***
Райнера не было. Бертольд весь день ходил неприкаянный. Первые два урока он просидел сонным, пытаясь слиться со стеной. На тренировках он занимался с Жаном; в этом не было ничего плохого, но Гуверу было ужасно скучно. С нетерпением он отсидел последние часы и отправился домой. Пока парень стоял на остановке, телефон в кармане завибрировал. — А? — Берт засуетился, — Райнер? Он приложил трубку к уху. Сначала он услышал слабые разрозненные голоса и далёкую музыку. — Бертольд! Ты ещё не дома? — Н-нет, а где ты? — Прости, вот только положил деньги на телефон. Я могу зайти к тебе потом? — Да, конечно, — растерянно ответил Берт. — Отлично! Тогда, до скорого, — на том конце послышалось шуршание и гудки. Гувер почесал затылок, смотря на очередной автобус. «Он звучал так бодро, » — парень улыбнулся. До дома он доехал без проблем, успев как раз до начала час пик. Было прохладнее, чем пару дней назад, а небо заволокло облаками, через которые иногда проглядывало солнце. Бертольд потянулся, чувствуя, как настроение улучшается. Дома Берт успел снять верхнюю одежду, погладить мистера Крокета, и умыться. Когда он вытирал лицо, из коридора послышался громкий стук и скрип ручки. — При-… О, — Бертольд вытянул шею, смотря на пакеты, набитые продуктами. — Привет! — Райнер поднял голову, одной рукой пытаясь снять кроссовок, а второй опираясь о косяк. — Прости ещё раз, что так получилось, и… — Ты все это сам купил? — Гувер подошёл ближе и взял один пакет. Тяжёлый. — Да, вот сейчас только. Раз уж я не смог повеселиться со всеми, то вот. — Ясно. Я переведу тебе половину, — Берт вытащил длинный чек и посмотрел на сумму. — Будет очень кстати, — Райнер, уже освободившийся от своей обуви, повесил куртку на крючок. — Я, кажется, на мели. — Кажется?.. — озадаченно промолвил Берт, поднимая с пола сетку с апельсинами. Но Райнер не услышал его и промчался на кухню. Пока Гувер укладывал продукты в холодильник, Райнер колдовал у плиты. На сковороде шкворчали полоски бекона, распространяя грубовато-острый аромат. На столе бесшумно работала рисоварка. Бертольд увидел на столе пустую миску и несколько яиц. Без лишних слов он разбил одно за другим и начал взбивать. — О, спасибо! — Райнер обернулся через плечо, выкладывая бекон на застеленную бумажным полотенцем тарелку. Закончив, он заступил за стол и накрошил несколько перьев зелёного лука. — Сегодня ты просто на высоте, — Гувер усмехнулся, откладывая палочки. — Где же ты пропадал? — Пропадал?.. — Райнер приоткрыл рот. По глазам Бертольд понял, что тот сейчас находится не здесь. — Райнер? — А-а, прости-прости. Мне пришлось отвезти мать в больницу, ей поплохело утром, а идти было больше некому, не Габи же с ней оставить, ха-ха. — Ох. Мне жаль. — Да ничего, с-сам виноват, не предупредил. Врач сказал, что все будет хорошо, так что завтра заеду снова. Рисоварка просигналила о готовности. Берт кинулся к ней, откинул крышку и прорезал рис. Несколько минут парни возились в тишине, занимаясь последними приготовлениями. Гувер выложил рис в тарелки, а Райнер положил к каждой порции половину омлета и бекона. — Пахнет вкусно, — Бертольд улыбнулся, убирая грязную посуду. — Угум, — Райнер первый сел за стол, ожидая, когда друг присоединится к нему. Они никогда не начинали есть по-отдельности. Снова наступила тишина. Звякали столовые приборы, чашки с чаем изредка глухо ударялись донышком о стол. — Спасибо, Бертольд. За то, что всегда позволяешь приходить к тебе домой и. — Не стоит, правда, мне совсем не сложно, — перебил его Берт, как только Райнер замялся. — Знаешь, я был сегодня так счастлив, когда понял, что могу убежать от всего этого, и… Глаза Райнера забегали, будто он никак не мог подобрать нужное слово. — Тебе не обязательно рассказывать, — Бертольд обеспокоенно взял его за плечо. — Ох, — Райнер выпрямился, глядя перед собой. Взгляд его прояснился. — Точно. Спасибо, снова. Бертольд улыбнулся. — Расскажешь, что было сегодня на занятиях? — Конечно.***
Бертольд лежал на диване, сонно моргая, смотря то на окно, то на Райнера. Тот сидел с краю и, перегнувшись через чужие ноги, головой лежал на спинке. Браун что-то смотрел в телефоне, но экран отсвечивал серым. — Ты уже думал, в какую команду пойдешь? Бертольд вздрогнул от этого вопроса. — Если честно, нет ещё… — Нет? А ты читал приглашения? — Читал. Их так много… — Ага-а, — Райнер резко выпрямился и, склонившись, подпёр голову рукой. — Можно выбрать самых лучших. Скретч или Марлей… — Я слышал, Бенишигуре тоже сильная команда… Или Парадайз, — вкрадчиво протянул Берт. — Это те на которых пускает слюни Эрен? Да ни за что, — серьезно сказал Райнер, скрестив руки на груди. Молчание. Щеки блондина надулись и он прыснул со смеху, Бертольд не преминул присоединиться. — И всё-таки? Совсем нет идей к кому пойти? Берт перевернулся на бок, подпирая голову рукой, как Райнер недавно. — У нас ещё вся зима впереди, — робко начал он. — Успею решить. — Ну, как скажешь! — Браун сдвинул Бертольда и улёгся рядом. Парень сзади заворочался, выпрямляя ноги. Райнер на несколько минут отвлекся, продолжая пролистывать новости, но, потеряв всякий интерес, выключил телефон — рука свесилась с дивана, так что корпус коснулся пола. — Берто, — задумчиво начал Райнер. — Как думаешь, у кого коэффициент за вчерашнее выше, у тебя или у меня?.. Берто? Райнер хотел повернуться, но тут его схватили за шею. Он вцепился в бертово предплечье, отрывая его от шеи. Сзади послышалось сопение. Спиной Браун почувствовал тепло. — Уже заснул?.. Что же ты будешь делать, — просипел он, с трудом снимая с себя чужую руку. Райнер осторожно вылез и, стащив плед с кресла в углу комнаты, укрыл им парня. — Отдыхай, — и бережно погладил плечо.***
— Бертольд! Результаты пришли! — А? — Бертольд забыл про мяч в своей руке и тот был безжалостно уведен. Габи с победным криком подбежала к корзине, подпрыгнула и… Мяч прокатился по кольцу и выпал снаружи. — Черт! Почти! Крик разнесся по пустой площадке. Налетел ветер, засыпая асфальт листьями. — Габи, не ругайся, — отвлеченно сказал Райнер. Бертольд за его плечом напряженно всматривался в экран телефона. — Молодые… впервые показали себя в большом городе… Это все неинтересно… О! Габи подошла ближе, держа мяч под мышкой. Выглядела она растрепанно и недовольно. — Что у вас там, летуны? — Награда за индивидуальные победы — Микаса Аккерман, — прочитал Берт и вздохнул, — Кто бы сомневался… — Победы в команде — Эрен Йегер?! — А это уже неожиданно, — пробормотал Гувер. Райнер залпом допил остатки своей газировки и смял банку. На его лице появилась недобрая ухмылка. — Он начинает учиться… Габи приподняла бровь: — Разве ваша команда не победила? Бертольд кивнул. — Так и есть. Но потом судьи оценивают каждого из нас. Это важно, если ты хочешь попасть в профессиональную команду. — Как сложно… Габи махнула на парней рукой и убежала тренировать броски. Как оказалось, никто из них не занял номинацию ни в «Лучшем шоу», ни в «Командной работе». Райнер вздохнул и откинулся на лавочке, смотря в небо, которое то прояснялось, то серело. Берт забрал у него телефон, пролистывая отзывы на других игроков. Пробежался глазами по характеристике на Райнера: «хорошая координация… зарекомендовавший себя на площадке… в этом матче играл не так вдохновленно, как от него ожидалось… надеемся на лучший результат». Бертольд решил, что пока не стоит читать это вслух. Наконец, он дошел до себя. «Бертольд Гувер, хоть и не занявший призовых мест, однако, получил щедрые отзывы жюри и критиков… он несет в себе славные надежды и в будущем может стать достойным игроком национальной сборной». — Эй, что такое? — Райнер с удивлением посмотрел на сияющего Берта. Тот опомнился и замотал головой. — Да т-так ничего… — Это что, ты? Гувер засуетился, но вспомнил, что уже давно пролистал характеристики. Он посмотрел на экран смартфона и заметил, что пошел раздел с пользовательскими видео и фотографиями. И среди них… «Бертольд застрявший в пасти у змея, вид снаружи». — Почему?! — вскрикнул красный, как рак, Берт. — …Райнер, ты что, смеешься? Пару минут Райнер подбадривал безутешного друга, взяв на себя ответственность самостоятельно досмотреть другие фото. — О, смотри, — Браун развернул одну из последних картинок на весь экран. Бертольд смотрел на себя. На себя улыбающегося и в полете. Волосы растрепались, щека и плечо усыпаны блестящими чешуйками. Задний план размылся, было лишь понятно, что это какой-то из сияющих зверей. И подпись: «Чувство победы». — Мне нравится, — первым нарушил молчание Райнер. Бертольд посмотрел на него, потом на Габи, крутящую мяч на пальце, на ярко-желтые деревья, выстроившиеся вокруг площадки… и широко улыбнулся в ответ. — Мне тоже.