Дотянуться до солнца

Венти любил Сяо. Он любил его безграничной и чистой любовью, он верил каждому его слову, поступку и действию. Если у Венти спросят готов ли он доверить свою жизнь в его руки – он сразу ответит «да». Впервые он встретил Сяо у входа в клуб, его знатно мутило, и так же его знатно побили. В тот момент у Венти не было каких-то корыстных намерений, он понимал какого, когда тебя мутит, но никто не помогает. Он подошёл к Сяо и похлопал его по спине. – ты в норме? – Барбатос пытался посмотрел на лицо незнакомца, но оно было скрыто за волосами. После стука по спине, Сяо откашлялся. – Могло…быть и хуже… спасибо... – Алатус сел прямо на бордюр и поднял голову к небу. Об его плечо что-то стучалось, он опустил взгляд, и увидел руку с бутылкой воды и таблеток. – аспиринчик и ношпа. Как раз самое то для тебя. Малыш, ты кажись пить совсем не умеешь. – Венти посмеялся, а Сяо наоборот хмуро посмотрел на него, но таблетки и воду взял. Ну и выпил. – кто из нас тут ещё малыш… мне двадцать два вообще-то…– Золотые глаза пристально наблюдали за собеседником, возраст видимо, вызвал у него только смех. –Ааххахахахаха, какие мы взрослые!! – Венти потрепал парня по волосам, от чего он дернулся. – А самому сколько? К слову, зови меня Сяо. – Алатус полез в карман джинс что бы достать телефон. Включив его, он посмотрел время – уже три часа ночи – Мне двадцать семь. Приятно познакомиться, Сяо. Я Венти. Что за горе у тебя, друг мой? Обычно люди просто так не напиваться. Девушка бросила? – Барбатос достал сигарету из ветровки, и поджёг её, сделав затяжку, он протянул пачку, предлагая Сяо взять сиграету, он не отказался. – Двадцать семь…выглядишь на восемнадцать. – Он задумался, а со стороны Венти послышался недовольное «эй». – Брат умер. Точнее, друг, но был мне как брат. Добрый человек был, и очень хороший. На солнце был похож. Венти приобнял Сяо за плечо. Докурив сигарету, он кинул окурок в урну. – Я не смогу ощутить и понять твою боль полностью, но имею представление какого тебе. Когда мне было 19ть мой лучший друг умер от болезни. Если ты захочешь выговориться, можешь сделать этой сейчас. Незнакомцам и вправду легче выговориться, знал бы ты сколько бармен выслушал моих слез за три года. *** С их первой встречи прошло два года, их отношения налаживались и в них царила идиллия. Если Сяо было плохо – Венти выслушивал его и помогал, и так же наоборот. Венти нравилось просыпаться по утрам не из-за того, что его голова трещит, и хочется выблевать все органы, а от объятий Сяо или же поцелуев. Его парень был довольно нежным и ранимым человеком, хотя пытался казаться крутым и безэмоциональным перед знакомыми и остальными. Каждый раз после работы, Венти и Сяо заваливались без сил на кровать и спали в обнимку. На выходных они могли выбраться на природу, где Барбатос играл ему на гитаре или флейте. Сяо много раз спрашивал почему у него прозвище в честь демона, на что парень лишь улыбался и отвечал, что «мой старый друг назвал меня так. Это прозвище – главная память о нём и нашей дружбе». – Сяооо, давай что-нибудь закажем, – Венти лениво растянулся на кровати обнимая подушку. – Ага, нам с твоим гастритом только всякую хрень заказывать. Откинешься – плакать не буду. Напишу на могильной плите что «умер из-за того, что нормально не ел» – Венти на слова Алатуса залился смехом и обнял парня. Поцеловав Сяо в висок, он обнял его. – Я тебя люблю, Сяо. И буду любить тебя всю жизнь, обещаю. И Венти сдержит обещание, он будет любить его до самой смерти.