Доброе утро, Олимпия

Доброе утро, Олимпия.

С новым днём, Олимпия. И снова просыпается город, который вроде является столицей штата, но не самым большим городом. — Доброе утро, Олимпия. Вещает радио на кухне, знакомый голос радио-ведущего. Отец носится по дому собирая вещи, видимо с семьёй что-то снова не так. Как же жаль, но Широ проснулся, да. Он подошёл к раковине в ванной и посмотрел на себя в зеркало. Он смотрел на себя, а сам он был азиатом с чёрными длинными волосами. Утром он надевал очки, так как зрение было не совсем хорошим, ну и не совсем плохим, что то среднее, но очки всё равно нужно было носить. После того как он почистил зубы его встретил отец на выходе из ванной: — Широ, я уезжаю, ты понимаешь, что это нужно и по-другому я не могу. Отец выглядел очень расстроенным и чуть не плакал. Я лишь кивнул ему. — На столе лежит подарок от меня, они ещё будут приходить, но этот последний, что я подарю тебе лично. Сказал отец и ушёл за дверь из дома и больше я его не видел. Я прошёл в комнату отца и, подойдя к столу, увидел диск EP(мини-альбом) группы Soundgarden Loudest Love и записку, написанную от руки — “ Хиро с новым 1991 годом». Спасибо отцу, ведь этот диск проложил новую дорогу в жизни тогда ещё 13 летнего Широ Хашимото.

Поездка.

Это был 1994 год, где то 3 апреля. Ещё не умер один любитель героина и член клуба 27. И вот. История начинается с поездки. И снова утро, я проснулся под говор того же радио-ведущего, выйдя на кухню, я увидел свою мать: — Широ, доброе утро! Сказала она улыбаясь. — Сегодня мы едем в Сиэтл. — Что?! Правда? Сказать, что я был в шоке это ничего не сказать. Я пронёсся в свою комнату, чуть не сбив, уже забитую гитару и вытянул из копилки почти все деньги, сумасшедшие 600 долларов которые я копил чуть ли не все 2 года, что занялся этим. И побежал вниз: — Мы сможем заехать в магазин музыкальных инструментов? Спросил я. — Конечно, думаю да, в центре они точно будут. Я сразу же рванул в ванную, спрятав деньги в карман, почистив зубы, я посмотрел в зеркало, тот же, но уже повзрослевший азиат с чёрными глазами и очень чёрными волосами смотрел на меня. Я улыбнулся в зеркало и, надев очки, пошёл к машине на улицу, это был Mitsubishi Lancer 3-его поколения, старенькая, но надёжная машинка. Я сел на место пассажира впереди, вскоре мама села рядом и спросила: — Ну что, едем? С улыбкой на лице сказала мать. — Так точно! Выкрикнул я. И мы поехали, сначала виднелись пригородные домики, от которых так же отъезжали машины, везя детей в школы, или едя сами на работу. Но вскоре домов стало не видно, около дороги был только лес… И говорить что то о нём, как говорить о плевке жёлтой краски на белый холст, нудно, долго и неинтересно, хотя кому как. И от такой тягомотины, я стал засыпать, и вскоре когда я проснулся, мы были на подъезде к Сиэтлу. Большой город, город мрачного и тяжёлого рока, который не переходит в металл. И вот центр города, мать отходит куда-то в кафе поговорить по работе, а я просто хожу, гуляю, и ищу магазин музыки, мои глаза разбегаются просто сказать, и увидя один из магазинов я иду к нему и да, заход в него был через переулок, я зашёл туда и из соседнего здания вход в который был тоже через переулок выходит какой то человек, у него есть чехол для барабанных палочек, это был белый с кудрявыми коричневыми длинными волосами парень, лет 16-18, он прошёл мимо, и на его спине была надпись — «Монтесано». Я окликнул его: — Эй, парень! Ты из Монтесано? Сказал я. — А что не видишь придурок?! Он повернулся с агрессивной рожей и подошёл ко мне.— А ты кто? Местный рабочий? — Нет, я гитарист. Ну и может… Начал говорить я. — Ай ладно, давай свой номер, потом поговорим, меня как раз из группы выперли… Сказал он. Я взял свой мини-блокнот в который я записывал табулатуры и выписал на нём свой номер, который протянул этому барабанщику. Он взял листок: — Как тебя звать? Сказал он. — Широ Хашимото. Ответил я. — Я Джейсон Лиллард. Сказал он и ушёл прочь. Я был немного удивлён, но зашёл в музыкальный магазин, ассортимент был большой, но гитара которая попалась мне в глаза была японский Fender Mustang MG69-65 цвета Olympic White, за которую просили 599 долларов, вместе с кейсом для неё же, я подошёл к продавцу и попросил дать мне на ней поиграть и подключить, он сделал всё это и я сыграл аккорд, вроде бы это была квинта на 1 ладу шестой струны. Я начал активно играть, и через минут 10 я подошёл к кассе: — Я куплю эту гитару. Сказал я, указывая этот Мустанг. — Отлично! Сказал продавец. Я протянул продавцу 600 долларов, он отдал мне 1 доллар сдачи и я вышел из магазина довольный как чёрт. С кейсом с гитарой. И пошёл к кофейне, где была мама. Мы сели в машину.… И 5-е апреля стало для мира музыки катастрофой.

Группа?

Пока остальной Сиэтл носился, за уже умершим Куртом Кобейном, впадая в депрессию и умирая внутри и снаружи, Широ практиковался на новой гитаре, он сутки не вылазил из дома и вскоре когда вышел, отправился в Монтесано, за бас-гитаристом и барабанщиком. Когда я сел на автобус я начал смотреть в окно, пока не доеду до Монтесано, ехал я с гитарой, так как мой друг — бас гитарист Фрэнк Роллинг или просто Фрэнки, и так же нужно было познакомиться с тем барабанщиком или как уже Широ его пометил — дрочун палочек. Подъезжая к дому Фрэнка на автобусе Широ вышел на остановке и подойдя к дому Фрэнки он постучал, и открыл дверь где стоял Фрэнк и Джей. — О Широ! Я нашёл тут барабанщика, он мой одноклассник! Сказал Фрэнк. — Мы с ним немного знакомы. Ответил я. — Ага. Ответил Джей, и да он был в той же куртке Я прошёл в комнату Фрэнка, это было что-то вроде мини студии, хотя студией это было сложно назвать. Спиз… Украденный, откуда то Микшерный пульт, так же украденная кассетная дека, магнитофон, куча колонок, два комбика, и барабанная установка. Откуда это у него знал разве что его отец, либо он воровал это всё либо работал на трассе, но не смотря на это был крутым челиком, с которым я подружился. — Расчехляй своего монстра, а Джей пока что настроиться. Сказал Фрэнк, повесив себе на шею с помощью ремня свой бас — копию Rickenbacker-а от Greco. Джей сел за установку и немного взбив по шнэйру, ударил по двум крэшам: — Ну что погнали девчёнки?! И мы начали играть, это была импровизация, и я чертовски лажал, Фрэнк играл очень хорошо на басу, Джейсон на барабанах, а я никчёмно пытался за ними успеть. Это был очень сырой грязный панк, хотя Джей фигачил на барабанах так что казалось что прям хард рок, а не теребение шнэйра пока пластинка не лопнет. Фрэнк играл с дисторшном на басу, и я тоже с чертовски шумным дисторшеном. Джейсон посмотрел меня как будто я сломал всю его жизни: — И что с этим делать? Он играет как будто только гитару в руки взял! Сказал он глядя на Фрэнки и говорил он видимо обо мне. Фрэнки посмотрел на меня взлядом — " Всё хорошо не переживай. " и сказал Джейсону: — Я знаю одного лид-гитариста. Он довольно хорош, давай его пригласим, а Широ оставим на ритм гитаре! Джейсон зыркнул на меня, потом на Фрэнка который пытался мило улыбаться, и фыркнув сказал: — Хорошо. Я сложил гитару в чехол и отставил к выходу из комнаты: — Ладно поиграли и хватит. Сказал я. — Верно, пойдем те поедим чего ни будь? Сказал Фрэнки. — Я не против. Выразил Джей с угрюмой гримасой. И мы пошли гулять по Монтесано, Фрэнки позвал нас в пиццерию и мы зашли туда, да уж, такой отвратной пиццы я не ел лет так пять, и вот пока мы шлялись мы вышли на кое неприятных людей: — Эй педики! Что группкой ходите? Выкрикнул один из реднеко-подобного вида существ, таких людей я даже за людей не считаю. Группа данных реднеков подошла к нам и первым прессонула Фрэнка, он был довольно хилым, ходил в клетчатой рубашке, и как я в очках. Я же был одет тогда в кожаную куртку, футболку Sub Pop и джинсы, хотя на улице было довольно тепло. Я сразу же заступился за Фрэнка и получил в морду. Джей увидев это накинулся на одного из них, но один схватил его сзади за руки, а ещё один подойдя к Джею спереди ударил его по челюсти ногой. На лице Джея теперь была грязь, а я встав замахнулся и ударил одного из них, но видимо не особо сильно, он встал и посмотрел на меня усмехнулся и с размаха ударил Фрэнка в живот. — Фрэнк! выкрикнул я и ударил того реднека по животу. Он скрючился от боли, а другой его дружок вмазал мне в лицо и я ушёл в отруб. Проснулись мы вместе, где то около парка Келси, у баскетбольного поля. Джей был весь побитый его лицо было в крови и возможно сотрясение, Фрэнку тоже досталось, а я. Да, видимо тоже мне досталось сполна. Я поднялся и начал приводить в чувство Фрэнка: — Просыпайся! Я говорю тебе просыпайся! Сказал я и Фрэнк начал немного приходить в себя. На меня посмотрел Джейсон и усмехнувшись сказал: — Пусть полежит, ему хорошо досталось… И лучше подойди ко мне. Я подошёл к нему и склонил над ним голову. — А теперь. Он поднялся немного и поцеловал меня, не слишком затяжно, а просто чмокнул. Я немного был в шоке и спросил как бы очевидный вопрос: — Что за? Захер ты это сделал? Я взорвался от негодования. — Знаешь, люди на пороге у смерти делают необычайно добрые поступки. Выразил он. — Что блять ты несёшь?! Какая смерть! Выкрикнул я и попытался поднять его. Фрэнк проснулся и подойдя ко мне помог мне поднять его, и мы пошли к Фрэнку домой, мимо были дома, и мы трое шли по не то что пустым улицам, а просто тем улицам к которым привыкли, они были обычными для меня, Фрэнка и Джейсона. Это были улицы несчастья, все мы выросли на этих улицах, Фрэнк и я подружились в детском лагере где были лучшими друзьями, а там уже и неподалёку взрослая жизнь, она уже вот рядом, и я постараюсь не загубить её. У дома Фрэнка мы пришли уже поздно, и ехать домой было ну не логично, и мы прошли внутрь, Джейсона уложили спать рядом с установкой, меня рядом с ним. Фрэнк зашёл в комнату перед сном и посмотрел на нас: — Ладно, спите. Кстати, я всё видел. Сказал Фрэнк и закрыл дверь. Я покраснел и посмотрел на Джейсона: — Идиот. Он как будто так же усмехаясь сказал: — Идиот с большим членом. Мы затихли, я снял очки и посмотрел на Джейсона: — А ты без них хоть что то видишь? Сказал он. — Вижу, твою морду. Ответил я и лёг на матрас. Джейсон посмеялся и тоже лёг спать. Свет в доме погас. И все уснули. К утру. Никто не проснулся, видимо лечили раны, а я взял гитару пододвинул ближе микрофон и начал петь и играть… - Polly want's a cracker... I think, I should get off her first. I think she wants some water. To put out the blow torch... Да это была композиция группы Nirvana - Polly. И я пел её просто, как, да, просто захотелось её сыграть, она лёгкая и простая. - Isn't me, have a seed. Let me clip, dirty wings. Let me take a ride, cut yourself. Want some help, please myself... И так я допел припев, ещё один куплет, и снова припев, на конце последний куплет, и припев что был последним я надрываясь кричал, уже отойдя подальше от микрофона что бы не вызывать перегрузок. Джейсон смотрел на меня глазами полными, как сказать, офигевания, рядом сидел Фрэнк, а в дверном проёме незнакомец, моего возраста. - Великолепно! Видимо, я попал куда нужно? Сказал он. - Ага, конечно Том. Сказал Фрэнк. Я посмотрел на Томаса и положив гитару сел на стул. - Так, Широ, это Томас, Томас это Широ. Сказал Фрэнк. - Привет, Том. Сказал я в знак знакомства. - Привет, Широ, отлично поёшь. Сказал Томас. У Томаса за спиной была гитара, и видимо он был тем самым Лид-гитаристом. И это было начало новой группы, к ней не придёт так много успеха как к тем кто сорвал успех в 91. Они будут теми кто они есть, и не более, не прорвутся телевизор. Но лучше понаблюдать за ними.