она последний раз бывала на родине великого Графа Вампиров – Владислава Дракулы. Зайдя за угл очередной забегаловки, девушка осмотрелась. Народ проходил мимо переулка, не обращая внимания на полукровку. Анну начал охватывать привычная черная дымка, перенося свою госпожу в нужное место. Место, куда перенеслась Анна де Ларен, больше походил на заброшенный городок с возвышавшимся над ним замком, чем, как поговаривали люди в близ лежащем поселке, на заброшенную деревеньку, которая славилась когда-то дурной славой. Полукровка усмехнулась: великолепная иллюзия, созданная сильным или магом, или вампиром, скрывала от невидящих глаз величественный замок клана де Ларен. Точнее то, что от него осталось. Холодные стены были в полуразрушенном состоянии, некогда красивые окна, украшенные красивыми шторами и разноцветными стеклами, теперь показывали пустоту и холод. Ступеньки, по которым ступала Анна, зарастали мхом. Мрачные коридоры могли вселить ужас в любого, даже безумного храбреца. Девушка шла вперед, превосходно видя в темноте каждый уголок коридора. Чем глубже и глубже уходила во внутрь замка, тем сильнее происходили изменения во внешнем виде де Болейн. Золотистые локоны, завязанные в пучок, расплетались и теперь лежали волнами по спине девушки, доходя до её поясницы. Джинсы и кофта, охваченные черным дымом, стали исчезать, уступая место красивому черному платью в пол и со шлейфом. Красивое подобие диадемы, украшенное изумрудами, превосходно смотрелось в светлых волосах полукровки. Анна подошла к массивной двери, которая к удивлению была сохранена намного лучше, чем весь замок вместе взятый. Красивые узоры, сделанные из серебра, украшали и создавали образ двух драконов на красном дереве. Три раза стукнув по двери, полукровка отошла назад. Массивные двери медленно открылись, пропуская юную де Ларен во внутрь. Анна оказалась в огромном тронном зале. Пыльно, пусто, холодно. Везде свисала паутина. В конце зала стояло кресло, на котором неподвижно восседала красивая женщина. Черные длинные локоны, исхудавшее лицо, которое ничуть не портило красоту. Одета была женщина в черное длинное платье. -Ты давно не появлялась, - как только за полукровкой закрылась дверь, женщина медленно открыла глаза. Красные зрачки выдавали, что она далека от вегетарианства. -Не было времени, Учитель, - было странно видеть, как такая хладнокровная и гордая девушка преклоняет свои колени перед кем-то. В этом реверансе было уважение, почтение, преданность и служение. -Ты принесла? – женщина как-будто и не заметила глубокого реверанса. Встав с трона, она проследовала к высоким окнам и посмотрела в сад. Хотя садом это было сложно назвать. Обугленные деревья, пожелтевшая трава, сорняки говорили о том, что сад уже давно пришел в запустение. Впрочем, как и сам замок. -Вы знаете, что я не в состоянии не выполнять ваши приказы, - полукровка склонилась в реверансе. Темная дымка, верный спутник де Болейн, скользнул по подоконнику, оставляя после себя два бокала и графин, наполненный красной живительной жидкостью всех Холодных. -Ты верна мне. И я это ценю, - на по губам женщины скользнула улыбка, но это длилось лишь мгновение. – Ты единственная, кто не отвернулся от меня. А я – единственная, кто понимает тебя. -Госпожа,… - в глазах Анны мелькнуло противоречие словам Холодной. -Я знаю. Я все знаю. Тот волк испытывает к тебе что-то. Что-то похожее на запечатление, но это не импринтинг. Я бы почувствовала, - женщина пригубила кровь из бокала. – Не стоило отталкивать его так грубо, хотя в твоих действиях я вижу причину. -В наш план пытаются влезть де Ларен, - девушка решила перевести разговор. – Они, похоже, догадались о моем слабом месте и попытаются противостоять и мне, и вам. -Твое слабое место связано не с прошлым и не с личной жизнью, - Холодная отошла вглубь зала. – Пока ты исполняешь задуманное, ты должна запереть все свои чувства, боль и разочарования глубоко в сердце, иначе все, что мы делаем, окажется напрасным. Вольтури доверяют тебе? -Полностью. Аро поражается моей силе и хочет видеть меня в своих рядах. Даже Кайус, который отличается своей жестокостью и подозрительностью ко всему, уважает меня и доверяет. -Очень хорошо, - женщина вновь улыбнулась. – Ты можешь пойти отдохнуть, моя дорогая, любимая внучка, Анна де Ларен. -Спасибо, - полукровка вновь присела в реверансе и направилась к выходу из зала. Вскоре Холодная осталась одна. Она смотрела из окна на сад, продумывая новые шаги и планы на будущее. Ей некому доверять, ей не на кого опереться. Она всегда была одна. Ведь она – в глазах женщины мелькнули красные огни – Холодная, Оборотень, полукровка. Она – Авелин де Бейль.