Новое поколение только начинается

      — А я знал! Знал, что ты победишь! Победил! Одолел Господина! — В глазах — огромных бусинах светились звезды. В них было видно самое большое, искреннее восхищение. Казалось вот-вот, и они зажгутся настоящим огнём. — Главное, что Лололошка спас не только меня! Вылечил! От заражения! — Все продолжал лепетать детский голос. Звонкий, гордый. Гордый за своего друга. Слова лились нескончаемым потоком, все больше восхваляя новоиспеченного героя.       — И тебе спасибо, горбатик. — Он так долго ждал. Ждал, когда Лололовка придет, когда заберёт его. Когда он сможет снова поговорить с ним. Горбатик посмотрел на него еще пару секунд, улыбаясь, но вспомнив кое-что важное, повернулся к огромному дракону. Честно признаться, ему было даже страшно стоять рядом с таким великаном. Да, страшно. Очень страшно. Он все еще ему не доверял. Он ведь плохой, украл печать. Но, если Лололовка ему доверяет, то можно не бояться, правда?       — Д-дракон…       — М? — Он огляделся ища источник звука.       — Я здесь! — Он посмотрел вниз.       — О, привет. А ты кто? Лололошка про тебя не рассказывал.       — Не рассказывал? Как это не рассказывал? — Глаза — бусины начали заметно блестеть. Как Лололовка мог не рассказать про него? Это было обидно и больно.       — А… я… я имел ввиду, он мало про кого рассказывал. Не только про тебя. Времени было мало, знаешь. — Дракон начал заметно нервничать, оглядываясь в поисках спасения. Он отчаянно пытался успокоить горбатика, чтобы тот ненароком не заплакал в такой величественный день. — Обо мне ведь он тоже не рассказывал? — Он очень на это надеялся и горбатик кивнул. Дракон с облегчением вздохнул. — Меня зовут Лефиарион. Я — дракон. Ты, наверное, знаешь меня и моего брата, но про тебя я ничего не знаю. Расскажешь мне? — Горбатик снова кивнул.       — Мы… я — горбатик. Я был с-слугой Гос… Варнера. И… Это я. Это я наблюдал тогда за вами. А, что с п-печатью? Почему вы ее у-украли?       — Когда город настигла неизвестная доселе чума, многие начали неизбежно погибать. И это сводило людей с ума. Они хотели возродить других с помощью печати. Начали происходить аномалии, похожие на то, что происходит сейчас. Видя как Арнир разрушается, как все готовы убить за печать, чтобы воскресить своих близких и родных, мы решили уничтожить ее, чтобы прекратить это. Мы были глупыми, думали, что делаем все правильно. Мы только хотели мира, и понятия не имели, что за этим может последовать. Мы подумали, что печать нужно спрятать. Так, чтобы никто не знал, где она находится, даже собственный брат. Поэтому печать прятал Райтарион и за это погиб от рук Варнера.       — Оу, п-прости…       — Ничего, я отпустил эту ситуацию. Сейчас, когда Варнер мёртв, и я отомстил за брата, я могу спокойно рассказывать об этом. Надеюсь, вы простите наш поступок, нам очень совестно за него, — Горбатик посмотрел в сторону Арнира, что-то обдумывая. Затем снова посмотрел на Лефтариона и с улыбкой кивнул. Он выглядел взволновано и, кажется, действительно каялся. Ему хотелось верить в то, что они делали это только ради добра. Он не жил в то время, не видел тот хаос, но из историй и книжек был твёрдо уверен, что они предатели. Но ведь Лололовка хороший? Он не станет дружить с плохими, верно?       — А с-совет? Ты будешь в совете?       — Если меня простят, конечно. Очень на это надеюсь.       — А Лололовка? — С очень искренней надеждой поинтересовался горбатик.       — Я думаю да, — Лефтарион не был на сто процентов уверен в этом, но шанс был. Конечно, Лололовке не по душе было управлять кем-то, но он ведь может заниматься другими вещами? Все так же находить вещи для ритуалов к примеру. В это же время горбатика и след простыл. Вспомнив еще кое-что важное он подошел к Лололовке, который увлечённо общался с Изначальным. Подергав его за рукав, он обернулся.       — А… м-можно я с тобой поживу? Да… поживу, — Он не хотел мешать Лололовке, но учитывая, что его комнату снесло взрывом, у него не было выбора. Он дал себе клятву, что будет стоять в углу до тех пор, пока Лололовка не закончит работу. Он его даже не заметит. Честное при честное.       — Конечно, — Он улыбнулся — Только есть одна проблема, на данный момент мы живём в карманном измерении, и оно находится в мистериуме. Если ты согласен проделать такой путь, то конечно, — Горбатик закивал, а глаза засияли пуще прежнего. Казалось бы, куда еще ярче? Оказывается можно.       — Я не буду м-мешать, обещаю! Да, обещаю! — В силу своего роста он крепко обнял руку Лололовки. На его голову опустилась рука, поглаживая. — Мы… я не займу много места. Я маленький, да.       — Не волнуйся об этом. Мы тебе отдельную комнату выделим. Места хватит на всех, — Его подняли на руки. Совсем как ребёнка. — Кстати, сколько тебе лет?       — Мне… мне 20. А тебе? — Лололовка немного не ожидал услышать такую большую цифру, и это ясно отразилось на его лице. Хотя это и было логично. Какой дурак подпустит к власти ребёнка?       — А я… я не знаю сколько мне. — Честно признался Лололовка.       — Как это?       — Долгая история. Может, как-нибудь позже расскажу. — Он хотел рассказать сразу всем. Тем более, что тема рано или поздно поднялась бы, после слов Варнера. — Как тебя зовут?       — Меня… — Он немного подумал. — Горбатик. Да, горбатик.       — Нет, нет, как к тебе обращаются?       — Г… Варнер звал нас… м-меня серым мешком на ножках. Или безд-дарностью. — Горбатик заметно расстроился, когда вспоминал свои клички. — Я не хочу, чтобы Лололовка м-меня так называл. Да, не хочу. — Он уже готов был заплакать, представляя, как его зовут обидными прозвищами.       — Что ты, нет, я не буду тебя так называть. Конечно нет. Я имею ввиду… разве родители тебе не давали имя? — Успокоившись, он погрузился в свои мысли с довольно серьёзным лицом. Когда ответа не последовало, Лололовка уже приготовился извиняться. Видимо он затронул какую-то больную для него тему, поэтому попросить прощения лучше сейчас, не допустив слез.       — Я…       — Блю… — Единственное, что мог выговорить горбатик, перебив Лололовку. Тот в свою очередь не очень понял, что имеется ввиду. — Мама назвала м-меня Блю, — Пояснил он. — Мы… я не очень помню своих род-дителей. Они умерли. Да, умерли. Их забрал В-варнер. Он сказал, что вылечит их, но… но не вылечил… — Горбатик прижался ближе. — Мне… мне не нравится это имя. Называй м-меня как обычно. — Сложно представить, что это маленькое существо могло пережить еще. Похоже его родители умерли от того же от чего чуть не погиб и горбатик. Лололовка прижал его к себе, согревая от наступившего ветра. Главное, что сейчас все прошло. Что сейчас все будет хорошо, он заберёт его к себе и позаботиться о нем.       — Хорошо… — Прошептал он. — У нас есть свободные комнаты? — Обратился Лололовка уже ко всем.       — Пока нет, но думаю, друзья Гектора скоро уйдут. Возможно и Линда с детьми. И возможно Залы. Или Изначальный. Место, в общем найдётся. — Сказал иссушающий волшебник, который внезапно присоединился к посиделкам у костра. Таких горбатик не часто встречал в Арнире, однако недавно двоих из них пришлось закрыть в подземелье. Он вспоминал, где его видел. Точно, в замке Варнера. Он искал какие-то чертежи. Зачем они ему были нужны, осталось неизвестным.       — Кстати, я завтра снова сюда приду. Хочу получше рассмотреть город, со своего роста. — Лололовка хихикнул. Горбатик не сильно понял, что он имел ввиду, так как уже засыпал, прямо на коленях. Может, это было и к лучшему