ParaJoker

Выздоровление шло медленно, но неуклонно. Я осматривал помещения и думал над тем, что буду делать. Рождество прошло, и я пропустил шикарную возможность отыграть Санта-Клауса. Конечно, я мог ещё разыграть «опаздывающего Санту», но мне нужен был список детей, что они пожелали и время, чтобы всё сделать правильно. Для Парка Юрского периода было слишком холодно. Для роботов просто не хватало времени и материалов. Вообще я думал над тем, чтобы слетать в карантинную зону и позаимствовать кусочек Армии Машин, нанороботов, которые каким-то образом вышли из-под контроля. Для меня это не было проблемой, так как я имел возможность взять Технопатию, которая позволяла контролировать даже творения тинкеров. Наконец, я мог бы взять Духа Машины, чтобы вселиться в колонию наномашин и управлять ими непосредственно. Но мне хотелось оставить терминаторов на сладкое. Когда я исцелюсь. Выживаемость всё ещё съедала половину ресурсов одной из моих сил. Мне хотелось так же пойти и посмотреть на то, как другие паралюди используют свои силы, чтобы скопировать их, но пока я не исцелился, я напрочь застрял с минимум двумя активными силами, которые не позволили бы безопасно получить желаемое. Интересное наблюдение: используя силу Выживания, я могу делать операции без анестезии. Я определённо не хотел ждать, когда травмы зарастут сами. В попытке ускорить процесс, я взял силу Аугментации. Это была средняя сила и ради неё пришлось избавиться от малых. Аугментация вращалась вокруг протезирования и замены несовершенной плоти на искусственные аналоги. Мне не нужно было этого, но ждать пока мои кости срастутся не было ни сил, ни желания. Бездействие и тянущееся время сводило меня с ума. По помещениям я насобирал достаточно инструментов и материалов, чтобы сделать простой обогреватель и даже больше. Аугментация шла вместе с хирургическим комплексом инструментов и знаний. Ведь замена органа означает, что пациента нужно вскрыть, а после зашить. Вытачивание инструментов для операции не заняло много времени. Точнее, это заняло многие часы, но для меня они пролетели быстро, наполненные видениями и образами от силы, пока я делал всё необходимое в трансе. Мне нравилось моё тело, хотя кое-какие органы я бы всё-таки заменил или усовершенствовал. Просто нужно было учитывать очень многое, были силы, которые влияли на неживую материю. Я не хотел оказаться парализованным из-за электромагнитного импульса или чего-то подобного. Хотя я и был сторонником трансгуманизма, я очень чётко осознавал, что эта сила может стать и слабостью. У всех сил этого мира была одна «маленькая» особенность – они вынуждали использовать их. Нет, не так. Были те, которые это делали буквально, другие косвенно (обстоятельства так складывались), некоторые вовсе были активны постоянно. В любом случае если я заменю часть себя на что-то ещё, мне придётся обслуживать эту замену. И если тело может исцелиться, то для испорченных протезов потребуются запчасти и техническое обслуживание. Пока у меня нет полностью подконтрольных мне нанороботов, которые могут починить что-то в автономном режиме, я не собирался заменять свои органы на неживую плоть. Тем более, что у меня была сила, которая могла делать усовершенствования моему телу на основе съеденного. Типа алмазные когти или типа того. Проблема только в том, что это было не совсем генетическим усовершенствованием, поэтому так же требовалась осторожность, чтобы не попасть в зависимость от этой силы. Да, именно в этом и подвох – зависимость. Строить больше, строить лучше, постоянно искать новые материалы, чтобы сделать что-то ещё – замкнутый круг производства и совершенствования. Местный глава Протектората, Оружейник, глубоко увяз в этом, в создании вещей и «совершенствовании», что абсолютно утратил коммуникационные навыки. В чём-то он добился успеха, но в чём-то безнадёжно проиграл. Моя сила, к счастью, даёт большую гибкость, но я должен помнить о том, чтобы не оказаться в зависимости от неё. Это сложно, на самом деле, практически невозможно, но тут уже мало что можно поделать. Я сделал на себе операцию, скрепляя и частично склеивая сломанные кости. Накладывать швы было неудобно, но я старался, как мог, не желая, чтобы потом у меня были шрамы. Даже если будут, у меня есть идеи, как от них избавиться в будущем. 20-го января я снял последние швы. Всё зажило даже лучше, чем я предполагал. Похоже, что Выживаемость прекрасно сочеталась с вживлением разных инородных тел и заживлении обработанных нужными лекарствами ран. Отменив Выживаемость, я приготовился к боли, но всё, что получил – лишь лёгкое ноющее чувство в мышцах, последствия физических нагрузок и бессонных ночей. Я совершенно не давал себе отдыха! Я смог частично смириться с тем фактом, что оказался в чужом мире и теперь меня переполняли идеи и мысли. Впрочем, это не означало начало бурной деятельности. Я так надеялся на технарские силы, что был немало разочарован, когда понял, что собранное из хлама оружие будет работать только пока есть сила. Маленькая хитрость, которая позволяла технарским силам вообще играть хоть какую-то роль на сцене. Представить, что внезапно человек из девятнадцатого века с дульнозарядным оружием сможет внезапно собрать современный автомат – это сродни фантастике. Нет, в теории, это возможно, но потребуется время и немалая удача, чтобы это случилось. Бездымный порох – это головная боль, которая может взорваться от солнечного луча, если что-то в процессе производства было нарушено. Силы хитрили, контролируя процесс сборки, обходили острые углы и помогали сделать так, чтобы самые острые процессы прошли гладко. Если я сделаю из хлама плазменную пушку, после чего поменяю технарскую силу ответственную за её сборку на что-то ещё, то с вероятностью в 90% она взорвётся в процессе стрельбы или спустя какое-то время. Это то самое, что не позволяло взять и скопировать тинкертех. Одна из многих вещей. Чтобы созданные вещи работали как надо, мне потребуется воистину качественные материалы и сверхточная сборка. Долгая кропотливая работа – не совсем то, чего ты хочешь, оказавшись в фантастическом мире. За время бездействия я набросал список целей для себя. Не из тех, что вот нужно достичь этого или того, а из персонажей в истории и того, что я хотел бы с ними сделать. Ввиду того, что я ненавидел беспросветную мрачность картины, я отбросил даже плохие варианты с плохими людьми. Они не виноваты в том, что родились в таком дерьмовом мире, верно? Так что первой в моём длинном списке была, нет, не главная героиня, её бывшая лучшая подруга. У неё не было сил, и в самой истории она просто покончила с собой в конце (спойлеры от моего «лучшего» друга), но я так и не узнал как именно. В любом случае мне было просто интересно на неё взглянуть. По описаниям в тексте она была «королевой школы», то есть одной из самых красивых девушек, модель и та ещё сука, хотя последнее из-за дурной компании и сильнейшего стресса. В итоге я решил сходить в школу, в которую они ходили. Пиковое состояние вымыло усталость, Плащ сделал меня невидимым, а Незаписываемый гарантировал отсутствие улик, если я где-то облажаюсь. На четвёртую силу просто не осталось энергии. Плащ, не смотря на то, что делал меня «невидимым», на самом деле не делал этого. Это была сила класса «Незнакомец», которая вычёркивала меня из восприятия живых существ, вторая сила подтирала следы на камерах и гарантировала, что я не оставлю отпечатков пальцев или ещё что-то. Вместе они делали меня практически полностью невидимым. Любой предмет на мне или взятый мной так же вычёркивался из восприятия. Моя сила также могла вычеркнуть из восприятия человека, которого я касаюсь, но это отнимало больше сил, и было актуально только для силы Плаща. Главная проблема невидимок в том, что они невидимы – переходить дорогу с оживлённым движением или оставаться в толпе – проблема. Ах, школа… казалось, совсем недавно я сам был выпускником… Хотя моя школа была намного ухоженнее и чище. Честно говоря, я ожидал большего. В рассказе старшая школа Уинслоу была представлена как адская дыра, но я пока не видел ничего особенного. Ну, требуется небольшой косметический ремонт, есть свежие следы от краски, которой явно закрашивали граффити. Забор немного ржавый – это да. Внутри было лучше. Конечно, мелкие следы неряшливости и грязи были и тут, но в остальном это была самая обычная школа. Я пришёл, когда уже шли занятия. Решил прогуляться заодно до администрации. Я предполагал, что всё будет не так просто, поэтому хотел получить имена и адреса учащихся. Это было не так просто, как думал, но всё ещё довольно легко. Всего-то и нужно было уронить кружку с кофе на директора. Когда на тебя проливается кофе, то едва ли ты будешь выяснять, какого хрена кружка упала на тебя, заканчивать сеанс операционной системы или звонить в СКП, сообщая, что на тебя совершил нападение кейп (возможно), пролив на тебя чашку кофе. Так что пока она оттирала пятна и ушла в туалетную комнату, я спокойно скопировал всё, что нужно на флешку и вышел так же спокойно, как и вошёл. К этому времени прозвучал звонок и множество подростков заполонило коридоры. Пришлось маневрировать и стараться ни с кем не сталкиваться. Даже с совершенным контролем тела это было непростым занятием. Наконец, я заметил сияние чужой силы. Бледное мерцание белого золота, шепчущее о фазовых смещениях материи. Теневой Сталкер, София Хесс. Я жадно уставился на неё. Тёмнокожая, с хорошими формами, её лицо не было в моём вкусе, короткая причёска тоже не добавляла ей очков в моих глазах. Она выглядела обычной девушкой, хотя и с хорошей фигурой, но я также знал, что она в хорошей форме. Не олимпийский чемпион, но выше уровня простого обывателя. Рядом с ней было несколько девушек. Внимание привлекла рыжая красавица с хорошей фигурой. Белая, с симпатичным лицом и хорошей улыбкой. Я был готов поставить сотню баксов, что это Эмма Барнс. Я попытался найти третью «принцессу» их компании – Мэдисон Клементс. Она появилась позже. Я не сразу узнал её, она была ниже остальных девушек, её личико было скорее детским, нежели подростковым, фигура едва-едва наметилась, но она и не акцентировала свою одежду на ней. Милые кудряшки, аккуратно подведённые коралловые губки, взгляд больших и выразительных невинных глаз. Она была приятным дополнением-украшением группы. От дальнейшего рассматривания меня отвлёк толчок какого-то парня, что отлетел в сторону, упав на задницу. - Что случилось Грег? – Рассеянно спросил неряшливый парень в наушниках. - Не знаю, кажется, я с чем-то или кем-то столкнулся, - парень подозрительно уставился на меня, точнее, для него это было пустым местом. – Человек-невидимка? Было бы здорово, если бы это была горячая чикса, невидимки же должны быть обнажёнными, верно Спарки? Спарки? Его товарищ ушёл в себя, слушая музыку и отбивая соло на невидимых барабанах. Я не стал задерживаться и отошёл в сторону. К сожалению, я отвлёкся слишком сильно и упустил трио. Впрочем, главное я уже получил – адреса. Я вышел из школы и отправился дальше, размышляя над тем, что я могу и хочу сделать. Формально, трое девушек – злостные злодейки и хулиганки. Ну, относительно. Издевались долгое время над Главной Героиней истории, способствовали появлению у неё силы (совсем неприятный опыт). И продолжали это делать. Девочки были симпатичными, но изнасилование, как способ наказания и возмездия я отбросил. Дело не в жестокости или аморальности, просто это одноразовый способ. Как и убийство. Изнасилование – жестокий и жёсткий опыт для психики, мозг постоянно учится, но мощные потрясения вызывают слом. Не зря когда-то детей телесно наказывали за проступки – это способ добиться слома в психике, тем самым вызывав правильную устойчивую реакцию. Правда, что-то могло пойти не так и слом мог вылиться во что-то ещё. Так же не исключено, что во время изнасилования двое из трёх могут получить силу. Правила этого мира не исключали этого, ведь получение силы путём влипания в смертельные и опасные ситуации, либо путём долгого стресса было нормой. Убийство тоже не метод, так как смерть – не наказание, а просто способ избавиться от кого-то. Это подводило меня к тому, чтобы начать «игру» с ними тремя. У меня было множество сил для этого. Старые фильмы ужасов имели множество классических примеров того, как можно устроить кошмарную жизнь героям произведения, не убивая их. Таинственные знаки, голоса, предметы, которых не было, череда «случайностей», кошмары – вариантов было много. Я мог реализовать каждый. В итоге я придумал идеальный способ получить всё, что мне нужно. Среди моих сил была одна особенно интересная. Бессонница, сила Фредди Крюгера, если бы он был живым человеком. Способность проникать в чужие сны и взаимодействовать там с людьми, даже больше – способность создавать сны. Что может быть ужаснее, чем по пробуждении из кошмара обнаружить что-то из него зажатым в руке? Или внезапно воплотившийся в реальность в виде какого-то предмета. Жуткая игрушка-клоун или даже простой клочок бумаги. Остаётся продумать только сценарий для каждой, это должно быть что-то особенное. В больнице Броктон Бей я смог увидеть, как работает Панацея с плотью и скопировал её силу. Не целиком, только ту часть, которая работает с плотью. Впрочем, рентгеновское зрение, опыт и здравый смысл мне должны помочь наверстать упущенное. Так же мне посчастливилось увидеть силу Девочки Славы, и я успешно скопировал её полёт, силовое поле и даже кусочек ауры. Полёт и Силовое поле шли в комплекте, а аура была производной другой силы. Как бы я не хотел задержаться и поболтать с девушками, пришлось уйти. Сейчас не лучшее время для появления на сцене.