Аристократ в мире эльфов

      Мир магов настолько плачевен и продажен, что смотреть можно лишь с омерзением. Когда-то величественные маги Англии превратились в настолько жалких насекомых, что стали смущать своих же аристократов.       Сколько было слов о мерзости тёмных магов. Однако стоило Тёмному Лорду победить в этой глупой войне, как все, словно крысы, пали у его ног. Ни криков, ни восстаний, ни побегов. Они просто признали своё рабство.       Все надежды древних аристократов, по глупости оказавшихся в плену, угасли в один миг. Блэков уже не осталось. Принцы взяли фамилию Снейп и иммигрировали в Японскую империю, где их радушно приняли в разные рода в виде младших супругов. Паркинсоны через Францию, а после и море, скрылись на Кавказе. Сын Долохова убежал обратно в Российскую империю. Род Ривенеров скрылся в северной Канаде. А последний из рода Поттеров умер на дуэли, так и не достигнув совершеннолетия.       Лишь Малфои не смогли убежать в нужный момент. На их несчастье, в старинных записях рода Слизерин Марволо нашёл то, что не нужно было. В старое время в случае войны, когда победа была обязательна, в дело вступали Малфои. Они обладали одним из самых сильных заклинаний, позволяющих открывать порталы.       Открывая порталы прямо на чужой территории, или в нескольких местах сразу, они не давали врагам шанса скрыться. Однако в записях совершенно не указывались последствия. Последствия, о которых Волан-де-Морт даже не задумывался. Одна мысль о возможности захватить другие страны взбудораживала кровь в венах.       Вызвав к себе оставшихся в живых из четы Малфоев, Марволо стал ждать, предвкушая вкус власти. А Люциус и Драко Малфои в это время проживали дни своей жизни в закрытом меноре. Госпожа Нарцисса была убита во время войны шальной Авадой. Это событие настолько сильно ударило по главе рода, что, закрывшись в своих покоях, он отказался выходить. Перестав есть и спать, он потухал на глазах. Сильная худоба разъела тело, отсутствие солнца превратило когда-то красивую бледную кожу в мертвенно бледный шёлк.       Драко в это время ходил по разбитым коридорам менора, словно дементор на пустоши без душ. Всё вокруг давило на него. Ненависть всех учеников, смерть друзей, убийство, пытки, война, смерть матери. Всё это свалилось на его голову без предупреждения, и единственное, что он делал, — ходил. У него не было больше сил. Он устал. Он не видел причин что-то делать, говорить, зачем-то стараться, почему-то жить.       Единственное, что он делал, это ходил туда-сюда. Таким глупым образом он волочил своё существование. И, как ни странно, письмо от лорда стало чем-то, что смогло расшевелить мёртвый менор.       Прочтя письмо, Люциус сразу же закрылся в кабинете главы рода и вышел спустя время с мешочком из серебра. Надёжно спрятав вещь размером с ладонь, Люциус взял любимую трость в руку и пошел в направлении камина, слушая тихие шаги сына за спиной.       Оказавшись в дворце Тёмного Лорда, на данный момент представляющего из себя Хогвартс, чета Малфоев слегка опустила голову в знак поклона. На это действие Марволо вздёрнул мышцей, поднимающая некогда существующую бровь. За пару месяцев стало как-то привычно, что все сразу падали на колени, приходя к нему.       — Здравствуй, Люциус. Надеюсь, ты прочитал моё письмо и уже должен быть готов к тому, что мы должны сделать. Можешь начинать.       — Драко, подойти сюда.       Слушая хриплый голос отца, Драко подошёл к нему.       — Драко, сейчас ты откроешь печать восьми путей.       Замерев, Драко посмотрел с непониманием в глазах сначала на отца, а после на Лорда. Это было невозможно. Печать восьми путей — это не просто заклинание или ритуал. Это врата, проходящие через время и магию. Восемь путей, восемь печатей, значит, и восемь магов. Как прямой наследник двух старых родов он может осилить три печати. Однако этого будет недостаточно. Тогда печать заберёт и его душу. Если и этого будет недостаточно, печать распадётся, а вся магия, находящееся в ней, огромной волной прокатится по всей Британии. От такого давления вся страна будет просто уничтожена.       Люциус точно должен был знать это лучше кого бы то ни было. Посмотрев на отца ещё раз, Драко всё понял. Ему плевать что будет, Люциус уже принял решение уничтожить всех и вся. Видя, что глаза отца полностью пустые, Драко повернулся к Лорду в полном отчаянии.       — Мой лорд. Я не смогу осилить подобный ритуал. Мне не хватит сил. Если мы…       Не успел он сказать всё, что думал, как большая рука сильно ударила его по лицу. Тело, давно потерявшее все силы, просто упало на холодный пол. Пока Драко пытался подняться, Лорд использовал заклинание Круциатус, из-за которого Люциус упал на пол, крича в агонии. Резко посмотрев на отца, Драко не почувствовал, как по щеке скатилась скупая слеза. Это было слишком. Мира нет. Счастья нет. Свободы тоже. Тогда что им нужно ещё разрушить, чтобы успокоиться?       — Хватит уже! Круциус!       Громкий крик сорвавшегося голоса отразился от стен, и в Тёмного Лорда было обращено заклинание. Быстро отбросив его, Волан-де-Морт с яростью посмотрел на Драко, который начинал захлёбываться слезами. Как такой жалкий наследник мог родиться у таких сильных родителей было не понятно. Однако сразу стало ясно, что мальчишка не способен сделать что-то ещё. Не сейчас, не здесь. Но Лорд этого не видел и уж точно не увидит.       Зашипев подобно злой змее, Марволо использовал заклинание Авада Кедавра на дрожащего Люциуса и, схватив Драко за короткие волосы, поднял его к себе.       — Вы все лиш-шь мусор, который должен подчиняться с-сильным! И ты поплатиш-шься за неповиновение!       Крепче сжав платиновые волосы в кулак, Лорд поволок худое тело к стоящему у стены зеркалу. Нашептав какие-то заклинания на парселтанге, Марволо притянул плачущего Драко ближе к зеркалу.       — Посмотри внимательно. Сейчас ты попадешь в мир, где познаешь боль и отчаяние. За неповиновение вы все поплатитесь.       Не до конца понимавший чужую речь Драко был брошен в зеркало. На другой стороне он просто упал на мокрую траву. Холод сковал всё тело, а в горле застрял ком. Он совершенно не понимал что происходит. За что всё это? Зачем? Почему? Единственное, что он сделал, это свернулся калачиком на мокрой земле, не чувствуя ни боль, ни холод.       Боли не было, давления тоже, но Драко не хотел это ощущать. Он настолько привык к боли, что уже не мог терпеть нечто другое.