Мне нужна твоя поддержка

      Вся семья сидела за столом. Доставка приехала как нельзя вовремя, к ужину. Стивен настаивал на том, что стоит устроить вечеринку по поводу возвращения матери, но сама Розовая умоляла этого не делать. Если бы не консультация Гранат, парня невозможно было бы отговорить от этой затеи.       Несмотря на тёплый приём старых друзей, Розовая чувствовала себя ужасно, боялась, что они терпят её и улыбаются ради Стивена. Ей хотелось убежать на край земли, в недра планеты, лишь бы никто не видел её. Ей было больно от мысли, сколько боли она принесла другим, желая добра.       —“Я всегда всё портила и порчу...” —Внушала себе Розовая.       Алмаз был как развёрнутая книга, её все видели насквозь. Действительно, от такого зрелища жалость проснулась у каждого. Неудивительно, что она расплакалась от слов сына, они действительно оставили очень сильный отпечаток на самоцвете.       Грег пытался начать разговор до ужина и даже во время, но тем для общего обсуждения не находилось. Самоцветы также пытались разговорить алмаза, но ничего. Все обсуждения строились на воспоминаниях, которых у Розового Алмаза не было во время бытия со своим сыном воедино. Всё, что делал самоцвет, это мило улыбался и старался не портить вечер.       —Роза, ты не притронулась к еде... —Обратился мужчина, грустными глазами наблюдая за возлюбленной.       —Я не голодна... — Подняла голову Розовая. —Всё хорошо, мне не нужна еда... Лучше сам кушай. —Говорила она нежным тихим голосом, продолжая вновь смотреть на стол.       —Мам, еды на всех хватит.       —Я знаю, милый. — Вновь подняла голову Розовая, улыбаясь сыну. — Прости, я действительно сейчас не хочу. Как говорят люди... Кусок в горло не лезет, да?       —Поэтому я съем твою порцию. —Радостно накинулась на еду Аметист.       —Да как хочешь, кушай конечно! —Радостно ответила Розовая.       —Аметист!       —Жемчуг, не надо. —Перебила Гранат.       —А приличие?!       От всей ситуации Розовый Алмаз захихикала. —Простите, я просто вспомнила тот случай у храма в фургоне Грега.       —Это когда я пиццу привёз? — Спросил мужчина.       —Да-а...       —Ааа... Точно, помню как Жем также орала на меня за пепперони.       —Ты разбрасывалась кусочками помидоров... —Недовольно прошипела Жемчуг.       —Весёлые времена были. —Сказала Гранат. Встав со стула, слияние подошло к Розовой. —Надеюсь, у нас будет ещё много столь же прекрасных моментов.       От слов слияния, внутри Алмаза начали бороться два чувства: радость и страх — с одной стороны, это действительно было бы хорошо, но с другой...“Это лицимерие? Она говорит так чтобы я не думала, что противна ей или же что-то ещё...”—Думала про себя Розовая.       —Я говорю это искренне, Роза. —Ответила Гранат. Заметив изменения в выражении лица Розового Алмаза, Гранат дала ей не сильного подзатыльника. — Так вот в кого Стивен параноик.       —Эй! —Вскрикнул парень.       —Прости...       —Хватит извиняться. —Грубо перебила Гранат. Наклонившись к Розовой, слияние погладила её по голове и прошептала:—Всё хорошо... Мы рады, что ты здесь. Понимаю, ты боишься что мы не примем тебя, но это не так. Ты старалась помочь всем и каждому, но для начала, тебе нужно помочь себе. —Отстранилось слияние.       На лице Розовой появилось смущение, от чего Стивен невольно задался вопросом: —“Что она ей такого сказала?” От всего этого, Алмаз задумавшись потянулся к пицце. Взяв кусок пепперони, самоцвет полностью запихнул его себе в рот.       —Вооот! Вот это по-нашему! —Обрадовалась Аметист.       По окончанию ужина у Алмаза проснулся аппетит после вкусной пепперони, от чего, та доела все остатки, что были на столе. Спустя час, оставшись наедине с Грегом, тот решил действовать. Сев напротив Розовой, мужчина взял её за руки и посмотрел ей в глаза.       —Роза... Или мне стоит называть тебя Розовая? —Спросил Грег.       —Нет-нет... Хотя... Как хочешь.       —Мне важно, как хочешь ты.       —Я... Хочу, как хочешь ты.       —Не надо...       —Я не понимаю...       —Ты боишься ошибиться. Боишься принимать решения сейчас.       —Это... Так сильно видно? —Растроенно спросил самоцвет.       —Роз... Ты не должна бояться. Все мы ошибаемся, нет идеальных и ты это знаешь. Важно исправлять ошибки...       —Всю жизнь я думала, что помогаю, делаю лучше, защищаю, а в итоге... Стивен разгребал все мои проблемы. Всё, что я не смогла сделать за шесть тысяч лет, мой сын сделал за три года!...       —Роз...—Печально вздохнул мужчина, приподнеся свою руку к лицу Алмаза, спрашивая разрешение. Розовая прижалась щекой к его руке, смотря столь же наполненными печалью глазами. Грег потянулся к возлюбленной и поцеловал её в губы. Нежный поцелуй, превращающийся в более страстный. Алмаз завела свои руки за шею мужчины, он сделал тоже самое. Отстранившись друг от друга, Грег улыбнулся.       —Вот видишь. Первый шаг.       —Ой...       От неловкости, возлюбленные засмеялись.       Стивен наблюдал из-за двери ванной, радуясь за родителей. Отец все эти годы оставался преданным ей — она любовь всей его жизни. Одновременно с радостью, у парня появилась тоска по Конни. Девушка по случайному совпадению в этот момент позвонила парню. Закрыв дверь в ванную, Стивен снял трубку.       —Хей...       —Стивен! Я так переживала! Ты был недоступен сутки, а после, не брал трубку.       —Прости, Конни. У меня тут такое случилось. Ты сейчас можешь приехать?       —Нет... У меня по графику больше нет пятнадцатиминутного перерыва сегодня. Но... Может, встретимся как - нибудь...       —Да...Конечно. —Ответил Стивен. Её "нет" для парня была как пуля, пронзающая сердце насквозь. Дело не в занятости, а в напоминание о боли во время её отказа на свидании. В тот момент, для парня будто бы весь мир рухнул.       —Эй... У тебя всё хорошо?       —Да... Лучше некуда, прости, мне пора, созвонимся. —Соврал парень и скинул трубку телефона. Ему не хотелось, чтобы она слышала его расстроенный голос и переживала из-за него.       Этот разговор не остался неподслушанным, как думал подросток. Открыв дверь, родители стояли с обеспокоенными лицами и ждали его.       —Не хотели не коем образом подслушивать... —Начала Розовая. — Но... Стивен, всё хорошо?       —Да, просто супер...       —Стьюболл, ты можешь поделиться с нами и... —Говорил Грег, но рука Розовой быстро закрыла ему рот, перехватывая инициативу.       —Если не хочешь, не надо. Мы не хотим тебе мешать или цепляться... А если хочешь... Мы молча выслушаем и поддержим, кто мы такие чтобы судить или лезть в твою личную жизнь... —Подбирал Алмаз слова.       Стивен тяжело выдохнул, приглашающим жестом, парень звал родителей за собой. Семья поднялась на второй этаж. Усевшись на кровать, юноша рассказал о том, как сделал предложение Конни, об её отказе, о чувствах, которые он испытал. Как и говорила Розовая, пара спокойно и молча слушала парня. Мужчина был удивлён порывом сына, в то время как самоцвет восхищался смелостью юноши.       —Ты так похож на Грега. —Сказала Розовая.       —Разве? —Спросил удивлённо мужчина.       —Да. Точно. Ты ведь сам рассказывал о вашей встречи с мамой. Ты выкинул Марти из машины и оставив всё, поехал к ней! —Отвлёкся Стивен, проникаясь воспоминаниями о рассказе отца.       —Именно так... Чтож, нет — не значит - "всё кончено", Стьюболл. У вас всё ещё впереди. Как видишь, я твою мать тогда не смог уломать на свадьбу.       —У меня нет гражданства. —Ответила Розовая.       —Это отмазка. Лучше... —Полез мужчина к недалеко лежавшей у стены гитаре. —Давайте вспомним то, что у вас двоих есть.       —Песня? —С насмешкой спросил самоцвет.       —Комета, детка. И дитё наше... —Поспешил Грег подправить свою речь, вспоминая, что к сыну первая фраза не относится.       На лице матери и сына появились улыбки, они действительно вдвоём знали эту песню и не раз слушали, будучи в фургоне мужчины. Меняю цель безрассудно, Это вывод не трудный—Начал петь мужчина, играя на гитаре. Но.. Там за последней чертою Мир открыт предо мною, Судьбе навстречу я взмою Нет в жизни теперь ничего кроме звезд И мой дом - это космос, яркой кометы я хвост Но со сцены я слышу опять Имя мое повторяет весь зал И я понял тогда, что это все было не зря Мои альбомы раскупаются в лёт И на автограф охота идёт Жизнь эту выбрал я сам, Хоть не прост этот путь бунтаря И на сцене под полной луной Моя вселенная пела со мной И я понял тогда, что уже ничего не боюсь Солнечный луч, путеводная нить Сколько еще я могу подарить? Я вечный странник пронзающий космос о холод и грусть Летел кометой Словно комета Падал кометой Я лишь комета       Пока Грег пел и играл на гитаре, Стивен хорошо устроился на коленях самоцвета, который всё это время без остановок гладил подростка по голове, шебурша пальцами его волосы. Спустя некоторое время, троица лежала на кровати, и смотрела в потолок.       —Прекрасный вечер, не правда ли? —Спросил Грег.       —Правда. —Одновременно ответили Розовая и Стивен, от чего засмеялись в один голос.       Под конец вечера, все благополучно заснули на одной кровати, даже самоцвет.