Y-Destiny Side Story

— Я думал, мы собирались в кино. — Пхут ощущает скапливающееся внутри раздражение, ловя на себе недовольной взгляд Тима. Попытка невербального заступничества за своего парня заканчивается неудачей, потому что Пхут не вчера родился. Они ждут Мана слишком долго. — В другой день фотобумагу купить нельзя? — Но Пи’! Здесь по акции, вдруг уже завтра она закончится!? Ман воинственно прижимает к груди небольшую пачку 10х15 от Fuji и ещё одну побольше, о размере которой Пхут понятия не имеет. Не то чтобы Пхуту было так уж сложно подождать. Он не особо горел желанием смотреть тот фильм, на который собрались Тим и Ман, просто планов на вечер особо не было. Изначально он решает, что кинотеатр — неплохое решение. Решение меняет тот факт, что Тим берет с собой Кэнга на правах друга. И сейчас тот лениво рассматривает багетную мастерскую, расположенную в соседней с фотомагазином дверью. Для человека, который спал с ним буквально вчера, любитель красного ведет себя нарочито непринужденно. Как будто является самой целомудренной персоной в Бангкоке, и — упаси великие силы, какой такой секс в тайне от общих друзей? Хотя рожденному в воскресенье впору вручать «Оскар» за эту отшлифованную небрежность, Пхут всё равно ощущает нечто тревожное между ребрами. Как ребёнок, разбивший мамину любимую вазу, но упорно отрицающий свою вину. Будто его могут поймать за руку в любой следующий момент. Пока раздражение от калейдоскопа чувств не успело достигнуть своего пика, рожденный в среду заявляет: — Я пошёл. Мы и так, наверное, пропустили уже треть сеанса. — Но Пи’Пхут… — Ман не успевает оправдаться. Кэнг, всё это время молчавший, подаёт голос: — Мне тоже пора. Нужно доделать проект на завтра. Если мы всё равно не успели на фильм, лучше начну пораньше. — Бросив взгляд в сторону Пхута, студент архитектурного тонко улыбается: — Идём? Протестовать — ещё подозрительнее, чем не протестовать, поэтому Пхут кивает в ответ с нарочитым равнодушием и оставляет взмах рукой на прощание, игнорируя растерянность на лице Мана. На выходе из торгового центра Кэнг, поравнявшись с ним, заметно наполняет тон теплыми нотами: — Может, прогуляемся? В другой раз Пхут, может быть, и выронил невежественное «Заведи собаку и с ней прогуливайся», но сейчас только кивает. Потому что — почему бы и нет? Они ведь не чужие люди. Этакие дорогие друзья. Вроде как. — Будешь кофе? — Кэнг кивает на точку Старбакса. — Я угощаю. — Какой же ты мажор, — фыркает Пхут. — Буду. Прыснув, Кэнг добывает им карамельный макиато и мокачино, прежде чем они продолжают свой путь вдоль реки Чао Прайя. В кофе чувствуется шоколад, и Пхут не думает о том, одно или два занятия ему нужно отвести, чтобы купить такую вот чашку. Вместо этого он смотрит на Кэнга. Закатные лучи щедро окрашивают его волосы огненным цветом. Они словно загораются, как костёр в ночной темноте. Когда солнце попадает на его красную рубашку, он весь вспыхивает, и с его стаканом дорогого кофе в руках выглядит как модель — вот только он не прихорашивался для журнала. Пхуту неуютно это признавать. Кэнг просто был… красивым. Сам по себе. Всегда. Взгляд карих глаз парня с обложки вдруг падает на здание с обратной стороны реки, и он пренебрежительно салютует в его сторону своим макиато: — Так бездарно спроектировано. Кто вообще так выводит вентиляцию? Не говоря уже о запасных выходах. Я отсюда вижу, что они расположены так беспорядочно, что это нарушает все стандарты. А знаешь, сколько так построено во всём Бангкоке? — Кэнг недовольно морщится. — И во всей стране. Когда счастливый обладатель 1000 и 1 красной вещи говорит на архитектурном и так профессионально, Пхут ощущает себя пойманным в ловушку и застывает на месте. Кэнг тоже останавливается, вопросительно глядя на него, и Пхут, поспешно стряхивая с себя липкие чувства начавшей густеть симпатии. — Неа. Вообще, блин, без понятия. — Рожденный в среду переводит тему: — Разве у тебя не было проекта или вроде того? Студент архитектурного на секунду теряется. А затем улыбается, проводя языком по губам — быстро, но достаточно для того, чтобы Пхут внутренне выдохнул. — Я просто нашёл предлог. На самом деле, нет никаких горящих дедлайнов. — Вот как? — Пхут выгибает бровь. — С чего вдруг такая ложь? Кэнг смотрит прямо в его глаза, прежде чем ответить через паузу: — Соскучился по тебе. Слова звучат довольно искренне. Но всё же их произносит Кэнг. Не желая обманываться, Пхут напоминает: — Мы виделись вчера, разве нет? — Разве это мешает провести время вместе сегодня? — Кэнг слегка подталкивает его плечом. Он говорит так, словно наслаждается этой самой прогулкой. В один момент Пхут почти готов окунуться в это вязкое ощущение комфорта с человеком, который подходит тебе настолько, что ты чувствуешь себя хорошо, где бы ни оказался. Но студент архитектурного вдруг плотнее припадает к нему, оставляя пятно тёплого дыхания на коже: — Зайдёшь ко мне? И это звучит так, как и должно было звучать. Словно никакого другого развития событий здесь, вместе с Кэнгом, и не могло существовать. Может быть, если бы Пхуту нравился кто-то другой, он бы ощутил разочарование. Но если дело касается его… К чему отказываться? — Ладно, — хмыкает Пхут и чувствует руку Кэнга, обхватившую его ладонь и ведущую в сторону сектора частных домов.