Кровавый голос.

Кровь на цветах. Яркая и насыщенная, алая и болезненная. Болезненная глазам. Жидкость лежит на цветах, подчеркивая невинную белоснежность растения. Мог ли Сяо это предвидеть? *** Ветер ласкает волосы Адепта, что лежит на коленях у барда. Сам же бард играл на инструменте, что кличат «лирой». Игра была не резкая, без мотива, просто мелодия, которая словно убаюкивала. Мелодичное мычание добавляло звукам струн только большую энергетику. Может, другие бы и не чувствовали этой атмосферы звуков и энергетики голоса обладателя кос, что так глубоко запали в душу адепту, но якса как раз чувствовал. Это завораживало, успокаивало, облегчало мнгновение. От ранений не остаётся и следа. Музыка загадочного архонта и впрямь лечила. Не только физически. Она лечила душу Сяо. Залечивала и заклеивала раны, что так мучают Алатуса на протяжении многих лет. — знаешь, не думаешь, что не справедливо.. — начинает так называемый «Венти». Сяо будет долго привыкать к этому имени., —.. ты стараешься для ли юэ и для его жителей, ничего не получая взамен. Ты каждый раз получаешь ра..., — Адепт не слушает. Он слышал это много раз из уст архонта. Сяо видел, как «венти» пытается донести до него, но он и сам понимает это. Он верен своему камерчискому долгу и останется с ним до конца своей никчемной, как считал сам якса, жизнью. Замечая, что парень на коленях не слушает, музыкант замолкает и проводит тонкими пальцами по шёлковой коже щеки, на который присутствуют надоедливые царапины и садины. Проводит совсем невисомо, будто боясь спугнуть дикого зверька. — хорошо, я понял твою упёртость, малыш Сяо, — ласково мурчит парень с висящими косами и улыбается. «Надоедливый, но не обходимый луч солнца», — считал Алатус. И впрямь. Архонт был шумным и иногда раздражительным, но это возможно..даже и привлекало? Может быть. По крайней мере, он и впрямь считал Венти лучом света в своей жизни. На слова барда Сяо чувствует, что начинает невольно краснеть и пытается вернуть самообладание и холодный, словно самый настоящий лёд, образ, отводя взгляд куда то в сторону. — посмотри на меня, Сяо, — снова мелодичный тревожит мысли адепта. Вытягивает из того ужаса, что алатус не выносит. *** «— посмотри на меня..Сяо.—» *** Первая встреча. Венти сидит на камне, перебирая пальцы на отверстия флейты и играет мелодию. Сяо хорошо помнит эту мелодию. Адепт был на грани смерти и подразумевал, что это конец. Конец всему плохому. Но нет! Этот архонт снова вытягивает его из пучины страха и смерти, давая надежду. Надежду на счастливый конец. *** Холодная рука опускается с лица яксы на землю, что скоро заберёт тело архонта. Бездыханное тело лежало в цветах Сесилии, что окрасились в алый цвет. Этот цвет станет самым ненавистным цветом Сяо. «— мы ещё с тобой встретимся, Сяо., —» — последние слова того, кто был надеждой адепта. Кто вселял чувствв, которые якса никогда не испытывал. Венти был тем, кто смог вытащить Алатуса хотя бы на мнгновение из этого кошмара. И теперь этот кошмар — это картина перед Сяо. Анемо архонт пал. Пал из за любви к адепту.