Командор любви

Первые дни в доме Уинслоу пролетели для Фреда незаметно - он был полностью погружен в дела, в разработку плана по вызволению бедняжки Николь из этой развратной Канады. Но сегодня Уотерфорд решил немного расслабиться и лучшим вариантом показалась предложенная Джорджем партия в пул. Почему показалась? Просто сейчас, стоя в полумраке бильярдного зала, один на один с Уинслоу... Фред чувствовал себя весьма странно. Фред понимал, что его влечение к вашингтонскому командору не является для того тайной, также он чувствовал ответное влечение со стороны Джорджа. Однако, до этого момента у них ни разу не было возможности остаться наедине надолго. Слегка помотав головой, чтобы переключить мысли хоть на что-то помимо сильного тела командора - хотя бы на бильярд - Фред взял кий и нагнулся, целясь в шар. И внезапно он почувствовал сильные, властные руки на своей спине: — Джордж... – растерянно прошептал Фред, не зная даже что сказать. — Ох, Фред, я ведь все понимаю. Понимаю твою страсть. И разделяю. Так что, пожалуйста, не разыгрывай непонимание – даже спиной Фред чувствовал, что Уинслоу самодовольно ухмыляется, произнося это. И руки вашингтонского командора плавно, но уверенно, поползли вниз по его спине, к ягодицам. Фреду это нравилось, он хотел поддаться рукам Джорджа, но почему-то в этот же момент он почувствовал сильную обиду. Обиду на то, что Уинслоу обращается с ним как с кем-то низшим, не как с равным. Словно он для него лёгкая и доступная добыча. — Командор Уинслоу, вы переходите границы, – резко распрямившись, произнес Фред. Уинслоу это не отпугнуло. Он смотрел на Фреда словно удав на маленького, глупого кролика: — Господин Уотерфорд боится своих желаний? Или набивает себе цену? — Набиваю цену?! – Фред был искренне возмущен. — Я командор Галаада. Мне нет нужды набивать себе цену. Вы итак должны знать, чего я стою. Произнося это, Уотерфорд старался выглядеть максимально гордо и независимо. Он высоко поднял голову, расправил плечи и выглядел так, словно в этот момент он зачитывает речь на собрании командоров. — Какой ты смешной... - Джордж расхохотался. – Душечка, ты несколько дней крутил передо мной своей упругой, подтянутой попкой. Ты латентный гей в стране, которая ненавидит геев. И ещё пытаешься как-то себя мне... Выгодно презентовать? Лови момент, голубок, позволь нам двоим насладиться телами друг друга. Фреду стало мерзко на душе. Он хотел, чтобы его уважали, а Джордж же воспринял его как доступную дешёвку. Видел только его тело и лицо, а разве это нужно было Фреду? Он хотел искренней, чистой и светлой любви, основанной на взаимном уважении. — Я натурал, к вашему сведению. У меня есть жена и дочь, была служанка и я не пропускал ни одной церемонии. Моя страсть к вам не имеет никакого отношения к мерзким, богопротивным гендерным предателям. Я сильный галаадский мужчина. Равный вам. Так что, если хотите реализовать всё то, что успели нафаршировать за эти несколько дней... Добейтесь меня! Фред развернулся на пятках и резко покинул бильярдный зал, оставив Уинслоу думать над своим поведением.

***

Фред никогда не ощущал себя так мерзко, как сейчас. Горькие слезы обиды душили его, а бурлящая внутри сладкая карамель страсти превратилась в холодный шар из колючей проволоки. Мужчины не плачут, а мужчины Галаада просто не имеют права на слёзы - но у каждого может случиться момент слабости. Все мы не безгрешны - Фред знал это и считал, что может себе позволить хоть на мгновение выпустить истинные чувства наружу. Уотерфорд не мог понять за что Господь послал ему такое унижение? Неужели он не заслужил капельки счастья, капельки любви за то, как боролся против грешников? Тихий стук в дверь заставил его вернуть контроль над эмоциями. Изобразив на лице лёгкую улыбку, он сказал: — Войдите. На пороге стояла марфа, сжимающая в руке клочок бумаги. — Командор Уотерфорд, господин Уинслоу просил передать вам это. Фред принял послание из рук марфы. На листке значилось: "Сладкий, прости меня. Я понял ошибку. Я жду тебя с сюрпризом. Приходи обратно. Целую, твой Джей." Фред не знал как реагировать, с одной стороны ему по-прежнему было обидно и больно от грубого поведения Уинслоу. И конечно он сильно сомневался, что за прошедшие полтора часа вашингтонец сделал нужные выводы. Однако, Фред был мечтателем и ему очень хотелось, чтобы его мечта о сильном равном партнёре осуществилась. Так что, другая сторона - сторона любви и страсти - пересилила его. Карамель вернулась. Собрав волю в кулак, Фред направился обратно в бильярдный зал.

***

Фред был удивлен. Действительно удивлен. Уинслоу лежал на поверхности бильярдного стола, соблазнительно оттопырив зад, он разливал редкий контрабандный арманьяк по стопкам. В зале играла тихая ритмичная мелодия. Улыбнувшись, Джордж поманил его к себе: — Давай выпьем за тебя и твое появление здесь, прости мой грубый разговор. У нас в Вашингтоне своя история относительно связей между командорами. Признаюсь, я хотел тебя послать, но... Фред, ты действительно стоишь внимания. И я готов добиваться твоего расположения. Для начала же, давай узнаем друг друга получше и сыграем в замечательную игру из прошлой жизни. Называется: я никогда не. Правила следующие: один из нас говорит что он никогда не делал, например, я никогда не спал с мужчиной, – на этих словах Джордж опустошил стопку, — и выпивает, если делал. Как тебе моя идея? Фред был удивлен. Конечно это не что-то сверхъестественное, но для такого сурового и властного человека как Уинслоу такое быстрое изменение в поведении было весьма красноречивой характеристикой его заинтересованности. А также Фреда весьма заинтриговали слова Джорджа о связях между вашингтонскими командорами. — Хорошо, я согласен. Фред аккуратно присел на край бильярдного стола, поднял стопку и улыбнувшись уголками губ произнес: — Я никогда не был в гей-клубе. Джордж кивнул и выпил ещё одну порцию арманьяка. — Ого... - Фред выдохнул. Не ожидал он этого от брутального Уинслоу. — Какой ты очаровашка, – Джордж слегка подался вперёд и нежно провел ладонью по щеке Фреда. — Надо нам с тобой наверстать упущенное, обязательно свожу тебя в такой клуб. Фред покраснел от прикосновений и слов Джорджа, для него это было чем-то абсолютно новым, настолько необычным и в тоже время... Естественным? Да, именно так. Фред понимал, что достичь такого уровня комфорта рядом с любой галаадской женщиной ему будет просто невозможно. — Вряд ли это получится, таких клубов у нас уже давно нет. - Милый, наивный птенчик, надо знать места и иметь... ик... связи. Говорю же, у нас здесь своя история с этим вопросом, – командор уже был совсем нетрезв. — Я никогда не любил женщин. Фред выпил. Женщин он любил, много раз - а Яснорада долгое время была его путеводной звездой, его вдохновением, его музой... Кажется, Фредову он тоже любил какое-то время - но эта девчонка сама все разрушила. Лишила себя возможности на счастье в этом мире. Будь она с ним искренна, будь его чувства взаимны, он бы конечно не допустил её перевода на другой пост... Он бы обязательно что-нибудь придумал. Но что было, то было, то прошло - теперь Фред понял, что ему нужно смотреть в другую сторону и тогда его желание любить и быть любимым сможет реализоваться. И всё-таки откровение Джорджа стало для него неожиданностью. Если вашингтонец всегда был по другую сторону "баррикад", то почему он был командором Галаада? — Совсем никогда не любили женщин? – осторожно поинтересовался Уотерфорд. — Совсем. Я их хотел и иногда хочу. Но любовь... Их природа, их сознание слишком примитивно, чтобы они могли стать достойными любви настоящего мужчины. Рождение и воспитание детей - единственное на что они способны. И то далеко не все. Дуры непригодные даже для самого простого, – Уинслоу поморщился. — В целом, жен вообще можно упразднить. Какая от них польза? Только мозги... – командор выдохнул, алкоголь путал слова и мысли, — трень... Трань... Трех... Трахают. Фредди, какой же ты соблазнительный... Вашингтонец приблизился к лицу Фреда. Жадным, страстным поцелуем он впился в его губы. Горячий и требовательный поцелуй с привкусом дорогого алкоголя кружил голову Фреду - с не меньшей страстью он отвечал на каждое движение своего... Друга? Любовника? Партнёра? Фред пока не мог сказать кем для него является Уинслоу, но именно в эту секунду ему было плевать на это. Он просто отдался моменту. Растворился в нём. В конце концов, жизнь у него одна и он понёс за нее слишком много лишений, чтобы сейчас одергивать себя и лишать столь редкой возможности на счастье. Пускай даже и мимолётное. Не разрывая поцелуя, Фред начал срывать рубашку с Джорджа - кажется, из-за его неосторожности оторвалось несколько пуговиц... Но черт с ними. Джордж повалил Фреда на стол, его руки блуждали по разгоряченному телу Уотерфорда, горячо дыша вашингтонец прошептал: — Какой же ты сладкий... Расслабься. Сегодня я покажу тебе любовь, – на этих словах Уинслоу уже полностью перестал себя контролировать и отдался инстинктам. Фред же ощущал себя где-то на грани реальности - он не понимал что делает, как к этому пришел, но его тело само подсказывало дальнейшие действия.

***

— Фред, Фред, Фред, ты мой нежный щербет, – Джордж прикусил Уотерфорда за мочку уха. — Вижу, что новый опыт тебе понравился? Что мог сказать на это Фред? Простое "понравилось" было явно не к месту. Та тягучая горячая карамель, что будоражила его сознание и душу последние дни, сейчас слабо и приятно побулькивала. А всего несколько минут назад яростно кипела, разрывая его изнутри на части, повергая в пучину чего-то необъяснимого. Уинслоу был потрясающим. Фреду казалось, что его тело являлось для Джорджа давно известной, но безумно любимой книгой - так знающе, умело и бережно он с ним обращался. — Не то слово... – произнес Уотерфорд, счастливо улыбаясь. — Кстати, я немного не понял твои слова относительно связей между вашингтонскими командорами. Уинслоу ухмыльнулся и прошептал Фреду в губы: — Ох, малыш, об этом завтра. Я не просто расскажу тебе о наших делах, но и покажу то, что полностью перевернёт твое мнение о столице. Фред сглотнул. Он был крайне заинтригован. Хотел бы он задать ещё пару вопросов, но руки Уинслоу вновь добрались до его чувствительных точек - теперь им обоим нужен был второй раунд.