Думаю об олене Фэйфэй / Thinking of Deer Fei Fei

Фэй Чан был невероятно встревожен. Будучи гетеросексуальным мужчиной, его маленький жираф никогда еще не был таким прямолинейным. Он был хорошо упитанным и всесторонне развитым. Не смотрите на стройную фигуру маленького жирафа. Его рост был таким же, как у хозяина - действительно слишком высок. Каждый раз, когда Фэй Чан ходил в туалет помочиться, пока он вынимал маленького жирафа, никто не осмеливался использовать соседние писсуары. Он был очень горд. Но сегодня эта гордость превратилась в бремя. Чэнь Юэян без тени смущения снял одежду. Он был полностью обнажен, его кожа была такой белой, что отражала свет. В то же время мышцы его груди, спины и живота были подтянутыми и красивыми. Линии его тела пульсировали при каждом движении, и было трудно отвести взгляд. Пальцами он зацепил новенькое нижнее белье, затем повернулся и спросил: «Может лучше сменить на чисто черные?» В результате он увидел, что Фэй Чан съежился в углу спиной к нему, такой же голый, как он, но с опущенной головой, не знающий, куда смотреть. «Что с тобой?» «Вс-все в порядке…» Фэй Чан был поражен, когда Чэнь Юэян заговорил. Очевидно, все было не в порядке. Чэнь Юэян был очень любопытен. Он отбросил свое нижнее белье, подошел прямо к Фэй Чану и властным тоном сказал: «Повернись». «Дай мне минуту…» «Ты даже не слушаешь, что говорит твой босс?» «Босс, оставь меня одного, ладно? QAQ». «Ты даже не слушаешь, что говорит твой старший брат?» «Старший брат, после смены нижнего белья, уходи, прошу тебя, QAQ». «Ты даже не слушаешь, что говорит Ян-гэ?» «…» «Ян-гэ просит тебя повернуться, ты повернешься?» Что мог сделать Фэй Чан? Он мог только разбить банку с небольшой обидой, разбить банку с легким волнением, разбить банку с возбуждением, потерять сдержанность в желании, желание - в стремлении… он повернулся. Хотя он повернулся, две его большие руки были помещены в ключевую позицию, не позволяя никому увидеть, что находится за ними. Чэнь Юэян мгновенно все понял. Но он сделал вид, что ничего не понимает, и спросил: «Что ты скрываешь? Не то чтобы я не встречал его раньше, когда принимал душ». У Фэй Чана не было другого выбора, кроме как ослабить хватку и представить на обозрение своего маленького энергичного жирафа. Чэнь Юэян удивленно спросил: «Эй? Как ты мог… » Ложь, конечно, он нисколько не удивился. Фэй Чан сказал: «Я тоже не знаю…» Вздор, конечно, он знал. Чэнь Юэян беспомощно посмотрел на возвышающегося маленького жирафа Фэй Чана, прикусил зубами нижнюю губу, а затем медленно отпустил. «Скоро начнутся съемки, попробуй успокоиться. Это твой первый рекламный ролик. Хотя у тебя лишь второстепенная роль, ее категорически нельзя испортить». «Эм... старший брат, можешь надеть нижнее белье, думаю, так я быстрее успокоюсь». Если бы маленькому жирафу разрешили смотреть на маленькую тибетскую антилопу, можно с уверенностью сказать, что в скором времени развернулась бы сцена встречи с кем-то из вашего родного города, которая обязательно закончится слезами. Чэнь Юэян поднял «рабочую одежду», переступил с одной ноги на другую, а затем медленно, дюйм за дюймом, надевал белье. Эта сцена воспроизводилась кадр за кадром в замедленной съемке в глазах Фэй Чана. Его ягодицы были круглыми и упругими, а маленькая тибетская антилопа дремала в траве. Прежде чем Фэй Чан насмотрелся, все было окутано белой тканью. Трусы были маленькими и плотно облегали основание бедер. Когда Чэнь Юэян убрал руки, резинка на белье щелкнула по его тазовым костям. Чэнь Юэян взял со столика рядом с ним полусферическую подкладку из мягкого пластика, распахнул нижнее белье и аккуратно вставил ее. Такая подкладка была «мерой безопасности», специально разработанной для съемок нижнего белья, плавок и рекламы с мокрым телом. Чэнь Юэян был опытным и использовал их в прошлом. У этого типа подкладок также были размеры, однако это был первый раз, когда бренд сотрудничал с Чэнь Юэяном. Все подготовленные подкладки были ориентированы на среднестатистического азиата. Для Чэнь Юэяна они были немного маловаты. Маленькая тибетская антилопа неуклюже спряталась за подкладкой, очень обидевшись. Чэнь Юэян передал другую подкладку Фэй Чану, указав, что он тоже должен надеть ее. Фэй Чан мог только прикрыть маленького жирафа одной рукой, а другой взять подкладку. Подкладка и так была маленькой, а Фэй Чан отчаянно пытался запихнуть в нее прямостоящего маленького жирафа, но тот все равно показывал свою голову, как будто выглядывал на пейзаж снаружи. Фэй Чан сказал, спотыкаясь в словах: «Этот ребенок вырос, его трудно дисциплинировать...» Чэнь Юэян искренне поддержал: «Но ты все равно не можешь часто бить его. Если твоя плоть и кровь будет избита, разве тебе не станет от этого плохо?» За пределами раздевалки Цзин Цзижэнь внимательно прислушивался к звукам внутри немного сбитый с толку. Как эти двое начали говорить о родительском опыте? Через некоторое время дверь раздевалки открылась, и вышел Чэнь Юэян. На нем было только нижнее белье и халат, который был плотно запахнут, без тени весеннего света. Многие люди на месте съемок смотрели в его сторону открыто, втайне желая полюбоваться, но увидели только герметично запечатанное тело. Как жаль, как жаль. Увидев, что вышел только один, Цзин Цзижэнь подсознательно заглянул в раздевалку. Чэнь Юэян повернулся и заблокировал обзор, закрыв дверь: «Фэй Чан стесняется. Он выйдет позже». Цзин Цзижэнь особо не задумывался: «Ну, тогда сначала займемся макияжем». У Чэнь Юэяна был эксклюзивный визажист и парикмахер, которые пришли на съемочную площадку заранее. Увидев его приближение, они поспешно собрались вокруг, чтобы помочь ему с макияжем и прической. Он не так давно покрасил волосы. Чтобы соответствовать атмосфере рекламы, макияж не мог быть нейтральным, он должен был подчеркивать его мужскую чувственность. Перед нанесением макияжа представитель бренда что-то бормотал рядом с Цзин Цзижэнь. Менеджер колебался. Чэнь Юэян спросил: «Что случилось?» «Хм... они сказали, что для большего эффекта им нужно нанести масло по всему телу». Чэнь Юэян снял одежду, не сказав ни слова. Хотя он был самой популярной звездой в кругу, у него не было звездного дурного настроения. На работе он всегда хорошо сотрудничал и вел себя прилежно. Когда Фэй Чан вошел в комнату, он увидел эту сцену… Под ярким светом гримерной Чэнь Юэян в одном лишь нижнем белье стоял среди толпы людей. Его мускулы сияли, как драгоценный камень, его халат свисал у его ног, а руки двигались вверх и вниз по телу. Воздух был немного прохладным, но у Фэй Чана в сердце будто пылал огненный шар. Что... что же делать... После стольких трудностей он наконец успокоил своего маленького жирафа, так почему же тот снова захотел высунуться из-за «стены»? Чэнь Юэян взглянул на часы рядом с собой. Это заняло полчаса: время было в самый раз.