Послевкусие твоих слов

Этой ночью было холодно. И одиноко. Минджи поняла это, когда натянула на ледяные ноги махровые носки, купленные несколько лет назад на рождественской ярмарке. Девушка собиралась начать марафон дорам — традиция, что повторяется из года в год перед праздниками. Она бы соврала, если бы сказала, что делает это лишь раз в году. Но сегодня Ким Минджи отчаянно хотелось что-нибудь почувствовать. Она смотрела на влюбленных парочек с экрана, с разочарованием сжимала край простыни и не переставала терять надежду, что вот-вот на панели телефона появится её имя. Просто хотелось снова получить от неё сообщение. «Может, это всё был до ужаса стремный сон?» — пронеслось в голове Минджи в полтретьего утра. Пустая упаковка из-под чипсов валялась рядом вместе с банками малиновой газировки. Она снова взяла телефон. Снова открыла переписку. Снова провела липкими от пота пальцами по экрану, приближая аватарку. Она снова ждала сообщение. Хотя бы одно слово. Хотя бы знак, что Юхён всё ещё здесь. Минджи так и уснула под утро: скомканное одеяло в ногах, простынь с крошками, спутанные волосы и полные полуоткрытые губы. Ей снилась Юхён. Снился идеальный сценарий, отличный исход, прекрасное будущее. Но только во снах.

***

Впервые Минджи увидела её в коридоре в перерывах между парами. Юхён стояла у дверей актового зала, держала под мышкой папку с тетрадями и что-то задумчиво напевала пол нос. Знакомая мелодия — Минджи сразу узнала. Название вспомнить не смогла, но засмотрелась на расслабленное выражение лица девушки. Внешность Ким Юхён сразу бросалась в глаза: платиновые волосы, почти выжженные на солнце, пирсинг в носу и вишнёвого цвета губы, аккуратные, такие мягкие на вид. Минджи была стеснительной и каждый раз ловила панические атаки при взгляде на красивых девушек, Юхён же держала эмоции в кулаке; едва улыбалась, стараясь скрыть истинные мотивы, и пыталась не заплакать, смотря видео с котиками. Когда рядом с Юхён появилась девушка и радостно улыбнулась ей — Минджи тут же испарилась. Не то, чтобы ее заметили, но именно в тот момент девушка почувствовала себя невидимкой. Вторая их встреча произошла в очереди в туалет. Юхён собрала волосы в высокий хвост, а Минджи чуть не зашла в занятую кабинку, засмотревшись на девушку. Нервный смех, шум в груди и красные щеки — Минджи чуть не умерла от стыда. Вышла, умыла лицо и в отражении помутневшего зеркала наткнулась на сосредоточенный взгляд Юхён. Сердце пропустило удар. Юхён собиралась что-то сказать, но Минджи уже выскочила из туалета и понеслась по лестнице. Она смотрела прямо на неё! Прямо на неё! Их взгляды пересеклись! Весь оставшийся день Минджи только и думала о том, как глупо повела себя, сбежав. Бродила по коридорам в надежде встретить Юхён, но натыкалась лишь на пустые лица. Все, кроме Ким Юхён, казались безликими пятнами в толпе. После долгих ожиданий, после плаксивых ночей с песнями Chase Atlantic в наушниках, что разрывали сердце, Минджи всё же решилась написать. Она никогда не поймет, сглупила ли в тот момент. Наверное, во всем виноват одноименный фильм, но девушка подумала, что лучшим способ действовать — это написать письмо. Красивое, на крафтовой бумаге, написанное широким извилистым почерком черной гелиевой ручкой, что при контакте с кожей размазывалась. «Я действительно собираюсь сделать это? На полном серьёзе? — Минджи с недоверием всматривалась в запечатанный конверт. — Мы же с ней толком не знакомы...». Она отправила. Точнее сказать, натянула на лицо капюшон и маску и передала одногруппнице Юхён, а потом снова сбежала. Весь день ждала — указала же в письме свои инициалы в глупой надежде на что-то, — а потом чуть не упала в обморок. Юхён ждала её возле выхода из университета, слишком ровно держала спину и слишком внимательно искала в толпе лицо Минджи. Когда их взгляды наконец пересеклись, а коленки Минджи чуть не подкосились, Юхён довольно улыбнулась. Подошла ближе, заправила выбившуюся прядь волос девушки за ухо и протянула круглый шершавый предмет. Абрикос. Её любимый. – В честь нашей первой официальной встречи, Ким Минджи. Или мне стоит просто называться тебя «милая»? Фрукт прожигал ладонь. Взгляд Юхён прожигал сердце. Если бы можно было зарыться в землю и закрыть уши руками, то Минджи непременно бы сделала это. Тело била мелкая дрожь. Минджи застыла, как выкопанная, не зная, что ответить. – Милая... Пойдёт, — вышло слишком сухо и невнятно, но Юхён улыбнулась. Улыбнулась, а потом пропала в дверях, затерявшись в толпе. Минджи стояла, заслоняя проход, но вдалеке так и виднелась копна светлых волос и едва заметная усмешка на губах. Милая. Ким Юхён назвала ее «милой» и испарилась. Минджи бы соврала, сказав, что её сердце не бьётся быстрее каждый раз при виде девушки. Соврала бы, если бы сказала, что не заходит на профиль Юхён несколько раз на дню, испепеляет его взглядом, пишет ей и пишет. Не может сдержаться. Каждая её мысль, каждое слово, что проносится в голове, даже совсем мимолётно, – всё адресовано Юхён. Стоит им пересечься в стенах университета, как Юхён непременно подойдёт к ней, скажет пару слов, будет смотреть так пронизывающе, но ярко, словно солнце, что Минджи от паники едва найдет, что ответить. Взгляд Юхён заставил замкнутую третьекурсницу открыться, рассказать о переживаниях. Впервые за долгое время Ким Минджи доверилась человеку. А Ким Юхён курила ментоловые сигареты, пряча их в карманах шерстяного пальто, носила черные кожаные ботинки на шнуровке, заклеивали костяшки пальцев пластырем и гелиевой ручкой рисовала полумертвые цветы на полях пустой тетради. Юхён прятала улыбку в ладони, задумчиво грызла карандаш и наблюдала за тем, как Ким Минджи с паникой в глазах пыталась держаться на ногах. «Такая милая», — думала Ю и неожиданно для себя коснулась её руки. Минджи почти подпрыгнула — Юхён заметила, но ничего не сказала. Когда тонкие пальцы Минджи переплелись с холодными Юхён, обе едва держались на земле. Юхён проглотила ком переживаний и позволила себе расслабиться. Сейчас здесь, посреди людного коридора, девушки остались совершенно одни. Только вдвоем. Только Минджи и Юхён. – Ты такая милая, милая, – почти что игриво протянула Юхён, разглядывая их сцепленные пальцы. – Даже твои пальцы такие же милые. Ты из семейства милых? Минджи зарделась, неловко хмыкнула и тоже опустила взгляд. – Что ты думаешь насчёт свидания? – Я думаю, – Юхён многозначно выгнула бровь, от чего её маленькое лицо стало ещё очаровательнее, и специально сделала паузу, – что это отличная идея. Мне нравится, как звучит твой голос, когда ты предлагаешь пойти на свидание. Её улыбка рассекла сердце.

***

Минджи сидела в своей комнате с едва включенным светом. Ким с любопытством разглядывала отражение собственного обнаженного тела в зеркале. Тонкие длинные пальцы, которые ещё недавно касались Юхён, теперь перемещались то с ключиц, то плавно перебегали к груди и бёдрам. Минджи никогда не думала, как выглядит со стороны. И уж тем более не думала, как будет выглядеть полностью без одежды. Кудрявые шоколадные локоны струились по спине, покрытой звёздными пятнами, будто кто-то разлил баночку темной гуаши. В детстве Минджи представляла, как закрасит все родинки в синий и улетит в космос, а сейчас лишь глубоко вздохнула и включила с паузы видео на одноименном сайте. Тело слегка напряжено, губы едва приоткрыты, а рука чуть касается тонкой шеи. В ушах стоял шум, в сердце — грохот бомб, а перед глазами была Юхён. Юхён, которая любила сухофрукты и цитрусы. Юхён, сладкая как мёд. Юхён, чья кожа при свете тусклых университетских лампочек напоминала карамельную глазурь.  Сначала девушка испугалась, отдернула руку, но стоило усмешке Юхён всплыть в памяти, как Минджи, не задумываясь, опустилась на кровать. Пригласить Юхён на свидание, когда они знакомы всего-то три дня, казалось безумной идеей, но, тем не менее, Минджи сделала это. Сделала и ни капли не жалела. Да и чего уже жалеть? Chase Atlantic на фоне и слова Юхён снова разбивали сердце, грудь тяжело вздымалась. Минджи правда не понимала, как могла так быстро привязаться. Как смогла искать повод, чтобы увидеть её, как просыпалась по утрам, а первая мысль - ты. «Ты, Ким Юхён». Проверить телефон, когда глаза всё ещё слипались от сна, стало традицией. Такой же традицией, как и думать о Ким Юхён каждую свободную минуту. Каждую минуту своего времени, на каждой паре. Искать в толпе луч солнца с отблесками медовых капель, будто роса; думать, какое сообщение отправить на этот раз, чтобы не звучать слишком навязчиво; не понимать, как в одном человеке может умещаться столько прекрасного. Снова влюбиться в неподходящее время.

***

С последними лучами солнца они обе встретились возле кино. Юхён настояла на том, что их первое свидание должно пройти в этом месте. Узнала, что Минджи не любит людные места и разговаривать с людьми, поэтому взяла все заботы на себя. – Хотела встретить тебя с цветами, – призналась Ю, – но подумала, что это слишком непрактично. Поэтому принесла это, – и протянула любимый шоколад Минджи: молочный, с арахисом и карамельной глазурью. «Я совсем ничего не принесла», – пронеслось в голове у девушки. Она сжимала подаренную шоколадку и одновременно старалась скрыть за волосами пунцовые щеки. Юхен ободряюще улыбнулась — всё в порядке, правда — и сказала: – На самом деле, я впервые на свидании, поэтому не знаю, как нужно вести себя. – Я тоже, – Минджи тепло улыбнулась. – Я тоже. – Поэтому я и начала собираться за три часа до выхода, представляешь? Долго думала, в чем же лучше пойти. На Юхён были черные колготки и в тон им платье с плиссированной юбкой. Минджи же долго не думала и напялила парадные джинсы с рубашкой, воротник которой был достаточно белоснежный, чтобы показываться в свет. Она от нервов и неловкого молчания, затянувшегося прямо до начала фильма, крутила кольцо на большом пальце. Юхён не скрывала удовольствие: смеялась во всё горло от действий героев, раздражалась из-за сюжетного поворота и даже немного всплакнула. Минджи же старалась не пялиться на девушку слишком часто, старалась контролировать взгляд, но подобная обстановка мешала ей сосредоточиться на фильме. В зале они были почти одни, их пальцы соприкасались, а Юхён в одно мгновение оказалась совсем близко. Так близко, что, если бы не сидения, их плечи соприкасались. Когда Юхён повернулась, Минджи прикусила губу. – Ты хочешь уйти отсюда? Здесь много людей. Минджи обвила полупустой взгляд глазами и кивнула. – Да. Давай найдем более тихое место. Этим местом оказалась комната Юхён, обставленная фигурками персонажей из различных киновселенных, с плакатами на дверях и горой разноцветных париков, сваленных на комоде. Мир Ким Юхён все же немного отличался от привычного мира Минджи: более темный, с запахом сигарет и корицы, со спрятанными чайными пакетиками в шкафу вместо саше́* и горой винтажных пластинок из семидесятых. Минджи же лепила комнату из сладкой ваты, носили свитера на пару размеров больше, пряталась за горой из манги и собирала сухоцветы. Юхён упала на кровать, слегка задрав подол платья. Минджи присела рядом, неловко оглядываясь. Ладонь Юхён коснулась её бедра, поднялась чуть верх, когда Минджи уже лежала рядом, вглядываясь в лицо девушки. – Я хочу поцеловать тебя, — вырвалось у неё. Юхён поднялась, присела рядом. Нежно обхватила лицо Минджи ладонями и стремительно приблизилась. От блондинки пахло мятной жвачкой и ноткой цитруса. Ю провела большим пальцем по скуле Минджи, коснулась вишнёвых губ, а потом так же быстро отстранилась. – Что случилось? Почему ты остановилась? – Да ты вся дрожишь, милая! И правда: руки Ким била мелкая дрожь. Минджи неловко рассмеялась, стараясь прийти в себя. «Черт! Испортить такой момент!». Юхён взяла её за руку, нежно сжала и поцеловала. Резко. Неожиданно. Минджи застыла, растерялась и лишь спустя мгновение ответила на поцелуй. Не спеша, так медленно, словно Юхён могла вот-вот испариться из-за неверных прикосновений. Губы Ким Юхен были палитрой, губы Минджи – краской. Пальцы Минджи зарылись в мягкие волосы Юхён, прижали девушку ближе. Обе забыли, как дышать. Забыли, где находятся, растворяясь в собственных чувствах. Минджи хотелось целовать её везде. Целовать. Целовать. Целовать. Медленно, быстро, страстно, не спеша — по-любому, лишь бы быть с ней. Она убрала челку с глаз Юхён, отдалилась и снова поцеловала, на этот раз не так робко. Минджи почувствовала, как Юхён улыбнулась сквозь поцелуй, но не отстранилась. И так они целовались и целовались, лёжа на кровати в смятых простынях, когда платье Юхён поднялось выше колен, а Минджи забыла, как дышать. Губы обеих раскраснелись, а остановились они уже на автобусной на остановке. Минджи считала звёзды, когда что-то коснулось её руки. Она не обратила внимание, насчитала десятую звезду, когда прикосновение повторилось. Ким кинула взгляд под ноги, когда увидела руку Юхён рядом с её. Минджи, недолго думая, взяла её ладонь в свою, и девушка мило хихикнула, словно маленький ребенок. – До твоего автобуса ещё несколько минут. Хочу побыть с тобой ещё немного. Кажется, мой идеальный день состоял бы из наших поцелуев и хорошего восьмичасового сна. О чем думаешь, милая? Минджи переводила взгляд с Юхён на звёзды и не могла понять, кто же из них сияет ярче. – О нас. – О нас? Минджи кивнула, а когда зашла в автобус, не смогла удержаться и достала мобильник. Её переполняли эмоции, она готова была взорваться от радости и не смогла сдержать себя. Открыла сообщения, быстро набрала текст и отправила, почти не глядя. «Ты правда нравишься мне, Юхён. Надеюсь, и ты испытываешь ко мне тоже чувство, что и я». Ответ пришел сразу же. Кажется, сердце Минджи уже пережило несколько инфарктов. «То, что я точно могу сказать, так это то, что твои сообщения заставляют мое сердце биться быстрее...». Определенно точно сердце Минджи больше не выдержит.

***

И вся бессонная ночь прошла под хор мыслей. Минджи прижимала к груди одеяло, перечитывала сообщение и не могла успокоиться. «Неужели это всё правда? Неужели у нас может что-то получиться?». Юхён давно пожелала спокойной ночи, пошла спать или смотреть серию очередного мультфильма, а Минджи еле сомкнула глаза. А когда во время очередной до ужаса скучной пары Минджи получила предложение от Юхён встретиться и обсудить что-то важное, то про себя воскликнула: «Свидание!». И если бы всё было так просто, и если бы можно было повторить вчерашние поцелуи в сумрачной атмосфере, и прикосновение её холодных рук, и даже этот запах сигарет, от которых у Минджи начинала болеть голова, то она бы непременно сделала это. – Так ты хотела сказать мне что-то, да? – напомнила Минджи, любуясь неоновой вывеской кафе. Деревянные стеллажи, наполненные посудой из керамики и глины ручной работы, закрывали их от глаз любопытного баристы. Столики рядом заполнены, со всех сторон доносится аромат кофейных зёрен и ещё чего-то приторно-сладкого – Юхён, наверное? – Точно, – Юхён на мгновение опустила глаза в стол, но тут же вновь обратила их на девушку. – Говорила же себе, что не буду избегать взгляда, извини. Хотела поговорить насчёт чувств. Вчера, после нашего дня вместе, я долго думала, как и думала сегодня утром. Я не испытываю к тебе ничего, Ким Минджи. Ничего более, чем  просто к подруге. Давай прекратим наше общение: я не хочу делать это через силу. Что ты чувствуешь сейчас? Хочу знать твои мысли. Губы задрожали. Минджи не отводила взгляд от кольца на большом пальце, который крутила до такой степени, что красный отпечаток навсегда втёрся в кожу. Что она чувствует? Действительно, и что же можно чувствовать в такой ситуации? Разве можно отреагировать на эти слова с улыбкой на лице и отрешенным взглядом, будто ничего не произошло? Будто слова Юхён её не ранили. Будто не надломили нечто внутри. А Минджи смогла. – Всё в порядке, – чуть слышно промолвила девушка, а потом, набравшись уверенности, повторила громче: – Я в порядке. Ожидала немного другой ответ, но принимаю твой выбор. Мне нужно идти. Минджи сорвалась с места и ушла. Убежала, если быть точнее. Вышла из кафе уверенным шагом, а потом пустилась бежать, даже не скрывая слезы. «Как она могла сказать такое при всех? Разве вчерашний вечер ничего не значит для неё? Неужели и поцелуй — это то, что можно забыть? А сообщение? Юхён...», — всё смешалось в голове, превратилось в нелепую череду воспоминаний. Она искренне не понимала, как человек может произнести подобные вещи так просто, так безэмоционально, так эмпатично, словно чувства остальных её не заботят, а потом ещё и спрашивать, что же она думает. Что она чувствует! Минджи натянула маску на лицо, захлебывалась слезами, пыталась собрать мысли воедино. Человек, которому она доверилась, рассказала про свои страхи и тревоги, которому открылась, выбросил все её чувства в одночасье. Ким Минджи устала. Ужасно устала впускать людей в свою жизнь для того, чтобы они ушли. Прекратили общение. В тот день слезы Минджи отпечатались на подушке. Пока она пыталась понять, как продолжить жить дальше с разбитым сердцем, Юхён докуривала третью сигарету. И если спустя два месяца марафон дорам давал Минджи хоть какие-то чувства, хотя бы название от них, то Юхён исписывала черные гелиевые ручки одну за одной, зажигала свечи и совсем перестала улыбаться. Сердце Минджи закрылось. Сердце Юхён так и не перестало биться. Во рту остался стоять привкус горьких абрикосовых косточек.