В крысятнике любовь больнее

Мертвец пьян, но он пьян ночью, а Рыжий пьян жутким вином(что это, черт побери?), что украли у Сторожа на третьем(кто украл, как украл и зачем - другая, неизвестная этим двоим. Они знают лишь то, что вино самодельное и сбыли его в Кофейник, спаивать всяких), и выглядит намного хуже, ведь Мертвец, хоть и зелёный кожей, не без рубашки, и на нём нет сомнительного котелка. Вообще, Рыжий одет празднично —котелок, полосатые брюки с подтяжками и, почему-то, ярко-синие шлёпки. Когда-то была ещё рубашка и галстук, но галстук он снял в Крысятнике, когда эти двое туда ненадолго зашли,назвав «ебучей змеёй», а того, кто их придумал «бессердечной паскудой». Рубашка была потеряна где-то в коридорах.    Сейчас они сидят в пустом ночном классе, из источников света - свеча и два фонарика, а цель прибывания сложна и непонятна.   Мертвец забирает у вожака бутылку, вожак сопротивляется.   —Тебе уже хватит, — внушает синепатлый Рыжему, убирая остатки «вина» за пределы досягаемого.   А Крысиный король резко перестаёт сопротивлятся, и на удивление мирно и покладисто кивает, ложась головой на парту. Мертвец подходит, садится рядом и думает, как он будет тащить это в Крысятник. Рыжий думает, почему его клонит в сон, почему тонкие губы Мертвеца такие красивые и почему он голый по торс. Вообще мысли тяжелые и густые.   Рыжий встряхивается, моргает, и посмотрев на состайника, впивается в его красивые губы.   Мертвец матерится, отстраняется и смотрит немного ошалело.   —Что ты...    Договорить мешает вожак — снова тычется ртом и ложит руку на затылок, фиксируя в удивительно стальной(при его состоянии) хватке. Крысёнок честно шипит и пытается отстраниться, но Рыжий ложит вторую руку ему на спину, кусает за нижнюю губу и бормочет в поцелуе что-то на тему «перестань, ты не монахиня» или схожее с этим, и у Скорпиона едет крыша. Едет она, задевая и снося моральные устои, и он подаётся вперёд, успевая лишь снять с Рыжего очки. Блеск карих кажется слишком невинным, контрастируя с действиями их обладателя. Слишком это больно. Укусы по губам, хватка на затылке и глаза. Класс насквозь прокуренный, а вокруг этих двоих вместо воздуха мерзкая гадость, приторно-химозная и кислая.   Мертвец отстраняется резко. И смотрит на Рыжего. Туда, где когда-то был Смерть. Его больше нет, Мертвый — тот, кто это знает, один из первых понял и простил. Рыжий тянется за очками и скрывается за ними. Мертвец закуривает. Горло дерёт. Его почти всегда дерёт, но сейчас сильнее. Морщится и дымит дальше. Рыжий вменяемостью не отличается. Синепатлый решает не тащить вожака в Крысятник, а провести ночь(от которой, судя по всему, мало что осталось) здесь. Дым травит класс и Мертвеца.