сплетение двух одиноких судеб

— Знать такое тебе не за чем, Мэй, — Изана был спокоен, как и всегда, что даже очень раздражало, — но не переживай, здесь безопасно. — Да что за глупые секреты, парни?! — я понимала, что стала медленно злиться на этих двоих, — вы сами сказали, что моя мать… — Вот именно, Мэй, — встрял Какучо, — твоя мать, а не ты сама. Этому придурку с манией мирового господства нужны первые члены Ордена. — Что за Орден? — я не сдавалась и пыталась вывести парней на чистую воду, — что за Орден? — я старалась быть спокойной, но получалось не так уж и хорошо.

Парни пытались что-то сказать, но вместо этого мы услышали вскрик, а затем, как три профессора врываются в коридор. Сейчас я чувствовала крайнюю неловкость и страх, ведь нам велели подняться в нашу гостиную, а не шляться вслед за двумя идиотами в опасные приключения на свою задницу. От неловкости и чувства «липкого» страха я опустила голову, придерживая свои руки позади, так же придерживая в них ещё и волшебную палочку. — Вы могли бы погибнуть! — кричала профессор, — что бы мы сказали вашим родителям?! — Им было бы плевать, профессор, — усмехнулся Изана, — даже были бы счастливы увидеть моё изуродованное тело, пожеванный троллем. — Курокава! — вспылила профессор, — вы трое получите очень суровое наказание за неповиновение школьных правил во время опасности. — Мэй спасла нас, — сказал Какучо, выходя и встав перед нами, — её не нужно наказывать, она отлично проявила способности, которые приобрела здесь. Я с полным удивлением посмотрела на Какучо, который с таким же серьёзным взглядом смотрел на профессора. Ей же хотелось что-то вставить в этот диалог, но увидев то, как я боялась даже посмотреть на неё лишь огорченно выдохнула. — Это не отменяет того, что она нарушила правила, — более спокойным тоном проговорила профессор, — ваша храбрость и доблесть для одиннадцатилетней девочки очень похвально, но в учреждении есть свои своды и законы, который КАЖДЫЙ обязан выполнять. — Что нас ждёт? — наконец я подняла свою голову и увидела взгляд профессора, полный серьёзности и капельки злости. — Завтра вечером вы втроем будете помогать нашему лесничему — Хагриду работать в запретном лесу. Указание получите от самого Хагрида. Теперь отправляйтесь по своим гостиным.

Нам ничего не оставалось, кроме как повиноваться «приказу» профессора и пройти мимо двух преподавателей, один из которых посмотрел на меня не самым лучшим взглядом, который был наполнен презрением. Скорей всего мне показалось, ведь мы просто нарушили правило, а он, как учитель, должен показывать для воспитания своё негодование. Но не презрение. — Отделались, — наконец произнёс Какучо, когда мы свернули за угол, — Хагрид не будет нагружать нас. — Не думаю. — Изана шёл впереди нас двоих, — Хагрид может быть и добр, но если директор или профессор попросят его дать нам трудную, если не опасную работу, то он выполнит это. — Но разве ученикам не запрещено входить в запретный лес? — негодовала я, вспоминая то предупреждение от директора, — сами создали правила, которые запрещают, а в итоге… — В итоге мы в полной жопе, друзья, — подытожил Какучо.

***

— С УМА СОШЛА?! А ЕСЛИ БЫ ТЫ ПОГИБЛА?! — Юзуха старалась кричать не так громко, дабы не разбудить наших соседок, но даже с гостиной гриффиндора её крик прошёлся эхом по спальням. — Ты же вроде не такая глупая, Мэй. — Дракен сложил руки на груди и пытался понять мои мотивы поступка. — Да что вы кричите на неё? — Манджиро вступился за меня, загораживая меня своей спиной, — мне кажется, что она поступила, как истинный грифиндорец — проявила отвагу и доблесть, даже несмотря на то, что они из слизерина. — И один из них твой брат, — добавил Дракен, вызвав у Манджиро полное лицо от отвращения. — Приёмный брат, — с ноткой стали ответил Манджиро, пока его взгляд стал каким-то опустошенным, — он мне приёмный брат, не сравнивай нас и наше родство. — Прости, я не подумал о том, о чём сказал, — Дракен понял, что сказал не то и попытался ретироваться от взгляда Майки, который действительно стал пугать многих. — Что они тебе сказали? — Юзуха присела на диван, — тебя надеюсь не исключат?! — Нет, но наказание мне положено. Завтра иду с ними поздно вечером в запретный лес выполнять поручения Хагрида. Ребята немного смягчили свой взгляд, который до этого был полный осуждения, но всё равно ощущалась эта атмосфера напряжённости. Я понимаю их, ведь на их месте я так же смотрела на саму себя, которая оказалась в такой ситуации. Они сразу поняли, что меня нет, когда началась эвакуация по спальням факультетов и поэтому сообщили профессорам, что я пропала. Так вот они появились только в тот момент, когда тролля одолели. Я вовсе не виню их, наоборот — я сделала бы точно самое, будь на моём месте Манджиро, Юзуха или Дракен. — Я устала, пойду спать, сладких снов, ребят. — я сладко зевнула и направилась в сторону женских комнат, оставляя до сих пор потрясённых ребят в гостиной. День был очень трудный, но завтрашний день станет ещё труднее.

***

Мы встретились на первом этаже замка и одновременно направились к домику Хагрида, что стоял не так далеко от запретного леса. Натянув мантию покрепче к себе, я придерживала лампу и направив её свет вперед стала ориентироваться в очень темной местности. Темнеет здесь очень рано, поэтому без лампы ты просто переломаешь все кости от падений об корни величественных деревьев, которые посажены здесь задолго до нашего рождения. Парни шли позади меня, Какучо постоянно перешёптывался с Изаной, но тот лишь ему кивал, не произнося ни слова, что очень напрягало меня. Порой я чувствовала их взгляд на своём затылке. — Вы пришли, — Хагрид спустился к нам, ведя за собой огромного пса, что был больше меня в три раза, — это волкодав и он будет нам сегодня помогать. — Имя под стать такой собаке, Хагрид, — сказал Какучо, видимо впервые видя этого пса, — ну и что мы будем делать сегодня? — Разделимся на две команды, затем мы должны выяснить кто убивает единорогов. — Простите, — встряла я в разговор, — вы сказали единорогов? Они действительно существуют? — Их кровь является настоящим живительным средством, помогает набрать энергию, но последствия от принятия их крови ужасны, — Хагрид сам хотел рассказать про свойства крови единорога, но это сделал Изана, за что Хагрид был благодарен, — у тебя есть предположения кто мог это сделать? — Кто бы это не был, но он совершил огромный грех, раз принялся пить кровь единорога, — Хагрид погладил своего пса по голове, — так, разделяемся. Я иду вместе с Изаной, а вы вдвоём берёте Волкодава и следуете в противоположную сторону. — Очень логично сейчас разделяться, Хагрид, — саркастично ответил Какучо, — не думаешь, что лучше не стоит разделяться, особенно зная, что убийца может быть в этом лесу. — Вы берёте Волкодава с собой, да и работа быстрее совершиться, — начал объяснять Хагрид, — к тому же я не думаю, что «убийца» сильнее вас, но если что пустите волшебной палочкой в воздух красные искры и тогда я прибегу как только смогу.

Нам ничего не оставалось, кроме как согласиться с этим «планом» и все мы направились в лес. По пути нам встретилась развилка и решили, что мы с Какучо идём в левую сторону, позволяя Волкодаву пройти вперёд, а Изана с Хагридом пошли в правую сторону. Обе наши команды в одной руке придерживали палочки, выставляя кончиком вперед, а другой держали лампу. Пожелав удачи друг другу, мы отправились каждый по своей дороге. — Иногда я просто не понимаю логику этих учителей, — всё ещё негодовала я, пытаясь понять как можно отправить детей (!) на такое опасное задание, — могли бы дать какую-то уборку в каком-нибудь классе, а не вот это. — Лучше найти ту тварь, что убивает единорогов, нежели убираться, поверь мне, — с усмешкой ответил Какучо, идя впереди меня, — под присмотром Филча уборка является адским испытанием.

Я лишь однажды слышала про этого самого Филча, который был школьным завхозом и следил за порядком в школе, ведь к нему частенько попадал Манджиро и возвращался лишь поздно ночью, проклиная всё на свете. Особенно его кошку, которая постоянно появлялась тогда, когда Манджиро совершал мелкие пакости. — Неужели ты так часто попадался ему? — я поравнялась с ним, пока Какучо придерживал левой рукой лампу над его головой, — по тебе и не скажешь, что ты какой-то школьный хулиган. — Я не встреваю в драки, только если это требуют обстоятельства, — спокойно ответил Какучо, — вообще если меня не выводить, то я очень дружелюбный человечек. — Я сделаю вид, что поверила тебе, — усмехнувшись, ответила я, прикрывая ладошкой свою улыбку, отчего я услышала его громкое «эй!»

Мы и дальше бы шли и разговаривали о таком человеке, как Какучо, пока тот не шикнул на меня и с силой пригнул меня за огромный колючий куст. Я хотела вскрикнуть, но он закрыл мой рот рукой, пальцем показывая через маленькое отверстие в кустах на что-то похожее на человека, в огромной мантии, капюшон скрывал полностью его лицо. Но это было не самое страшное — от него веяло страшной и мрачной энергетикой, словно это была сама смерть. От страха я округлила свои глаза, пытаясь понять правда ли это или просто мерещиться. Но Какучо тоже его видит, а значит мы вдвоем видим это.

Он медленно склонился вниз и только сейчас мы оба заметили на земле тело единорога, который медленно истекал кровью, но его кровь не была алого цвета, а похоже на блестящую белую жидкость. Единорог очень громко дышал, но не издавал ни звука от боли раны, хотя прекрасно понимал, что через несколько минут он умрёт. Неизвестное существо вытащил из-под мантии свою руку, которая при свете луны была настолько бледной, словно это была кожа мертвеца. Одним резким движением он впился в грудь единорога и вытащил его сердце, зажимая его в руках. От такого действия мне хотелось закричать, но ладонь Какучо до сих пор придерживала мой рот. Взглянув на него, я увидела такой же страх, он не мог пошевелиться и видимо тоже ощущал эту смертельную энергию от этого существа. Оно издало протяжный рык и в момент испарилось из нашего вида. Подождав ещё немного, мы вылезли с кустов и кое-как встали на ноги. Было страшно подходить к этому единорогу, а точнее к его телу, но нам нужно было подойти, даже сами не понимая почему. — Ты тоже это почувствовала? — чуть ли не шепотом спросил у меня Какучо. — Такая аура, словно это была сама смерть, — так же шёпотом ответила я.

Нам было страшно говорить громче, боясь, что это нечто может появиться вновь, но и находиться на этом месте было так же небезопасно, поэтому сразу же после нашего короткого диалога мы рванули с места, ища Хагрида, дабы рассказать обо всём произошедшем. Я до сих пор чувствую то, с каким вопиющим желанием он вырвал у этого существа сердце и то, как единорог издал последний жизненный вздох.