Ты - студент, а Вы - препод

На улице громко сигналят машины, отчего проснулся Антон. Парень потер глаза и уставился на потолок. В голове прошли вчерашние события, и он глубоко вздохнул. Антон повернул голову налево и увидел спящего Диму, укутаного в одеяло. Зазвенел будильник, и оба парня резко вскочили от неожиданности. Дима дотянулся до телефона и одним движением отключил неприятный звон. Позов, широко зевнув, направился в ванну, а Антон продолжил валяться, сильнее закутавшись в одеяло. — Ты встаёшь? — спросил Дима, переодеваясь. — Да, встаю, — протянул Антон, садясь ровно и подтягиваясь. — Уверен? — развернулся Позов к другу. — А нога? — А что нога? — удивленно произнес Шаст, якобы не понимая, о чем речь. Антон, встав на ноги, завыл. Ногу снова поразила боль, сильнее вчерашней. Дима, услышав это, резко развернулся и с сожалением взглянул на друга, который кусал свой кулак, чтобы не произносить каких-либо звуков. — Тох, может все-таки сходишь к врачу?.. — Все нормально. — Твердо сказал Антон, дожидаясь, когда сосед развернётся. Дима вздохнул, поняв, что того не переубедить, и схватив рюкзак, сказал: — Мне идти уже надо, ты аккуратней… Антон закивал, и когда Позов покинул общежитие, свалился обратно на кровать. Немного подумав, стоит ли ему идти на первую пару, Шастун все же решил идти, ведь первая пара — пара Арсения Сергеевича, и если студент не придёт, тот что-то заподозрит. *** Антон сильно хромая, дошёл до остановки, так как идти пятнадцать минут с больной ногой — не самое лучшее предложение. Автобус приехал через восемь минут, и Антон, заплатив за проезд, уселся в самый конец. Взглянув на время, парень вздохнул и поплелся в раздевалку, где, быстро повесив куртку, направился в нужную аудиторию на втором этаже. Осторожно заглянув в помещение, Антон увидел преподавателя за своим столом, который что-то усердно печатал в телефоне. Парень вздохнул и стал подниматься на третью парту. Антон из-за всех сил старался не шуметь и поменьше хромать, но вселенная видимо не на его стороне. — Эй, Шаст, че с ногой? — крикнул Сергей Матвиенко с первого ряда. Антон мысленно ругнулся и хмуро посмотрел на однокурсника, который без интереса пялился на студента. Арсений Сергеевич, услышав этот вопрос, поднял голову и взглядом поймал высокую фигуру парня. — Упал, — произнес Антон, продолжая идти к своей парте. Когда он сел, то увидел обеспокоенный взгляд голубых глаз и нахмуренный лоб преподавателя. Антон, молясь всем богам, которых знал, просил, чтобы Арсений Сергеевич ничего не спрашивал. И боги похоже услышали, — мужчина перевёл взгляд на вошедших студентов и продолжил сидеть в телефоне. Прозвенел звонок. Второкурсники уселись по местам и без особого энтузиазма наблюдали, как историк вводил тему «Медный бунт». Пара проходила спокойно, Арсений Сергеевич не трогал Шастуна и спрашивал других студентов. Антон не поднимал руку, даже если знал ответ- не стоит привлекать лишнего внимания. Спустя полтора часа пара закончилась, и студенты торопились, чтобы поскорее покинуть помещение. Антон уже почти вышел, как тут послышался голос преподавателя. — Шастун, останься. Парень сглотнул ком в горле и медленно развернулся, стараясь предугадать разговор. Через пару минут все студенты оказались в коридоре. Арсений Сергеевич закрыл тетрадь, откладывая ее в сторону и облокотившись об стол, внимательно стал рассматривать парня. Антон под этим пристальным взглядом немного сжался. Знаете, не очень-то приятно, когда на вас глазеет человек с такими ахренеными глазами. — Как себя чувствуешь? — спросил Арсений Сергеевич, теперь смотря прямо в глаза второкурсника. — Нормально, — пожал плечами Антон, бегая глазами по всему помещению, стараясь избегать взгляда мужчины. — Смотри в глаза, пожалуйста, — строго произнес Арсений Сергеевич, а Антон не осмелился ослушаться, поэтому устремил невинный взгляд зелёных глаз на преподавателя. — Мне сложно говорить с тобой, когда ты смотришь на что угодно, кроме меня. Я, что, настолько страшный? — поднял брови мужчина, наблюдая за реакцией. — Что? — опешил Антон. — Конечно, Вы красивый… Арсений Сергеевич усмехнулся и в его глазах словно что-то блеснуло. Антон, осознав, что произнес, прикрыл глаза. — Ну то есть… как бы… Вы не страшный… — Я понял, — тихо засмеялся преподаватель. — Что с ногой? — уже серьезно спросил тот. Антон тонул в голубых глазах, словно в океане — насколько красивыми они были. В голову пришла строчка из песни Лазарева, которую он вчера слушал: Я в глазах твоих видел, снег в океане Арсений Сергеевич слегка наклонил голову в бок, как бы давая понять, что он ждет ответ, но Антон словно бы и не заметил этого жеста и продолжал всматриваться в глаза-океаны. — Анто-о-он, — протянул преподаватель, усмехнувшись. — Земля вызывает Марс. — А? — тупо переспросил парень и, встрепенувшись, отвёл взгляд. — С ногой все нормально. — Да? А почему хромаешь? — подняв брови, скрестил руки Арсений Сергеевич. — Вам показалось. — Иди сюда, — махнул рукой мужчина, призывая парня подойти. Антон оставался на месте, непонимающе похлопав глазами. Арсений Сергеевич повторил жест и спокойно дожидался, когда студент подойдёт. — Что Вы сделаете? — уточнил Антон, склонив голову. — Раз все нормально, то просто подойди. Шастун глубоко вздохнул и взвесив все «за» и «против», посчитал, что сможет дойти до учителя без особых усердий. Антон быстрым шагом преодолел расстояние между дверью и столом преподавателя, про себя громко сматерившись от боли. Дойдя чуть ли не вплотную к мужчине, Антон гордо поднял подбородок, как бы показывая, что был прав, хотя сам, еле удерживал слезы. Арсений Сергеевич молча понаблюдал и коротко кивнул, намекая, что понял и тот может идти. Антон выдохнул, развернулся, чтобы покинуть помещение, но нога подогнулась, не выдерживая груза, и Шастун повалился на пол, громко вскрикнув. Парень прикусил тыльную сторону ладони и рвано выдохнул. Арсений Сергеевич, увидев, что студент упал, не спешил подходить к нему, немного подождав, чтобы увидеть реакцию. Поняв, что Антону действительно больно, мужчина прикрыл глаза на секунду и медленно подошёл к нему. — И это нормально? — решил уточнить преподаватель, кладя руки на спину парню, чтобы помочь тому встать. — Антон?.. — мужчина плавно развернул юношу, и заметив, как тот из-за всех сил сдерживает эмоции, смягчился в выражении. Арсений помог встать Шасту и внимательно всматривался в его лицо. — Почему вчера наврал, что все нормально? Тебе же больно было, и ты не сказал, так ты еще и в универ припёрся! — всполошился мужчина, доводя студента до коридора. — Давайте прямо сейчас говорите, какой я плохой! — обиженно воскликнул Антон, стараясь не облокачиваться на преподавателя. — И вообще, я сам могу идти! Антон отбросил руки мужчины, и тот поставив их на бока, решил проследить, как он самостоятельно дойдёт до лестницы. Сделав пару шагов, Антон снова облокатился о мужчину, болезненно зашипев. Арсений Сергеевич закатил глаза и аккуратно положил одну руку на талию парня, а другой схватил его за руку. Антон округлил глаза и заметно покраснел. — Странный ты, Шастун, — фыркнул мужчина, поворачивая корпус влево. — А мне не туда надо, — заметил Антон, когда его потянули в мед. кабинет. — У меня пары. — У тебя с ногой проблемы, — произнес историк, с такой интонацией, словно Антон сказал самую нелепую глупость. — Оно само заживёт! — воскликнул парень, отпираясь от мужчины, но тот крепко держал его. — Ну Арсений Сергеевич! — цокнул Антон. — Шастун, не беси! — рявкнул преподаватель, открывая дверь. В лицо ударил запах медикаментов, и они словно попали в больницу. Из-за разносортного, неприятного запаха закружилась голова, и Антон сморщился. — Здравствуйте, проверьте этого. У него с ногой что-то, — коротко произнес Арсений Сергеевич медсестре, которая встала из-за стола. Антон, как нашкодивший кот — растрепанные волосы, наморщенный лоб, недовольное выражение лица и обиженные глаза. Арсений Сергеевич улыбнулся от такого вида и вышел из кабинета, закрыв дверь. *** Медсестра выдала диагноз — вывих лодыжки и посоветовала сходить к нормальному врачу, выдала мазь, и запретила какие-либо нагрузки. Антон пару раз кивнул для показания, что слушает, и вышел из кабинета, сжав листик с названием мази. Парень занес руку над мусорный ведром, чтобы выкинуть лишнее, как его взгляд уловил человеческую фигуру. Подняв голову, Антон застыл, наблюдая, как к нему подходит Арсений Сергеевич. Мужчина выдвигает свою ладонь и ждет. — Дай-ка мне то, что собрался выкинуть, — с каким-то подозрительным спокойствием произнес он. Антон, замешкавшись на долю секунды, отдал листик, испугавшись сурового взгляда. Историк развернул маленький квадратик, где волнистым почерком было написано, то что сказала медсестра. — Вывих лодыжки? И это ты называл нормальным? — строго спросил мужчина, хмурясь. — Подумаешь, — фыркнул Антон. — Нет, не «подумаешь». Антон, это не шутки. Шастун громко цокнул, развернувшись на здоровой правой ноге и делая неуверенные шаги. Арсений Сергеевич схватил того за капюшон толстовки, а Антон, не ожидавший такого, начал заваливаться вниз. Мужчина подхватил мальчишку и поставил на ноги. — Ты куда собрался? — В общагу. Раз мне нельзя «силовые нагрузки», то пойду спать в общагу. — Пробурчал Антон. — А врач? — спросил историк, заглядывая в глаза парня. — А врач завтра, — твердо произнес Шаст. — Ты как домой? — решил спросить Арсений Сергеевич, когда довел парня до ворот университета. «На автобусе», — пожал плечами Антон, отходя от преподавателя. — Я отвезу тебя. — Чего? — округлил глаза Антон. — Не надо меня подвозить. У Вас пары! — Сейчас у меня нет пар. — Ну, значит другие дела… — Антон от нервов начал теребить кольцо на среднем пальце. — Так. — Арсения знатно стала раздражать вся эта ситуация. И вот чего ему не сидится спокойно? Предлагают подвести бесплатно, а он выпендривается! — Ты прямо сейчас закрываешь свой рот и садишься в мою машину, я довожу тебя до общаги, где ты лежишь на кровати и не двигаешься, а завтра, как миленький идёшь к врачу, иначе я тебя завалю по истории. Ты понял? Антон выпучил глаза и с открытым ртом смотрел за преподавателем, у которого в глазах огни пляшут. — Это шантаж? — поднял брови парень. — Если это шантаж, то он в твою пользу. А теперь быстро сел в машину. — Он указал на черный BMW, а сам сел на водительское кресло. Антон, поразмыслив, вздохнул, поняв, что выбора особо то и нет. Поэтому он аккуратно сел на переднее сиденье и поставил левую ногу так, чтобы она не болела при каждом въезде на яму. *** Они молча ехали по адресу, который продиктовал Антон. Юноша смотрел вперед и рассуждал об этой ситуации. «Почему он так волнуется? Я, вроде как, его бешу, и он так любит об этом напоминать. Тогда нахуя спрашивал про ногу, отвёл в медпункт, а сейчас и до общаги подвозит. Что за фигня? В чем прикол?» Арсений Сергеевич держался за руль двумя руками и не отрывно следил за дорогой, не превышая скорость больше пятидесяти. — Арсений Сергеевич? — позвал Антон, поворачивая голову на мужчину. Историк кивнул, показывая, что слушает. — Зачем Вы со мной носитесь? Я вроде Вас так взбесил в первый день, а тут до общаги довозите… Арсений Сергеевич не отвечал на вопрос. Антон пожалел, что спросил, хотя толком не понимая, почему пожалел. Мужчина завернул в дворы, где находилась общага и только тогда повернулся к Антону. — Я просто хочу замести свою вину, когда чуть тебя не сбил. Ты пострадал, поэтому я испугался. Но то, что я о тебе волнуюсь, это не значит, что мы подружились. Ты все еще бесишь меня, Шастун. Мы также остаёмся в своих ролях. Ты — мой студент, я — твой преподаватель. Антон старался не слушать, но слова въедались в мозг. Пелена застелила глаза, и парню стало так обидно и неприятно. — Да… я понял… — проглотив ком в горле, произнес Антон, охрипшим голосом. — Вам не обязательно возиться со мной из-за чувства долга. Вы были не виновны, — я сам бросился под машину. — Юноша вышел из машины, на секунду забыв про больную ногу. Он немного сморщился, но преподаватель этого не увидел. — Спасибо, что довезли. До свидания. Антон захлопнул дверь машины и быстро заскочил в здание общежития. Арсений проследил за парнем и слегка нахмурился, вспоминая жалобный голос. Похоже мужчина сказал это слишком резко, и создалось впечатление, что ему плевать на Антона. Но это далеко не так. Просто Арсений боится этого подростка (ему, совершенно все равно, что парню уже девятнадцать!), он боится то, что чувствует к этому парню. Поразмышляв еще немного, Арсений выехал на трассу и направился обратно в университет.