Скаутообщага

Девятый и десятый члены команды выглядели не очень-то внушительными. Худенький серый паренек из Гвардии Ворона застенчиво прятался за своей сумкой и в целом выглядел так, что дать ему хотелось разве что конфетку. Даже у Оккама не поднялись ни рука, ни язык выпалить ему что-нибудь едкое. Зато вполне поднялись на последнего члена их группы. Пока Дитя Императора, вежливо поздоровавшийся, раскладывал вещи в шкафчик, Оккам деловито поинтересовался: - Ну и кто выбрал в скауты девчонку? Это, типа, чтобы у нас было кому броню за нами чистить? Слышь, деточка, ботинки мне почистишь? Дитя Императора поднял на Оккама застенчивый взгляд нежно-фиалковых глаз в обрамлении пушистых белых ресниц и мелодичным голосом поинтересовался: - Ты вконец охуел, нострамская ты пиздопроебина? Давно позвоночник в трусы от пиздюлей не ссыпался? Повисшую было тишину разорвал радостный вопль Оккама, и тот с места прыгнул к новичку, замахиваясь для удара. Нежный и хрупкий Дитя встретил его качественным хуком слева, после чего разобрать в черно-белом мелькании сцепившихся скаутов, кто где, стало невозможно. Расцепились они только через несколько минут и одно ведро воды, вылитое на них Лапласом. Дитя Императора осторожно трогал подбитый глаз и расквашенную губу, Оккам примеривался вправить на место свернутый набок нос и еле шевелил опухшей челюстью. Впрочем, это не помешало ему одобрительно хлопнуть Дитя Императора по плечу и прогнусавить: - Сойдемся! Как звать? - Коммод, - прогудел в ответ Дитя, аккуратно улыбаясь.