Последний омега Терры

Фонари осветили остатки центральной площади. Всё, что не крепче гранита, превратилось в пыль и прах, остальное рассыпалось на глазах. Сотни высоток напоминали сломанный конструктор, сложенные, скомканные, перекрученные строения не сохранили даже примерный облик. Грустно. Пирамиды в Гизе отлично простояли десять тысяч лет, а новомодные небоскрёбы не прожили и шести тысяч. Мико старался не реветь, но слёзы капали на энергощит и оставались на коже. Гравидвижки на костюме имели совсем небольшой заряд, но Мико, не жалея энергии, мчался по мёртвому городу в сторону своего дома. Отец купил квартиру в новомодном районе, и он на удивление неплохо сохранился, изобретатели, исследуя новые строительные технологии, не зря штаны протирали, и стены домов выдержали перепады температур и течение времени. Но вблизи всё это оказалось обманом. Мико подлетел к входу и в изумлении замер. Фонари высветили покорёженные остатки дверей, железо расплавилось, рассыпалось, стеклопластик превратился в кусок чёрной грязи. И никаких признаков жизни. Ничего не осталось. На с трудом сгибающихся ногах он поднялся на свой этаж. Словно во сне прошёлся вдоль комнаты. Приятные детские воспоминания щипали глаза, тут он рос, проводил выходные после учёбы и спешил увидеться с родителями после армии. Сейчас даже намёка на прежних жильцов не осталось. Голые стены, копоть, пыль и прах. Останки бытовой техники, каркасы мебели, в которых Мико пытался найти хоть что-то знакомое, но не узнавал. — Нам жаль, — произнёс Ган, положив Мико руку на плечо. Омега не удержался, прижался к его груди и зашёлся в рыданиях. Только сейчас он окончательно осознал, что один, последний на Терре, и не осталось и следа от родителей, семьи, их дома. Ничего вообще не осталось. Нельзя позвонить и написать родным, нельзя встретить знакомого и поделиться с кем-то своей жизнью. Только Ган и Джин — его новая странная семья, сексуальные партнёры, с абсолютно другим менталитетом, что вряд ли смогут понять его душевные переживания и страхи. — Мы можем заглянуть ещё в одно место? — спросил Мико, малость успокоившись. Альфы вывели его из разрушенного дома, и стало хоть немного, но легче. — Конечно, аймра’а. — Мне, как военнослужащему, выдали координаты базы в родном городе. Не уверен, что коды доступа подойдут, но стоит попробовать. Надеюсь найти там данные о системе восстановления и, возможно, уцелевшие носители. Так как Мико прежде никогда не бывал на базе, отыскать точку входа оказалось проблематично. В какой-то момент он даже подумал, что спрятанное подземное укрытие просто засыпало, но потом обнаружил отлично сохранившееся здание парковки, на нижнем уровне которого и нашёлся вход на базу. Очевидно, понимая всю важность объекта, заказчики не пожалели денег и времени, базу правильно спроектировали и построили из крепчайших материалов. Даже створки двери на входе работали, но электроника была мертва, и они воспользовались тугим механическим рычагом, открывающим огромный затвор вручную. К счастью, чем глубже они уходили под землю, тем лучше было состояние базы. Уже на втором уровне панель отреагировала на прикосновение и, к удивлению Мико, приняла его код. Дальше пошло быстрее, всё же военные потратили деньги не зря. Спрятанные от обжигающей атмосферы и от атаки врага туннели ожили, загорелся свет, зашуршали вентиляторы. Подземные электростанции запустились вместе с появлением гостей. Датчики на защитном костюме радостно оповестили, что воздух пригоден для дыхания, а температура не превышает норму. Но Мико пока не рисковал снимать маску. Каждая закрытая дверь заставляла переживать, но его код исправно принимался, и лишь дойдя до информационного центра, Мико понял, что внутрь пропустили бы любого. Система перешла в режим ожидания, прошли тысячелетия, и всё, что выжило из электроники, только и ждало, когда хоть кто-то её запустит. Мрачные потемневшие стены сменились светлым чистым переходом. Двери толщиной в руку хранили секреты военных и будущее планеты. Сам центр переливался огоньками и радостно зажёг экраны, приветствуя первых за шесть тысяч лет посетителей. Огромный ряд хранилищ данных уходил блоками вглубь помещения, несколько кресел откинули спинки, предлагая сесть. Казалось, всё тут только и ждало появления выживших. Стоило Мико провести чипом над основным экраном, как ему перебросили карту расположения всех важных объектов и, главное, проект «возрождение». Правда, схроны частично разрушились, когда Мико сравнил съёмки из космоса, стало видно, что строения не выдержали взрывной волны или огромных температур, утонув в песчаных дюнах, но оставшихся станций должно хватить, чтобы привести планету в пригодное для жизни место ещё на веку Мико. Если им удастся запустить все уцелевшие станции, то уже через год они смогут поселиться в районе Антарктиды. — Всё хорошо? — спросил Ган, заметив, как омега расстроен. — Почти. Наверное. Тяжело думать, что моего мира больше нет и, возможно, никогда не будет. — Если ты пожелаешь, мы останемся тут и будем помогать ему восстанавливаться. — Нет, не стоит. — Мико вздохнул, хотя наверное ему бы хотелось наблюдать за изменениями и что-то сделать самому, но держать тут раккари считал неправильным. Он вывел на экран программу запуска, убедился, что система готова, и с трепетом нажал кнопку запуска ближайших станций. Если система связи сохранилась, то всё сработает. В противном случае им придётся раскапывать каждую станцию и искать способ, как её запустить. О том, что система живая, подтвердил шелест, шорохи и тряска. Сейчас из-под земли поднимались установки, способные перекачивать и регулировать состав воздуха, а потом выпустить споры для озеленения. Мико даже захотелось взглянуть, но он заметил на экране странный значок, мигающий рядом с запасом энергии. Какой-то аппарат выходил из строя или после запуска очистительных станций энергию от него отключили, и сейчас он судорожно подавал сигнал о помощи. Мико пару минут разбирался в настройках, надеясь вернуть питание, но, добравшись до камер, чуть не свалился со стула. — В соседнее помещение! — скомандовал он раккари и бросился открывать двери. Записи с камер показывали блок с криокапсулами, а значит, кто-то из его расы уцелел. Даже если это генералы-президенты, занудные руководящие стариканы, он будет бесконечно счастлив увидеть привычное лицо. Он с нетерпением открыл очередную дверь, коридор вёл мимо складов, где хранили провизию, но её просто сложили на полки, и за тысячелетие всё превратилось в прах. Никто, похоже, не рассчитывал, что сон затянется, но если бы криокапсулы открылись, бедным выжившим пришлось бы питаться пылью. Мико первым вбежал в помещение и замер, обомлев. Часть потолка провалилась и капсулы разбились под тяжестью гранитных плит. Лишь десяток у дверей остались целы, и то лампочки на них не горели. Мико как обрадовался, так и разочаровался, крошечная надежда пообщаться с таким же, как он сам, последним выжившим провалилась. Раккари тоже прошлись вдоль капсул, взглянули на останки и отрицательно покачали головой. Но у крайней в ряду Ган застрял, стирая пыль и грязь с системных датчиков, а потом подозвал остальных к себе. Небольшая манипуляция над подачей питания и капсула вновь загорелась огоньками. Ган тут же запустил протокол пробуждения, надеясь, что непродолжительный перебой энергии не убил лежавшего в капсуле. Мико, затаив дыхание, заглянул в окошко камеры и с восторгом уставился на спящего в ней альфу. Красивый, светловолосый идеал словно сошёл с обложки журнала. Любой омега пожелал бы сейчас оказаться на месте Мико. Последние омега и альфа на Терре. Можно роман написать. Мико же стал думать, что у него спросить. С момента крушения лайнера до гибели Терры прошёл не один десяток лет, выживший альфа мог пролить свет на эти события, рассказать, почему крисрийцы напали, с чем не сложилась торговля и как так вышло, что это привело к катастрофе. Но планы обломал Ган: — Он не скоро проснётся, тебя мы ждали почти двое суток. — Да, — подтвердил Джин, — даже переживали, что ты умрёшь. — Можем доставить его на корабль, всё равно тут закончили с делами, — продолжил Мико. Перевозили выжившего без капсулы. Если альфа хранил в ней личные вещи, то позже сможет спуститься и забрать всё что нужно. Дождавшись, когда капсула откроется, погрузили тело в закрытую переноску и перевезли на шаттле. В маленьком медицинском отсеке, где всего полгода назад проснулся сам Мико, спящий альфа казался чужеродным элементом. Мико, наверное, привык к мысли, что больше не встретит собрата, что он последний. А тут внезапно появился второй. Сразу стало неловко из-за своих отношений с раккари. Да и как теперь принимать их близость, когда перед ним нормальный альфа с нормальным членом. Но всё изменилось, стоило Гану потереться лохматой головой о его плечо, а Джину коснуться губами шеи. Мико обдало жаром, он забыл о существовании терранина и, прижавшись к драгоценным раккари, позволил унести себя в спальню. Джин и Ган относились к нему невероятно, особенно, с нескрываемым восхищением и любовью, никто никогда о нём так не пёкся, даже родители высказывали меньше чувств, хотя у него была любящая семья. Теперь у Мико новая семья, очень важные, пусть и необычные существа заменили ему потерянный дом. И если проснувшийся альфа захочет к ним присоединиться, что ж, Мико не против. А если нет — пусть ищет своего аймра’а, а Мико будет счастлив и так. Раккари избавили его от одежды, затащили в душевую и тщательно отмыли после вылазки на планету. Хоть они и были в защитных костюмах, казалось, песок проник везде. И под тёплыми струями Мико отлюбили так, что все плохие мысли стёрлись, а переживания превратились в пыль. Его альфы приноровились брать его вдвоём и по очереди, трахать на весу, удобно держа в больших руках. Мико не следил, кто из них заканчивает с ним вязкой, но раккари определённо договорились между собой и менялись время от времени. В этот день в сцепке с ним остался Ган, от удовольствия Мико кричал так громко, что разболелось горло. Тело привыкло к наслаждениям, он в неге слушал приятные слова любви и думал, что больше ему ничего и не надо. Довольного и удовлетворённого Мико уложили в его комнате. Омега привычно потянулся за таблетками и с огорчением обнаружил, что остался лишь один блистер. Надо выкроить время между спасением планеты, общением с выжившим и сексуальными утехами и посетить комплекс на луне. Или порыскать в обломках орбитальных станций. Лекарства очень бы пригодились, Мико побаивался последствий, всё же разница в размерах у него с раккари была существенная.