Фиолетовый цветок

— Селена… , — протяжно завыл голос. Она снова в кошмаре. Снова в этом ужасном сне, который больше походил на явь. — Ты слабачка и лишь хочешь казаться сильной. Сиротка, которая никому не нужна. Ты настолько бездарна, что от тебя все отказались. Даже собственная мать. Эти слова резали Селену будто на части. Девушка сжала руки в кулаки и подошла к зеркалу. Сейчас там была не она, а её тень. Её злобная маска, которая видна лишь под светом луны. — Убирайся вон и не попадайся мне на глаза, — рявкнуло отражение, смеясь, — Видишь, как жестоки могут быть слова? «Бедная Мэри… Я закрылась от этого мира, став профессионалом. Мне было не до людских чувств.» Тень начала злорадно смеяться, смотря на Селену. Девушка со всей силы ударила зеркало, отчего то рассыпало на множество кусочков. Только почему ей больно, раз это простой сон? — Лилит! , — произнесла Жозефина, обеспокоенным голосом. Женщина подбежала к Селене и начала осматривать её кисть, по которой стекала кровь. Глаза служанки округлились, стоило понять, что это, кажется, реальность. — Что здесь произошло?! Я слышал крики, — быстро спросил Лиам, забежав в комнату. Жозефина загородила Селену спиной и бросила через плечо «Лиам, найди Приму. Она снова просыпала семена в гостиной». Он хотел было что-то сказать, но Жозефина прервала эту попытку. — И поскорее, — спокойно добавила она, поворачиваясь обратно к Селене. Спустя несколько секунд послышались шаги. Женщина убедилась, что Лиам ушёл, после чего сама вышла из комнаты. — Идём со мной, — сказала она, кивнув головой. Селена помедлила, но потом всё же пошла за ней, прижав руку к груди. Жозефина спокойно шла впереди, подобрав подол своего платья. Внешне она выглядела как обычно, но внутри чувствовалось беспокойство. — Расскажи, что произошло, — холодно сказала она, останавливаясь напротив кабинета. Селена прикусила губу, думая, что сказать. Если она расскажет о своём перекошенном двойнике, то, вероятно, её запрут в психушку. Если таковая есть в Тотспелле. — Мне показалось, что это зеркало было очень грязным — И поэтому ты решила разбить его рукой? , — тут же спросила Жозефина, открывая дверь ключом. Селена цокнула, заходя внутрь. Женщина подошла к столику, на котором находились разные травы и мази, и начала что-то искать. Лязг баночек разносился по всей комнате. — Сядь туда, — сказала она, показав Селене на стул. Девушка молча прошла вперёд и села на место. «Что же Жозефина делает и для чего? Она никогда не помогла бы мне из-за доброты душевной…» — Тебя преследуют видения, не так ли? , — спросила она, поворачиваясь к Селене. В руках Жозефины была мазь и кусок бинта. Женщина подошла ближе и начала аккуратно мазать ранения на костяшках пальцев. Селена поморщилась от внезапной боли, но потом постаралась сосредоточить внимание на чём-нибудь другом. — Тебя, стало быть, тоже? , — спросила в ответ девушка. Жозефины хмыкнула, отставляя мазь на столик. Она развернула бинт и начала аккуратно обматывать руку. — Когда же ты научишься нормально отвечать на вопросы, а не огрызаться? , — со вздохом спросила женщина, отрезая бинт. — В этом мире никогда. Селене было проще доверять самой себе. Она искала подвоха в чём угодно, отказываясь от любой помощи. — В этом и есть твоя проблема, Лилит… Научись ты хоть немного слушать других, то всё бы было намного проще. Жозефина завязала узел, чтобы бинт не развязался. Женщина отошла обратно к столику, чтобы поставить всё на свои места. — Да… Я вижу всё один и тот же силуэт. Он начинает сводить меня с ума, — тихо прошептала Селена, опустив голову вниз. Она сейчас так похожа на маленькую девочку, которая сознаётся в чём-то постыдном. Жозефина облегчённо выдохнула, поворачиваясь обратно к Селене. — Научись совладать с ним, — сказала женщина ровным тоном, — Обрати свой страх в силу. — То есть? , — спросила Селена, нахмурившись. — Признай свои ошибки пока не поздно. Возможно, эти видения не с проста, Лилит. Селена тяжело вздохнула. Мысленно она понимала, что кое-где отражение право. Но принимать это за должное, девушка отказывалась. Жозефина повернулась обратно, начиная доставать разные травы и мять их. — У меня ещё полно работы, можешь идти. Раны скоро заживут, — сказала женщина, продолжая своё дело. Селена встала со стула и направилась к выходу. В голове всё перемешалось, но где-то на затворках разума собралась единая мысль. Девушка остановилась у двери, повернувшись в пол оборота. — Я хочу зарыть этот топор войны между нами, Жозефина. Не знаю, что было в прошлом между тобой и Лилит, но я не она… Если тебе нужна помощь, то позови меня… Я буду готова помочь. Селена, не дожидаясь ответа, вышла из комнаты. Как только дверь закрылась, Жозефина слегка улыбнулась. — Наконец-то ты начала свой путь искупления, Селена, — произнесла женщина, продолжая мять травы.

***

Селена закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Она не знала, хорошо это или плохо, что решила открыться Жозефине. Но почему то в этот момент девушка почувствовала «Скажи ей, не прогадаешь». Селена отошла от кабинета, шумно выдохнув. В голове крутились всё те же слова «Признай свои ошибки пока не поздно». Но что, если уже поздно? Она оказалась не известно где, в каком-то позабытом городке Тотспел на пару веков раньше. Вокруг много знакомых, но никто не помнит прежнюю жизнь. Её принимают за ту, кем она не является. А Лиам… Этот чужак стал ей одним из самых близких здесь. Селена пошла в комнату. Ей хотелось сейчас закрыться и укутаться в одеяло, будто оно могло защитить её от всего на свете. Девушка шла вперёд, как неожиданно её схватили за руку и потащили в другое направление. Селена хотела закричать, но рот закрыли рукой. Она даже нахмурилась от того, насколько это было мягкое движение. Будто тот, кто её схватил, не хотел причинить ей боль. Спустя пару секунд Селену отпустили. Она тут же развернулась и замерла, увидев перед собой виновника её беспокойства. — Ты что творишь? , — шикнула Селена, вздёрнув брови. — Прости что так, Лилит, но я очень хотел поговорить, — произнёс Лиам, посмотрев на неё. Девушка уже практически прекратила удивляться. В Тотспеле все очень странные, даже не исключая этого парня. — Что с твоей рукой? , — аккуратно приподняв кончиками пальца ладонь, спросил он. Селена тяжело вздохнула, отдёрнув руку. Девушка посмотрела вниз, а потом на Лиама. В её глазах застыло сомнение. — Я не уверена, что… Лиам покачал головой, легко улыбнувшись. — Не нужно говорить, если ты этого не хочешь. Я готов ждать, — спокойно сказал он, смотря своими светлыми глазами. Селена улыбнулась, почувствовав, как невидимая грань напряжения спала. Она быстро подошла и обняла Лиама, закрывая глаза. Светловолосый рассмеялся и даже слегка пошатнулся от такой неожиданности. Но через секунду он чуть сильнее прижал к себе Селену, а она лишь приложила голову к его груди, слушая сердцебиение. — Лилит, у меня есть к тебе вопрос. Селена отстранилась и посмотрела на Лиама, всё ещё держа руки чуть выше его талии. — Тот цветок всё ещё жив? Селена замерла. Она забыла про него. Может он сейчас лежит где-то на комоде? Или в том платье, в котором она тогда была в саду? Господи, верните ей память. — Что будет, если я совру? , — спросила Селена, слегка прищурившись. Лиам улыбнулся, а затем нагнулся вперёд и прошептал у самого уха «Тогда ты не получишь подарок». Селена слегка повернула голову вбок и заметила, что между их лицами оставались считанные сантиметры. На лице Лиама была прежняя улыбка, но что-то в этот раз было не то. Глаза смотрели прямо в её, но затем переместились на губы. Именно это заставило порхать тысячу бабочек в животе Селены. Почему он так на неё влияет? — Да у тебя покраснели щёки Кажется, дыхание Лиама вовсе ухудшило ситуацию. Селена отступила на шаг, касаясь ладонями покрасневших участков. Да они будто горели. — Мне… Я забыла, нужно отдать Жозефине платье… на… в стирку... Да, пока, — запинаясь, произнесла Селена, после чего подобрала подол платья и убежала. За спиной она услышала бархатный смех, которому по неволе улыбнулась. Добежав до своей комнаты, Селена закрыла дверь, прижалась к ней спиной и скатилась на пол. Сейчас на её лице была глупая улыбка. Она, наверное, должна злиться, что какой-то парень заставил её побыть несколько минут глупой девочкой… Но ей это нравилось. И будет нравится потом…