***
— На сколько ты уходишь? — спросила Атанасия, выпивая горькое лекарство. — На три недели — ответил Лукас — Пока меня не будет, пей лекарство. Ложись вовремя. — он накинул на девушку халат кремового цвета. — Будь всегда в тепле. — Хорошо-хорошо — протараторила она, и поставила стакан с лекарством — Я себя хорошо чувствую, мне обязательно пить это лекарство? — Да — он поцеловал любимую. — Оно помогает тебе восстановить твои силы. Сегодня ты плохо позавтракала. Если вспоминать как ты ела раньше, то это очень даже хорошо. Обелия ничего не сказала, опустила глаза и смотрела на свои худые руки. «Черный волк одиночка» понял в чем дело, Атанасия все еще не может забыть казнь Дженнет и Розалии, и день когда ее отравили. Вспоминая тот зловещий день, принцесса начинала дрожать. Я так сильно похудела, что не могу носить кольцо, которое подарил Лукас… Он наложил на дворец заклинание, чтобы сюда никто не смог проникнуть, а папа увеличил количество рыцарей… Лукас не хотел уходить и оставлять свою «Мышку» совсем одну. Он мог оставить рядом с ней Локи, но и ему нужно будет ехать вместе с хозяином. Черноволосый красавец успокаивал себя тем, что на дворец наложено заклинание, есть лекари, и рыцари. Также хватает лекарств, которые он сделал. Начинало темнеть, за окном подул сильный ветер, а в комнате горел камин. Чародей глубоко вздохнул и посмотрел на Обелию, которая сидела на диване. Сев рядом с любимой, колдун сразу же почувствовал на своем плече, голову своей прекрасной госпожи. Обняв ее за плечи, и повернув слегка голову, он коснулся своими губами ее волос. Девушка закрыла глаза, кажется начала засыпать. Маг посмотрел на огонь, и закрыл глаза. За столько лет проведенные рядом с Атанаией, ему приходиться оставить ее одну на три недели. Чертова экспедиция… Надеюсь ничего не случится за время моего отсутствия***
Лукас с Локи ушли раним утро, что огорчило прекрасную Атанасию, которая не смогла с ними попрощаться. Сегодня погода была намного лучше вчерашней. Светило солнце, и не выл леденящий ветер. Девушка улыбнулась и произнесла: — Сегодня папа обещал зайти и попить со мной чай Когда Клод открыл дверь, и вошел в комнату. Он увидел довольно худую девушку, кожа была бледной как у свежего трупа, который помер дня два-три назад. Виднелись мешки под глазами, слегка тусклые глаза, и сухие обветренные губы. Девушка сидела на диване, одетая в кремовый халат. У императора сердце сжалось от вида своей дочери. Клод не стал долго стоять в дверях комнаты, и быстро сел напротив Атанасии. Держа не тяжелую чашку с чаем, ее руки слегка дрожали. Феликс, стоявший рядом с правителем империи, не отрывал взгляда от принцессы. По выражению лиц мужчин было видно, как им жаль несчастную принцессу. Подняв свои тусклые от болезни топазы, Атанасия поняла о чем они думают. Ати самой себя было жаль, смотря в зеркало, она видела лишь скелет, который натянули кожей. Вся ее красота, которая восхищалась империя, пропала в одно мгновение. Несколько раз она смотрела на себя со слезами на глазах. Первая принцесса хотела нарушить неловкое молчание, но вместо нее это сделал Клод. — Как себя чувствуешь? — не отрывая взгляда от дочери спросил он — Выглядишь намного лучше. — Правда? — она криво улыбнулась — В последнее время я не смотрюсь в зеркало. — Ты поправишься — это вопрос времени. Господин Лукас сказал, что ты хорошо идешь на поправку. Но с аппетитом у тебя все еще есть небольшие проблемы. Лукас… — Да. — честно ответила она — Лукас дал мне лекарство, которое пробуждает аппетит. Думаю, что скоро решится эта проблема. — она ненадолго замолчала, а после продолжила — Я чувствую себя намного лучше, и соблюдаю все указания Лукаса и врача. — Это хорошо — успокоился отец, голос которого был более нежен, чем раньше. — Ты большая молодец. Славу Богу, что ты выжила Атанасия***
Время пролетело быстро. Стало вечереть и Клод с Феликсом отправились в императорский дворец, оставив Атанасию отдыхать. Девушка проводила их нежной и теплой улыбкой. Сев на кровать, Атанасия нанесла бальзам, который ей подарил отец. Благодаря Лукасу и Клоду, визажист смог сделать идеальный бальзам. Облачко лег возле кровати своей хозяйки и принялся засыпать. Ати не стала от него отставать, и тоже легла спать. — Ты действительно думала от меня избавится, Атанасия?