Северный ветер.

      — Что будет с судном, если никто не будет о нём заботиться? — Мужчина сорока пяти лет смотрел в даль, точно ожидая что-то разглядеть среди неба и воды.       — Оно умрёт, море заберёт его себе. — Рядом, оперевшись на борт корабля, так же в даль смотрел молодой парень, но в его глазах не было того же ожидания, скорее он пытался понять, что ищет его отец в этих чарующих водах, настоль родных, что, закрыв глаза, всё равно море будет перед ним.       — Пусть я и подарил тебе «Красотку», но не забывай про «Любимую», не хочу, чтобы она стёрлась с лица земли и горизонта после моей смерти.       — Она будет выходить в море ещё не одну человеческую жизнь, ты ещё прокатишь внуков на ней. Почему с каждым днём я всё чаще слышу от тебя указания, отец? — Лицо сменилось тревогой, погода была одна из лучших, но на душе Питера то и дело жила тревога.       — Завтра мы войдём в чужие воды. Там нас будут ждать. То, что мы собираемся сделать, очень опасно, сын мой. Я чувствую неладное. — Мужчина положил руки на плечи юного парня, в его глазах читалась как отцовская любовь, так и большая грусть. Он крепко обнял сына, похлопав по спине. — Обещай беречь себя.       — Отец, ты переживаешь каждый раз после того случая, как чужак залез в каюту и зарезал мать. Но сейчас её нет. Есть двадцать здоровых мужиков, которые перебьют хоть всё племя этих колдунов! Мы заберём наше золото и уйдём без единой царапины, как всегда. — Питер улыбнулся, зная, что это всегда заставляет отца ответить ему тем же.       — Я люблю тебя, сын, больше всего золота на свете, абсолютно так же, как и любил Лили и эту «Красотку», что стала нашим домом.       — Я буду беречь наши корабли, обещаю. День сменился ночью, команда крепко выспалась, все были готовы и напряжены. Оружие, мешки, пару факелов и, конечно, большая сила духа. Все знают, что сегодня будет пролита кровь, ни один грабёж не проходит без чужих смертей. Питер стоял позади отца, который собрал команду ранним утром. Солнце не успело выйти с горизонта, а ночь каждую минуту отступала всё дальше. Капитан повторил план и отправился первой лодкой, на вторую сел Питер, а те, что не уместились, остались на судне.       — Эй, я слышал, они приносят девственниц в жертву своим богам. Привязывают к столбу в чаще леса, а на утро только лужа крови остается да клочья волос. — Матрос, что сидел в конце лодки, словил взгляд всей команды. — Что? Может, зайдем на обратном пути в лесок?       — Смотри, чтоб самого к столбу не привязали. Я-то слышал, чужеземцев они на столбы насаживают. — Соседний мужчина шлепнул того по лбу, отчего моряк пошатнулся.       — Он точно хочет, чтобы я ходил с рогом. — Тихо пробубнить не получилось и он снова получил по лбу. Берег был небольшим и почти сразу уходил в чащу. Пираты шли тихо, пока тропинка не привела их в заболоченную деревню. Всё пропахло гнилью и плесенью, и казалось, никто и не может жить здесь. Кривые сооружения, похожие на дома, стояли по отдельности, их соединяет лишь не менее кривой мост, проходящий от одного берега до другого.       — Разделимся! Пятеро вперед, остальные пятеро по бокам. Питер, веди всех вперед. Гектор, вы идете направо, а мы остальные дома займём. Меньше чем за минуту у каждого дома стояли парни, готовые напасть. Их целью было лишь забрать всё, что можно продать, обменять и использовать в своё удовольствие. По команде пираты вломились в хижины. Послышались крики женщин, они всегда громче мужских, даже если тех режут. Питер вошёл в избу, что стояла дальше остальных. На входе висели вязаные куклы из травы, на гнилых досках нацарапаны иероглифы, но это не остановило парня. Ужасный запах врезался в нос. Светя факелом, он обнаружил пустые клетки птиц, банки с мутной водой и лапки птиц, подвешенные на одной верёвочке. В голове всплыли воспоминания, как ещё будучи совсем мальцом, он слышал легенды про ведьм и колдунов. Как только крики дошли до него, за стеной раздались шаги. Пройдя чуть дальше, Питер отворил со скрипом дверь. На полу в самом тёмном углу сидела пожилая женщина. Её длинные седые волосы были настолько растрёпаны, что парень еле увидел её лицо. За собой она прятала что-то укрытое тёмной тканью.       — Слушайте, если вы меня понимаете, покажите, что прячете, и я никого не трону. Но старуха не сдвинулась с места. Питер быстро оттолкнул её в сторону и та с грохотом повалилась на пол, так и не встав с него. Повернувшись к спрятанной горе, парень сдернул ткань в надежде на то, что от него прятали драгоценности. Теперь из угла на него смотрели горящие глаза, словно два чистейших изумруда. Черты лица были так красивы, сложно было от них оторваться. Возможно, Питер давно не видел красивых девушек или девушек вообще.       — П… Простите. Я не знал, что вы защищаете её. — Он попытался поднять старушку, но та еле стояла на ногах, и тогда он посадил её рядом с девчонкой. Достав флягу с пресной водой, попытался напоить в знак сожаления, но та попятилась назад. Тогда он сам сделал пару глотков, показывая, что не хочет навредить.       — Бабушка, это всего лишь вода. — Произнесла шёпотом девочка.       — Сдалась она мне. — Охрипшим голосом проговорила старушка, тяжело дыша. — Убирайся, чужак.       — Не выходите на улицу, я не могу отвечать за других. — Питер положил флягу напротив девочки, последний раз взглянул на неё и ушёл. Сделать вдох свежего воздуха не получилось, казалось, плесень уже растёт в его лёгких. На мгновение он заскучал по кораблю. Хоть отец и подарил Питеру новое судно, душа и сердце давно были отданы первой любимице.       — Сука! — Крик знакомого голоса среди команды вырвал парня из мыслей, он направился к столпотворению. Приблизившись к хижине, увидел, как голова жителя деревни полетела в тину болота.       — Что случилось? — Парень бросил факел к голове. Солнца всё так же не было видно, но становилось гораздо светлее.       — Ублюдок налетел с ножом на капитана. — Старпом указал окровавленной саблей на обезглавленное тело.       — Где он? — Сердце бешено забилось, Питер начал оглядываться по сторонам. — Где капитан?       — Питер, они пошли к берегу, мы закончим тут и отправимся второй лодкой, иди к нему. — Гектор отвернулся к матросам и начал отдавать приказы. Изо всех сил парень побежал по кривой дорожке, еле протоптанной населением деревни, сегодня её численность уменьшилась из-за таких, как тот мужчина, который решил защититься нападением. Питеру всего двадцать, он не готов убивать ради наживы и даже защиты. Многие из команды не щадят детей и стариков. В такие моменты парень закрывал глаза на происходящее. Отец воспитывал его по принципу «либо ты, либо тебя». Он не жалеет тех, кто умер, потому что так было решено членами команды. Но станет винить себя, если сам убьёт беззащитных и не заслуживающих смерти людей. Висящая на ремне шпага гремела при каждом шаге, пока он бежал до берега.       — Отец! — Задыхаясь, сказал Питер, и подбежал к воде. Трое мужчин помогали садиться в лодку капитану. — Отец, ты в порядке?       — Питер, что ты тут делаешь?       — Я подумал ты… что тебя… Боже! — Парень упал на колени, держась за край лодки. — Царапина, да?       — Возвращайся в деревню. Нечего тебе на судне шарахаться.       — Отец…       — Иди, я сказал! — Адам сразу схватился за бок, было видно, что он побледнел, и рука которой он держался за рану, была вся в крови.       — Так точно, капитан. Что ещё остаётся Питеру, как не послушать приказ отца. Если бы он сел в лодку к нему, тот без сожаления бы выкинул сына в ледяную воду.       — Отец будет жить, просто иди, иди и не оборачивайся. — Бубнение себе под нос и разговоры с самим собой немного успокоили парня. В лесу мелькнула тень, заставив остановиться. Шорохи не повторялись и он продолжил идти. Из-за деревьев стал видеться огонь. Но как только Питер подошёл ближе, то понял, что горели не факела. На каждой крыше столбом стоял огонь, трескалось дерево. Он сразу вспомнил про девчонку со старушкой. Подошли матросы с гремящими мешками, а следом Гектор, оценивая содержимое.       — Я думал, ты давно на корабле. — Смотря на серебряную чашу, сказал старпом.       — А я думал, мы заберем наживу и уйдем. И не будем сжигать целую деревню!       — Твой отец сказал показать, на кого тот мужик осмелился замахнуться. А как — уже мне решать. Взгляд упал на горящий дом старухи. Плохие мысли посетили парня, отчего он пытался перевести всё своё внимание на команду. Никто не был ранен, кроме отца. А мешков наворовали приличное количество.       — Я кого-то слышал в лесу, так что давайте аккуратнее. — Взяв большой мешок, Питер направился в чащу леса. На этот раз никто не пробегал, вторая лодка давно вернулась обратно и ждала погружения. Только Питер с командой отплыл от берегов, как солнце выглянуло с горизонта, и на душе парня стало спокойнее. Недалеко от корабля он заметил бревно, видимо, течением унесло от берега.       — Мы дома. — С облегчением были погружены в трюм мешки. Питер подошел к одному из матросов, что помогали уплыть капитану. — Почему капитана нет в каюте?       — Кажется, он спустился вниз на кухню. Проверь там. Лучи солнца пали на палубу. Паруса подняты, корабль плыл всё дальше в море. Питер не мог надышаться свежим воздухом. Он шагал вдоль палубы до конца, чтобы войти в трюм, из головы не выходило лицо девушки из деревни, но тут дверь открылась и перед ним встал один из жителей деревни.