Его чертов язык...

Я почувствовал легкое прикосновение к своим губам. Поцелуй! Он правда решил меня поцеловать! Говорят, что первый в жизни поцелуй должен быть сладкий. Мой же первый поцелуй был с привкусом железа. Но от чего-то, это не было противно. Наоборот. Я разомкнул губы, впуская Питера, чем он воспользовался и протолкнул язык в мой рот, начиная осторожно оглаживать им сначала зубы, небо, а затем переплетаясь и с моим языком. Прижимаюсь плотнее, обнимая его за шею и сильнее углубляя поцелуй, получив в ответ довольное мычание и руки на своей талии. Питер протолкнул свой язык почти что мне в горло. Я попытался отстраниться, но мне не позволили, и пришлось смириться и наслаждаться. Не знаю, сколько так продолжалось, но мне начало категорически не хватать воздуха и пришлось отстраниться. Я поднял мутный взгляд и… Питер, и без того очень красивый, с горящими глазами и припухшими от поцелуя губами выглядел просто охуенно. А что творил его язык у меня во рту… Хотелось поцеловать его еще раз, но я все же решил перевести немного дух. - Боже мой, дорогой. Я и не знал, что… Настолько нравлюсь тебе. Он посадил меня на колени, лицом к себе и, уткнувшись в мою шею, начал облизывать и покусывать ее, - ты такой вкусный, сладкий, и так соблазнительно пахнешь. Я готов сожрать тебя прямо здесь и сейчас… К слову о запахе… Возможно ли, что это те духи, которыми обрызгала меня Люси перед уходом, так подействовали? Она вроде говорила что-то о феромонах… Я откинул голову назад, наслаждаясь его действиями и словами, тихо постанывая. Решив сесть поудобнее, придвигаюсь ближе и чувствую, как в бедро уперлось нечто твердое. Это был стояк. У него встал. Блять. Лицо вмиг залилось краской настолько, что казалось, что я сейчас взорвусь. Питер тихо засмеялся. Его голос был таким хриплым. Блядь, у него встал от поцелуя. От блядски горячего поцелуя, который не хотелось заканчивать. - Какой же ты сегодня красивый… и весь для меня, - он провел холодным носом по щеке и чмокнул в нее, вызывая у меня улыбку. Его чуть прохладные руки начали забираться под мою толстовку. Они оглаживали бока, сжимали их. Вероятнее всего оставляя синяки, но мне было плевать. Слишком долго я желал таких прикосновений. Слишком сильно я в них нуждался сейчас. Медленно, но верно, я тоже возбуждался. Поэтому, схватив Питера за воротник жилетки, притягиваю его к себе и вновь впиваюсь в губы поцелуем, отдаваясь ощущениям полностью. *** Как мы добрались до дома Питера, я уже не помню. Помню только, что он довольно долго возился с замком и даже пару раз выронил ключи и выругался, но все же открыл эту чертову дверь. Закидывает меня на плечо и заходит в дом. Тут же направляется, видимо, в спальню. - Э-эй! Да подожди ты, – я тщетно пытался вырваться, - Питер, успокойся и отпусти меня! - Ну уж нет, сладкий. Ты сам это начал, так что теперь отвечай за последствия, - меня лишь удобнее перехватили. Осторожно кинув меня на постель, фигура нависла сверху. Какой же он все-таки высокий… - Настало время расплаты, дорогой, - он плотоядно облизнулся. Твою мать. Оказывается этот чертов язык доставал ему почти до середины груди. Это зрелище было чертовски пугающе и… чертовски возбуждало. Пока я витал в облаках, не заметил, как меня лишили верха и нещадно пытались стащить и штаны. - П-подожди… Питер, - я пытался осторожно оттолкнуть его, но видимо, ему было все равно. Вот черт… Питер начал вылизывать и покусывать мою шею, осторожно, не торопясь, будто я сделан из сахарной ваты и он хочет посмаковать вкус подольше. Ох, так влажно, так горячо, и так приятно. Я готов растаять прямо сейчас. Я ухватился за его плечи, не понимая, хочу ли оттолкнуть или же притянуть еще ближе, позволяя делать с собой все, что душа пожелает. А душа его, видимо, желала очень многого. - Какой же ты сладкий, Уэйн, дорогой мой, - когда он легонько куснул меня за мочку уха, я не выдержал и тихо простонал. От такого тихого, еле слышного звука у Питера, видимо, и снесло крышу окончательно. Он резко отстранился и посмотрел на меня так, что если бы я стоял, то тут же упал. Столько в его взгляде было одновременно нежности, страсти, желания и…. капелька садизма что ли? - Э - это было случайно, я… я слишком чувствителен т – там..-но ответа не последовало, меня лишь грубо перевернули на живот и стащили джинсы вместе с бельем. - Нет! Постой, Питер! - меня явно уже не слушали. Я вздрогнул, почувствовав, как горячий длинный язык прошел от самого загривка к пояснице, и лишь застонал в подушку. Черт, почему так хорошо? Что же он творит, этот чертов…ах… По телу побежали мурашки, когда рука легла на мой обнаженный теперь зад и смяла его, раздвигая половинки. - Что ты там де…!? – я дернулся, когда почувствовал, как все тот же язык теперь уже вылизывал мою дырочку. Боже мой, что творит этот парень… Питер явно ловил кайф от всей этой ситуации. Он слегка проникал им внутрь, всего чуть-чуть, дразня. Но ощущения все равно были очень яркими. Оторвавшись, он начал нежно массировать влажное отверстие пальцами, медленно вводя один внутрь. - Н-нет…подожди, я не готов… хаа…- так странно и так приятно одновременно мне было. Я кусал губы, пальцы, подушку. Все, что попадалось. Питер тем временем ввел второй палец внутрь, массируя уже изнутри, раздвигая и растягивая под себя. - Потерпи сладкий, скоро будет очень хорошо, - последовал шлепок по одной из половинок, - обещаю, что тебе понравится. Я не выдержал и кончил. Кончил от его пальцев в своей заднице и от этого чертового шлепка. Так стыдно мне не было еще никогда… Можно смело идти ложиться в гроб. Пальцы резко исчезли, но появилось что-то другое. Нечто гораздо больше и горячее. - Вдохни поглубже, детка, - я не успел и рта раскрыть, как он вошел. Медленно так, неспешно, с оттяжкой. Я бы закричал от переполняющих меня чувств, но вовремя зажал рот руками. Мать твою, какой он большой. И… и горячий… Из глаз брызнули слезы, а сзади послышался низкий стон. - Какой же ты узкий, мой… ммх… сладкий мальчик, как будто создан для меня, - Питер припал грудью к моей спине и повернул мое лицо к себе, - ну что же ты, не плачь, сейчас будет хорошо. Он снова вышел и толкнулся в меня уже под другим углом, задевая нужный комок нерв. Стало и правда хорошо. Так хорошо, что у меня аж глаза закатились, а стоны полились сами по себе один за одним. - Вот таак, громче. Стони так только для меня, - толчок, уже глубже, - такой идеальный, красивый и сладкий, - шептал Питер мне на ухо, пока я прибывал видимо в другой вселенной. Настолько мне было хорошо. - Я сразу тебя полюбил. Как только увидел. Сразу понял, что ты станешь моим, - он огладил мою талию и взялся обеими руками за нее, ускорившись, втрахивая в кровать так, что та начала скрипеть, - я так тебя люблю, Уэйн… ты только мой! - Д-даааа…еще..пожалуйста…- всхлипывал я, подаваясь назад и насаживаясь на него сильнее, - пожалуйста не останавливайся… - уже не слыша ничего, я сосредоточился лишь на своих ощущениях. - Конечно, как пожелаешь, - он укусил меня у основания шеи. От этого я снова кончил…по всей видимости, у меня фетиш на такое. Питер сзади тоже стал активнее вбиваться в мое тело. Через пару секунд я почувствовал, как внутри ударила теплая струя спермы. Как же мне хорошо. Так вот, о чем говорила Люси, рассказывая о своих ночных похождениях. Перед тем как впасть в небытие, я услышал лишь одно - Сладких снов, дорогой… А после, темнота.