Катарсис - альт версия

Когда вы вернулись в зал, ближний к выходу альков освободился, и ты сразу же его занял. Ким присел рядом и охнул - он тоже оценил насколько мягкие эти подушки. Играет что-то оживлённо-энергичное. К своему стыду, ты не знаешь ни одной композиции, которая прозвучала в этот вечер. Скорее всего потому, что все они были написаны гостями маэстро. Неловкое молчание. Ким наконец надевает куртку нормально и снова тонет в ней. Вы оба не знаете, что сказать. Ты слышишь как композиция меняется на ту, что уже звучала во время вашего разговора с Готье. Люди медленно сползаются по парам, забываясь в объятиях своих партнёров. Ты делаешь глубокий вдох и встаешь. Ким поднимает на тебя вопросительный взгляд. Ты протягиваешь ему руку, чуть наклонившись. ТЫ: -Потанцуем?... Лейтенант Кицураги прищуривается, задумчиво вглядываясь в твое лицо. КИМ КИЦУРАГИ: -Мне не хотелось бы выходить туда. АУЧ. ЭМПАТИЯ: Он не верит, что ты серьезно. ВНУШЕНИЕ: Прояви настойчивость! АВТОРИТЕТ: Я думал, ты умер. ВНУШЕНИЕ: Думал о тебе то же самое. ТЫ: -А нам и не обязательно. Тут достаточно места. Это же не лихое диско. Ты стараешься звучать как можно более уверенно, но твой голос предательски дрожит. Ким берет твою руку, используя ее как рычаг, чтобы подняться, и становится вплотную к тебе. Ты, ещё когда обнимал его, заметил, насколько же у вас большая разница в росте - ты почти на полголовы его выше, и если бы не каблуки его сапог, он был бы совсем крохотным по сравнению с тобой. Ты нерешительно берешь его правую руку в свою, а левой преобнимаешь за плечи. Его рука мягко устроилась на твоей пояснице. Ты отворачиваешься. Ким это замечает и просто прислоняется щекой к твоей груди. Вы медленно качаетесь в такт музыке. Остановись, мгновенье, ты прекрасно! Но ты внезапно вздрагиваешь, как только тонкие холодные пальцы проскальзывают под ткань твоей майки, касаясь кожи. Инстинктивно ты прижимаешь Кима крепче к себе. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Воу, воу! Смотрите-ка кто решил тебя облапать! Ты чувствуешь горячее дыхание на своей шее, но не в силах даже взглянуть на партнёра. А он тем временем освободил свою вторую руку, которая также оказалась под майкой, но выше, в районе лопаток. Тебе ничего не осталось, кроме как положить свободную руку ему на плечи. Губы лейтенанта почти касаются твоей шеи. Твоя рука сама устремилась, как твоему телу кажется, в максимально естественную позицию - на его затылок. Ты чуть вздрагиваешь от покалывания коротко стриженных волос под твоими пальцами. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Давай, Гарри, одно лёгкое движение - и он твой! Это неправильно, это очень-очень неправильно. Ты был к такому не готов. Твой жест с рукой не остался незамеченным - Ким прижался к тебе ещё плотнее, так, что ты можешь чувствовать как бьётся его сердце, как напряжены его руки и… ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Явственный стояк. Кому-то сегодня перепадёт, детка! Ладони лейтенанта меж тем заняты изучением твоей спины - еле ощутимые, слабо акцентированные касания подушечками пальцев вдоль позвоночника к лопаткам и обратно к пояснице. Только сейчас до тебя доходит, насколько ты, оказывается, чувствителен к такому. Гвоздь в крышку гроба твоего самообладания: губы Кима все же касаются твоей шеи. САМООБЛАДАНИЕ: Спокойно, тихо, он просто перевозбужден, ты слишком близко к нему находишься. Это он ко мне слишком близко находится! Что делать-то? Делать что?! ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Как что? Отвечать! АВТОРИТЕТ: СТОП МАШИНА. Тут люди, одерни его! СИЛА ВОЛИ: Соберись давай! ЭМПАТИЯ: Но сделай это аккуратно, иначе он почувствует себя отверженным. Ты мягко смещаешь голову лейтенанта к себе на грудь и обнимаешь его немного крепче. Его руки выскальзывают из-под твоей майки и снова ложатся на спину. Ты чувствуешь, как расслабились его ладони. Ты очень хочешь уткнуться носом в его волосы, но композиция заканчивается и Ким сам отстраняется, коротко кивнув. КИМ КИЦУРАГИ: -Спасибо за танец. - Он звучит очень тихо и старается не смотреть тебе в глаза. Тебе тоже очень неловко. Но ты был рад хоть на пару минут побыть с ним в объятиях, пусть тебя и напугала его реакция. А почему, кстати, она тебя так напугала?... ГРУБАЯ СИЛА: ТЫ. НЕ. ПИДОР. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Когда ты уже заткнешься, а? Да хотим мы его, *хотим*. ДРАМА: Всю его душу и сердце. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: И тело. ЭМПАТИЯ: ...И всю гамму эмоций. Осознание пронзает тебя яснее, чем в тот день, когда ты только впервые допустил эту мысль. Они правы. Во всем. Ты...любишь его. Но ты не можешь сказать об этом - от одной только мысли, что ты произнесешь это вслух, дрожат колени. Вы все ещё неловко стоите на месте. Самообладание возвращается к лейтенанту Кицураги быстрее, чем к тебе. КИМ КИЦУРАГИ: -Кхм. Мы уже можем пойти к месье Гирландайо? Вы, кажется, говорили, что он обещал нарисовать портрет возможного подозреваемого, может быть, он уже готов? Ты облегчённо выдыхаешь. Переключиться на работу почти всегда помогает тебе сбросить морок сомнений и невнятную мишуру эмоций. ТЫ: -Да, конечно, пойдем проверим. - Вы довольно быстро находите маэстро в компании Леона и какой-то милой коротко стриженой женщины. ГОТЬЕ ГИРЛАНДАЙО: -Кариньо, как вы почувствовали, что я уже закончил обещанный портрет? Ты позволяешь себе тепло улыбнуться. А вот взгляд Леона тебе не нравится - возможно, тебе показалось, но в нем проскользнуло какое-то презрение. Чем ты успел это заслужить? ТЫ: -Ну, вы же знаете, что творческие личности быстро сонастраиваются друг с другом, маэстро. Он оценил твою шутку и протянул небольшой лист крафтовой бумаги. ГОТЬЕ ГИРЛАНДАЙО: -Держите, друг мой, надеюсь это вам поможет. Вы останетесь до окончания? Через полчаса Тишь планирует показать свой документальный фильм - очень достойная работа! Ты ловишь на себе взгляд напарника - он почти умоляющий :"Пожалуйста, нет" ТЫ: -Я бы с радостью, месье Гирландайо, но нам завтра на работу, все же хочется успеть немного поспать... ГОТЬЕ ГИРЛАНДАЙО: -Понимаю, отдых несомненно важен. Что ж, был рад вас повидать и познакомиться с вашим коллегой! Надеюсь, ещё увидимся! Доброй ночи, кариньо - Маэстро пожимает твою руку и коротко кивает Киму в знак прощания. Вы молча идете к Кинеме. Ты изредка поглядываешь на Кима, стараясь побороть неловкость. Тебе хочется на него смотреть. А желание получить его улыбку, кажется, стремится заполонить собой все твоё существо. А вот он о чем-то глубоко задумался. ТЫ: -Все в порядке, лейтенант Кицураги?... Тебе показалось или он вздрогнул от вопроса? КИМ КИЦУРАГИ: -Да, простите, я просто очень устал. Все же такие мероприятия меня выматывают. ТЫ: -Понимаю, извини, что потащил тебя, мог бы и сам съездить... КИМ КИЦУРАГИ: -Это наша работа, детектив. Тут не за что извиняться. Вы садитесь в Кинему и лейтенант снова включает это дебильное радио лирик. На фоне смеси стыда, непонимания и все ещё острого желания, чтобы Ким улыбнулся заунывные мотивы кажутся каким-то издевательством. И все же… Тебе больно? И приятно. Воспоминание об ощущении чужих губ на коже наполняет тебя благоговением. И страхом. Зачем он это сделал? Чего хотел добиться? Что он чувствует?... ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Какие тупые вопросы ты задаешь, ей-богу, как маленький. Как громко мне нужно орать, чтобы ты услышал, что он тебя *ХОЧЕТ*? В какие ещё колокола звонить?! ЭМПАТИЯ: И ты ему дорог. Уже очевидно, что не только как коллега. Кому очевидно-то? Мне не очевидно. ЛОГИКА: Эм… Гарри? Тут даже гением быть не нужно, чтобы сложить два и два. АВТОРИТЕТ: Он слишком много себе позволяет. ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: Это действительно перебор. Вы коллеги, он не должен себя так вести! И тем не менее...как спросить? Можно ли спрашивать? Ты уже не знаешь, что делать со всем этим - а меж тем вы уже подъехали к твоему дому. Ты сидишь, уставившись в одну точку. КИМ КИЦУРАГИ: -Детектив?... Мы приехали. Ты смотришь на Кима. А вот теперь ты абсолютно уверен, что твой напарник дрожит. ТЫ: -Боже, Ким, ты что настолько замёрз? Ты трясешься! КИМ КИЦУРАГИ: -Да, действительно не рассчитывал, что будет настолько холодно...- С этими словами он стягивает с себя твою куртку. ТЫ: -Нет, так дело не пойдет, лейтенант Кицураги! - С неожиданной для себя решимостью ты останавливаешь его. - Пойдёмте ко мне, я хотя бы чаю сделаю и найду какой-нибудь свитер. Я не хочу чтобы ты заболел от переохлаждения! Он колеблется, его руки снова ложатся на рычаги Кинемы и нервно сжимаются. Ему требуется несколько секунд, чтобы вернуть самообладание и принять решение. КИМ КИЦУРАГИ: -Хорошо. Спасибо за заботу, детектив. Когда вы доходите до двери твоей квартиры, ты шаришь в карманах штанов, но не находишь ключи. А потом вспоминаешь, что они в куртке и, недолго думая, запускаешь руку во внутренний карман, снова отказавшись опасно близко к лицу Кима. Он смотрит на тебя не моргая, вы неловко застываете, пока наконец ты не выдавливаешь из себя слово : "Ключи". В квартире тоже холодно - неловко получилось. Как ты собираешься его согреть, если тут такой дубак? ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Давай-ка я тебе подскажу... АВТОРИТЕТ: Помалкивай уже, без тебя как-нибудь справимся! ЛОГИКА: Теплое питье и одежда решат эту проблему. ТЫ: -А-кхм, я не ожидал, что она так охладится за вечер, думал потеплее будет... Ну ничего, сейчас чайку сделаю, раздевайся пока. Можешь взять плед - он во втором ящике дивана. КИМ КИЦУРАГИ: -Благодарю. У вас большая квартира, неудивительно, что она не держит температуру. Ты ставишь чайник на плиту и пытаешься найти что-то к чаю, только твои полки пусты, ты в общем-то не любитель сладкого, да и гостей кроме Кима у тебя не было очень давно. Нда, гостеприимный хозяин из тебя, мягко говоря, не очень... Ким нашел плед и уже сидит за стойкой, завернувшись в него. Выражение его лица сейчас абсолютно нечитаемо, только очки загадочно поблескивают, когда он бросает на тебя взгляд из-под стекол. Вы молчите, и тебе становится совсем неловко. К счастью, чайник закипает быстро, и вот ты уже ставишь перед своим напарником горячий напиток. КИМ КИЦУРАГИ: -У вас не осталось сигарет? Я свои в Кинеме оставил. ТЫ: -Да, в куртке пачка, минутку! - Одна нога здесь, другая там - ты протягиваешь Киму пачку и зажигалку. Он даже чуть улыбнулся твоему энтузиазму. Как-то задумчиво вытащил одну сигарету. Покрутил ее между пальцев. А потом резко поджёг и сделал глубокую затяжку. Ты подставляешь пепельницу поближе. ТЫ: -Ты не против, если я...- Стоооп. Стоп-стоп-стоп. Уходи, мысль, уходи! ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Перестань сопротивляться уже, хватит это терпеть! Так дальше нельзя! ДРАМА: Я прошу прощения, мессир, не сочтите за предательство - но, коль вы не можете говорить о чувствах, то хотя бы продемонстрируйте их! Сейчас хороший момент. КИМ КИЦУРАГИ: -...Если вы?... - Ким делает ещё одну затяжку, сигарета стремительно сгорает. ТЫ: -Ну... Я бы тоже хотел покурить… Ким лишь пожимает плечами. КИМ КИЦУРАГИ: -Разве я могу вам запретить? ТЫ: -Ну, я не хочу, эм, целую. *Одной затяжки* будет достаточно... - Ты и сам не понял, когда твое тело успело сократить дистанцию между вами, но оно это сделало. Лейтенант Кицураги вопросительно поднял бровь. А потом до него дошло, что ты имеешь в виду, и он сделал ещё одну затяжку, чтобы выдохнуть дым прямо тебе в губы - между ними буквально остаётся пару сантиметров. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: ДАВАЙ!! И ты преодолеваешь их. Момент касания, кажется, застыл во времени, и ты закрыл глаза в надежде, что это спасет тебя от любых возможных последствий. Но последствие только одно - губы твоего партнёра тебе ответили. Коротко, но чувственно. А вот ты застыл. И тут же резко отшатнулся. ТЫ: -Боже, прости, я… Я не знаю, зачем я это сделал...- Ты отворачиваешься. Кажется, лицо у тебя сейчас больше похоже на красный флаг. КИМ КИЦУРАГИ: -Мое лицо было слишком близко, видимо, у вас сработал рефлекс. - Он говорит это таким будничным тоном, будто это происходит сплошь и рядом. Ты обхватил себя руками. Блять, зачем ты это сделал?! ЛОГИКА: Ты этого хотел. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: ЕЩЁ КАК!. И что это вообще было?! Не поцелуй, а хрень какая-то. Гарри, сделай нормально уже! АВТОРИТЕТ: Абсолютно *нет*. Тебе совсем башку снесло, что ли? ГРУБАЯ СИЛА: Вот именно, ведёшь себя как идиот. Ещё не хватало нам мужиков целовать, мерзость какая. Но… Тебе было не мерзко. Это было приятно. Даже слишком. Ты невольно облизнул губы. КИМ КИЦУРАГИ: -Детектив, вы в порядке? - С каких пор беспокойство в голосе лейтенанта на тебя так влияет? От этого тона тебе вдруг стало невероятно тепло. Ты все же рискуешь повернуться к напарнику. Он выглядит спокойным и немного сонным. ТЫ: -Да все нормально, просто… Извини. Глупости всякие в голову лезут. Видимо, тоже устал, вообще не соображаю… Ким докуривает сигарету и, потушив ее в пепельнице, внезапно для себя самого откровенно зевает. Он машинально прикрыл рот уже после и смущённо приподнял уголки губ. КИМ КИЦУРАГИ: -Я, если честно, кажется, сейчас усну… Бедняга, ты устроил ему такую встряску - ещё и действия твои дурацкие, видимо, перегружают ему мозг не меньше, чем заставляют искриться твой. ТЫ: -Ты можешь занять диван, если хочешь. Простое предложение. А у тебя все внутри сжалось от этих слов. Ему срочно надо покинуть эту квартиру, иначе ты сойдешь с ума, не в силах перестать думать о том, что ты сделал. О том, что сделал он на вечеринке. О нем самом... Завёрнутый в твой плед, взъерошенный и сонный, он кажется тебе чем-то невыносимо прекрасным и уютным. КИМ КИЦУРАГИ: -Спасибо за предложение. Не откажусь, - он встаёт со стула и берет кружку двумя руками. Боже, ещё хуже! С этой кружкой он, кажется, собрал в себе все элементы формулы уюта, которая вышибает тебе мозги, и в черепе остаётся только рой тупых розовых бабочек, которые шепчут: " Обними его, подари ему всю нежность которую можешь, осыпь комплиментами, целуй его руки" Ты ретируешься в поисках одеяла и подушки, пока Ким молча пьет чай. ТЫ: -Тебе диван разложить? КИМ КИЦУРАГИ: -Не нужно, я привык к небольшим пространствам. Если честно, ваша квартира кажется мне слишком большой. Но уютной. - Так, я не распознал никаких эмоций, а вы? ЭМПАТИЯ: Неа. ДРАМА: Аналогично, ваша светлость. С одной стороны, тебе делает легче тот факт, что он совершенно спокойно перенес твою выходку. А с другой… Для него, видимо, это действительно ничего не значит. На что ты надеялся, Гарри? Он просто супер вежливый. И, похоже, боится за твое состояние, поэтому и потакает твоим безумным выходкам. Они в конце концов безобиднее того, что ты творил в Мартинезе. Так что все выглядит логично. Ты вздыхаешь, расправляя простынь. Надо поспать. Иначе этот мыслительный процесс тебя доконает. ТЫ: -Ты не против, если я тоже отвалюсь спать? КИМ КИЦУРАГИ: -Это ваш дом, детектив. Вы вольны делать что хотите. - Тебе хочется думать что это звучит неоднозначно. Но это звучит ровно так, как и должно. Как факт. Ты киваешь. И уходишь в душ, чтобы помыться - вода, возможно, поможет тебе избавиться от наваждения. Ты не можешь ни о чем думать, кроме как о нем, и кажется, что твое тело вибрирует, отзываясь на эти мысли. Да что такое-то?... ЭМПАТИЯ: Ты дал волю чувствам и теперь им не нравится, что ты их опять сдерживаешь. САМООБЛАДАНИЕ: Но тебе нужно их сдерживать. По многим причинам. ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: Субординация, лейтенант дважды ефрейтор. Ну почему ты не Жан? Рявкнул бы "хуердинация" и был таков. Но ты определенно точно не Жан. И твои голоса имеют над тобой негласную власть. ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ: Вообще-то ты сам себе хозяин. Тогда почему остальные так наседают мне на уши? ЭМПАТИЯ: Мы за тебя беспокоимся, только и всего. Каждый в своей манере. Эти слова делают немного легче. Ты оборачиваешься полотенцем и выходишь из ванной. Ким уже устроился под одеялом, рубашка аккуратно сложена на журнальном столике. ТЫ: -Доброй ночи, лейтенант Кицураги. Выключишь свет тогда? КИМ КИЦУРАГИ: -Хорошо. Вы не против, если я воспользуюсь вашей ванной? ТЫ: -Конечно. Используй все что тебе нужно. КИМ КИЦУРАГИ: -Спасибо! Доброй ночи, Гарри. - Он ждёт, пока ты уйдешь к себе на второй этаж, чтобы проскользнуть в душ. Ты ныряешь под одеяло и сворачиваешься, лёжа на боку. Вообще-то спать ты не хочешь. Сердце качает кровь с такой скоростью, что тебе впору бежать марафон или забираться по скалам, а не вот так смирно лежать в кроватке. Ты ворочаешься, пока свет наконец-то не выключается и ты слышишь шуршание одеяла внизу. Улёгся. Хорошо. Ты смотришь в темноту, надеясь, что она нагонит на тебя сонливость. Пока что она нагоняет только тоску. Ты не можешь понять, почему он ведёт себя одновременно так, будто ему не все равно и так, будто ничего не происходит. Может, это...и правда поговорить? Завтра, например. Признаться, во всем признаться и будь что будет? ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: И останешься ты без напарника, какой молодец! ЭМПАТИЯ: Но это снимет с тебя бремя молчания. ДРАМА: К тому же мы можем придумать красивый способ это сделать. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Если бы ты меня слушал, вообще бы ничего говорить не пришлось, лежали бы сейчас рядом потные и счастливые. А не вот это все. ГРУБАЯ СИЛА: Нет, я не заткнусь. Никакого пидорства в мою смену! ДРАМА/ЭМПАТИЯ/ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Замолкни! Точно. Ты скажешь. Завтра вечером скажешь. Все, решено, ты не можешь скрывать это вечно. Пусть лучше узнает, чем… ВОСПРИЯТИЕ (Слух): Очень тихий звук шагов. Бля, ты что, это все вслух думал и он услышал?! ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ: Нет, он просто сам пришел. Твои глаза уже привыкли к темноте, и ты отчетливо видишь силуэт своего напарника, который почти бесшумно садится на край кровати за твоей спиной. КИМ КИЦУРАГИ: -Детектив… Можно я с вами посплю? Там очень холодно...- Почти жалостливый шепот, ты такого ещё не слышал. ТЫ: -Конечно, ложись, грейся. Хоть какая-то от меня польза! - Ты пытаешься неловко пошутить, но это самобичевание. Ким фыркает, но ничего не отвечает. Ты освобождаешь часть одеяла, которое подмял под себя, и лейтенант ложится. Очень близко к тебе. ЧЕРТ. ОН ОПЯТЬ БЛИЗКО. У тебя ещё и спина голая... Как и его торс. Ты нервно сглатываешь, вцепившись пальцами в подушку. Руки лейтенанта все ещё в перчатках. Его ладонь ложится на твое предплечье, пальцы, едва касаясь, пробегают по коже. Жаркое дыхание обдает твой затылок, и тело машинально откидывает голову, обнажая шею. Теплый воздух проходится теперь и по ней, заставляя тебя шумно вдохнуть. Ты не знаешь, как он там читает сигналы которые ты подаёшь, и вообще читает ли, но ты чувствуешь то самое горячее касание чужих полных губ на твоей шее и мелко вздрагиваешь. Ещё одно... И ещё, чуть выше… Что он делает, боже, зачем он это делает?! Но ты не сопротивляешься. Что может быть красноречивее его действий? Он хочет тебя касаться. И да, просто тебя хочет. Сам концепт выворачивает тебя наизнанку. Как можно *это* хотеть?! Только лейтенанту Кицураги все равно, что ты себе там думаешь - прильнул к тебе чуть плотнее, приобнял одной рукой так, что, его пальцы теперь касаются твоей груди, зарылся носом в твои волосы и все так же тепло дышит. Ты собираешь последние остатки самообладания, чтобы повернуться к нему и посмотреть в глаза. Но как только ваши взгляды встречаются в полумраке… Шаровая молния пролетает между вами и взрывается снопом из тысячи искр, твоя рука сама устремляется к шее Кима, чтобы прижать его к себе и наконец получить настоящий, долгий и глубокий поцелуй, от которого твои мышцы превращаются в мягкое тесто, а пальцы дрожат. Ты не хочешь его выпускать, ты хочешь, чтобы ваши губы продолжали вальс друг вокруг друг друга, чтобы он касался тебя всё более страстно. И Ким, будто читая твои желания по одному лишь вкусу слюны и разгоряченной кожи, подключает к поцелую ещё и язык, а рука лейтенанта меж тем гладит твой торс, а потом и вовсе спускается к животу. Черт, слишком быстро, слишком горячо. Ты не готов… ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Можно, ты уже меня послушаешь, пожалуйста? Смотри, я даже вежливый. Да что ты говоришь. Что мне делать?! ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Расслабиться и получать удовольствие. Гарри, ну в самом же деле, ты что, школьник-девственник, который секса в глаза не видел, а только читал? Тебе напомнить, сколько раз ты себе шлюх вызывал? А сколько, кстати? ЭЛЕКТРОХИМИЯ: 16. И как-то не было у тебя проблем с этим. Эта информация почему-то тебя успокаивает. Ты прерываешь поцелуй, но только для того, чтобы вернуть Кицураги ласку в виде поцелуев в шею, уже в твоём исполнении. Он шумно выдыхает и сжимает пальцами твой затылок. Другая его рука замерла внизу твоего живота. Один из пальцев запущен под резинку твоих трусов, на непростительно близком расстоянии от уже явственного стояка. Ты позволяешь себе развернуться к партнеру полностью, пальцы Кима тут же исчезают из опасной зоны. Зато твои ложатся на его спину, чтобы прижать лейтенанта к себе. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Кажется, ты что-то не то делаешь, Гарри. Помолчи и дай мне просто полежать с ним хоть немного. Мне нужно собраться прежде чем продолжить. Ты ласково поглаживаешь Кима между лопаток, чем вызываешь у него дрожь. Он, как и голос-извращенец, кажется, тоже не понимает твой жест, но в отличие от последнего ничего не комментирует. А вот тебе эта тишина начинает казаться слишком давящей. ТЫ: -Ким… Мы коллеги… ЭЛЕКТРОХИМИЯ: ТВОЮ-ТО МАТЬ, ты охренел?! ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА: Я так тобой горжусь, мой мальчик! Ты ждёшь, что он поймет твой страх. И развеет его. Лейтенант аккуратно берет тебя за подбородок, чтобы установить зрительный контакт. Это касание тебя почему-то заводит. КИМ КИЦУРАГИ: -Я понятия не имею, что ты со мной сделал, Гарри, но мне сейчас на это настолько плевать, насколько вообще возможно. - Да, это то, что ты хотел услышать. Снова поцелуй, страстный и влажный, настолько, что ты даже издаешь глухой стон, сжав пальцами бок Кима. Это действует на лейтенанта Кицураги как красная тряпка на быка, и он прерывает поцелуй, чтобы оказаться на тебе сверху - глаза блестят, дыхание тяжёлое, а руки крепко сжимают твои бицепсы. А дальше-то что?! ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Очевидно, секс, Гарри. Гейский секс. В жопу, если ты не понял. Ты теряешь возможность дышать. Как...в смысле...меня?!? ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Ну а кого? Его, что ли? Ты посмотри на него, у него ж на лице написано, что он верхний. Но я никогда не… ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Ну и что? Не попробуешь - не узнаешь! ЭМПАТИЯ: Тебе лучше предупредить его об этом, ему кажется, что ты в "теме". Ким наблюдает за твоей реакцией - страх слишком легко читается на твоём лице. КИМ КИЦУРАГИ: -Все в порядке, детектив? - Он почти мурлычет, наклонившись к твоей шее. Ты гладишь его волосы. ТЫ: -Ким… Я... Никогда не был с мужчинами. Улыбка? Ты получил улыбку Кицураги? Искреннюю? ОХРЕНЕТЬ! Вот *это* надо было сделать, чтобы он улыбнулся? Ну и стандарты у него, конечно… КИМ КИЦУРАГИ: -Ты...позволишь стать твоим первым? - Слова даются ему сложнее действий, но ты так нуждаешься в словах. Особенно сейчас. ТЫ: -Нет… Только единственным, - он проводит носом по твоей щеке, тихонько хихикнув от того, что твои баки щекочут лицо. КИМ КИЦУРАГИ: -Согласен, что бы это ни значило. - Боже, он лизнул тебя в шею! ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Да попустись ты уже. Язык это кайф. Особенно в определенных местах. ТЫ: -Ты же понимаешь, что я понятия не имею что делать, да? - Ким медленно сползает куда-то под одеяло. КИМ КИЦУРАГИ: -Просто расслабься и слушай меня. Я не причиню тебе вреда. - И вот он уже исчез под тканью. Как это все неловко, ты не знаешь куда деть руки. Может, ну его, одея...Ах! Ладно, извращуга, ты прав, язык это кайф - Ким ласкает языком твои соски, пальцы медленно спускаются вниз,к бедрам. Ты не знал, что эта зона у тебя настолько чувствительна, а вот Ким, видимо, это уже понял и мягко прикусил один из сосков, чем вырвал из тебя шипение напополам со стоном. Да, к черту одеяло, ты хочешь видеть его лицо и то, что он с тобой делает! Ты срываешь одеяло, Ким поднимает голову и склоняет ее чуть набок. Только сейчас ты заметил, что он все ещё в штанах. Ему что, настолько холодно? КИМ КИЦУРАГИ: -Я подумал, что тебе так будет спокойнее. ТЫ: -Раз уж я на это согласился, я хочу иметь возможность хотя бы смотреть на тебя. Лейтенант Кицураги тихо вздыхает. КИМ КИЦУРАГИ: -Гарри...если ты этого не хочешь, не нужно соглашаться через силу. - Он не знает куда себя деть. Несколько прядей волос Кима смешно выбились в сторону.Ты аккуратно укладываешь их на место. ТЫ: -Не через силу. Просто волнуюсь. Я хочу с тобой быть. - Кодировка твоего языка с трудом дешифруется мозгом лейтенанта, но в целом он улавливает смысл. КИМ КИЦУРАГИ: -Тогда я продолжу? - пальцы игриво перебежали на твое колено. ТЫ: -Я же могу тебя тоже трогать?... - Странный вопрос, учитывая, что он тебе ещё ни разу не отказал в прикосновениях, но ты считаешь, что его нужно задать. Очередная улыбка. Твое сердце тает от ее вида, глаза полны нежности. КИМ КИЦУРАГИ: -Конечно. - Он даже сам подставляет голову под твою руку, застывшую в воздухе. Ластится, как кот. Ты большим пальцем гладишь его щеку. ТЫ: -Ким...ты очень красивый - О, а вот это смущает уже его, уши покраснели, Ким отвёл взгляд. КИМ КИЦУРАГИ: -Гарри...- Он целует твою ладонь, а потом снова спускается ниже, касаясь губами твоего торса. Пальцы другой руки очерчивают форму твоей эрекции сквозь белье, что заставляет твое тело чуть выгнуться навстречу этим не акцентированным касаниям. Это все хорошо и приятно, но почему он все ещё одет? Почему не снимает перчатки? Тебе кажется, что невозможно гладить кого-то, не касаясь ладонью, но пока что у лейтенанта Кицураги это прекрасно получается - его холодные ловкие пальцы знают, что с тобой делать, как играть на инструменте “Гаррье Дюбуа”. Хотя для тебя особых техник не требуется - ты не помнишь, когда тебя в последний раз кто-то так касался. К тому же, твое сердце трепещет от одного лишь взгляда этого человека. Ты все ещё не можешь поверить в то, что он сейчас так близко. Трогает тебя, целует и смотрит с такой похотью - и при этом какой-то заботой - что все это кажется просто эротической фантазией. Ким аккуратно стягивает с тебя белье. Ты сгибаешь колени, чтобы было удобнее скинуть его вовсе, и лейтенант Кицураги устраивается между твоих ног, любуется тобой с хищной улыбкой. Ещё один вид улыбки от Кицураги. Ты улыбаешься в ответ. КИМ КИЦУРАГИ: -Я сниму перчатки. Прошу, не задавай вопросов по поводу моих рук. Я знаю, насколько ты любопытен, но сейчас это будет неуместно. Ты удивлен, что волнует тебя далеко не это. ТЫ: -А штаны ты снять не хочешь? - Поддразнивеешь ты, пока Ким снимает перчатки. Короткий смешок. КИМ КИЦУРАГИ: -А ты нетерпеливый. Всему свое время. ТЫ: -Эй, я тут голый валяюсь, а мне значит на тебя полюбоваться нельзя?- Ты не в меру осмелел. Но такая модель поведения - твоя психологическая защита. Проще воспринимать происходящее как полушутку, чем превратиться в бревно от осознания того факта, что тебя собираются выебать. Ким запрокидывает голову и деланно тяжело вздыхает. Пожалуй, в этом даже излишек драматизма. А потом действительно снимает штаны и бельё, аккуратно кладет их на край кровати, после чего нависает над тобой, полностью обнаженный. КИМ КИЦУРАГИ: -Так лучше? - Ты позволяешь себе оглядеть партнёра. Он ужасно красив. Незаконно красивый… Твой взгляд опускается ниже. Ох, ёпта, на такие габариты ты не рассчитывал! Ты, в общем-то, ни на какие не рассчитывал, если по-честному, но ЭТО... Немного короче твоего, но ширина… Ты надеешься, что он знает, что делает. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Конечно, он знает, ты-то у него далеко не первый. Ну правда же, завораживает? Коснись его, будет менее страшно, а ему приятно! Ты смотришь в глаза своего партнёра, медленно проводишь рукой по его животу и, глубоко вздохнув, дотрагиваешься пальцами до его члена. Ким мягко кладет свою руку на твою, заворачивает твои пальцы вокруг себя и плавно ведёт ниже. Ты шумно втягиваешь воздух через ноздри - твердая и горячая плоть под твоей ладонью чуть пульсирует и тебя это невероятно возбуждает. Ты продолжаешь поглаживания, очень-очень медленно, Ким убирает руку и позволяет тебе самому контролировать свои действия. Свободная рука возвращается к выгнутой спине лейтенанта, ладонь другой обхватывает его член крепче - ты, по крайней мере, такое любишь, и судя по стону, лейтенант Кицураги тоже. Окей, это хорошо. Тебе нравится смотреть на него, когда он отводит взгляд, прикрыв глаза, и дарит тебе томные вздохи, когда ты перекатываешь головку в ладони. Ты уже было позволил себе несколько быстрых движений, но Ким тут же тебя останавливает. КИМ КИЦУРАГИ: -Не стоит... Иначе меня надолго не хватит. - Действительно, твоя рука чуть влажная, и ты деланно невинно улыбаешься. ТЫ: -Прости… Мне нравится, как ты выглядишь, когда...- Договорить он тебе тоже не даёт, перекрыв доступ к воздуху поцелуем. В отместку за твою самодеятельность его ладонь не щадит твой член, то ли наградой то ли пыткой скользя по нему в быстром темпе. Его руки все ещё ужасно холодные, но это делает ситуацию только ещё более волнительной, на контрасте с разгоряченным тобой. Ты отрываешься от лица партнёра, чтобы простонать ему прямо в ухо :"Хочешь, чтобы и меня надолго не хватило?" КИМ КИЦУРАГИ: -Уравниваю наше положение. - Смешливо произносит лейтенант и прерывает ласку. Он тянется за подушкой, которая лежит за тобой и просовывает руку под твою поясницу. КИМ КИЦУРАГИ: -Приподнимись. - Ты послушно выгибаешься, чтобы подушка оказалась аккурат под поясницей, ноги в таком положении сами раздвигаются. Оу, переходите к основной части... Лейтенант Кицураги тянется к своим штанам и достает из кармана всего две вещи - крохотную бутылочку и презерватив. То есть он всё это спланировал. А ты ещё переживал… ЭЛЕКТРОХИМИЯ: НАКОНЕЦ-ТО!!! Отступать поздно. Да и не очень-то и нужно - тебе настолько снесло крышу, что ты перестал чувствовать себя трепетной ланью. Сейчас твой взгляд так же полон желания, как и взгляд твоего партнёра. Пусть делает все что хочет, лишь бы оставался рядом. Ким видит твоё нетерпение, и жидкость из бутылочки оказывается на его пальцах. Ты почему-то уверен, что ее надо было сначала разогреть. Откуда ты это знаешь?... ТЫ: -Решил проморозить меня изнутри? Лёгкое возмущение и удивление на лице Кицураги делает тебе немного стыдно. Этот комментарий был лишним. КИМ КИЦУРАГИ: -Простите?... ТЫ: -Что-то мне подсказывает, что лубрикант сначала разогревают в руках перед использованием… И ЭТОТ ТОЖЕ ЛИШНИЙ. Ты ведь не можешь заткнуться, да? Рукой, что не заляпана жидкостью, Ким приподнимает очки. КИМ КИЦУРАГИ: -Ещё один такой комментарий, и я подумаю о том, чтобы не использовать его вовсе, офицер. - Весомая угроза, ты поднимаешь ладони вверх ТЫ: -Прости, прости, делай как знаешь, кто я такой чтобы судить... - Он укусил тебя за бедро. Почти что больно! КИМ КИЦУРАГИ: -То-то же. - Ты приподнимаешься ещё немного, чтобы Киму было удобнее. Ты как-то спокойно воспринимаешь факт вторжения в твое тело, лишь задержав дыхание, когда первая фаланга проникла внутрь. Ощущение необычное, но сейчас тебя мало заботят такие мелочи, однако ты все же был прав - холодное прикосновение вызвало легкую судорогу, только, видимо, это тоже рассчитанный ход - контраст тепла и холода лишь усиливает ощущения. Жеманность порастерялась, уступив место желанию предаться плотским утехам на полную катушку, и ты не сдерживаешь стонов, когда Ким проникает глубже, задев пальцем предстательную железу. Эта ласка куда мучительнее предыдущей. Ты чувствуешь, как жар поглощает твое тело, остатки самообладания брошены на то, чтобы не начать извиваться. Все же ты выгибаешься, когда второй палец растягивает тебя, присоединившись к первому. Ты начинаешь пьянеть, по крайней мере это похоже на опьянение - кто бы мог подумать, что подобное тебе так заедет! Не само по себе, нет. А потому что это ОН. Когда пальцы скрещиваются внутри тебя, пропустив ток сквозь все тело, ты шепчешь имя своего мучителя. КИМ КИЦУРАГИ: -Ты очень отзывчивый. Мне это нравится. - Почти рычащий шепот Кима знаменует конец подготовки. Твое тело жаждет его в себе, немедленно, сию минуту! Ты поднимаешься на локтях, мотнув головой, чтобы откинуть с лица прядь волос. ТЫ: -Ты получишь ещё больше моей отзывчивости, если уже перейдешь к делу! - Нетерпение в твоём голосе почти агрессивно. Ты снова удивляешь Кицураги. Он смещается, чтобы получить доступ к твоей голове, пальцы сжимают твои волосы и несильно тянут назад. Ты открываешь рот, чтобы это прокомментировать, но Ким говорит быстрее. КИМ КИЦУРАГИ: -Будь хорошим мальчиком и прояви терпение. Ты киваешь, Ким отпускает твои волосы и возвращается в предыдущую позицию. Ты откидываешься на подушки. Упаковку презерватива Ким рвет зубами. Это начинает походить на сюжет второсортного порнофильма. Тебе это даже нравится, и ты скалишься, глядя, как твой партнёр ловко натягивает на себя резинку. Черт, надо было тебе самому это сделать, так было бы горячее! Но сейчас уже поздно, он подхватывает твои ноги под бедра - ну нихрена себе, как?! Почему он такой сильный? Это тупой вопрос. Когда тебя вырубило в Мартинезе, он в одиночку тащил твою тушу к Кинеме. Удивляться нечему. О боже… Принять его в себя оказалось сложнее, чем пальцы. *Намного* сложнее. Твое тело действительно не знало подобных игрищ, и мышцы предательски сомкнулись. Киму-то такое давление только приятно, а вот ты шипишь от боли и этим заставляешь твоего партнёра остановиться. Он ласково поглаживает тебя и тихо приободряет. КИМ КИЦУРАГИ: -Все хорошо, Гарри. Глубоко дыши. Я не хочу причинить тебе боль. - Ты знаешь, что он заботится о тебе. Ты знаешь, что он подставит свою спину, чтобы словить за тебя пулю. Ты это знаешь. Ты ему веришь. Это помогает немного расслабиться. Ты делаешь несколько глубоких вдохов и выдохов, Ким не перестает тебя гладить. Ты прикрываешь глаза. КИМ КИЦУРАГИ: -Получше? - Ты киваешь. ТЫ: -Продолжи, пожалуйста... - Он медленно погружается глубже, и с каждым сантиметром - когда твое тело такое расслабленное и при этом напряжённое - вожделение захватывает все больше участков твоего мозга. И когда Ким входит на всю длину и останавливается, волна похоти накрывает тебя с головой, ты сам закидываешь ноги на поясницу своего партнёра. Он замер, просто смотрит на тебя с полуулыбкой, чуть прикрыв глаза. Все-таки нетерпение оказывается сильнее разума и ты выдаешь: ТЫ: -Лейтенант Кицураги, оформите меня уже по протоколу! - Что ты, блять, несёшь?! Ты поражаешься своей тупости. Только Киму, похоже, это понравилось. КИМ КИЦУРАГИ: -И как же мне оценить степень тяжести преступления? - Томная хрипотца в его голосе заставляет тебя вздрогнуть. ТЫ: -Как лёгкую... Для первого раза. - Когда это успело скатится в ролевые игры? Но так даже интереснее, по крайней мере, психологически комфортнее. КИМ КИЦУРАГИ: -Принято. У вас есть нет права хранить молчание, - и ты действительно не молчишь, когда твой партнёр начинает двигаться, очень медленно и чувственно, уперевшись руками в матрас. Это хорошо, очень хорошо, какого черта мы раньше так не пробовали, а?... ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Так твои другие орут, что ты не пидор, а ты их слушаешь. Пидор не пидор, кайф есть кайф, понимаешь, да? Теперь понимаю, да. Твои стоны весьма откровенны и подстегивают Кима ускориться, он наклоняется ближе к тебе, заставляя тебя немного сменить положение и задрать ноги выше. Твою мать, что за угол, как… ТЫ: -Господи, как же хорошо...- Слова еле складываются в предложения, Ким прижался лбом к твоей груди, с силой вжимая тебя в матрас с каждый толчком, рыча и постанывая, как дикое животное. КИМ КИЦУРАГИ: -Гарри...ты слишком...- Он почти морщится от громкости собственного стона - уже понятно, что вы оба долго не протянете. Твои руки прижимают партнёра к себе. ТЫ: -Ещё немного...протяни ещё немного, любовь моя... - Вместо этого Ким резко останавливается и поднимает голову, чтобы на тебя посмотреть. Эмоции на его лице трудно читать, очки запотели, как и его лицо. КИМ КИЦУРАГИ: -Ч.. Что ты сейчас сказал? - Упс… Это, кажется, вообще не то, что он хотел услышать. ЭЛЕКТРОХИМИЯ: Гарри, сука ж ты такая! Опять свою романтичную поеботу толкаешь! Заебись, спасибо, будешь сейчас дрочить в ванной и плакать. ТЫ: -А ты как будто не понял. Прошу, не останавливайся...- Ким мотает головой, как будто пытается отмахнуться от твоих слов и возвращается к прежнему ритму, вцепившись пальцами в твои бока. Твой член трётся о его живот, ещё чуть-чуть, и твое тело содрогнется в экстазе. Нет, тебе не кажется -будучи близким к финалу, Ким действительно прошивает тебя крайне агрессивно, кровать скрипит и ты вскрикиваешь от нескольких последних толчков, прижимая партнёра к себе и выкрикнув его имя словно молитву. В его исполнении твое имя будто пуля, пущенная в голову, чтобы из нее вытекли все слова любви, которые у тебя есть, были и будут... Но ты сдерживаешься. Если простое “любовь моя” заставило его окаменеть, то все, что сейчас шелковыми лентами перевязало все твое существо, точно приведет его в ужас. Лейтенант Кицураги тяжело дышит, обмякнув на тебе, а потом почему то щиплет себя за руку, так что аж вздрагивает. С трудом поднявшись, он выходит из тебя, избавляется от использованной защиты и валится рядом с тобой. КИМ КИЦУРАГИ: -Я забыл предупредить, - его веки тяжелеют. - Я засыпаю сразу пос...- Понятно. После секса. Почти моментально. Тебя это невероятно умиляет, и ты, глядя на своего партнёра с глубочайшим обожанием, накрываешь его одеялом. Вы поговорите завтра. А сейчас тебе слишком хорошо. И ты надеешься, что тебе это не приснилось.