Глава 4. Воспоминания
30 октября 2021 г., 21:07
Примечания:
Хартманн - моя выдуманная фамилия Сахарозы. Я очень устала, поэтому продолжение решила сделать в пятой части. Надеюсь это не сильно скажется на восприятии того, что происходит в главе. А ещё фф прочитало почти 200 человек (а может уже и 200), работа есть у кого-то в сборнике, а так же трое людей точно ждут продолжение, я безмерно этому рада, впервые за долгое время чувствую, что делаю что-то не зря. Люблю вас :3
Стоя за плитой, Сахароза размышляла об Альбедо. В последнее время ее очень беспокоило его состояние. Обычно спокойный, сдержанный и отстранённый Альбедо стал немного другим. Он будто был чем-то встревожен. Его привычное беспричастное лицо приобрело озадаченный вид. Началось все это неделю назад, с приходом дождей, и с каждым днём, он будто бы все больше погружался в свои мысли. Он часто просто не слышал, что ему говорила сахароза. Иногда он будто не замечал абсолютно ничего вокруг. Он стал раздражительнее, но при этом будто бы живее. Когда он не был погружён в свои мысли он мог смеяться, радоваться, грустить. Конечно он все ещё не был похож на других людей. Он все ещё выражал свои эмоции довольно странно и редко. И хоть улыбка Альбедо радовала Сахарозу, она понимала, что с ним что-то не так. Это пугало. Сахароза не знала историю парня. Кто он. Откуда. В один момент он просто появился в Монштадте и сразу стал «звездой», люди говорили о таинственном мальчике, что каждый день бывает у Тимея. Что он там делал, никто не знал. Уже позже, люди узнали, что он глава исследовательской команды Ордо Фавониус. И конечно же, люди заговорили о нем с новой силой. Позже он стал ещё популярнее, после того, как вывел лекарство от тяжелой лихорадки. Люди благодарили его и он, натянув улыбку, тихо принимал благодарность. Однако вот никто не знал, что не только он является спасителем сотни людей. Сахароза всегда была в тени славы Альбедо. И если парня никак не интересовала популярность, то девушку всегда задевало, что все почести идут лишь Альбедо. Она хотела хоть какого-то признания в обществе. Она хотела славы, такой же, как у Альбедо. В итоге же получила Сахароза известность, как странная девушка, что хвостиком бегает за парнем. И конечно же, как вы догадались все это в сумме очень ранило девушку. Ещё больше девушку ранило то, что ее родители, любезно принявшие Альбедо в свой дом, начали уделять ему сверх много внимания.
-Альбедо, какой ты замечательный!
-Альбедо, ты такой умный!
-Альбедо, твои изобретения гениальны!
-Альбедо, Альбедо, Альбедо, Альбедо…
Это раздражало девушку. Ей казалось, что родители и вовсе не замечают ее успехов, ей казалось, что им интересен лишь Альбедо. Сахароза ненавидела их. Она ненавидела и Альбедо. Но один момент перевернул с ног на голову все. На тот момент Альбедо жил в семье Сахарозы почти год. Девушке в тот год исполнилось 13, Альбедо 15. Было лето. Знойная жара не утихала вот уже месяц. Жарко было настолько, что засыхало все. Горели леса. Было страшно выйти на улицу. Над городом две недели стоял смог дыма. Небо было чёрным. Было страшно. Очень. Как будто неба вовсе нет. Только чёрная пелена. Казалось этот ад не закончится никогда. Родители Сахарозы переживали не лучшие времена. В такую пожароопасную погоду попросту нельзя было ехать в Ли Юэ, но ведь именно там были многие ингредиенты, столь необходимые для зелий. Бизнес рушился. Доход был все меньше и меньше. Но вот пришли дожди. Люди ликовали. На следующий же день родители Сахарозы выехали в Ли Юэ. Погода была бурной. Ветер после полудня разыгрался не на шутку. Дождь лил не переставая. Дороги размыло. Такая же обстановка была и в соседнем городе. Магистр Варка всячески пытался отговорить родителей Сахарозы от поездки, предлагал перенести, но их было не переубедить. Выдвинулись они рано утром. Путь предстоял не близкий, даже не смотря на то, что мистер и миссис Хартманн выбрали самую короткую дорогу. Частями дорога проходила через огромные овраги. В начале пути погода ещё была не такой буйной, но, как я уже и говорил, ближе к обеду разыгрался ветер. Казалось, что все деревья просто рухнут в один момент. Повозка скользила по дороге, если это вообще можно было назвать дорогой. Огромные лужи грязи теперь были там, где когда-то были дороги.