золотая лихорадка

Крупные капли дождя стекали по оконному стеклу, пока Сяо, ошеломленный и потерянный в своих мыслях, смотрел на горизонт Ли Юэ. Огни города маяками сияли в темной пустоте, создаваемой грозовыми тучами. Была середина ночи, и ему следовало бы спать, но с возвращения в Ли Юэ Сяо не придерживался никакого расписания. Его разум был слишком занят мыслями, воспоминаниями и чувствами, которые он, несмотря на все свои усилия, не мог разогнать. Спать было не так-то просто, поэтому Сяо старался не засыпать. Ну, чтобы поддерживать жизнедеятельность тела, он дремал, но довольно недолго, чтобы не снились сны. Было невыносимо видеть его. Сяо словно ножом вспарывали живот, когда эти сияющие зеленые глаза, ослепительная улыбка и пухлые щеки посещали его во сне. Прошла неделя с его возвращения, а он все не выходил из своей квартиры. Он поставил на замок засов, чтобы Итэр не смог воспользоваться запасным ключом. Сяо не был готов видеться с кем-либо. Он до сих пор пребывал в шоке от произошедших в Мондштадте событий. Все это казалось нереальным. Единственное, что успел переварить Сяо — это то, что он хорошо умел убегать. Он бежал от своего прошлого, бежал от своих чувств, бежал от Венти, а теперь бежал от самого себя. Хотя, похоже, ноги начинали подводить его. Все, что пугало его, постепенно настигало его. Он чувствовал, как их присутствие цепляется за его тело, отчаянно пытаясь схватить его. Когда им это удастся, они потащат его в саму преисподнюю. Сопротивляясь желанию заплакать, Сяо прислонился головой к стеклу. В последнее время он часто плакал. Этот никак не получалось остановить. Стоило в голове всплыть лицу Венти, как из глаз начинали катиться слезы. Он был настолько измотан бессонными ночами, что сдерживаться было намного утомительнее, чем позволять слезам свободно литься. Шум дождя успокаивал. Он заглушал голоса в голове Сяо. Те, что говорили, что он облажался, те, что утверждали, что все к лучшему, и те, что напоминали о том, как подавленно выглядел Венти и что во всем виноват он, Сяо. Голоса повсюду преследовали его. От них не было спасения. О том, чтобы слушать музыку Барбатоса, не было и речи. В том, в чем он раньше находил утешение и покой, теперь слышалась только боль. От одного этого становилось еще хуже. В голове Сяо не было покоя. Единственным временем тишина были те несколько драгоценных минут сна, когда все словно замирало. Прислушиваясь к стуку дождя за окном, Сяо закрыл глаза. Несколько минут отдыха не помешают. Он понятия не имел, когда в последний раз пытался заснуть. Его окружила темнота, когда он начал погружаться в дремоту- Но тут громко зазвонил телефон, испортив все. Он проигнорировал его и растянулся, прижимаясь к стеклу. Телефон прекратил звонить. И сразу же зазвонил вновь. Сяо застонал, по-прежнему не желая двигаться. Кто бы ни звонил, он мог подождать. По всей видимости, не мог. Когда позвонили в пятый раз, Сяо сдался и наконец взял трубку. — Я пытаюсь заснуть, — проворчал он в телефон. — И тебе доброго утра! — раздался из динамика радостный голос Люмин. Стоять… Люмин? Сяо прищурился от солнечного света и понял, что уже наступило утро. Темное грозовое небо сменилось ярко-голубым без намека на ночную непогоду. Сяо подскочил, кровь отхлынула от его лица. — Люмин, — сглотнув ком в горле, прошептал он. Если звонила Люмин, это не могло быть хорошей новостью. Они договорились дать ему с Венти некоторое время, прежде чем решать, что делать дальше. Он не ожидал, что Люмин так скоро свяжется с ним. — Зачем звонишь? — Я лично хотела, чтобы Итэр сообщил тебе, но он большой ребенок и не хотел видеть, как ты отреагируешь. К тому же сказал, что ты запер дверь на засов и игнорируешь его звонки, так что, видимо, придется мне заняться этим. Ситуация не идеальная, и я уже делаю все возможное, чтобы избавить тебя от участия, но, к сожалению, безуспешно. О чем это Люмин? Сяо сомневался, что выдержит, если она продолжит тянуть. Его сердце бешено колотилось в груди. Ожидание. Предвкушение. Он даже не мог предположить, зачем звонила Люмин. — Что ты пытаешься сказать? Люмин глубоко вздохнула. — Вы с Венти приглашены на Тейват Гала. Сяо незамедлительно ответил: — Нет. — У тебя нет выбора. Вас обоих проспонсирует Камисато. Я уже пыталась отказаться, но они настойчивы. Сейчас они одни из крупнейших игроков в индустрии моды. Я знаю, что у тебя тяжелые времена, но одно участие в Тейват Гала — потрясающий опыт! Не думаю, что кто-то из вас смог бы в одиночку получить спонсорство Камисато. Сяо стиснул зубы. Тейват Гала являлся престижным благотворительным мероприятием. С годами оно превратилось в мероприятие, на котором бренды высокой моды спонсировали знаменитостей, чтобы те носили их одежду. Сяо не был актером первой величины, поэтому никогда не задумывался об этом мероприятии и не ожидал, что его пригласят. Да, он был популярен, тем не менее не был признанным актером с множеством наград. Венти, возможно, и смог бы получить приглашение, однако из-за того, что СМИ постоянно поливали его имя грязью, дизайнеры обходили его стороной. Люмин права: то, что они с Венти получили приглашение, было просто чудом. Бренд Камисато был одним из крупных модных домов. Им управляла пара брата и сестры, Камисато Аято и Аяка, которые вступили в должности после выхода их родителей на пенсию. Аято был гендиректором и главным дизайнером. Сяо слышал, что недавно его младшая сестра Аяка наконец начала работать над собственными нарядами. Бренд был известен своими элегантными и почти сказочными платьями. Личный стиль Сяо никогда не соответствовал этому бренду, поэтому он полагал, что они не проявят к нему никакого интереса. А вот Венти? Кажется, он как раз подходил им. Впрочем, все равно оставалась одна серьезная проблема. — Люмин, я не могу сейчас видеться с Венти. Ему стоит идти без меня. Люмин громко щелкнула языком. — Они поставили условие, что вы оба должны присутствовать. Мы с Итэром обсудили это и решили, что тебе лучше согласиться. Если станет известно, что ты отклонил предложение Камисато, вся наша проделанная работа по улучшению ваших имиджей пойдет насмарку. Голос Сяо застрял в горле. Неужели действительно нет выхода? — Что именно включает приглашение? Как часто мне придется видеться с Венти? — Слушай, Сяо, я знаю, что ситуация не идеальная, но мы можем запланировать вам разное время примерок, ибо у Венти сейчас очень напряженный график, так что вы увидитесь только в день мероприятия. Внутри запрещено фотографировать. Ты же знаешь, что Гала — совершенно секретное мероприятие. Если вы двое облажаетесь там, ничего страшного. И наконец, вы должны будете хотя бы немного пробыть на афтепати, чтобы вас засняли в других нарядах Камисато. Казалось, все просто. Но также это подразумевало целый день в обществе Венти. Сможет ли Сяо это сделать? Люмин вырвала его из раздумий: — Ты — актер. Я ожидаю от тебя самой убедительной игры. Из ее уст это звучало так легко. Просто отнестись к этому мероприятию как к роли, и все будет в порядке. Хотя разбитое сердце Сяо твердило обратное. Он считал себя неплохим актером, но мог ли скрыть всю боль и страдания за теплым взглядом и мягкой улыбкой? — Ты говорила с Венти? — Да. Он сказал, что не против. — Не... против? — слабым голосом повторил Сяо. Его сердце бушевало в груди. Он не знал, что и думать. Может, Венти просто проявил профессионализм? Или уже забыл все и жил дальше? — Венти понимает, что это важное мероприятие. Сказал, что сделает все возможное. Сяо крепче сжал телефон. — Если Венти не против, тогда и я тоже. С другой стороны линии донесся вздох облегчения. — Спасибо. Я думала, тебя будет сложнее убедить, но оказалось довольно легко! — Люмин мгновение помедлила, прежде чем продолжить мягким голосом: — А еще, Сяо? Не мог бы ты попытаться сгладить ситуацию с Венти? Мне плевать, помиритесь вы или нет, но я надеюсь, что после этого мероприятия вы хотя бы будете поддерживать вежливые отношения. Мы не знаем, сколько еще мероприятий вам обоим придется посетить, пока мы не покончим со всем этим, не вызвав подозрений. От слов Люмин о завершении их контракта Сяо всего скрутило. Он должен был радоваться, что эти фальшивые отношения наконец закончатся, но это также означало, что у него больше не будет причин быть рядом с Венти… да и не то чтобы Венти хотел его видеть. Все чувства Сяо были так спутаны и переплетены, что он не мог их распутать и понять, что же чувствует на самом деле. Возможно, встреча с Венти все прояснит? Или же усугубит. Сяо пребывал в таком удручающем состоянии, что только затащит Венти за собой в эту пучину. — Сделаю, что смогу, — прошептал он, надеясь, что этого хватит, чтобы Люмин оставила эту тему: не хотелось ее развивать. — Отлично. Больше я ни о чем тебя не прошу. Итэр согласует дни твоих примерок с твоим расписанием. Не мог бы ты начать отвечать на его звонки? Он очень переживает, что получает от тебя только односложные сообщения. Увидимся на Гала! Звонок завершился, о чем телефон оповестил звуковым сигналом. А затем он выскользнул из ладони Сяо и с тихим стуком упал на пол, а сам Сяо уставился в стену. Что теперь? — оцепенело подумал он. Он никогда не задумывался о последствиях, когда сбегал от Венти из Мондштадта. Единственное, о чем он тогда думал — что ему нужно выбраться из сложившейся ситуации. Это из-за его собственного безрассудства все пошло кувырком. Чтобы отвлечься от своих блуждающих мыслей, Сяо поднял телефон и осмотрел на наличие новых царапин. Когда ничего не обнаружил, открыл ленту в соцсети и стал листать. И наткнулся на новое видео с выступлением Венти на ток-шоу. Палец Сяо дрожал над экраном, пока он колебался. Он не должен этого делать. Не должен мучить себя. Палец нажал на кнопку воспроизведения видео. Венти, как всегда, прекрасно выглядел. Его улыбка была яркой, глаза ослепительными, а пел он от всего сердца и души. Никто и не догадывался, что всего неделю назад Сяо разбил ему сердце. Он ушел. Отразившаяся на лице Венти боль выжглась на внутренней стороне век Сяо, и всякий раз, как он закрывал их, она напоминала ему о его поступке. Зачем ему понадобилось ломать то, что он так сильно любил? Быть может, это была просто золотая лихорадка. Мечта, которая вдребезги разбилась, разбросав вокруг осколки счастья. Если он попытается их собрать, то лишь порежется. Разве боль не должна была со временем пройти? Почему же Сяо становилось только хуже? Он ушел, потому что начал задыхаться, но даже спустя столько времени ему все еще было тяжело дышать. Почему он не мог просто оцепенеть? Когда Сяо вышел из предыдущих отношений, дольше всего с ним оставалось именно оцепенение. Причина, по которой он хотел вернуться к бывшему, заключалась в том, что он ничего не чувствовал, когда ушел от него. Тот человек был для него своеобразным наркотиком. С ним он чувствовал себя живым, а когда его не стало рядом, из рук Сяо словно вырвали все, чем он дорожил. Это была нездоровая форма зависимости. Он знал это, так почему же завидовал прошлой версии себя? У нее все было просто. В случае с Венти Сяо не чувствовал такого оцепенения. Напротив, он испытывал душевную боль, настолько глубокую, что задумался: а можно ли умереть от разбитого сердца? Чувствовал ли Венти то же самое? Уже забыл все и жил дальше? Или же Сяо оставил новый шрам на его сердце, который будет соседствовать с теми, что он получил после смерти брата? Чувствуя себя еще хуже, Сяо закрыл видео. Он облажался по полной.

***

В итоге Сяо с Итэром прилетели в Инадзуму на первую встречу с Камисато, где встретились с Аякой в ее студии. После того как взяли на себя управление родительской компанией, они с братом стали работать вместе: Аяка планировала подиумные мероприятия, а Аято создавал одежду. Правда, судя по всему, она наконец-то захотела попробовать себя в роли дизайнера. Аяка, не намного старше Сяо, сидела напротив него и Итэра, крепко сжав на коленях руки. Ее светло-голубые волосы были собраны в конский хвост, каскадом струящийся по спине, мягко завиваясь на концах. На ней было светло-розовое платье с простой вышивкой и белый жакет сверху. По ее лицу расплылась нежная улыбка. — Спасибо, что пришли, — мягко начала она. — Надеюсь, перелет в Инадзуму прошел хорошо? — Нормально, — Сяо откинулся на спинку кресла. Ему не хотелось проводить в студии больше времени, чем необходимо. — Что будем сегодня обсуждать? — О! Да! Сразу к работе? Хорошо, — Аяка открыла лежащую перед ней большую папку. Внутри оказалось множество различных эскизов. Она подтолкнула папку к Сяо. — Взгляни и дай знать, если что-то привлечет твое внимание. Я заранее поговорила с Венти, и он сказал, чтобы сначала выбрал ты, а потом он подберет что-нибудь подходящее для парного наряда. Жаль, что ваши графики не совпадают, чтобы вы смогли выбрать вместе, но мы справимся. Рука Сяо остановилась на папке. — Он так сказал? Аяка кивнула. — В общем, выбирай, что хочешь! Как тебе известно, Гала каждый год выбирает тему, которую мы, дизайнеры, пытаемся воплотить в своих работах. В этом году комитет Гала остановился на небесной теме. Тебе нужно выбрать один наряд для главного мероприятия. А затем я придумаю что-нибудь попроще для афтепати. — Не думаю, что я подходящий человек, — признался Сяо, перелистывая папку с эскизами Аяки, от которых пришел в полное восхищение. Они были красивыми, но в то же время совсем не его. Он выступал моделью для некоторых компаний, которые не входили в зону его комфорта, однако эти дизайны кричали о прекрасном принце и счастливой жизни. Сяо не был таким и чувствовал себя обманщиком. Он был всего лишь проклятием, омрачающим и разрушающим все, к чему прикасался. — А я думаю, ты идеальный! — Аяка ярко улыбнулась. — Я не смогу передать всю красоту этих нарядов, — рука Сяо провела по эскизу, который он рассматривал. Это был темно-красный костюм с золотой вышивкой, придававшей ему элегантный вид. Он был великолепен, но Сяо испортит его, если наденет. Задумавшись, Аяка хмыкнула. Она достала блокнот и открыла на чистой странице. — Тогда, может, расскажешь о себе? Если ни один наряд не откликнулся в тебе, возможно, мы сможем создать что-то вместе. — Не слишком ли много свободы ты мне даешь? — спросил Сяо. Он слышал, что разные дизайнеры обычно дают своим моделям всего пару вариантов на выбор. Поскольку их задачей было продемонстрировать наряды для компании, они не имели права голоса в том, что носить. Аяка постучала ручкой по пустой странице и заговорила: — Пожалуй, мой брат слишком требовательный к своим дизайнам, но я считаю, что если модель не уверена в том, что на ней надето, то наряд не раскроет свой истинный потенциал. Ты же знаешь, что мой брат будет и дальше заниматься основными дизайнами бренда Камисато, так что мне кажется, мы можем немного поэкспериментировать. Ты так не думаешь? Сяо взглянул обратно в папку. — Я не против чего-то подобного, но я не фанат яркой цветной одежды, — он указал на красный костюм, и Аяка кивнула и начала делать пометки. — Не люблю выделяться. Если у нас с Венти будут парные наряды, я предпочту, чтобы все внимание досталось ему. Он так красив, что заслуживает того, чтобы все камеры мира были направлены на него. Весь мир должен наслаждаться его красотой. И тогда они поймут, почему я люб-, — Сяо умолк, прежде чем слова сорвались с его губ. Ему нужно было взять себя в руки. Итэр с тревогой смотрел на него, пока Сяо подавлял всхлип. Аяка была слишком занята записыванием, чтобы заметить его реакцию. Взмахом руки отмахиваясь от беспокойства Итэра, Сяо неловко прочистил горло и стал ждать, когда Аяка заговорит. — Наш бренд передает более невинные образы, — размышляла Аяка. — Ты прав, ты совсем не похож на наших обычных моделей. Изначально я хотела нарядить тебя во что-то королевское, в то время как Венти был бы небесным существом, но, возможно, темный принц подойдет лучше. Глаза Итэра расширились, и он быстро заговорил, пока Сяо не успел высказать свое мнение: — Если ты не слышала, Сяо уже предстал в не очень хорошем свете. СМИ приклеили ему ярлык бэд боя. Может, темный принц — не самая лучшая идея? — О? Что плохого, если он всего на один вечер нарядится в нечто подобное? Если мы сделаем что-то совершенно противоположное его нынешнему имиджу, он будет выглядеть скорее неуместно, но если поработаем с «бэд боем» и создадим образ жестокого принца, это вызовет бурную реакцию. Итэр повернулся к Сяо. — Решать тебе. Я не думаю, что это хорошая идея, но- — Мне нравится, — встрял Сяо. С тех пор как у него завязались отношения с Венти, он заметил, что его публичный имидж стал более позитивным. Люди наконец начали видеть в нем его самого, а не какую-то утрированную версию, основанную на слухах. В последнее время он даже осознал, что его не так уж и сильно беспокоит его имидж. — Вряд ли это повредит мне. Наоборот, покажет всем, что я контролирую свой имидж. Уголки губ Итэра приподнялись в гордой улыбке. — Если посмотреть на это с другой стороны, то может сработать! В комнате зазвучал звук царапающей по бумаге ручки: Аяка начала рисовать эскиз нового наряда для Сяо. Когда она закончила, подтолкнула блокнот к нему. — Это лишь первый набросок, но можем отталкиваться от него. Сяо хватило одного взгляда на эскиз, чтобы на его лице появилась широкая улыбка. — Идеально. Давай его. Их отношения с Венти никогда не затрагивали покрытую цветами сакуры землю, тем не менее присутствие Венти в Инадзуме было почти до удушья подавляющим. Веселые улыбки прохожих преследовали Сяо, мелькания синих косичек заставляли его замирать, а сияющие зеленые глаза, казалось, следили за каждым его шагом. У Сяо начала болеть шея от всех этих поворотов головы, чтобы удивленно оглянуться, проверить. Никто из этих людей не оказался Венти. Ну естественно. Венти находился на гастролях в какой-то части Тейвата, далеко от Сяо. Итэр старался отвлечь его. Он водил Сяо по разным туристическим местам, говоря, что после долгого затворничества в квартире ему нужен свежий воздух. К большому недовольству Сяо, Итэр был прав. Впервые за последние недели он смог пробыть на свежем воздухе дольше нескольких минут без мыслей о Венти. Впрочем, это было лишь временное решение. Их пребывание в Инадзуме закончилось так же быстро, как Сяо сбежал из жизни Венти. Все рухнуло, когда он вернулся в свою квартиру в Ли Юэ. В холле подъезда он остановился у консьержа, который вручил ему посылку. Сяо не помнил, чтобы в последнее время что-то покупал. Не задумываясь над этим, он положил коробку на столешницу на кухне и взял нож, чтобы разрезать скотч. Ее содержимое стало самым сильным ударом в живот, который он когда-либо получал, а ведь его пыряли ножом. В коробке оказался новый альбом Венти. Точнее, альбомы. Три разных версии одного и того же альбома. Сяо никак не мог заставить себя послушать последний камбэк айдола. Он достал один из альбомов и взглянул на ярко-голубую обложку с нарисованным серебряным сердцем. Венти назвал его «Для тебя». Сяо прекрасно понимал, кого именно имеет в виду Венти. Его затошнило. В коробке находилось кое-что еще. Официальная световая палочка Барбатоса лежала на дне вместе с другими памятными сувенирами. Все воспоминания и чувства, которые медленно затихали, пока Сяо находился в Инадзуме, нахлынули с новой силой и обрушились на него. Он резко втянул воздух, положил альбом обратно в коробку и поспешно закрыл ее. Это была какая-то жестокая шутка? Сяо опять открыл коробку в поисках записки или чего-то еще. Хоть какого-то знака, что Венти собственноручно прислал ему эту посылку. На самом деле Сяо, скорее всего, был внесен в список рассылки, а Люмин забыла вычеркнуть его. Когда он ничего не нашел, его сильнее, чем должно было, охватило разочарование. В глубине души он хотел, чтобы Венти скучал по нему и связался с ним. Но это была бесполезная мысль. Венти не собирался умолять его вернуться. Руки Сяо дрожали, когда он вновь закрывал коробку. Казалось, что квартира уменьшалась в размерах, медленно приближаясь к нему. Ему нужно было выйти. Немедленно. Схватив самые необходимые вещи, Сяо накинул кожаную куртку и взял шлем, после чего выскочил из квартиры. Он уже давно не ездил на мотоцикле. Сев на сиденье, он почувствовал, как руки Венти обвивают его талию, как живот Венти прижимается к его спине. Это не по-настоящему, — отругал себя Сяо. Он откинул ногой подножку и, заведя двигатель, сорвался с места. Ли Юэ расплылся в вихре красок, когда Сяо помчался за город. Ветер бил его по телу, пока он наклонялся ближе к ручкам, молясь, чтобы ветер просто унес его. Пляж выглядел так же, как в тот день, когда он показал Венти свое тайное место. Плавно двигаясь, вода искрилась от солнечного света, словно океан хранил в себе древнюю магию, способную очистить этот мир от зла. Небо было чистым от облаков, ярко-голубым, почти пьянящим. Но все это было неправильно. Сяо не был уверен, чего ожидал. Возможно, клубящихся над головой серых туч, сердито разбивающихся о берег волн и разносимого суровым ветром песка, как крошечные пули, бьющего по телу? Вот это бы точно соответствовало настроению Сяо, а не этот идеальный день. Даже смешно, насколько они отличались. Сяо медленно снял обувь и зарылся ногами в песок. Он не знал, почему решил приехать сюда. Если бы он отпустил себя, увидел бы их с Венти призраков, играющих в воде. Заплескалась вода, когда Венти попытался вырваться из хватки Сяо, а тот поймал его и закинул к себе на плечо. Немного покружив, Сяо вернул Венти на землю, и их губы встретились в страстном поцелуе, от которого у Сяо и по сей день в животе порхали бабочки. Холодная вода касалась его пальцев, когда накатывала на берег. Он несколько раз шлепнул ногами, наблюдая, как капли взлетают в воздух, однако отсутствие гармоничного смеха развеивало любую радость, которую он мог получить от этого момента. Вместо этого было холодно и сыро — полное разочарование. Сяо был идиотом, раз пришел в место, где теперь обитали воспоминания о Венти. С чего он решил, что это хорошая идея? Он всего лишь хотел, чтобы боль утихла, а воспоминания поблекли. Наступит ли день, когда этот пляж не будет напоминать ему о Венти? Хотел ли он вообще этого? Нет. Он хотел, чтобы воспоминания о Венти были вытатуированы на его сердце. Если время будет жестоко к нему и он забудет, Сяо никогда себе этого не простит. Каждая проведенная с Венти секунда была особенной. Он просто хотел, чтобы боль ушла. Колени подкосились, и Сяо упал на землю — вода сразу же намочила его штаны. Его ладони набрали пригоршни песка и сжались в кулаки, когда отчаяние взяло над ним верх. Из глаз потекли слезы, капая в соленую воду океана. — В пизду все это, — закричал Сяо. Как долго он так просидел? Волны мягко ударялись о его ноги, а Сяо все плакал и плакал, давая волю переполнявшим его страданиям. Когда разум наконец оцепенел, Сяо откинулся на пятки и поднял взгляд на небо. Он не мог продолжать в том же духе. Он бы на пределе. Как сделать так, чтобы все это прекратилось? Он знал ответ. Всегда знал. Впрочем, не мог исправить себя. По крайней мере, не в одиночку. Сяо хотел только одного — чтобы боль исчезла. В голове промелькнула мысль. Он не хотел этого делать, но, видимо, это был единственный выход. Он ненавидел беспокоить других, предпочитал решать свои проблемы самостоятельно, однако в этот раз все вышло из-под контроля. Сяо понятия не имел, что ему делать, но, возможно, мог попросить кое-кого о помощи. Медленно поднявшись на ноги, Сяо стряхнул песок и надел обратно обувь. Пора начать действовать. Он мог бы вечно утопать в страданиях, но у него появилась искра мотивации, и если он не поможет этому огню разгореться, тот погаснет, оставив его бродить в темноте и одиночестве до конца своих дней. Возвращаясь к мотоциклу, он позвонил Чжун Ли. — Я заеду. Возможно, останусь на ночь, — когда мужчина ответил, сказал Сяо. Он никак не мог смотреть на посылку на кухне. То, что он собирался сделать, потребует все имеющееся у него сейчас мужество. На другом конце линии раздался глубокий смешок. — Хорошо. Я начну готовить чай. — Я за городом, так что не торопись. Скоро увидимся, — Сяо завершил звонок и убрал телефон в карман, а затем надел шлем. Когда он вернулся в гавань Ли Юэ, уже стемнело. На пляже время пролетало незаметно. Сяо остановил мотоцикл у дома Чжун Ли и на мгновение задумался, хорошая ли это вообще идея. В последнее время он делал неправильные выборы, и ему хотелось это изменить. Быть может, Чжун Ли — его лучший шанс переломить ситуацию. Мотор мотоцикла взревел, когда он опять завел его, чтобы спуститься на подземный паркинг. В квартире Чжун Ли, как всегда, стояла чистота и порядок, но если Сяо присмотрится повнимательнее, увидит толстовку на диване и две кружки в раковине на кухне. Похоже, Чайльд уже занял место в доме Чжун Ли. Сяо не был уверен, как к этому относиться. — Чай еще не готов. Чувствуй себя как дома, — когда он вошел на кухню, сказал Чжун Ли. Сяо решил пока побродить по квартире и заглянуть в несколько открытых комнат, чтобы проверить, не оставил ли Чайльд свое присутствие где-то еще. Его старая комната не изменилась. Сяо полагал, что Чжун Ли переделает ее в комнату для гостей, но при виде своих старых постельных принадлежностей и постеров на стене у него защемило сердце. В чем-то Чжун Ли был очень сентиментальным человеком. Сяо не знал, где бы оказался, если бы Чжун Ли все время не заботился о нем. — Чайльд тут? — Сяо не хотелось, чтобы этот рыжий, как в прошлый раз, выскочил посреди разговора. Не то чтобы Чайльд не нравился ему, все-таки он делал Чжун Ли счастливым, тем не менее очень раздражал. К тому же Сяо было неприятно делиться с ним нынешней ситуацией. — А? Нет. Он сегодня гуляет с друзьями, так что будем только мы. Хорошо. От этого Сяо немного расслабился. Он вернулся в гостиную и, сев на диван, стал ждать, когда Чжун Ли присоединится к нему. Он не был уверен, в чем именно хочет признаться Чжун Ли. Пожалуй, во всей правде. Сяо знал, что тот никогда не осудит его, но ему все равно было как-то стыдно. Вскоре пришел Чжун Ли, поставил поднос на журнальный столик и сел рядом. — Я выбрал жасминовый зеленый чай, твой любимый, — он взял заварочный чайник и налил жидкость в две кружки. Сяо не двигался, в то время как Чжун Ли откинулся на спинку дивана со своей чашкой в руках. Он терпеливо ждал, позволяя Сяо не торопиться. — Мои отношения с Венти начались как пиар-ход, — в итоге выдавил из себя Сяо. Он втянул воздух. Это походило на сдирание пластыря, вот только рана под ним еще не затянулась, поэтому начала кровоточить. Слова полились изо рта Сяо. Он даже не был уверен, что не несет чушь. — После того, как опубликовали наши с Венти фотографии с твоей вечеринки, Люмин и Итэр решили, что пиар-отношения будут полезны нашим имиджам. Мою репутацию поливали грязью из-за моего замкнутого характера и того видео, которое время от времени всплывает. А Венти хотел, чтобы его воспринимали как человека, у которого могут быть настоящие серьезные отношения, а не звали плейбоем. Все начиналось хорошо, но где-то в процессе границы между фальшью и реальностью размылись. Я планировал держать свои растущие чувства при себе. Забыть обо всем, как только эти отношения закончатся. Но Венти удивил меня признанием, что и сам размыл границы. И это было здорово. Я… Я никогда и ни к кому не испытывал таких чувств. Венти стал глотком свежего воздуха в моей душной жизни. Я просто не мог все не испортить. Я постоянно сравнивал его с бывшим. Я знаю, что он другой, но я не мог прекратить! Меня преследует голос, который шепчет на ухо, что меня опять будут контролировать, — к этому моменту из его глаз уже капали слезы. Он даже не пытался их остановить. — Я люблю его, но я причинил ему глубоко личную боль. Сделал именно то, чего он боялся. В какой-то момент Чжун Ли отставил чашку с чаем. Пока Сяо сидел глотал воздух, сильная рука протянулась к нему и притянула в объятия. Чжун Ли полностью обхватил его. Сяо замер от такого необычного контакта. Они с Чжун Ли не были тактильными людьми. Количество их объятий можно было пересчитать по пальцам одной руки. Впрочем, этот раз был приятным. Уткнувшись лицом в плечо Чжун Ли, Сяо выплескивал все свои эмоции. — Я-Я не хотел… уходить от него, — он икнул. — Но о-он показал мне к-к-кольца, которые купил для нас, и я понял, что должен уйти. Чжун Ли гладил его по спине, пока он продолжал плакать. — Мне жаль, что так получилось, Сяо. Тебе, наверное, было очень тяжело. Сяо отстранился от объятий Чжун Ли и вытер глаза. — Я сам во всем виноват. Я позволил пламени своего прошлого поглотить меня и сжег нас дотла. Венти не сделал ничего плохого, — это Сяо виноват. Из-за его паранойи все разрушилось. — Смогу ли я когда-нибудь полюбить кого-то так, чтобы не возникло всех этих сложностей? — прошептал он. Задумавшись, Чжун Ли тихонько хмыкнул. Сяо нетерпеливо уставился на него. Он хотел знать, что тот думает. — Сяо, почему ты все еще наказываешь себя за то, что не можешь контролировать? Сяо замер от его слов, а Чжун Ли продолжил: — Почему позволяешь прошлому управлять тобой? Ты свободен от тех токсичных отношений, но не даешь шрамам затянуться. А теперь они залили кровью твои новые отношения, испачкав все. Ты словно посадил себя в тюрьму, и каждый раз, как кто-то открывает дверь, ты захлопываешь ее. Почему считаешь себя недостойным любви, когда это явно не так? — Я-Я… — Ты все еще любишь Венти? Конечно, любит. Сяо был уверен, что никогда не перестанет любить его. Венти был солнцем, вокруг которого вращалась жизнь Сяо. И это было невозможно изменить. Даже если они никогда не сойдутся, Сяо будет дорожить проведенным вместе временем. — Я люблю его больше, чем могу выразить словами. Ладони Чжун Ли потянулись к плечам Сяо и крепко сжали. — Тогда иди, приведи себя в порядок и верни его, — его золотые глаза пылали, пока он смотрел на Сяо. — Что, прости? — выпалил Сяо. Он никогда прежде не видел Чжун Ли таким решительным. — Ты не можешь вернуться к Венти в своем нынешнем состоянии. Повторится то же самое. Это нечестно по отношению к вам обоим. Прежде чем вернуть Венти, ты должен поработать над собой. Я никогда не видел тебя таким счастливым. Мне плевать, что ваши отношения поначалу были фиктивными. Мне было ясно, что вы оба глубоко любите друг друга. Я всегда желал тебе самого лучшего, Сяо. После выхода из предыдущих отношений ты превратился в оболочку своего истинного я. А когда появился Венти, он начал возвращать в тебя жизнь. Теперь, когда искра зажглась, тебе нужно взять пламя в свои руки и управлять им. Роль Венти в этом выполнена, ты же должен все завершить. Чжун Ли правда верил, что Сяо сможет вернуть Венти? Правда думал, что Сяо сможет укротить таящихся внутри него демонов? — А что, если я не смогу? — его голос дрожал. Сяо ненавидел, как жалко он звучит. — Не узнаешь, пока не попробуешь, — Чжун Ли ослабил хватку на плече Сяо и мягко улыбнулся. — Ты намного сильнее, чем думаешь. Если действительно любишь Венти, будешь бороться, чтобы вернуть его, верно? Даже если эта борьба будет в первую очередь с самим собой. Мысли Сяо вихрем крутились в голове. Сказанное Чжун Ли было нелегко переварить. — Я даже не знаю, с чего начать. Даже если я извинюсь, он может не простить меня. — Вот почему тебе нужно начать с самооценки. Именно твое прошлое заставляет тебя колебаться и принимать опрометчивые решения. Тебе нужно доказать Венти, что ты полностью контролируешь свое прошлое. Разрешишь мне помочь тебе найти надежного психотерапевта? Так ты наконец начнешь процесс исцеления, который следовало бы начать еще много лет назад. Ты не должен проходить через это в одиночку. Это было слишком. Сяо отвел взгляд от буравящих его золотых глаз. — Даже если я приведу себя в порядок, он может разлюбить меня. — Это крайне нелепая мысль. Даже такой человек, как я, которому порой не удается правильно читать людей, ясно видит, что Венти заботится о тебе и искренне любит. Сяо почувствовал во рту металлически привкус крови, когда прикусил губу. Он понимал, что Чжун Ли прав. Сяо не хотел терять Венти, но и не мог просить прощения, не сделав перед этим ничего, что помогло бы ему справиться с тревогой. Если он вернется к Венти, Сяо хотел стать лучше. Таким, который заслуживал быть с Венти, а не каким-то неудачником, который сбежал, потому что испугался. Медленно повернув голову, Сяо опять встретился с Чжун Ли взглядом. — Я хочу вернуть Венти. Но… я также устал жить с демонами моего прошлого. Они всюду преследуют меня и проникают во все мои поступки. Хоть это и Венти помог мне понять, что мне стоит взглянуть своему прошлому в лицо, в конечном итоге я сделаю это именно для себя. На губах Чжун Ли возникла мягкая улыбка. — Вот это дух. Я так горжусь тобой, — Чжун Ли положил руку на плечо Сяо и опять заключил его в объятия. — Я знаю, что был не самым лучшим опекуном, но по моему контракту с Венти я могу вмешиваться только в чрезвычайных обстоятельствах. Думаю, сейчас как раз такой случай, поэтому обещаю, что сделаю все возможное, чтобы поддержать тебя. Услышав эти слова, Сяо опять расклеился. В горле пересохло, и он обхватил Чжун Ли за талию и уткнулся головой в его плечо. — Ты был замечательным опекуном. Ты не обязан был брать меня к себе, когда умерли мои родители, а мог отдать меня в органы опеки. Не обязан был помогать, когда я не смог покончить со своими токсичными отношениями. Тем не менее всегда появлялся именно тогда, когда я в этом нуждался. Я благодарен за все, что ты для меня сделал. Обещаю, после этого я буду сам решать свои проблемы. Я уже взрослый, поэтому не должен так сильно полагаться на тебя. — Я взял на себя ответственность заботиться о тебе. Неважно, сколько тебе лет. Я всегда буду рядом, Сяо, — Чжун Ли ласково погладил Сяо по голове. В нос Сяо ударил запах старых книг, когда он вдохнул аромат Чжун Ли. Даже когда они были моложе, от него всегда исходил запах учителя истории, и это забавляло Сяо. Хлопнувшая входная дверь напугала их обоих, и когда они обернулись, увидели вдрызг пьяного Чайльда, прислонившегося ко входу в гостиную. Его голубые глаза сразу же устремились на Сяо. — Сяо! Ого, какой приятный сюрприз! — невнятно воскликнул Чайльд. — Знаешь, я давненько тебя не видел. — Я, наверное, пойду, — сказал Сяо. Он оттолкнулся от Чжун Ли и быстро встал. — Не обращай на него внимания. Когда пьян, он довольно безобиден. Через пару минут он отключится, — Чжун Ли усмехнулся и тоже встал, чтобы направиться к Чайльду. Сяо воспользовался моментом, чтобы вытереть опухшие глаза, надеясь, что Чайльд этого не заметит. Чжун Ли обхватил Чайльда за талию, и тот прильнул к нему. — Пожалуйста, останься. Я подготовил твою комнату. Она была готова с того самого дня, как я перестал в ней жить, — подумал Сяо. А еще вспомнил о вскрытой посылке на кухне и решил, что, возможно, ему стоит остаться на ночь. — Эй… — Чайльд указал на Сяо, его палец покачивался, пока он пытался удержать его на месте. — Что случилось с Венти? Ты разбил ему сердце? Когда я в последний раз видел его в студии, он плакал как ребенок! Его глаза были красными и опухшими! Он был полностью подавлен! Полагаю, это значит, что я выиграл. У меня лучший бойфренд! — Чайльд беспечно рассмеялся. Пытаясь сохранить самообладание, Сяо крепко сжал кулаки. — Можно я его ударю? — серьезно спросил он у Чжун Ли. — Нельзя. Он ведет себя как говнюк, потому что пьян. Я разберусь с ним позже, — Чжун Ли вздохнул и подтолкнул Чайльда вперед. — Я прослежу, чтобы он извинился, когда протрезвеет. Чайльд шатался, хоть Чжун Ли и держал его. Он поднял голову и небрежно поцеловал Чжун Ли в уголок губ. — Надеюсь, строго накажешь меня, — соблазнительно произнес он. Сяо в отвращении скривил губы. Он бросил взгляд на Чжун Ли, который послал ему извиняющуюся улыбку, пропуская Чайльда в спальню. За ними тихо закрылась дверь, заглушив их голоса, когда они завязали разговор. Решив, что пора отступать, Сяо двинулся к своей комнате. Однако застыл на месте, когда из-за только что закрытой двери донеслись громкие шуршащие звуки и жалкие хныканья. Несколько раз моргнув, чтобы понять, что за хрень происходит, Сяо так и стоял, его мозг полностью отключился. Звуки продолжались, постепенно становясь все громче, и Сяо стал отчаянно пытаться заглушить их. Подумай о чем-нибудь! О чем угодно, — взмолился он. Его как всегда жестокий мозг решил создать образ Венти, сосущего фруктовый лед, его язык медленно вращался вокруг лакомства, а сам он полуприкрытыми глазами смотрел на Сяо. Нет! Только не это! Сяо хотелось закричать, пока он отгонял этот образ. Не помогало и то, что Венти выглядел чертовски сексуально. Несколько минут спустя из спальни донесся громкий стон, жутко похожий на имя Чжун Ли. В конце концов упомянутый вышел из комнаты с закатанными рукавами, растрепанными волосами и припухшими губами. Он тыльной стороной ладони вытер рот, отчего Сяо захотелось удариться головой о ближайшую стену, чтобы забыть последние пять минут своей жизни. — Прошу прощения за свой неухоженный вид. Чайльда нужно было убедить лечь спать, но у меня есть несколько трюков в рукаве, — невозмутимо сказал Чжун Ли. Сяо до сих пор не сдвинулся с места и со своими расширенными глазами походил на оленя в свете фар. Голос не слушался, так что из его рта вылетел писк. Чжун Ли усмехнулся. — Теперь понимаешь, почему я так отреагировал тогда на Бисерном пароме, — слегка подразнил он, чем только еще сильнее смутил Сяо. Сяо чувствовал, что его лицо пылает. Не желая, чтобы Чжун Ли продолжал, он неловко переступил с ноги на ногу. — Тогда мы квиты. — Именно так, — Чжун Ли кивнул. — Завтра я возьму выходной, и мы начнем искать тебе психотерапевта. Не в силах встретиться с ним взглядом, Сяо смотрел себе под ноги. — Ты не обязан этого делать, — прошептал он. — Абсурд. Мы уже обсудили это. Я помогу тебе, — Чжун Ли скрестил руки и, нахмурив брови, уставился на Сяо. — Иди хорошенько отдохни. Ты выглядишь уставшим, — тогда же он решил осмотреть одежду Сяо и наконец заметил его испачканные брюки. — Может, сначала примешь душ? В комоде все еще лежит твоя старая одежда. Легко подчинившись, Сяо захлопнул рот. Было бесполезно спорить с Чжун Ли. Он уже принял решение, и если он твердо стоит на своем, трудно изменить его мнение. — Спокойной ночи, — пробормотал Сяо и, на пятках развернувшись, удалился в свою комнату. Его старая комната вернула подавленные мысли и забытые сны. Когда-то Сяо проводил тут немало времени. Похоже, у него вошло в привычку превращаться в отшельника, когда случалось что-то плохое. Наверное, Сяо всегда был немного жалким неудачником. Он так легко поддавался эмоциям, которые в конце концов всегда оставляли его совершенно разбитым. Он знал, что в некоторых обстоятельствах нет его вины, но так и не научился правильно относиться к своему прошлому. Но в этот раз. В этот раз все будет по-другому. В кои-то веки он поступит правильно. Открыв ящик комода, Сяо нашел свою старую одежду и поспешил в гостевую ванную, чтобы насладиться теплом воды из душа. Закончив мыться, он лег в постель и уставился в поток, ожидая, когда сон завладеет им. Ему ничего не снилось. Он просто заснул, а спустя несколько часов его разбудили самые восхитительные ароматы, которые он когда-либо чувствовал. Последовав за запахом, он вошел на кухню, где Чайльд в фартуке, напевая себе под нос, готовил еду. За столом сидел Чжун Ли и читал книгу, а рядом с ним стояла чашка чая. Любопытство взяло над Сяо верх. Он подошел к Чайльду, чтобы украдкой посмотреть, что тот готовит. На плите выпаривалась лапша, и рот Сяо наполнился слюной от осознания того, что Чайльд готовит сухую горячую лапшу. — Чжун Ли сказал, что ты не особо привередлив в еде, поэтому я взял на себя смелость решить, что мы будем кушать, — не поворачиваясь к Сяо лицом, сказал Чайльд. — Почти готово. Не надо крутиться возле меня, пока я готовлю. Бросив быстрый взгляд на лицо Чайльда, Сяо заметил, что у него ужасное похмелье. Его глаза были запавшими, а лицо бледным. Его рыжие волосы торчали в разные стороны, что заставило Сяо задуматься о том, сколько средств он обычно использовал, чтобы уложить их. Он почувствовал легкое удовлетворение от того, что увидел Чайльда в таком плачевном состоянии. — Доброе утро, Сяо. Как спалось? Надеюсь, твоя старая кровать дотягивает до уровня той, что в твоей квартире, — поприветствовал Чжун Ли, когда Сяо сел напротив него. — Она не изменилась с тех пор, как я спал на ней в последний раз, — пожимая плечами, ответил Сяо. Перед ним поставили тарелку, от которой у Сяо мгновенно потекли слюнки. Лапша выглядела очень аппетитно, а пахла просто восхитительно. Сяо надеялся, что на вкус она окажется такой же вкусной, как и на запах! Чжун Ли положил книгу на стол и взял палочки для еды. — Спасибо, любовь моя. Твоя способность готовить блюда любого региона просто поразительна. — Да это пустяк, — небрежно ответил Чайльд, но Сяо увидел, как от похвалы Чжун Ли на его лице расплылась маленькая улыбка. Он сел рядом с Чжун Ли и уставился на палочки возле своей тарелки. — Хочешь, принесу детские обучающие палочки, дорогой? — заметив нерешительность Чайльда, спросил Чжун Ли. Сяо сдержал смех, когда лицо Чайльда покраснело. — Н-Нет! Я мастер на все руки. Мне не нужны детские палочки, — более громким голосом воскликнул Чайльд. — Вчера ты пользовался- — Неважно! — Чайльд схватил палочки и, поспешно набрав немного лапши, запихал ее в рот Чжун Ли. — Прости за вчера, Сяо. С моей стороны было невежливо лезть в твою личную жизнь и шутить над ней. — Все нормально, — удалось вымолвить Сяо в перерывах между поглощением пищи. Он уже оправился от грубого замечания Чайльда и даже забыл о нем, поскольку сразу после этого ему пришлось стать свидетелем кое-чего очень смущающего. Он решил не упоминать о том, каким хлюпиком звучал Чайльд, и закинул это в дальние уголки подсознания на случай, если когда-нибудь понадобится материал, чтобы подразнить его. На лице Чайльда возникла самодовольная ухмылка, когда он взял себя в руки. — Я неплохо готовлю, не правда ли? — заметив, как пустеет тарелка Сяо, похвастался он. — Я раньше жил с Чжун Ли. Все, что угодно, вкуснее того, что он готовил, — запихивая лапшу в рот, сказал Сяо. Чжун Ли нахмурил брови, поскольку ему требовалась минутка на осмысление этого внезапного укола. — Должен признать, я не эксперт в кулинарном искусстве. Я предпочитаю наслаждаться изысканными деликатесами, приготовленными другими, а не готовить что-то самому. — Это просто твой способ сказать, что ты что-то не умеешь, — заявил Сяо, чем заработал суровый взгляд от Чжун Ли. Ну, хотя бы Чайльд рассмеялся. Возможно, он был не так уж и плох. — У сяншэна много других талантов, — Чайльд взглянул на Чжун Ли и одарил его многозначительным взглядом. Забыли. Сяо берет назад все хорошее, что когда-либо думал о Чайльде. Он не хотел, чтобы ему напоминали, что Чжун Ли ведет половую жизнь. — Тебе разве не надо на работу или куда-то еще? — Оу, а я-то думал, мы решаем наши разногласия, — подразнил Чайльд. Когда-нибудь им придется это сделать. Тем более что Чайльд, похоже, никуда не денется из жизни Сяо. Появляющиеся вокруг глаз Чжун Ли морщинки, когда он смотрел на своего партнера, говорили о его чувствах. А когда он открывал рот, в его словах сквозила нежность, непривычная даже Сяо. Сяо пожал плечами. — Ты неплохо готовишь. Может, если разрешишь мне приходить покушать, мы как-нибудь договоримся. Чайльд лукаво улыбнулся. — Идет. После этого они завязали легкий разговор. И только позже, когда, договорившись о сеансе с психотерапевтом, которого посоветовал Чжун Ли, Сяо вернулся в свою квартиру, осознал, что все утро совсем не думал о Венти. Возможно, только возможно, Сяо все-таки справится.