Узлами судьбы

       Антон стоит в дверной проёме и смотри на то, как Арсений делает чай, и поет.        — …Чувства потасканы, мои чувства из секонд-хенда…       Антон начал прислушиваться к словам песни, она показалась какой-то слишком грустной.        — …Я устал страдать, Я устал любить, Я устал искать тебя…        Он вслушивался в слова песни и потихоньку начал погружаться в себя.        — …Я устал думать о тебе, Я устал просыпаться в поту и в слёзах, Я устал искать тебя в других людях…       Эта песня все сильнее начинала заставлять Шаста все глубже и глубже уходить в себя, а Арсений начал напевать песню тише.        — …Я устал пить, Я устал напиваться, Я устал выходить на улицу, Я устал смотреть телевизор, Я устал читать книги, Я устал, я устал, Я просто устал…        Антон начал повторять слова у себя в мыслях и уже не так чётко слушая Арсения. А тот в свою очередь уже начал мешать сахар в кружке с чаем.        — …Я устал сходить с ума, Я устал ныть, Я устал, Я просто устал… — он краем глаза замечает Антона, — а? Антон?       Антон уже успел погрузиться в свои мысли настолько, что не услышал Арса. Тогда брюнет подошёл и помохал рукой перед лицом Антона.        — Эй… Земля вызывает Марс, приём… — шёпотом произнёс Арсений, а Антон резко дрнулся, — все хорошо? Что ты так завис?        — А?! Что? — резко сказал Шаст и Арсений вздрогнул, — все хорошо, я просто задумался… Ты и вправду сделал чай? Я же в шутку сказал, — быстро сменил тему Антон и начал смеяться.        — Ну… зато чаю попьём, — отвечает Арсений и улыбается, улыбается так искренне, так по-доброму, что у Антона на душе так тепло стало, как будто в груди зажгли сотни, а то и тысячи огней.        Арсений сел за стол, а Антон на подоконник. За окном шёл небольшой дождик, а глаза Шаста казались Арсу зелёным лугом, в котором так и хочется побегать.        — А что ты напевал? — вдруг нарушил тишину Антон.        — Песня называется «Я просто устал» и я не знаю почему я начал её пел, она просто заиграла у меня в голове и захотелось её тихонько спеть, — спокойно ответил Арсений и сделал глоток напитка, — а что?        — Да она просто мне показалась грустной какой то, а по сравнению с тем что ты включал прошлый раз, эта более грустная, — говорит Антон.        — Ну не знаю, — пожимает плечами Арсений, — эти песни мне кажется какими-то комфортными.       Антон пересел с подоконника за стол и предложил перекусить. Арсений согласился. Антон встал и направился к холодильнику.        — Что ты будешь?        — Я всеядный почти, — с улыбкой говорит Арсений, — съем что угодно, кроме рыбы.

***

      После завтрака Антону стало скучно, он направился в спальню и позвал Арсения.        — Аааарс…        — Что? — доносится из другой комнаты.        — Арс! — громко говорит Антон и в тоже время ищет два холста.        — Ну, я тут, — говорит Арсений, заходя в комнату, и натыкался на Антона, который роется в комоде, — ты чего тут делаешь?        — Давай порисуем, — с надеждой спрашивает Антон, — ну пожалуйста…        — Я не умею рисовать, — говорит Арс, но Антон тут же начинает говорить, мол это не важно, — ну ладно, — с улыбкой говорит Арсений.       Антон наконец-то нашёл свои холсты и предлагает Попову несколько на выбор, тот выбирает средний прямоугольный. Затем Антон берет большой холст и идёт в другую комнату, Арсений за ним.       В другой комнате на стенах была белая ткань и на полу стояли мольберты. Антон показывает Арсу куда можно сесть, а сам садится около окна.        — Рисуем что угодно, — с улыбкой говорит Шаст.        Рядом с Арсом стоят краски и кисти, он кладёт холст на мальберт и берет сначала тонкую кисть. Макает её в зелёную крску и начинате пытаться что-то нарисовать. Проводя не ровную линию он начинает красить нижнюб часть в зелёный, а когда заканчивает делать это, берет оттенок темнее и старается сделать что-то похожее на тени.       Антон времени не терял, пока Арсений стараться там над чем-то, он взял карандаш и начал делать набросок портрета в профиль. Начертить примерные размер лица и начал намечать место для глаз, носа и рта. Первый делом он рисует глаза, стараясь не сильно давить на карандаш. Затем он потихоньку идёт в сторону носа. Он у Арсения как у графа, так ещё и щетина… Стоит ли говорить, что Антон увлёкся процессом и спустя долгое время начал петь?        — Бесконечно курим, ведь так хочется курить… — шёпотом начал напевать Антон, — …и так хочется забыть…       Он берет краску и начинает смешивать цвета.        — Всё что мне мешало жить и всё вокруг ценить, разрываю эту нить… — уже чуть громче начинает напевать Антон и Арсений уже слышит это, но не подаёт виду. Ему интересно что он поёт. Он смотрит на Антона, а потом на время и видит, что они рисуют уже часов 5(на часах было 13:48)        — …Обними пожалуйста, не дай в себя уйти, — грустным голосом начинает он, и Арс это замечает, — у меня есть два пути: Либо снова уничтожить всё и к началу прийти… Либо снова научиться верить в солнечные дни…        — А что под белой тканью? — прерывает тишину Арсений.        — Рисунки, — на автомате сказал Шаст.        — А покажешь? — спрашивает Арс.        — Неа.        — А почему?        — Просто, — отвечает Антон, — покажи что нарисовал.        Арсений берет холст в руки и разворачивается в сторону Шаста.        — Я же говорил что не умею рисовать, — отвечает он и смеётся.        — Ну вообще-то неплохо вышло для любителя.        — Хорошая шутка, — смеётся Арс, — а покажи ты.        — Говорю сразу, — начал Антон, — позтому нарисовал пока что это, — он показывает Арсу его же портрет, — он ещё не закончен… — немного смутившись продолжает Шаст.       Арсений замер и рассматривал холст Антона. Портрет был раскрашен на половину, но глаза уже были раскрашены и такие красивые, что он чуть не влюбился в них (несмотря на то, что это его глаза). А вот Антона эта тишина начала настораживать и у него было ощущение того, что Арсений будет возмущается. Антон хотел начать что то говорить но Попов его опередил.        — Ты художник? — немного отойдя от шока спрашивает брюнет.        — Нет, — отвечает Антон, — я на рисование ходил с 7 до 20 лет вроде.        — Это потрясающе…

***

      Прошло два дня, Антона дорисовал портрет, но не показал его Арсу. Арсений позвал Шаста к себе в гости. 12:24 *звонит телефон*        Арсений поднял трубку:        — Здраствуйте.        — Ага…        — Конкретнее можно.       По голосу Антон понял, что Арс волнуется.        — И что делать?        — Постараюсь.        — Спасибо, до свидание.        — Антон, — обратился он к юноше, — я планирую отъехать… Если хочешь, то можешь поехать со мной, я поеду на машине если, что.        — А куда если не секрет? — решил уточнить Антон.        — Это секрет, — отвечает ему брюнет, а в его глазах читается мольба о том, что бы Антон поехал.        — Я поеду, когда?        — Завтра утром выезжаю, в 7 примерно        — Окей, пол 7 жди меня, — отвечает Шаст, — ну… тогда я пошёл?        — Да… Идти если надо, — как то не весело ответил он и направился к выходу.       Антон надевает куртку и пожимает руку Арсу.        — До завтра.        — Пока.

***

      Арсений решил позвонить Сергею, ведь больше как некому (он не хочет сразу говорить Антону).        — Привет Арс, как дела? — радостный голос слышен с другой стороны.        — Дела жопа, мне позвонили врачи из Новгорода, там моя мать, они говорят что у неё приступ был и щас она на ИВЛ, а ещё.        — Стоп! — резко говорит Сергей, — отставить панику. Сделай глубокий вдох и выдохни, а затем посчитай до 10.        — Спасибо, стало легче, — ответил Арс, — если коротко, то щас полная жопа, и я завтра еду в Новгород.        — Может мне прилететь? — уточняет Серёжа, но получает отрицательный ответ. Потом они ещё около часа болтают на разные темы.       Вечером он пишет Антону куда они поедут и говорит пойти тому спать раньше.

***

      Арсений устал…       Он остаток дня думал над тем, что делать. Ведь как говорят врачи: у неё нет шансов на выживание, но от ИВЛ может отключить ток с вашего письменного согласия.       Мысль о том, что от его зависит жизнь близкого для него человека очень сильно давит.       Он не выдерживает, но старается держаться из последних силь. Он срывается с места, резко открывает шкаф и швыряет все вещи из него на пол. Ему плевать на все, он просто хочет выпустить эмоции…

***

      Антон проснулся по будильнику в 6 утра. Он та ки не понял для чего едет, но почему то понимает, что нужен там. Он умываться, завтракает и одевается, быстро бежа к Арсу.        Антон быстро доходит до его подъезда и набирает номер на домофоне, ему почти сразу открыли. Он заходит в лифт и едет на нужный этаж. Выйдя из лифта и зайдя в квартиру, Антон направился в сторону спальни и увидел там мягко сказать погром.        — Не спрашивай что это такое, — слышится где-то сзади голос Арса, — прост давай молча поедем.        — Хорошо, — отвкчает Антон и они спускаются к машине.        Антона закидывать и свою, и Арса сумки на задние сиденье и садится рядом с водителем. Машина тронулся с места, а на навигаторе появился маршрут, который по времени занимает часа 3.        — Ты мне совсем ничего не скажешь? — решил прервать тишину Антон.        — Что конкретно? — по его голосу слышно, что он какого-то загруженный.        — Ну… Хотя-бы почему у тебя в комнате было все разбросано?        — Надо было выплеснуть эмоции…        Остальную часть пути они ехали в тишине, а когла приехали, Арсений купил себе кофе и Антону поесть.        — А ты не будешь кушать? — спрашивает Антон.        — Не, я не голоден, — говорит он Антону и пьёт крепкий чёрный кофе, а кушать то хочется ему, — Антош, я щас подъеду куда-то, ты хочешь посидеть в машине, или по городу погулять?        — Я наверное лучше в машине посижу, — отвечает он, — а по времени на сколько ты туда?        — Не знаю… Ладно, поехали.       Они подъехали к какой то больнице, а на удивлённый взгляд Антона, Арсений ничего не ответил. Он просто вышел и направился внутрь.       Антон начал думать, почему Арсений ведёт себя так. А ведь странно он себя начал вести после того звонка, так ещё и к больнице приехали. Это все странно.

***

             Спустя часа полтора Арсений выходит из здания больницы. Выглядит он мрачнее чёрной тучи. Антон решил молчать, ведь он не знает что произошло. Он молча садится в машину, смотри как то очень грустно на Антона и машина двигается с места. На навигаторе появляется маршрут, по которому они поехали.       Когда машина выезжает из города, Арсений начинает понемногу набирать скорость. Он ничего не чувствует. После того, как он подписал бумагу, в которой говорилось, что его мать отключать от ИВЛ и привезут в Питер, он ничего не чувствует. На его душе скребутся кошки, а огонёк счастливой жизни не только потух, но и покрылся льдом. В голове как кино крутятся воспоминания с ней. И хорошие, и плохие. От этого на душе ещё хуже, а скорость автомобиля растёт. Антона начало это настораживать, он боится больших скоростей.        — Арс, куда мы так гонит? — спрашивает Антон, но Арсений его как будто не слышит, а скорость продолжает расти и перевалило уже за 120, — Арсений.       Арсений игнори, но не потому что не хочет разговаривать, он не слышит Антона из-за своих мыслей.        — Арс, — жалобно говорит Антон, — мне страшно.       Скорость растёт.        — Арсюшь… — говорит тихо Антон и кладёт руку на его ногу, начиная водить ею.        Взгляд Арса падает на испуганного Антона, на его руку, а потом он смотрит на скорость автомобиля. Увидев большие цифры Арсений начинает постепенно сбрасывать скорость, а рука Антона остановилась чуть выше коленки, и Антон поглаживал большим пальцем Арса.       Когла спидометр показывал меньше 70 километров в час, Антона убрал руку. А Арсений продолжал сбрасывать скорость и остановилась где то на трассе. Антон вопросительно посмотрел на Арса, но потом увидел что с ним происходит.       После остановки он отстегнул ремень, начал чаще дышать и стал прикусыаать нижнюю губу, а в глазах начала появляться слезы. Чтобы хоть немного остановить их, он прикладывать запястья к глазами, а потом все же выходит из машины и обходиь её, как бы прячась от нежелательных зрителей. Антон немного в шоке, но быстро вылетает из машины.        — Арс, что случилось? — начал спрашивать Антон, но в ответ лишь всхлипы, — Арс, эй… — продолжает Антон и кладёт руку на его плечо, — что случилось? — в ответ Арсений прячет лицо и опять ввсхлипивает.       Антон попытался посмотреть ему в глаза, но не вышло, Арсений уперто их прятал.        — Обними пожалуйста… — очень тихо просит Арсений, — не дай в себя уйти…       У Арсения ощущение того, что его ребра ломаются все разом, а лёгкие и сердце хотят вылезти. Он в сотый раз прокручивать в голове то, как подписывает документ, в его памяти хорошо засело лицо матери, на которое одета эта маска, но не смотря на это оно такое же родное, как и когда то в детстве. От этого ещё больнее и слезы начинают литья с двойной силой. Ком в горле увеличился раза в 4 минимум и то, что он пытался скрыть годами вылезло наружу.       Антон быстро заключает Арсения в объятия, взглянув мигом в его пустые, бледные глаза, и начинает гладить по спине, стараясь успокоить его. А Арсений все никак не может успокоиться, он плачет навзрыд и как бы не старался успокоиться, сам не может.       ​И вот спустя 7 долгих минут Арсению становится легче, он кладёт на плечо Антона, а тот сильнее съдимает его в объятия.        — Спустя ещё пару минут Антон решает уточнить, сможет ли Арсений дальше вести машину сам, на что получает отрицательный ответ.        — Тогда садись, — Антон открывает ему дверь переднего пассажирского места, а сам идёт к водительскому, но до этого достаёт из своей сумки воду и батончик твикс и вручает их Арсу.        — По тебе видно, что ты не спалвсю ночь и не кушал около суток, — спокойно говорит Антон.        — Спасибо, — тихо благодарит Арс, — а ты водить умеешь?        — Да, — пожимает плечами Антон, — садись, поехали, тебе бы поспать.       Машина тронулас с места.