имена

Теплые. Перчатки теплые. На меху что ли? Даби меланхолично вертит их со всех сторон и засовывает внутрь пальцы, проверяя… Да. Подкладка на меху, кажется, это стриженная норка. Злодей хмыкает, богато жить не запретишь. Не понятно, правда, зачем, на улице-то в принципе тепло. Всего-то какие-то плюс три, и для Японии зимой это нормально. — Наигрался? — Ястреб сонный, с мешками под глазами, немного нервный греет руки об бумажный стакан. — Верни перчатку, холодно. — Так я согрею, Птенчик, — растягивая губы в улыбке произносит Даби, но перчатку возвращает. — Принцесска. — У меня нежные руки, — фыркает Ястреб куда-то в свой бесконечный стакан с кофе. Серьезно, он цедит его уже час с того времени как они встретились, сколько можно? Там и кофе-то наверное остыл? Всего на секунду, на обнаженном запястье Даби успевает разглядеть имя. Черные аккуратные иероглифы, веденные/выжженные на коже. Чуя. И это имя отдается тревожным звоночком в сонной уставшей голове, а также теплотой в сердце. Тревожный звоночек пинается на периферию. Мало ли с кем там трахается родственная душа Птенчика. «Чуй» на свете много… Если б Даби, позже, дал себе труд задуматься с какого момента все пошло по наклонной… То с вероятностью в девяносто девять и девять процентов, это было именно это дурацкое раннее зимнее утро, на крыше очередного Пчеловейника. * Если быть честным с самим собою, то Даби свято был уверен, что Вселенная эпично продинаминала его. Мол, тебе, больному травмированному куску говна родственная душа ни к чему. Оно и к лучшему, потому что… Ну серьезно, Даби создан для того чтобы разрушать себя/чужие надежды/все вокруг. Родственную душу он бы свою точно бы прикончил. Поэтому Вселенная его обделила. Или вернее спасла кого-то от Даби. Итог один. На нем не было ни одного имени. За двадцать пять лет ни одного. Можно было бы строить робкие теории, что он или она просто значительно младше, может это кто-то асексуален или этот или эта несчастные закомплексованные девственники. Но чем старше Даби становился, тем очевиднее было, что это не так. И в какой-то поганый момент надежда просто потухла. Как иронично, однако. * Он замечает имя Кагеро во вторник, на бицепсе Ястреба, когда тот скидывает свою дебильную геройскую куртку и валится на диван. Имя на коже героя выглядит старым. Оно не покрасневшее, не воспаленное, буквы точно не кажутся выпуклыми. Значит на коже они точно давно. Даби борется с иррациональным желанием провести по иероглифам пальцем, чтобы убедится в своей догадке. — Пожалуйста, хоть ты не смотри на меня так, — устало бормочет Ястреб и кутается в собственные крылья, словно в одеяло. — Не смотреть как? — Даби останавливается рядом с диваном и наклоняется к лицу героя почти вплотную. Тот лежит прикрыв глаза и выглядит еще хуже, чем в начале недели. — Как-будто я забыл заполнить отчет на пятьдесят страниц об уничтожении генномодефицированного таракана, — потирая пальцами переносицу, стонет Ястреб. — Если б из моей жизни убрали бумажную волокиту, клянусь, я был бы куда счастливее. — Для справки, Птица. Ты мне жалуешься? — задумчиво интересуется пирокинет, присаживаясь на корточки у дивана. — Нет, — со смехом выдыхает Ястреб и приоткрывает глаза. — Я делюсь с тобой особо важной информацией. Даби хмыкает и убирает со лба героя светлую мягкую прядь: — Я польщен, Птаха. Но в следующий раз, предпочел бы что-то поинформативнее чем ГМО тараканы. * — Чисто… ради интереса, — Ястреб — птица, как выяснилось, любопытная. — Это несчастный случай или?.. Он смотрит на шрамы с почти детским любопытством и неуверенно касается огрубевшей кожи пальцами. Так и тянет подшутить и клацнуть зубами прямо перед носом у этого любопытного парня. Даби сдерживается и ровно столько на сколько может. — Или, — ухмылка от уха до уха или скорее защитный злобный оскал. — Сам как думаешь? — Кто тебя знает, — беззаботно жмет плечами герой. — Может ты имена так на своей коже эффектно выжег. И если честно, Даби даже понравился такой вариант отмазки. * То что это не звоночки, а, приближающийся звон колокола, над самым ухом Даби понимает, когда видит третье имя на теле Ястреба. И вот тут на совпадения сваливать все как-то странно. У него на загривке красуется Чэн. Перед глазами против воли встает образ парня из Чайнатауна. Мальчишки, который служил лопоухому боссу мафии и чуть ли не ноги ему целовал. Мотался на все встречи с ним, возился со всем грязным бельем босса и подчищал все так, что ни одна псина не прикопается. Он возвращался в маленькую квартирку после трудового дня нервный и уставший, буквально падал в объятья к Даби. Задница у Чэна была хоть куда. И в койке он был просто на удивление гибким. Чуя. Кагеро. Чэн. Это значит, что еще должны быть: Рёко, Акико, Кадзу, Томоко (или ее звали Терруко?), Лин. — Ты как приведение увидел, — Ястреб оборачивается. Веселый, буквально светится изнутри. Довольный и такой счастливый. Единственный выходной, в которой он вырвался из геройской рутины и просто бездельничал дома. Нелепый, в домашних растянутых шмотках. Самое забавное во все этом, что компания Даби ему действительно приятна. Они сидели и полтора часа играли в какую-то идиотскую игру где надо было мочить зомби, а сейчас на полном серьезе выбирали сериал для просмотра на Нетфликсе. Чуя. Кагеро. Чэн. — Увидел в списке сериалов «Ривердэйл» и, кажется, приобрел парочку седых волос. Птица, не разочаровывай меня, — притворно схватившись за сердце произносит Даби. — Вернись в начало, я кажется видел там «Карателя». — Оу, так ты любитель Марвел? — Ястреб кажется физически светится. Это забавно. Или это свет так падает или… Даби, пинает это «или» так же как и тревожные звон колоколов. — Скажем так, из всего, что они успели выпустить первая фаза и сериалы на Нетфликс радуют меня больше всего. * Это как удар под дых. Как болезнь неизвестной этиологии. Как снег на голову. Как взрыв сверхновой. Даби чувствует себя одновременно и прекрасно, и ужасно. Счастье зудит под кожей, чужая улыбка кружит голову, а сердце бьется словно загнанная в угол птица. Как, однако, иронично. Ему хреново от такого себя. Хочется побиться головой об стену и сказать, мол. Три имени не показатель. Не раскатывай губу. Успокойся. Тебе так не повезет. Это не любовь. А болезненная и нездоровая привязанность к человеку, который проявил интерес к твоей ушибленной персоне. Так было с Рёко. Ястреб предатель и сгинет в неизвестном направлении, как только, так сразу… Даби старается убедить себя в этом. Ястреб смеется и зовет его на пиво под «Джессику Джонс». Даби ведется, продолжая шептать, как мантру, что три имени, совпавшие. * Не Томоко и не Терруко. А Токико. Имя аккуратно расположилось на ключице крылатого героя. Кадзу обнаруживается на бедре. Лин на животе. Даби смачивает ватный диск спиртом и обрабатывает длинную неглубокую рану от когтей какого-то злодея. — Ты не пробовал обращаться к медикам? У вас же там их дофига и больше? Ястреб морщится и облокачивается спиной о кафельную стену ванной. Крылья у него все равно что пустые, перья отрастать будут долго. Ястреб непривычно тихий, весь в своих мыслях, клюет носом, того гляди и отключится на ходу. — Врачи при комиссии не все в своем уме, постоянно с какими-то таблетками эксперементируют… в прошлый раз дали какую-то дрянь для ускоренного срастания костей, и я двигался как в анабиозе почти неделю после нее, — произносит герой. — Какие мы привередливые, — хмыкает Даби и тянется за бинтами. — Я так понимаю, порция донорской крови у тебя в холодильнике тоже лежит на крайний случай? С губ Ястреба срывается слабый смешок. — Ну типа. Чуя. Кагеро. Чэн. Акико. Томоко. Кадзу и Лин. Интересно, а где Рёко? — Что? — Ястреб вновь открывает глаза и буквально напрягается всем телом. — Что ты сказал? Блять. — Ничего, Птица, у тебя слуховые галлюцинации, — пытается все свести на нет Даби. Даже как-то глупо и трусливо. — Рёко, — повторяет герой. Зрачки у него при этом сужаются и выглядит Птенчик… не зло, нет. Но скорее напряженно. — Ага, должна была появится у тебя на теле, лет так пять назад, — продолжая забинтовывать грудь Ястреба произносит Даби. Герой шумно выдыхает. * — Ты понял все еще месяц назад и продолжил молчать! — это не возмущение, скорее шок. Даби тоже прошел через эту чудесную стадию. На это нужно время. Не каждый нужен своему соулмейту и он почти готов к тому что все сойдет на неловкое предложение дружбы или около того. Это нормально. — Тебя сейчас возмущает тот факт, что я молчал или тот факт кем я являюсь? — Кем являешься? — Ястреб ловит взгляд злодея. — Парень, грохнувший позавчера десять человек у тебя на глазах, является твоей родственной душой, — парень с отвратительными ожогами на теле твоя родственная душа. Ушибленный на голову ублюдок твоя родственная душа. Живи с этим и постарайся принять. — Ну и далее по спи… Договорить Ястреб ему не дает, зато доходчиво поясняя не словами, но через рот, что он думает об этой позиции. Целуется он отчаянно, напористо, берет лицо Даби в свои руки и жмется к нему всем телом, словно боится, что он сейчас куда-то денется. Пирокинет устраивает руки на талии крылатого героя. — Пташка, ты целуешься или съесть меня пытаешься? — со смехом выдыхает Даби. — Остановись. Никуда я не денусь. * — Знаешь что? Процесс гораздо был бы легче, если бы у меня на коже что-то тоже было, — задумчиво тянет Даби и забирается пальцами под растянутую майку героя. — Не расскажешь как так вышло, что герой номер два всей Японии до сих пор… — Ответ что меня достаточно имеет работа сойдет? — выдыхает Ястреб прогибаясь в спине. — И мы можем закончить этот неловкий разговор? — Может быть я любезно о нем забуду, — говорит Даби почти в губы Ястреба. — Если ты любезно покажешь мне где тут твоя спальня и мы исправим это дурацкое недоразумение.