Ночь. Любимая пора писателей и поэтов, неудержимая мечтательница, заботливая подруга, лечащая разбитые сердца. И самое ненавистное время для Сонной Эшли. И луна, и яркие звёзды, усыпавшие всё небо мерцающим покровом, казалось, давили на сервампа, дразнили её возрастающий голод, как и внутренний демон.
Лера уже спит. Слышно её ровное и посапывающее, как у младенца, дыхание.
«Ну же, давай! Не мучай ни себя, ни меня! Ты ведь тоже чувствуешь этот божественный запах! Ах, кровушка, я уже в предвкушении!»
Всё верно. Леся – не творец, ищущий вдохновения в неоновом сиянии ночного города. Она вампир, бессмертное существо, созданное для убийств и разрушений. Чудовище, вынужденное утолять ненавистную жажду, чтобы подольше сдержать неистовство внутреннего зверя. Но девчонка… Эшли почему-то не хотелось пугать её, терять это хрупкое доверие,
дружбу.
«И когда ты успела стать такой сентиментальной?»
Осторожно, стараясь никого не разбудить, Леся, как тень, выскользнула на улицу и огляделась в поисках жертвы. Даже сейчас город жил своей жизнью. Мигали фарами проезжающие автомобили, спешили домой редкие прохожие, увлечённо целовались на скамейке влюблённые, спал в кустах изрядно потрёпанный бомж… А сервампу оставалось лишь смотреть на них, чувствуя глубоко в душе зависть и одиночество.
«Эй, я вообще-то голоден! Не заставляй меня ждать!»
Шумно выдохнув, Эшли напряглась, приготавливаясь к рывку, но тут кто-то сзади схватил её за руку. Кошка резко обернулась и встретилась взглядом с девчонкой, которую изо всех сил старалась уберечь от своей вампирской природы.
- Стой! – решительно сказала Лера, мелко дрожащая от холода в одной пижаме, крепко вцепившись в сервампа. – Кровь этих людей… она же ничего тебе не даст!
- Иди домой. Простынешь ведь, а это лишний гемор.
- Чего?! – возмутилась ева Лени. – Как я тебя здесь оставлю в таком состоянии?! Можно подумать, я садистка какая-то, голодом тебя морю! Не придумывай! – она протянула Лесе руку и зажмурилась. – Друзья должны поддерживать друг друга!
- Я не могу, - отвернулась Эшли, следя взглядом за движениями прохожих.
- Думаешь, я не понимаю, каково это? – Лера обошла сервампа и заглянула ей в глаза. – Даже если ты не просила, так и хочется помочь. И потом, ты же выручила меня, когда мы поменялись телами!
- Только потому, что иначе последствия от твоей голодовки были бы катастрофическими. Зная тебя. А я и сама могу о себе позаботиться. К тому же, зачем руку протягиваешь, если боишься укусов?
Из-за промедления глаза Леси начинали приобретать безумный звериный блеск, но она из последних сил старалась сохранять самообладание.
- «Чёрт, чёрт, чёрт!»
Внутренний демон безумно хохотал, набираясь магической силы растущей луны. Голод скоро должен был достигнуть своего предела, но сервамп не могла этого допустить. Дождавшись, пока Лера отвернётся, кошка с силой оттолкнулась от асфальта. Не учла только, что её хозяйка была к этому готова…
* * *
- Лера! Лера, очнись! – в панике звала Эшли, хлопая девчонку по щекам. – С тобой же всё в порядке?! Дура, зачем было лезть ко мне, когда я на грани?!
«Да не паникуй ты, она жива. Хотя, ты сама виновата, что медлила. Могла бы догадаться, зная её упрямство».
Веки евы Лени дрогнули, и она приоткрыла глаза.
- Леся? Тебе уже лучше?
Сервамп облегчённо вздохнула и, превратившись в кошку, села рядом.
- Вот что ты за человек такой? Только пришла в сознание и спрашиваешь, в порядке ли я. Постоянно как вычудишь что-нибудь, а я волноваться должна!
Лера улыбнулась и, поднявшись с земли, подхватила Лесю на руки.
- Пойдем что ли домой. Апчхи!
* * *
Уже в квартире оказалось, что ева Лени (ожидаемо!) подхватила простуду. Всё же люди такие хрупкие! Наплетя встревоженным родителям что-то про лунатизм, девчонка чуть не отключилась прямо в коридоре. Благо, отец успел её подхватить.
- «Да уж, - еле слышно хмыкнув, отправила кошка Лере мысленное сообщение, - в следующий раз проще сразу с тобой согласиться. Проблем будет гораздо меньше».
- «А я тебе что говорила? – отозвалась девчонка в полубессознательном состоянии. – Хоть сейчас дошло. Ох, как голова трещит!»