Неизбежность

Холодно, черт возьми. Нет, конечно, тут всегда холодно, но сейчас как-то по-особенному. Такое ощущение что мороз добрался сквозь кожу прямо к костям. Каток — особенное для меня место, всегда так было, но сейчас, почему-то не чувствую привычного облегчения выходя на лёд. Хочется и отсюда сбежать. Закатываю глаза на собственные мысли. И отсюда сбежать? И так всю жизнь от чего-то бегаю, будь то разговоры с матерью или попытки одноклассников начать диалог. Даже сейчас стараюсь уйти в себя как можно глубже. Чёрт. — Килёв! Я с кем разговариваю? — как-будто из-под воды донёсся голос тренера.–Хоть каплю уважения прояви. Я понимаю, что ты у нас невероятно крутой и известный фигурист, но соизволь потратить своё крайне ценное время на нас, холопов. Её речь как всегда сквозит сарказмом и толикой издёвки. На это высказывание только фыркаю и скольжу по льду ближе к Наталье Игоревне. — Я просто задумался. — По-моему вышло достаточно грубо, но вряд-ли ей не всё равно. Привыкла. — Прекращай витать в облаках и начинай повторять программу. Кстати, сегодня попробуем новый прыжок, если будет получаться неплохо, то может добавим этот элемент в твой прокат. Новый прыжок. Раньше я бы от счастья прыгал, да на шее Натальи Игоревны висел, а сейчас…ничего. Абсолютно ничего. Просто прыжок, просто программа, просто участие в чемпионате России по фигурному катанию, просто адская боль в коленях и голенях. Второй день подряд я выхожу на лёд с этой проблемой и второй день подряд молчу. Не хватало ещё в больницу попасть перед настолько важными соревнованиями. Раньше, само собой, ноги тоже болели. Но не так. Сейчас они не просто болят, их как-будто разворотили на маленькие кусочки, собрали обратно и заставили меня жить с этим. Но я молчу. На чемпионате никому нет дела, что у какого-то Ильи болят ножки, и никто переносить выступления из-за одного меня не будет. Там у всех всё болит. Потом проходит. Вот и у меня пройдёт, как всегда. Нет времени ныть. Начинаю повторять программу. Четверной, черт его подери, лутц. Я не хочу говорить сколько раз я сваливался на лёд, кажется что вместо задницы у меня огромное синее пятно. И тренеру такой результат не нравится. Ещё бы ей понравились мои прокаты полулежа или полусидя по всей поверхности катка. После очередного падения не встаю, слишком устал. Это всё слишком для меня. Хочется сдохнуть. Просто закончить это всё случайно попав под машину, к примеру. Интересно, будет ли кто-то по мне плакать? — Килёв, ты меня сегодня добить решил? Встань, пожалуйста, со льда, простудишь почки — больше ко мне не приходи. Если бы вы, Наталья Игоревна, знали что застуженные почки были бы не самой большой проблемой, то убили бы, наверное. Огорчился бы я такому исходу? Это уже другой вопрос. Час, второй, третий, а я всё прыгаю и верчусь. Нет, я не настолько бездарный, один раз даже получилось устоять на ногах во время исполнения нового элемента, кажется, это было часа полтора назад. Больше успехов не предвиделось, так что тренер с не очень довольным выражением лица отправила меня домой. Кажется, я должен быть рад, придется сделать вид что мне стало легче после ухода в раздевалку. В зеркало даже взглянуть противно, рыжие волосы растрепались, а и без того бледная кожа от холода стала ещё более странного цвета. Похож на труп, ещё бы серые глаза немного помутнели и даже костюм на Хэллоуин не нужен. К слову, тот самый Хэллоуин слишком близок. Кажется в школе кто-то говорил что одна из моих одноклассниц собирается устроить тусовку за городом. Даже если бы я хотел пойти, то наверняка не смог. Тренировки занимали всё свободное время, порой казалось, что вся моя жизнь только и состоит из походов на каток и избегания обыкновенной жизни школьника живущего в Санкт-Петербурге. Наверное «Избегание» это и есть слово описывающее моё существование. Но избегать переодевания в обычную одежду после тренировки не самая хорошая идея, так что смыв в душе пот с тела натягиваю чистые шмотки. Выбегаю из ледового стадиона параллельно просматривая сообщения в социальных сетях. Писал только одноклассник с просьбой скинуть конспекты по химии. Если бы я сам их написал, было бы просто супер. На часах почти 10 вечера и, наверное, нормальных детей забрали бы родители, ведь время не самое подходящее для прогулок до метро, но мои надежды на комфортную поездку до дома разбиваются об отсутствие каких-либо сообщений или звонков от матери и отца. Ну ладно, я не гордый. Метро так метро. Душно, тесно, некомфортно. Всё что можно сказать про метро в этом городе. Кажется что вагон скоро лопнет от количества людей, но с каждой следующей станцией их становится только больше. Хотя, казалось бы куда уж больше. Меня прижимает к поручню чьей-то спиной. Неприятно. Взгляд падает на мирно спящего парня. Вот он — настоящий везунчик. Судя по косым взглядам стоящей рядом бабки, его уже прокляли и возможно не один раз. В сопящей морде не с первого раза узнаю человека из своей школы. Кажется он учится в параллельном классе. Я видел его пару раз в спортивном зале на совмещённом уроке физры, когда он мастерски раздавал пасы во время игры в волейбол. Наверное тоже едет с тренировки. Заметил у него в ногах спортивную сумку. Только подтвердил свои предположения. Становится немного завидно. Я бы тоже сейчас хотел вздремнуть. Но всё что мне остаётся это и дальше разглядывать парня. Как можно сочетать в себе настолько смуглую кожу и практически пепельные волосы? Прическа явно осветлена. Выглядит клёво. Хотел бы я также экспериментировать с внешностью. — Разве прилично так пялиться? — Резко выныриваю из раздумий.–Земля вызывает Марс, алло. Не сразу понимаю, что это говорит мой несостоявшийся знакомый. Противно и сладко тянет последние буквы, чем только сильнее выводит. — Я не пялился. –Ах, ну да, на меня нельзя просто пялиться, только любоваться.–Снова протягивает он. Хочется вмазать, да боюсь он меня потом по всему вагону размажет. Комплекция у нас явно разная. Не скажу что я хилый, но он же огромный. Чем его только в детстве кормили? Растишки переел или он просто питался радиационными отходами? Поезд начинает тормозить и я не сразу это понимаю. Зря. До меня медленно доходит, что сейчас сам себя размажу по полу, но тут за капюшон меня ловит та самая смуглая рука. Слышится недовольный вздох и рука начинает тянуть меня в противоположную сторону. Теперь я сижу на коленях у этого гиганта и пытаюсь переварить происходящее. Сейчас бы хорошо устроить скандал и всё-таки вмазать нахалу, но расслабившись понимаю насколько всё это время болели ноги. Ну, он сам напросился. Полностью откидываюсь на него и закидываю голову ему не плечо. –Тебе где выходить, рыжик? –Слышится тихий шепот возле уха. Уже не обращаю внимание на дурацкое прозвище и также тихо отвечаю: –На конечной. –И мне на конечной.–Снова этот шепот.–Может поспать сможешь? Смогу. Точно смогу. Окутанный этим запахом ментолового геля для душа я уже вырубаюсь. Думаю, он поймет моё молчание. Из сладкой дремоты меня вырывает голос из динамиков и касания чужих волос к моей шее. Такие мягкие волосы… Быстро поднимаюсь и понимаю, что ноги почти перестали болеть. Это не может не радовать. Выхожу из вагона и оборачиваюсь чтобы поблагодарить своего спасителя и помощника, но вижу только работников метрополитена. Открываю тяжёлые двери станции и вдыхаю немного морозный воздух. Сразу становится как-то неуютно. Достаю из кармана телефон, но вместе с ним наружу вылазит какая-то бумажка. Всматриваюсь в аккуратные буквы. Возле названия аккаунта в Инстаграме маленькая подпись «Денис ;)» Ну, похоже он всё же оставил мне возможность его поблагодарить. Запихиваю записку обратно в карман и продолжаю путь домой. Кажется что всё не так уж и плохо.