Бог с маковым венком

Со дня фестиваля прошла уже неделя, и ничего не изменилось, кроме пары деталей. Полная перестройка Киноко шла полным ходом, и Сап вместе с Карлом делали всё, что могли. Когда была такая возможность, Дрим им помогал и ходил, добывал нужные материалы. — Наконец-то! Первый дом готов! — радостно вскрикнул Карл и крепко обнял своего любимого, смеясь и крутясь. За семь дней без отдыха и полноценного сна эти два трудяги смогли убрать весь мусор и стекло, пока в дождливые дни рисовали план работы. — Это точно, наконец-то будет, где спать, и не придётся мешать Дриму, — добавил Ник, вытирая перчаткой каплю пота со лба, улыбаясь и рассматривая их работу. Оба гордились собой и были готовы хоть годами хвастаться, какую красивую постройку они сделали, но чего-то не хватало.  — Давай построим и Джорджу домик? — Ты всё ещё веришь в его возвращение? — спросил Сапнап, вздыхая. Да, эта тема задевала его, как-никак речь шла о мёртвом друге, но вера в то, что он вернётся, была мизерно малой. Сам Бог его забрал к себе и навряд ли уже отпустит обратно. Это как с домашними животными. Никто бы не хотел отпустить свою любимую кошку или собаку, вы же их любите. То же самое и с Хд. Джордж сейчас был единственным источником веселья, а также затычкой, что закрывала пустоту в его сердце. Кто бы отдал такую находку?  — Ничего, пока верю хотя бы я и Клэй, шансы есть. Шанс есть, но нет гарантии. Это и была обратная сторона монеты, которую Карл рискует подбросить. Если выпадет шанс, то план сработает. Если гарантия, то всё развалится.  — Тебе лучше идти и поспать, а то от усталости ты уже бред несёшь. — Неправда! Я бодр как никогда! Именно после этой фразы Карл неуместно зевнул, полностью раскрыв себя и то, как он устал. Сдавшись, он медленно зашагал в сторону дома, не забыв перед полным уходом обнять Ника. — Люблю, слишком поздно не возвращайся… — сказал шатен и поцеловал любимого в щёку, ярко улыбаясь и махая рукой, пока второй также улыбался, смеясь и направляясь в сторону леса, ведь где-то там был Дрим. *    *    * — Где-то далеко, где никто нас не найдёт, будет наш замок, и ты станешь моим королём. Мой любимый король… Всё было настолько прекрасно, что он подумал, что видит сон. На душе было тепло, а сердце билось в более быстром темпе. Хотелось обнять человека, сидящего прямо перед ним. Хотелось остаться с ним на целую вечность. Но, несмотря на то, насколько человек перед ним был прекрасен, местность вокруг была не менее красивой. Все возможные цветы самых разных окрасок были вокруг мальчика со шляпой-мухомором. Недалеко была речка; небо было насыщенно-голубым, что создавало ощущение, будто оно нарисованное, а по нему плыли многочисленные облака. «Секундочку, что-то тут не так. Почему я... Почему я плачу?»— посмотрев на свои руки, брюнет заметил горячие слёзы, падающие с его щёк. Всё сразу стало размытым, а человек перед ним плыл, как волны в море. Стараясь вытереть мокрые глаза, он делал всё хуже и хуже, не давая себе ничего увидеть. Знакомый голос был прямо перед ним и старался его успокоить. — Любимый? Любимый! Почему ты плачешь? Я рядом, тебе не нужно бояться, — повторял голос до тех пор, пока плачущий мальчик не попытался назвать его имя. — ..., это ты? Скажи, что это ты, ...! Почему я не могу сказать твоё имя?  Имя его любимого так и не выходило из его уст, ведь бедолага забыл его и никак не мог вспомнить. Но где-то в сердце он точно его знал. Он был в этом уверен. — Чёрт возьми! Когда я перестану реветь?! Я хочу увидеть тебя, …, и назвать твоё имя! Молю, скажи, что это ты! — кричал он, чувствуя себя всё больше никчёмным и беспомощным. У бедного мальчика началась паническая атака. Он дёргал одежду на себе, пытаясь получить больше кислорода. Становилось настолько жарко и противно, что терпеть уже было невозможно, хотелось просто остановить всё это. Встав на ноги и схватившись за голову, он старался куда-то уйти, убежать, но зрение так и не вернулось. Всё только и делало, что становилось мутным. Это раздражало. Всё его раздражало.  «Где эта чёртова река?! Умоляю, верните мне зрение! Заберите меня!» Рот был как заклеенный, а ноги не слушались, уводя их хозяина куда-то в сторону, пока за его спиной вновь не раздался голос возлюбленного. —Что-то не так, любимый? Выглядишь не очень здорово. Тебе помочь? Но он не смог ответить, продолжая держаться за голову и оглядываться по сторонам, стараясь сориентироваться. Столь тёплый и знакомый голос уже звучал иначе. Теперь это был голос того, кому тут точно не были рады. —Тебе нужно лишь проснуться. Открой глаза. Это всего лишь сон… Джордж. Громкий крик испуганного юнца и слёзы на глазах. Такие кошмары давно не снились Дэвидсону. Очень давно. —Какого тут происходит!? Почему я ничего не помню? Мне приснился кошмар? Боже, ты больше не ребёнок, чтобы так бояться кошма… Но его монолог был прерван другими двумя голосами, что вовсе не звучали радостно. —Ты только посмотри на него. Только и делает, что спит целыми днями! —Вот же разочарование. И это мы воспитали? —Лучше бы ты тогда умер, когда тебя столкнули с обрыва. —Позор семьи. Просто ужас. —Этот ребёнок бесполезный! *    *    * —Это не так, мама! Закричал Джордж, резко присев на кровати и протянув руку вперёд, как бы пытаясь поймать родителей, что развернулись к нему спиной.  —Это не правда. Это невозможно… Они любили меня! Она бы так не сказала. Это ложь! Это просто кошмар. Я же всё ещё сплю, да? Пока Джордж сидел и весь дрожал, к кровати подошёл ХД, печально смотря на своего мальчика. В божестве загорелось желание помочь ему и успокоить человека, но, к сожалению, он не знал как. Людские эмоции были чужими для него. Он не понимал, что такое любовь или грусть, а также страх и радость. Всё, что он знал, так это жажда. Жажда иметь что-то только для себя, а в худшем сценарии убить это. Ведь, если это не достанется мне, то не достанется никому. —Почему ты плачешь, мальчик мой? Кто тебя обидел? —ХД!  Вскрикнул он радостно, крепко обнимая существо в маске, жалуясь на свой кошмар. Но он не слушал его и просто поглаживал по спине, смотря куда-то вперёд. Ведь сейчас вокруг не было ни цветов, ни домов, только огромная пустота и вечная тишина. Именно так выглядела его душа. *    *    *    —Хей, Туббо! Как поживаешь?  Спросил лис, подбегая к занятому юноше. Тот же, в свою очередь, не на шутку испугался, что аж уронил бутылку сока, которую держал в руках. —Фанди! Боже мой, напугал… Сказал он испуганно, пока держался за сердце и смотрел на упавший напиток. Стекляная бутылка, к несчастью, разбилась, оставляя только беспорядок. Опечалено вздохнув, подросток начал поднимать осколки, пока рыжий подбегал к нему, чтобы помочь.  —Прости пожалуйста! Я не хотел напугать тебя… —Не переживай, всё хорошо. Зачем пришёл кстати? —Ой, да так, спросить кое-что хотел, а щас уже неловко как-то. Туббо лишь посмеялся, вставая и выбрасывая осколки в мусорный бак. Фанди же повторил его действия.  —С чего неловко-то стало? Говори уже, раз пришёл.  Пока Фанди чесал свой затылок, он неловко посмеялся и начал рассказывать то, какие слухи слышал в последнее время.  —Понимаешь, в последнее время все только и делают, что говорят о том, как ты поменялся. Хотя, это слово не подходит. Ты… стал странным.  —Прости, но я тебя не понимаю. Какова причина таких слухов? —То, как ты с опаской относишься к Дриму. Все его так любят в последнее время, но ты просто на отрез отказываешься его принимать.  —Боже, Фанди, не говори, что ты один из тех, кто… Но раздражённого Туббо перебили, продолжая свою речь.  —Ты не понял. Я не как они. Дрим для меня тоже не очень доверчивое лицо. Я лучше проверю сотню раз, чем получу ножом в спину один раз. Тут, атмосфера стала спокойнее. Оба думали, что сказать, и обдумывали, что же они будут делать. Фанди вилял хвостом, а Туббо смотрел на какую-то карту, что лежала перед ним.  —Фанди, ты когда-нибудь слышал о таком существе, как Дримон?