Saltare et cantare

-Чонгук, прекрати строить из себя актрису дешевого театра. Не психуй. - спокойным тоном говорит Намджун, идя по коридору вслед за альфой. - Я не психую. Я просто терпеть не могу эти дурацкие светские вечера! - Чонгук быстрой походкой идёт к своему кабинету, замечая у двери двух охранников. - Вы какого хуя здесь стоите!? Я вчера вам сказал, стоять по периметру дома, а не торчать около моего кабинета!!! Что не понятного!? - альфа так зол, что просто слов нет, злость туманит разум, рука так и тянется к пистолету, который находится за спиной. - Чонгук, походишь там пол часа и уедешь. - поддакивает рядом стоящий Юнги. - Сказал, не пойду. Уверен на все триста процентов, что этот вечер они устроили ещё и для того, чтобы меня снова с кем-то свести. Эти семейные выгодные отношения меня уже достали. Мне шлюх хватает. Лично приписывать мне их не нужно. - Даа, в прошлый раз омежка была так себе, но у них очень выгодный бизнес... - Юнги хватит. Всё, не хочу об этом говорить. Ты мне скажи, что там с товаром? Где место поставки? Почему Хван мне названивает целый день?- альфа стоит возле своего стола и начинает перебирать документы. - Всё уже в порядке. Он дозвонился до меня - отвечает Юн. - Но ты ведь всё равно пойдёшь. Не расстраивай папу - подтверждает его слова Намджун. - Хорошо вам говорить, у самих есть омеги, причём истинные, а меня пихают к кому только можно - обиженно отводит взгляд. - Не завидуй, мелкий. Найдёшь себе ещё истинного - говорит с насмешкой Юнги и собирается выходить из кабинета вместе с Намджуном, но поторапливается, потому что в него летит какая-то папка. Слава Богу, успел. Ну а как тут не злиться? Твои же родители устраивают очередной вечер для знакомств и поисков нового избранника для своего младшего сыночка. Ведь двое старших сыновей, уже имеют истинную пару, один даже успел жениться. А что Чонгук? Омежка на ночь - это пока что его единственное семейное положение. Но он в принципе и не жалуется. Деньги это позволяют, положение - позволяет, так почему бы и нет? Кстати о деньгах… Чонгук занимается наркотиками: их продажами и покупками. Собственно, как и его два старших брата. У каждого есть своя работа: Чонгук занимается договорами, связями. Намджун - следит за всеми финансами и банковскими счетами. Юнги - разрабатывает план поставок, назначает место получения и отправляет туда своих людей, чтобы отдать или получить товар. Все свою работу знают, и их тоже все знают. Старые связи отца с прокурором и подполковником главной полиции, не мешает их «бизнесу», так как это, конечно же, приносит немалые деньги в страну. Отец, собственно, и начал этот "бизнес", как говорит он, раньше были сложные времена, и чтобы выжить, приходилось браться за грязные дела. Сыновья его не осуждали, а просто приняли из рук отца их семейный заработок. Ведь отец настоятельно просил, заняться этим в серьёз, так как это реальные деньги, и именно на них можно спокойно жить и не бояться, что завтра тебя попрут пинком по зад идти мести улицы и просить крошку хлеба у прохожих. Мальчики послушали главу семьи и не жалеют о своем выборе, ведь ни в чём не нуждаются. Отец же решил заделаться депутатом и ни в чём себе тоже не отказывать. Работа не пыльная, связи с общественностью это его конёк. И да, этот самый светский вечер устраивает он со своими давними друзьями, которые тоже являются большими шишками, так сказать «вспомнить старое и познакомиться с новыми и интересными людьми». Чонгук терпеть это не может. Папа уже позвонил и сказал, чтобы он был в обязательном порядке в восемь часов вечера в ресторане, при этом добавил, что с ним очень хочет познакомиться одна особа омежьего пола. И как здесь не злится? Когда тебе прямо навязывают это дурацкое знакомство. Чонгук, конечно, любит своих родителей, и дорожит ими, но так хочется что-то выкинуть на том вечере, чтобы отгородить себя от этого "интересного" знакомства. Но, походу придётся потерпеть, вот только чувствует он своей пятой точкой, что что-то всё же действительно интересное, но произойдёт. *** Покажите мне человека, который любит свою работу? Таких единицы. В основном работа выматывает и забирает много сил, но есть и такие люди, которые идут на работу с гордо поднятой головой и широкой улыбкой, а также с кучей идей для нового рабочего дня. Вот так же на работу ходит и Тэхён. Вы можете подумать, наверное, он какой-то художник, что обожает творить и создавать что-то новое, или может он актёр, имеющий хорошие знакомства и зарплату. Но нет, он совсем обычный... хотя нет, он ЭЛИТНЫЙ танцор самого дорогого борделя в Сеуле. И он обожает свою работу. - Тэхён, танец был великолепный - директор самого борделя зашёл в гримёрку похвалить лучшего работника - ты как всегда неотразим. - Спасибо - Тэхён вежливо улыбнулся и стал смывать свой макияж мицеллярной водой и ватными дисками. - Все альфы в зале слюни на тебя пускали. И все как один просят приват - спокойно говорит директор. - Я же вам говорил, сегодня я не беру, ни приват, ни эротические услуги. И вообще, сегодня не моя смена - да, только он может позволить себе так общаться с начальством. - Тэхён, ну хватит капризничать, ты ведь понимаешь, что ты лучший в нашем заведении, да на тебя посмотреть записываются на месяц вперёд. - Ну и что? Моя задница не резиновая. А приват, я им и в зале станцевать могу, подойду, поглажу их члены и всё. Этим старичкам и этого достаточно будет. - Но к нам ходят не только старички, но и довольно молодые альфы, причём и те и те с кучей бабла. А им, знаешь ли, одного танца и как ты говоришь "поглаживаний" будет мало, всё же молодая кровь - складывает руки в замок директор. - Ну, для таких, конечно же, станцую приват. За отдельную плату естественно. Кстати, её я думаю нужно поднять. - Ещё поднять??? - удивляется директор. - Ну да, а что вы хотите, я один, а их много, мне что разорваться? Если их что-то не устраивает, то пусть им станцует кто-то другой, я не один работаю в этом заведении - невинно хлопает глазками Тэхён. - Ладно, обсудим это позже. Но, Тэхён, хотя бы один приват прими, мы можем сегодня заработать ещё кучу денег. - Нет. У меня будет рабочий день завтра, тогда я всех и приму - ласково давит улыбку омега. - Хмм, ладно - усмехается директор. Тогда как насчёт ужина? - альфа так и стреляет глазами на откровенный костюмчик Тэхёна. - Нет - омега с ехидной улыбкой, берёт своё пальто, надевает на почти голое тело и выходит с гримёрки, оставляя директора одного. Тот с хитрой улыбкой смотрит вслед уходящему омеге, и засовывает руки в карманы брюк. - Стервочка. Да, всё это - это работа Тэхёна, и он не жалуется. За один танец он получает, можно сказать, целое состояние, это ещё не считая тех денег, которые они дают директору, за отличный танец и омегу, поэтому тот позволяет себе всё что желает: машину, шикарный дом, бассейн. Он уже трижды летал на Мальдивы, и на всё это он заработал сам. Да он продает своё тело, но лучше так, чем это тело будет гнить от холода и голода. Да его родители не смогли обеспечить ему хорошую жизнь, потому что когда он был ещё малюткой, отдали его в детский дом, который тоже не дал ему хорошей жизни. И только когда он выпустился с детдома, то начал бродить по улицам и случайно, проходя возле дорогого ресторана, услышал разговор трёх омег, которые говорили про то, что ещё пару танцев и один альфач точно возьмёт его с собой на остров отдыхать. Вот Тэ и решил подойти и спросить, что нужно сделать, чтобы его тоже взяли танцевать. Он кстати это умел, в детском доме были разные кружки, и Тэхёну почему-то полюбился именно этот. Да, он не знал, что идёт в бордель. Но когда узнал, отпираться не стал, ему всё равно некуда идти. После первого выступления Тэхён получил свои первые деньги и был несказанно рад. Со временем денег становилось всё больше и больше, он смог снять неплохую квартиру, а позже вообще купил дом. У него было всё, и он был этому рад. И всего он добивается сам, сам танцевал днём и ночью, репетируя чтобы стать лучшим, сам попросился на эротические услуги, сам терпел эту адскую боль, когда альфы не могли рассчитывать свои силы, а омежка то, очень молод и с великолепным телом. И он стал лучшим. И не жалеет, что его привели в это место, благодаря которому, он является тем омегой, которого хотят все. А он ещё думает, кому давать себя, а кому нет. Теперь он это может делать. Может позволить. И позволяет.