золотая лихорадка

Единственное, что чувствовал Сяо — это ладонь Венти в своей руке. Они стояли на кремовой ковровой дорожке и улыбались, а вокруг них щелкали камеры, каждой вспышкой ослепляя Сяо. Он слышал приглушенные голоса журналистов, выкрикивающих их имена, и возгласы зевак, но ничто не звучало так отчетливо, как тихое дыхание Венти рядом с ним. Сяо сосредоточился на этом нежном звуке, пока они позировали для снимка за снимком. Это было что-то знакомое в незнакомой обстановке, что заземляло его. Поездка в машине прошла более-менее так, как он и ожидал. В мертвой тишине, и только крутящее лучшие хиты радио заглушало неловкость. Возможно, Сяо думал, что их объятия в студии чуть сильнее растопят лед, но все трещины опять застыли. И это было нормально. Нормально. Совершенно нормально. С чего бы ему волновать? Не то чтобы момент, из-за которого он переживал последние несколько месяцев, наконец-то разыгрался прямо на его глазах, и он оказался беспомощен перед дискомфортом от всей этой ситуации. Всякий раз, как его взгляд отрывался от проносящегося мимо окружения и падал на отражение в окне, он ловил взор зеленых глаз, смотрящих на него в ответ. Губы Венти были сжаты в тонкую линию, словно он хотел что-то сказать, но не знал как. Сяо понимал. Он и сам хотел сказать тысячу вещей, извиниться за тысячу вещей, однако слова не приходили. Как он мог стоять рядом со своим самым любимым человеком, да даже обнимать его и при этом чувствовать такую дистанцию? Прикасаться к Венти было все равно что писать на его коже прощальные слова. Слой за слоем извинения, которые Сяо пытался втиснуть в одно лишь касание рукой, быстрый взгляд, нежную улыбку. В ответ он ничего не слышал. Когда-то он думал, что хорошо умеет читать Венти, и даже после всего, что им пришлось пережить, ожидал, что этот навык никуда не денется. Теперь же он смотрел в эти зеленые глаза и оставался только с вопросами. По-видимому, одной из черт, которым Венти научился у него, было умение возводить вокруг своего сердца стены. — Ты скучал по мне? — прошептал Венти, и его теплое дыхание обволокло ухо Сяо. — Может, поговорим об этом позже? — прошептал в ответ Сяо. Его глаза были устремлены на камеры перед ними, тем не менее он чувствовал, как дрогнуло его лицо. Он вытянул ладонь из руки Венти, чтобы обхватить его за спину и притянуть к себе. — Мне просто… любопытно… Сяо наклонился, и его губы скользнули по уху Венти, что, как он надеялся, выглядело соблазнительно. — Я был бы идиотом, если бы не скучал по тебе. — А я думаю, ты все равно идиот, — фыркнул Венти, но Сяо чувствовал ложь по тому, как от его прикосновения дернулось тело Венти. Он не мог поспорить с мнением Венти. Тот был прав по всем статьям. Сяо был просто глупцом, который позволил своим эмоциям и прошлому управлять им, как марионеткой. Впрочем, он наконец-то обрел контроль над ниточками, которые двигали им, и готов был встать у руля. — Я тоже по тебе скучал… — через мгновение сказал Венти. — Не должен был, но скучал. — Все мы совершаем ошибки, — ответил Сяо. — А ты? Совершил ошибку? — Венти повернулся, и его зеленые глаза устремились на Сяо. И вот опять Сяо не смог прочитать айдола. За сказанными словами полыхал огонь, но был ли это гнев? Надежда? Вина? — Да, — выдавил из себя Сяо. Венти искал на его лице что-то, скорее всего, ложь, неправду, которую он скрывает, однако Сяо больше нечего было скрывать. Он отдаст Венти все правду, если тот захочет ее получить. Единственная, которую ему нужно было сохранить, состояла из трех слов. Если ему когда-нибудь снова выпадет честь произнести их, он сделает это без колебаний. Не найдя ответа, Венти фыркнул и, потянув Сяо за руку, повел их дальше по ковровой дорожке. Они без особых проблем дошли до конца, при приближении к которому ускорились. У Сяо уже начинала пульсировать голова от всех этих мигающих вспышек. Гордо улыбаясь своим творениям, Аяка ждала их в конце дорожки. Сяо было неприятно осознавать, что они все же невольно втянули ее в свою драму. — Вы двое великолепно выглядели! Наряды просто сияли! — обнимая их обоих, взволнованно воскликнула Аяка. — Спасибо, но всю работу сделал Венти, — признался Сяо. Он просто стоял там, пока Венти завораживал толпу своим ослепительным видом. Сяо считал себя всего лишь привлекательным спутником, задачей которого было помочь Венти выглядеть еще лучше. И он не возражал. Он хотел, чтобы другие видели, как сияет его любимый человек. По лицу Венти расплылся легкий розовый румянец, и он быстро отвернулся от взгляда Сяо. — Я рад, что мы воздали должное твоим нарядам, Аяка. Улыбнувшись, Аяка потянула их за собой на первое интервью. Они остановились перед девушкой с розовыми волосами до плеч. Ее улыбка расширилась, когда она заметила их. Спотыкаясь о провод микрофона, она подала знак человеку с камерой позади нее. Когда Итэр стал менеджером Сяо, одно из первых, над чем они работали, были публичные появления. Сяо сидел в кресле, пока Итэр задавал стандартные вопросы интервью. Не стоит и говорить, что Сяо провалился. После этого Итэр заставил его заучить ответы на все вопросы, которые ему могли задать. Сяо мог пересказать их во сне. — Привет! Я Шарлотта из Паровой птицы в Фонтейне, — представилась девушка. В ее глазах блестела жажда истории. — Так приятно наконец-то увидеть знаменитую пару на публичном мероприятии. Каково это — вместе пройтись по ковровой дорожке? Она сунула микрофон Венти в лицо, который с легкостью ответил на вопрос: — Замечательно, но мы не смогли бы этого сделать без Аяки, которая создала наши наряды. Он повернулся к Сяо и отстраненным взглядом посмотрел на него, ища человека, который когда-то любил его и не разбил ему сердце. Сяо улыбнулся, чувствуя, как его нутро сжимается в комок. Он был просто чудовищем. — Да, конечно! Сегодня дебютирует младшая Камисато! — забывая о двух сломленных людях перед ней, Шарлотта кивнула. — Расскажите историю этих нарядов. — Мы выбрали тему жестокого принца, оскверняющего невинную принцессу — многие сочтут ее подходящей нам с Сяо, что очень далеко от истины. Черный цвет в нижней части моего платья символизирует осквернение, которое постепенно начинает брать верх в присутствии такого жестокого человека, — с легкостью ответил Венти. — Должно быть, это большая честь — быть первыми людьми, которые публично продемонстрируют ее работы, — заметила Шарлотта. — Никогда в своих самых смелых мечтах я не представлял, что нас выберет мисс Камисато, — Венти вежливо улыбнулся. — От того, что наши отношения вдохновляют других, приводят к созданию таких прекрасных нарядов, у меня сердце наполняется счастьем. Сяо сглотнул. Венти так легко лгал. Их работа как знаменитостей заключала в подтасовывании правды под любую версию, которую придумывала их пиар-команда, но теперь, когда были вовлечены его собственные чувства, это задевало. В словах Венти сквозила жестокость, но слышала ли ее Шарлотта? Сяо наблюдал за тем, как сузились ее глаза. — Давненько мы ничего не слышали от вас двоих. Весь Тейват привык к вашим очаровательным прогулкам и постам в соцсетях, и когда они прекратились, это вызвало большую шумиху. Настал черед Сяо. Он наклонился к микрофону и ответил: — Венти занят туром, а я работаю над новыми проектами, так что стало тяжело видеться с такими разными графиками. Хотя устраивать публичные зрелища было весело, мы решил, что стоит сохранить драгоценные моменты для себя. Это было заранее продуманное заявление, которое не вызовет лишних спекуляций. Фанаты болтали всякое — как и всегда, когда какая-нибудь знаменитая пара пропадала с радаров. Некоторые удивлялись, почему Сяо не заметили ни на одном концерте Венти. Другие полагали, что Венти уже устал от Сяо и переключился на кого-то другого. Все они ошибались. Никто из них не подозревал, что это Сяо ушел. Никто не догадывался, что именно он все испортил. Откуда им было знать, что это он разрушил их хрупкую мечту — раздавил в ладони, пока ее осколки не упали на землю, окрашенную в эффектный красный цвет? И они никогда не узнают правду. Никогда не узнают, что он ушел от Венти, а кольцо все еще обжигало его кожу. Никогда не узнают, что он постоянно чувствовал его на пальце. Если Сяо не удастся вернуть Венти, они придумают свои истории и теории об их разрыве. Составят хронологию событий, когда все пошло не так. Разыщут в песнях Венти и интервью Сяо подсказки и признаки проигранной битвы — двух бойцов, не вернувшихся домой с войны. Шарлотта была не до конца убеждена. Журналистское чутье явно подсказывало ей, что это не все. Ее взгляд метался между Венти и Сяо в надежде найти в их глазах какую-нибудь историю. Но она не нашла. Как бы она ни старалась, Сяо никогда не расскажет правду ни одному журналисту. — Что ж, желаю вам обоим всего наилучшего. Надеюсь, вы приятно проведете вечер, — поняв, что они больше ничего не расскажут, в итоге сказала Шарлотта. Остальные интервью состояли из похожих вопросов и еще более стандартных ответов. Сяо уже устал слышать свой голос, говорящий: «Мы просто хотим приватности». Он чувствовал, как Венти теряет энергию, пока они переходили от журналиста к журналисту. Это была самая тяжелая работа, на которую он когда-либо соглашался. Чаще всего ему нравилось окунаться в новую роль. Именно в такие моменты он мог притвориться кем-то другим. Кем-то, у кого отсутствовали его недостатки. Кем-то, кто боролся с другими проблемами. Он всегда мог расслабиться, забыть, кем он был, и погрузиться в мир, где не существовало его проблем. Вести себя так, будто у них с Венти все в порядке и они по-прежнему безумно любят друг друга, сводило его с ума. Легкие прикосновения Венти к его рукам и спине обжигали, а временами его волосы задевали открытые участки кожи, отчего у Сяо перед глазами мелькали звезды. Он знал, что Венти в таком же положении, по тому, как моментами его улыбка становилась слишком широкой или затягивался смех. Аяка была их спасением, вступала в разговор, когда они оба начинали запинаться. Она возвращала беседу к их нарядам, рассказывая об их дизайне и создании. Сяо был благодарен ей за это. Нужно было не забыть сказать Итэру послать ей огромный благодарственный подарок. В конце концов начали прибывать более крупные знаменитости, а значит, настал момент им с Венти войти в здание. На сегодня их время в центре внимания закончилось. Наконец-то они могли сбросить иллюзию. Аяка извинилась и покинула их, бросив напоследок обеспокоенный взгляд. Было очевидно, что она переживает о том, как они будут вести себя наедине. Все-таки она видела, как неловко было в студии. Когда она ушла, между ними воцарилась тишина. Им так много хотелось сказать, но сейчас было неподходящее место. Заводить смол-ток было как-то неправильно, а извиняться в этот момент казалось неискренне. Сяо даже не мог взглянуть на Венти, опасаясь, что его и без того шаткое самообладание даст трещину. — Как думаешь, она жалеет, что выбрала нас для своих нарядов? — через мгновение спросил Венти, медленно и сосредоточено произнося каждое слово, словно одна мысль о том, с кем он говорит, могла вдребезги разбить его. — Нет, — ответил Сяо. — Она создала эти наряды с мыслями о нас. По ее поведению видно, что она гордится ими. Она никогда не пожалеет, что выбрала нас… даже если мы все усложняем. Наблюдая за Аякой, которая вдалеке общалась с другим дизайнером из Инадзумы, Венти молчал. А потом сказал: — Ее работы поистине великолепны. Нося этот наряд, я чувствую себя самозванцем. — Как будто портишь его? — Да, ты чувствуешь то же самое? Конечно, да. Ткань костюма, как вторая кожа, облегала его тело. Он был идеально сшит и подчеркивал все его достоинства. Аяка уделила немало внимания деталям, чего Сяо никогда не видел ни у одного дизайнера. При создании конкретных нарядов она действительно учитывала особенности своих моделей. Она была гением. Сяо ужасно себя чувствовал. Аяка заслуживала пару, которая смогла бы достойно носить ее творения, не вмешивая в это свою личную драму. Несмотря на то, что они с Венти изо всех сил старались скрыть, она все равно иногда просачивалась наружу. Сяо надеялся, что фотографии, которыми будут пестрить все соцсети и новости, продемонстрируют наряды Аяки во всей их красе. — Она слишком вежлива, чтобы даже сказать нам что-то плохое, — делая вид, что не услышал вопроса Венти, ответил Сяо. — Мы обеспечили ей рекламу, которую она хотела. Она хотела с помощью нас заявить о себе, и ей это удалось. Задумавшись, Венти прикусил нижнюю губу. От этого зрелища Сяо почувствовал слабость в коленях. Он вне всяких сомнений все еще был влюблен в Венти. Ему хотелось, не обращая внимания на всех остальных в помещении, прижать айдола к стене и овладеть им. Почему они должны были присутствовать на публичном мероприятии? Сяо сунул руки в карманы и крепко сжал. Он молился, чтобы остаток вечера пролетел быстро.

***

  Афтепати было, откровенно говоря, утомительным. Само мероприятие Гала состояло из длинных речей и ужина, на котором порции каждого последующего блюда становились все меньше и меньше. Сяо никогда не привыкнет к богатой жизни, частью которой должен был быть. Он предпочитал простую миску лапши, разогретую в микроволновке. Венти, напротив, в полной мере пользовался услугами бара. К счастью, за речами и музыкальными номерами их с Венти продолжающееся молчание для многих осталось незамеченным. От этого Сяо немного расслабился. Впрочем, вечер еще не закончился. Когда они наконец освободились, Сяо с Венти посадили в машину и отвезли обратно в студию, где они переоделись в образы для афтепати. У Сяо это была более простая версия его костюма — черная расстегнутая рубашка, заправленная в темные брюки. Он оставил украшения для сверкающего акцента. А Венти сменил белое платье на черный комбинезон, символизирующий его полное осквернение. Вокруг его глаз нанесли золотой глиттер в тон украшений Сяо. Было несправедливо, что у Сяо второй раз за вечер перехватило от Венти дыхание. Возможно, это было его наказание. Когда зеленые глаза Венти упали на него, на его щеках заиграл красный румянец, и он быстро отвернулся. А затем украдкой бросил еще один взгляд и облизал губы. Они оба пробормотали что-то о том, что другой хорошо выглядит. Как только закончили и получили одобрение Аяки, Сяо с Венти отправились на афтепати. Они ненадолго задержались у входа, чтобы попозировать для нескольких фото, прежде чем зайти внутрь. Афтепати проходило в одном из самых эксклюзивных клубов Фонтейна. В обычные дни только знаменитости и богачи могли себе позволить посещать его. Внутри он оказался огромным, с люстрами и зеркальными стенами. Здесь имелись отдельные кабинки с уютными диванчиками, на которых можно было сидеть и потягивать напитки, а большой танцпол в задней части уже был забит людьми. На возвышенности располагалась стойка диджея по имени Величайший Итто. В общем, для Сяо это место было самым настоящим кошмаром. Венти, похоже, так не считал. Он всегда блистал в подобных местах. Мимо прошел официант, и Венти взял два бокала шампанского, один из которых передал Сяо. Сяо быстро осушил его и нашел ближайший столик, куда поставить. — Через час можешь позвонить Итэру, чтобы он забрал тебя, — сказал Венти на ухо Сяо. — Папарацци уйдут, и ты сможешь улизнуть. — Я не оставлю тебя здесь одного, — выпалил Сяо. В глазах Венти что-то вспыхнуло, когда он услышал его ответ. Он отстранился от Сяо и решительно направился в толпу. Сяо хватило ума не идти за ним. Хотя он хотел пойти за Венти, схватить его за руку и притянуть к себе. Хотел поцеловать Венти и заверить его, что он никуда не уйдет. Он останется. Его захлестнуло непреодолимое отчаяние. Сяо зарычал и сердито провел пальцами по волосам. — Вау~ Да у вас все плохо! — раздался позади него голос. Сяо обернулся и столкнулся лицом к лицу с Моной. Ее платье было синим, как ночное небо, и расшито драгоценными камнями, создающими иллюзию звезд. Оно было очень облегающим. Ее распущенные волосы были завиты и перекинуты через плечо. — Я думал, ты не ходишь на такие вечеринки? — спросил Сяо. Он ранее писал Моне, спрашивал, собирается ли она на афтепати. Он знал, что она в городе, навещает семью или, как она любила это называть, навещает старую каргу. Она быстро ответила ему «нет». — Не хожу, но мне позвонил Итэр, и я прям слышала, как он стоял на коленях, когда умолял меня прийти, — с хитрой улыбкой ответила Мона. — Сказал что-то о том, что неловкая атмосфера между вами с Венти такая густая, что ее не разрезать даже бензопилой. А еще упомянул о бесплатной еде. Сяо застонал. — Не то чтобы… эм… ладно, да. Все плохо. — Венти выглядел довольно очаровательно, топая от тебя прочь, — сказала Мона, чем заработала суровый взгляд. Она вдохнула. — Когда я видела вас в последний раз, вы были монстрами публичного проявления чувств. А теперь мне больно смотреть на вас в одной комнате! — Многое произошло, — пробормотал Сяо. — Ох, дорогой, я знаю, — притягивая его в объятия, ответила Мона. — Я очень рада тебя видеть. Было страшно, когда ты совсем пропал. — Прости, — произнес Сяо в плечо Моны, которое приглушило его голос. — Я дерьмово себя вел. — Ты пытался защитить себя. Однажды тебе причинили боль, душевную и физическую. Я не хочу, чтобы ты опять пропадал. Ты мой лучший друг. Он был таким мудаком. Мона уже однажды прошла с ним через такое, а он сделал это снова. По крайней мере, на сей раз его не пырнули ножом. Он старался держать ее в курсе событий, но после произошедшего ответственность за это легла на Итэра, который ежедневно посылал ей сообщения о том, что Сяо жив и сыт. — Я хуже всех. Мона вздохнула. — Нет, не хуже. Ты всего лишь человек и отреагировал так, чтобы почувствовать себя в безопасности. — Я причинил боль стольким людям, которые мне дороги, — попытался возразить Сяо. — Да, причинил. Но ты делаешь все возможное, чтобы исправить ситуацию. Мона никогда не приукрашивала свои слова. После стольких гаданий она научилась быть прямолинейной и честной. Как-то она сказала Сяо: «Люди гораздо сильнее, чем ты думаешь. Лучше подготовить их к трудностям, чем лгать, чтобы они временно почувствовали себя лучше». Сяо застонал. — Не могу поверить, что мы разговариваем по душам посреди клуба. — Ты прав. Нам надо напиться, чтобы я весь вечер лицезрела, как твоя пьяная задница тоскует по Венти, — со смехом заявила Мона. Она разорвала их объятия, обвила руку Сяо и потащила его вглубь клуба. Пока они шли, Сяо оглядывался в поисках Венти. Его охватило беспокойство. Что, если Венти нашел кого-то, с кем провести ночь, и его шанс на прощение разрушен? Что, если он уже все испортил? Когда поняла, чем он занимается, Мона силком повернула его голову. — Дай ему немного побыть одному. Я уверена, этот вечер для него такой же тяжелый, как и для тебя. — Ты гадала перед тем, как прийти? — спросил Сяо. Беря у официанта два бокала, Мона широко улыбнулась. — Тебе не стоит переживать. Звезды сегодня на твоей стороне. — Приму это за хороший знак, — взяв напиток из протянутой руки Моны, с неохотой сказал Сяо. Ему необходимы были все положительные знаки. От грохочущей из динамиков вокруг музыки у него уже побаливала голова. Яркие огни мигали и танцевали в такт музыке, пока они с Моной выпивали бокал за бокалом. В конце концов Моне удалось вытащить Сяо на танцпол. Обхватив Мону за талию, он чувствовал, как его сердце бьется в унисон с барабанным ритмом. Она, в свою очередь, обвила его своими стройными руками за шею, притягивая к себе. Ее взгляд был устремлен на что-то позади него. Когда он попробовал повернуть голову, Мона вернула ее назад. — Просто слушай музыку, — сказала она ему на ухо. — Не думай ни о чем другом. Он старался изо всех сил, но танцы никогда не были его сильной стороной. Мона вела, однако даже под ее руководством Сяо чувствовал себя ужасно неловко. Его мысли начали блуждать: он вспомнил, как впервые встретил Венти и как они похожим образом танцевали. Венти знал, как прижаться к его телу так, чтобы они двигались как единое целое, хотя это была их первая встреча. Сквозь алкогольную дымку на Сяо снизошло озарение. Что он делал? Ему следовало найти Венти или хотя бы убедиться, что он в порядке. Если с ним что-то случится, Люмин точно свернет Сяо шею. Он сомневался, что Итэр сможет защитить его. Когда Сяо уже собирался оттолкнуть Мону, почувствовал за спиной чье-то присутствие. А затем рука схватила его за локоть. Сяо обернулся и увидел Венти с хмурым выражением лица. Как только он заметил Мону рядом с Сяо, его хмурость усилилась. — Привет, Венти, — поприветствовала Мона. — Мона, — суровым голосом ответил Венти. — Мне нужно поговорить с Сяо. Забавляясь, Мона подняла бровь, но потом пожала плечами. — Хорошо. — Сяо метался взглядом с нее на Венти, озадаченный вспыхнувшим между ними напряжение. Мона наклонилась к нему и прошептала: — Моя работа тут закончена. Я набью сумочку халявной едой и поеду домой, — она прижалась влажным поцелуем к его щеке и скрылась в толпе, оставив Сяо в замешательстве, а Венти рядом с ним — в ярости. — Что ты хочешь сказать? — сквозь громкую музыку спросил Сяо. Венти лишь покачал головой. Его хватка на локте Сяо усилилась. — Не здесь, иди за мной. Он потащил Сяо прочь от толпы и вывел с танцпола. Они двинулись к задней части клуба, где обнаружился коридор с уборными. Венти проверил несколько, пока не нашел открытую, и затолкал Сяо внутрь. Дверь за ними щелкнула, когда Венти, прижавшись к металлической поверхности спиной, запер ее. Музыка наконец приглушилась, подарив Сяо мгновение покоя. — Так что ты- Не успел Сяо договорить, как Венти набросился на него и впился в его губы. Шок был преуменьшением того, что почувствовал Сяо. Единственное логичное объяснение, которое он смог придумать — это то, что он так сильно напился, что отключился, и все это сон. Он застыл на месте, а Венти отстранился, его глаза пылали. — Я хотел сделать это с тех пор, как увидел тебя сегодня, — запыхаясь, произнес он. Красная помада размазалась, подводка тоже, еще сильнее подчеркнув его глаза. Ожидая ответа Сяо, он тяжело дышал. Терапия не подготовила Сяо к такому. Его грудь невыносимо сильно болела от тоски по Венти. Венти находился прямо перед ним и хотел его так же сильно, как Сяо хотел его. В глубине души он понимал, что должен оттолкнуть Венти и сказать, что им нужно поговорить, прежде чем переходить к физическим действиями. Но… в данный момент ему было глубоко насрать. Тело Венти громко ударилось о дверь, когда Сяо впечатался в него и поцеловал. Не было места для нежности. Они оба были в отчаянии и умоляли другого разнять их. Руки Венти обвили плечи Сяо, а Сяо схватил его за бедра. Они были недостаточно близко. Сяо нужно было больше. Его язык скользнул по рту Венти и проник внутрь, когда тот открыл его. Жара от соприкосновения их тел хватило, чтобы свести Сяо с ума. Чувствовать тело Венти, чувствовать его кожу, когда пальцы Сяо проникали под шелковистую ткань, чтобы ощутить мягкие изгибы, слышать его стоны и хныканья — все это было слишком. Это был его шанс без слов рассказать Венти о своих чувствах. О том, как ему жаль, что он все испортил. О том, как каждый день думал о Венти. О том, как все еще любит его. Его ладони переместились под ягодицы Венти, и он легко поднял его, чтобы перенести на столешницу раковины и усадить. Его губы оторвались от губ Венти, и он начал прокладывать дорожку поцелуев по его шее. Ему необходимо было попробовать на вкус каждую часть Венти, чтобы запомнить на случай, если это его последний шанс. Венти со стоном откинул голову на зеркало сзади. — Я скучал по тебе, — зарываясь пальцами в волосы Сяо, сказал он. — Я чертовски сильно по тебе скучал. — Знаю, любовь моя, — прошептал Сяо в кожу шеи Венти. — Знаю, я все испортил. Венти дрожаще втянул воздух. — Ты ушел. — Да, ушел, и мне очень жаль. Сяо рискнул поднять голову, чтобы взглянуть на Венти. И тут же пожалел об этом. В зеленых глазах стояли слезы, а губы Венти подрагивали. — Я хочу ненавидеть тебя, но не могу. Твоя душа связана с моей. Боюсь, я никогда не перестану любить тебя, — по его щеке побежала слеза, но Сяо успел поймать ее губами. — А я никогда не перестану любить тебя, — прижимаясь ко лбу Венти своим, произнес Сяо. — Тогда вернись ко мне, — прошептал Венти. — Прошу, я не могу… я не хочу быть без тебя. Его слова разбили Сяо сердце. Он хотел притянуть Венти ближе и умолять о прощении. Однако знал, что не может. Ему нужно было вернуть Венти правильным способом. Нужно было быть уверенным, что больше не причинит Венти боль. Он не простит себя, если опять сделает это — один раз и так уже перебор. Сяо сцеловал очередную слезу и заговорил: — Можешь мне кое-что пообещать? — Венти медленно кивнул. — Пообещай, что еще немного подождешь меня. Я работаю над собой, чтобы вернуться к тебе и больше не причинить тебе боль. Будет нечестно по отношению к тебе, если мы сойдемся слишком рано. Венти подавил всхлип. — Но ты ведь вернешься ко мне? — Обещаю. — Тогда я подожду. Я всю жизнь буду ждать тебя, Сяо. Сяо опять поцеловал Венти, на этот раз нежно и медленно. Он хотел все исправить раз и навсегда.