Однажды в Сан-Франциско

Май 2011 года. Магический Лондон Утро двадцать девятого мая началось для Драко Люциуса Малфоя так же, как и все предыдущие до этого. Утренний кофе и куча идиотов на работе, с которыми нужно разобраться. Ничего нового. И когда ближе к вечеру, сидя в кожаном кресле и попивая свой капучино, Драко раздумывал куда им с женой стоит отправиться в отпуск, в его кабинете материализовался олень и взволнованным голосом Поттера сбивчиво сообщил, что ему, Драко, нужно срочно тащить свою задницу на площадь Гриммо. В первые секунды Драко обомлел, затем подумал, что это неудачный розыгрыш чертового Поттера, который не отличался ни чувством юмора, ни умом. Однако внутри что-то отчаянно вопило о том, что произошло что-то из ряда вон. И это «из ряда вон» совсем не хорошее. Поттер сегодня должен был встретиться с Гермионой, и Малфой нутром чуял, что могло произойти что-то плохое. И вот сегодня, тридцать первого мая в их с Гермионой доме, что располагался в престижном районе волшебного Лондона — Берил-гарден, вдруг раздался звонок в дверь. Драко открыл дверь. За ней стояли двое молодых китайцев: парень и девушка. — Кто вы такие? — резко спросил Драко, не узнавая посетителей. — Мы на месте, Ли, — деловито сказала девушка своему спутнику вместо того чтобы представиться, затем перевела взгляд на Драко и спросила: — Можно войти? — Смотря за чем вы пришли в мой дом, — сверкнул глазами Малфой. — Спокойно красавчик, мы пришли помочь, — саркастически отчеканила Мей, глядя Драко прямо в глаза. — Я — Мей Хань, а это мой брат — Ли, — наконец представилась она. — Вы, правда, можете помочь? — вдруг встрял Гарри Поттер, выглянувший из-за спины Малфоя. — С чего вы решили, что нам нужна ваша помощь? — недоверчиво спросил Драко. Молодой китаец по имени Ли усмехнулся. — Вам нужна наша помощь, — без тени сомнений произнес он. — Мы знаем, что в этом доме живет женщина, которая не просыпается уже более суток. И вам вряд ли удастся разбудить ее обычным способом. Драко иронично приподнял левую бровь. — Да ладно! — нетерпеливо воскликнула Мей. — У вас серьезные проблемы, а вы сейчас из себя мракоборца на пенсии строите? Мы не опасны для вас. Драко поморщился, но не предпринял никаких действий чтобы пригласить незнакомцев в дом. В воздухе повисло странное молчание. Его можно было бы назвать неловким, но таковым оно было лишь отчасти. В большей степени оно все же ощущалось как странное. Когда не совсем понимаешь как вести себя дальше. — Малфой, — вполголоса вклинился Поттер. — Давай их выслушаем. Вдруг они и правда могут помочь. Драко смотрел на незванных гостей пристальным, холодным взглядом, затем вздохнул и все-таки отошел от двери, пропуская китайцев в дом. — Идемте в гостиную, — распорядился он. Мей и Ли проследовали за ним. Гостиная в доме Малфоев была светлой, просторной, отделанной в молочно-коричневых тонах, обставленной дорогой кожаной и деревянной мебелью, однако лишенной какого-либо вычурного декора. Нигде не наблюдалось никаких ваз, статуй или чего-нибудь подобного. Только черно-белые, не-волшебные фотографии на стене. Проходя в непосредственной близости от одной из них, Мей невзначай зацепила взглядом фото, на котором были изображены двое молодых людей: мужчина и женщина. Они смеялись, обнимали друг друга и, казалось, их губы вот-вот сомкнутся в поцелуе. При мимолетном взгляде на них, Мей обдало странным чувством. Она глубоко вздохнула, когда хозяин дома привлек к себе внимание, холодным тоном предложив им с Ли присесть. Мей молча села в кресло, сцепив руки в замок. Ли присел в такое же кресло рядом с ней. Берил-гарден, куда их с братом сегодня привело дело, представлял из себя нечто подобное райскому уголку с тенистыми садами и озерами. Он был частью волшебного Лондона, а потому, здесь также, как и везде в городе располагались улицы, но расстояние между стоящими друг за другом домами было так велико и просторно, что у проживающих здесь людей не было ни единого шанса стеснить друг друга. И к каждому из находившихся здесь домов примыкал большой ухоженный сад. Не был исключением и дом Малфоев, имевший на редкость красивый сад. А на заднем дворе располагался целый комплекс для отдыха с бассейном. Этот район был построен относительно недавно и населяли его, разумеется, самые богатые люди Магической Британии. Когда все расселись, Драко вперил в незванных гостей суровый, изучающий взгляд. Поттер сидел здесь же, он тоже смотрел на Мей и Ли настороженно. — Ну и? — холодно начал Малфой. — Мы назвали вам свои имена и с радостью узнали бы ваши, — проговорил Ли в ответ совершенно ровным голосом. — Уверен, если вы смогли найти мой дом, то вы и так в курсе моего имени, — ответил Драко, сверкнув холодным огнем в серых глазах. — Да, мы в курсе, — чуть улыбнулся Ли. — Но все же… — Это лишнее, — оборвал Драко. — Ваше имя мы знаем, — вставила Мей так же холодно, в тон самому Драко. — А вот как зовут вашего друга — нет. — Мое имя Гарри Поттер, — представился Гарри. — И, боюсь, мы с мистером Малфоем не являемся друзьями. Мей и Ли обменялись понимающими взглядами, после чего Ли собирался что-то сказать, но его прервал дверной звонок. — Это, наверное, Блейз, — пробормотал Драко. — Поттер, ты не мог бы открыть? Гарри без слов встал и направился к входной двери. Вскоре он вернулся в гостиную в сопровождении Блейза Забини. Драко кивнул ему, жестом приглашая присесть. — Блейз, эти люди утверждают, что знают, что случилось с Гермионой. Блейз приподнял брови в только ему свойственной манере, хмыкнул и без слов присел в свободное кресло. Мей, доселе источающая уверенность, граничащую с наглостью, вдруг сцепила ладони, сделав глубокий вдох. — Позвольте, я начну издалека, так будет немного попроще. Драко сдержанно кивнул. — Несколько лет назад двое ученых из Китая искали формулу зелья от драконьей горячки и случайно открыли зелье, которое погружает человека в сон, дающий ему сладкую иллюзию. Пребывая в нем, человек получает идеальную жизнь. Однако очнуться от этого сна почти невозможно, и по прошествии какого-то времени спящий умирает. Сон как бы пожирает свою жертву. Это зелье получило название «Энигма». Драко вздрогнул, Гарри пораженно открыл рот, Блейз и бровью не повел, лишь сцепив руки. — Один из ученых хотел уничтожить рецепт адского зелья, — продолжала Мей, — но его напарник счел, что на этом можно заработать большие деньги, продавая рецепт или само зелье преступным элементам. Они поссорились, после чего честный ученый был убит, а тот мерзавец именно так и стал его использовать. То есть продавать его преступникам или самолично устранять тех, кого ему закажут. — Вы полагаете, что мою жену кто-то напоил этим зельем? — ровным тоном спросил Драко, скрывая за видимым спокойствием настигающую его панику. — Мы не полагаем, мы уверены в этом полностью, — ответил Ли. — Как вы вышли на меня? — спросил Драко. — Мы следили за Линь Юэм — так зовут эту мразь, что убил уже целую кучу людей, — ответил Ли. — Его след сначала вывел нас сюда, в Лондон. А уже затем мы… Простите, мы старались предотвратить катастрофу, но не смогли, он опередил нас. Драко посмотрел на него непроницаемым взглядом. На середине фразы голос Ли изменился и из уверенно-твердого он стал удрученным и извиняющимся. И эта перемена немного удивила Малфоя. — Так вы могли?.. — Мы старались, — быстро встряла Мей, отвечая Драко, — но не смогли. Мы не успели вычислить его до того, как он выберет себе новую жертву и осуществит свое дело. Однако мы узнали кто она и смогли выйти на ее мужа. И сейчас мы здесь, и мы готовы поделиться своей информацией. — Так как вы вышли на Драко? — спросил доселе молчавший Блейз. — Стоп, Блейз! — перебил его Малфой. — Пусть сначала расскажут про это зелье. И как именно они могут помочь. Я предполагаю, что раз они оба здесь — дело не безнадежно. Драко продолжал говорить ровным голосом, источающим почти отстраненную деловитость, граничащую с холодностью; и только глаза открывали весь водоворот чувств, бушевавших в нем сейчас. Мей посмотрела на него. — Есть один способ, но он довольно сложный. — Говорите, что нужно делать. — У нас остались кое-какие записи. Всего мы не знаем, но из всех жертв Энигмы, одному удалось спастись. — И как это сделать? — спросил Драко, теряя терпение и пропуская несколько ударов сердца. — Чтобы у заснувшего появился шанс на спасение, нужно войти в сон вслед за жертвой и уговорить уйти. — Уйти из сна? Как именно? — Нужно покинуть локацию, где находится жертва, — ответила Мей. — Если она обитает в городе, значит выехать за пределы этого города; если жертва живёт в деревне — уйти из деревни. Это сложно. Крайне сложно. Я повторю: тому, кто засыпает дается идеальная жизнь. Все что он хотел, все сбывшиеся мечты. Тайные и явные. Никаких проблем. Это иллюзия и она чертовски привлекательная. А как уговорить человека, у которого все идеально, бросить все и уйти с проводником? В этом основная часть сложности. Ваша жена, — пристальный взгляд в лицо Драко, — не вспомнит вас, вы будите для нее чужим человеком. Спасти, угодившего в смертельный сон Энигмы, получилось лишь раз. Из тридцати пытавшихся, только у одной пары получилось одолеть иллюзию. Мей смолкла, и гостиная погрузилась в оглушающую тишину. Казалось, можно было расслышать дыхание пятерых человек. У Драко внутри бушевал сумбур из различных чувств. — Вы называете их "проводниками"? — слабо прохрипел Гарри, нарушая мрак тишины. — Да, так мы называем того, кто приходит спасать заснувшего, — ответил Ли. — Есть еще кое-что, — добавила Мей. — Время не бесконечно. Если не суметь уговорить попавшего под действия зелья вовремя уйти, то и жертва, и проводник погибнут. Просто умрут во сне. Ну или сон сожрет их — называйте как хотите. — Сколько времени у меня будет? — спросил Драко. Блейз, услышав это, громко выдохнул. — Никто не знает, — ответил Ли. — Но мы знаем, что время во сне течет иначе. — Насколько я могу судить, у вас есть средство отправить меня в ее сон, верно? — спросил Драко. — Да, — ответил ему Ли. — Хорошо, — нетерпеливо скрипнул зубами Драко. — Когда я смогу отправиться? — Драко! — резко воскликнул Блейз. — Подумай еще раз, — возразила ему Мей. — Если ничего не выйдет, вы оба умрете. — Она права! — с живостью согласился Блейз с Мей. — Нельзя решать все вот так. — Из всех, кто пытался провернуть такое, вышло только у одного? — уточнил Гарри. — Да, увы, — грустно ответила Мей. — Кому нужно было делать с Гермионой такое? — вдруг спросил Гарри. — Об этом стоит подумать позже, — устало ответил Ли, и Драко мысленно с ним согласился. — Есть еще кое-что, — добавила Мей. — Эта иллюзия сама себя защищает. От человека, которому удалось победить сон, мы узнали, что иллюзия не хочет, чтобы ее жертва ускользнула. А потому, скорее всего, будет вести себя агрессивно, как только ты туда попадешь. И еще, если с тобой что-то случится во сне, то это отразится и на твоей реальной жизни. Получишь рану там — будешь ранен здесь, потеряешь руку там — останешься без руки здесь, умрешь там — умрешь здесь. В ответ на слова Мей, Драко мрачно кивнул. — И кто вы такие, пожалуй, тоже не важно? — спросил Гарри. — Мы люди, которые хотят вам помочь. Это все, что нужно знать о нас, — ответил Ли. — Клянусь, мы с Мей не замышляем ничего зловещего. — Но какой лично для вас интерес? — задал вопрос Блейз. — На энтузиастов-благотворителей вы не тяните. — У нас есть свой интерес, — спокойно ответил Ли, затем перевел свой взгляд на Драко. — Ты должен все хорошо обдумать. Вероятность, что все закончится хорошо не так уж велика. Возьми двадцать минут на раздумья. И если решишься, мы составим план. И еще кое-что: ты не сможешь сказать своей жене правду. То есть то, что она находится под действием зелья в плену иллюзорного сна. Ты должен будешь найти иной способ как уговорить ее уйти с тобой. Ты ведь помнишь про идеальную жизнь, да? Вырвать твою жену из сладкой иллюзии будет не просто. Потому — двадцать минут! Обдумай все как следует. Драко кивнул, ощущая, как в груди все холодеет.