Тыквенное печенье

Тёплая улица мигала рыжеватыми фонарями; светилась мягкими желтоватыми окнами; поблёскивала лужами, отражающими беззвёздное хмурое небо. Воздух пах сыростью и прошедшим дождём, машинным бензином и сладкой выпечкой из ближайшей пекарни. Луз вдохнула аромат глубже, и он защекотал нос, проник внутрь и, переплетаясь с рёбрами, отдался в сердце теплотой. Приманенная запахом, Луз свернула с дороги и зашла в пекарню. Над головой звякнул звоночек. Свет, по уютному домашний и мягкий, на секунду резанул по глазам. А после аромат пирогов и горячего шоколада затуманил разум, и Луз приоткрыла глаза. По смуглому лицу, стянутому усталостью, распласталась улыбка. Пекарня была совсем небольшой, шириной в двадцать шагов и длиной в тридцать. По стенам были развешаны гирлянды со светящимися тыковками и плакаты с ведьминским антуражем — Эмити очень любила подобные дизайнерские украшения. Сердце при воспоминании о ней защемило от прилива нежности. Луз обернулась к прилавку и заметила у кассы фигурку с чёрной кошкой, элегантно изгибающейся. Невольно девушка подумала о своём коте Призраке и попыталась вспомнить, достаточно ли у него корма. Но, вероятнее всего, так и есть, так что она сразу переключилась на прилавок. Небольшие тарталетки, кексы, штрудели, суфле стали причиной обильного выделения слюны. Луз сглотнула её, и живот тут же заурчал, напоминая о том, что помимо быстрого завтрака и обеда в час дня в него больше ничего не попадало. Глаза разбегались, и захотелось взять всего и как можно больше. Женщина за прилавком читала какую-то книгу и, быстро подняв взгляд на посетительницу, вернулась к своему занятию. Луз немного топталась и голодными глазами разглядывала десерты. Может быть, стоило написать Эмити и спросить, чего она хочет, но в то же время Луз думала о том, чтобы сделать эту покупку небольшим сюрпризом. Закусив губу, девушка металась между яблочными штруделями и банановыми кексами. Их запах неизменно напоминал о том, что Хэллоуин уже стучался в двери. А потом Луз заметила ещё выпечку на втором прилавке — там расположились пироги, крупнее остальных десертов. Девушка метнулась к ним, разглядывая обильно посыпанное клубникой воздушное тесто. Жаба душила, но урчащий желудок и вновь накопившаяся слюна (а ещё выплаченная несколько дней зарплата) сделали своё дело.  — Здравствуйте, — с трудом оторвав взгляд от выпечки, поздоровалась Луз. Женщина вновь посмотрела на покупательницу и кивнула.  — Здравствуйте, что будете брать?  — Два яблочных штруделя, два банановых кекса и тыквенный пирог, — на одном дыхании произнесла девушка и сглотнула. Живот крутило от голода. Продавщица упаковала выпечку, а в это время Луз достала кошелёк и положила деньги на кассу. Взамен на её руках оказался пакет, и, поблагодарив женщину, девушка вышла из пекарни.  — Счастливого Хэллоуина! — донеслось ей вслед. Как только Луз оказалась на улице, и соблазнительный запах выпечки остался за дверью, она вдохнула холодающий воздух, пропитанный сыростью и бензином проезжающих мимо машин. Сумрак мягко укрывал высотки, располагающиеся по обе стороны от широкой дороги. Мимо проходили люди, преимущественно в костюмах: город усеяли ведьмы, вампиры, призраки и прочая популярная нечисть. Несколько раз Луз встретила фэндомных персонажей и едва удержалась, чтобы не познакомиться со своими софэндомовцами. Октябрь в этом году был на удивление тёплым. Ветер трепал короткие тёмные волосы, поглаживая виски. Луз на считанные секунды прикрывала глаза и отдавалась осенней прохладе; она впитывала в себя кружащий голову аромат выпечки из пакета, прошедшего дождя и кофе из ближайшей кофейни. Улицу освещали фонари, и в их бледном свете можно было увидеть кружащие пылинки и стремительно опадающие листья. Луз невольно вспоминала свой родной город, тихий, малоизвестный и небольшой. Сколько красок оно в себя впитывало в преддверии Хэллоуина! Небольшие низенькие домики украшали пугалами, самодельными статуями, тыквами с разными выражениями на округлых мордочках. Непременно выходили встречать соседских ребятишек и, восхищаясь их костюмами, отдавали часть конфет. Луз обожала Хэллоуин и каждый год с особым трепетом и старательностью продумывала свой костюм. Часто она привлекала внимание на фоне маленьких ведьм и зомби, но зато всегда получала свою порцию сладостей, которые потом, пряча по карманам, съедала за одну ночь. Эти воспоминания отдавались в душе теплотой. Таким был Хэллоуин её детства — он был ярким, шумным, полным восторга; у Хэллоуина её детства был вкус леденцов, шоколадок, лакрицы и ириса. А ещё тыквенного печенья в виде котов, которое мама постоянно делала на этот праздник — Луз такого не ела уже давно. Она обожала этот десерт ничуть не меньше, чем наряжаться в нечисть и выпрашивать сладости у соседей. После этого её ноги неизменно промокали, и на следующий день Луз кашляла, а Камилла говорила, что больше дочь не будет ходить в хэллоуинскую ночь за конфетами, но спустя год забывала об этом обещании. Луз улыбалась, думая о том, чем занимается сейчас мама. Незаметно для себя она оказалась у своего дома и прошмыгнула в подъезд. Он был залит желтоватым светом, а креативными соседями украшен тыквами, постерами и гирляндами. Конечно, Хэллоуин в оживлённом каменном городе высоток и автомобилей был совсем другим, чем Хэллоуин в небольшом городке, пахнувшем детством. Но это был всё тот же праздник, который Луз так горячо любила; его атмосфера чувствовалась даже так, и девушка не могла не улыбаться в предвкушении вечера. Она доехала на лифте до своего этажа и открыла дверь, не сразу попав ключами в замочную скважину. Луз зашла в прихожую, поставила пакет с выпечкой на тумбочку и закрыла за собой дверь, тихо хлопнув ею. В нос сразу же забился запах сладкого теста и корицы, и в ответ желудок вновь заболел. Девушка поняла, что Эмити выпекала и, кажется, не услышала её прихода, потому что не вышла по обыкновению встречать. Зато Луз встретил Призрак — белый элегантный кот, немного избалованный, но до чёртиков красивый. Он приветственно посмотрел на хозяйку и ласково потёрся об ноги, сдавленно мурлыча. Луз наклонилась и любовно погладила Призрака за ушком; на этот жест кот недовольно отпрянул и пошёл дальше по своим делам, возмущённый тем, что кто-то до него дотронулся. Тот ещё гордец. Луз показала язык коту и тихо разулась, щёлкая металлической застёжкой на ботинках. Она сняла куртку, повесила её на замок и, игнорируя существование тапок, в одних полосатых радужных носках пошла, крадучись, на кухню. А кухня сводила с ума обилием ароматов. Запах теста и всего того, что Эмити к нему добавила, был ещё слаще покупной выпечки. Луз втянула тёплый, разогретый духовкой воздух, и немного высунулась, пытаясь оставаться незамеченной. Эмити, кажется, уже закончила непосредственно с готовкой, поэтому стояла у приоткрытого окна, опираясь локтями о подоконник. Луз внимательно осмотрела девушку и заметила рядом с ней телефон с подключёнными наушниками — наверняка она слушала Пола Маккартни, в котором души не чаяла в последнее время. Сейчас она была повёрнута к ней спиной и ничего не слышала, так что это было идеальной ситуацией. Луз осторожно вошла на кухню, стараясь идти бесшумно и уповая на то, что Эмити внезапно не обернётся. Но девушка, видимо, глубоко погрузилась в музыку и свои мысли, так что Луз смогла подойти максимально близко и неожиданно обнять её со спины. В следующую секунду ей прилетел в живот удар с локтя. Луз согнулась пополам и отошла на два шага, а потом встретилась взглядами с ошарашенной Эмити. В жёлтых глазах плескался ужас.  — Луз! — Эмити воскликнула, прикрывая рот ладонью.  — Я в порядке, — немного хрипло, посмеиваясь, ответила Луз, но в следующую секунду её перебили ругательствами.  — Кто так делает?! Я ужасно перепугалась! Весьма справедливо. Эмити теперь выглядела возмущённой, но всего пару мгновений — потом она сочувственно перевела взгляд на живот, который прикрывала руками Луз.  — Сильно болит?  — Ощутимо. Твоя хватка со временем не ослабла, — хмыкнула Луз, намекая на начало их общения, когда в колледже две девушки на первых порах знакомства постоянно дрались из-за каких-то мелочей. Эмити фыркнула.  — Ты так однажды дошутишься.  — Извини, — искренне улыбнулась Луз. — Я хотела как в кино. Щёки Эмити стали пунцовыми, но девушка недовольно прицокнула, пытаясь скрыть смущение.  — Постарайся в следующий раз хотя бы предупреждать. А потом она быстро поцеловала Луз, прижимаясь своими тёплыми губами к её холодным. Это стало окончательным примирением. Луз обвила шею Эмити и повисла на ней, кладя свою голову девушке на плечо.  — Я устала на работе, — коротко пожаловалась она, чувствуя на спине чужие мягкие руки. — Работать в Хэллоуин — ужасно.  — Зато вечер сейчас будет свободным, — промурлыкала Эмити и покрепче обняла Луз. — Я немного приготовилась.  — Я чувствую, — улыбнулась девушка, вновь вдыхая запах выпечки. — Что ты печёшь?  — Сюрприз. Голос Эмити хитрый, и Луз не смогла сдержаться от ещё одного поцелуя, который будоражил куда сильнее ароматных десертов.  — Ты чертовски хорошо целуешься, — неожиданно произнесла Эмити, — но я всё равно не скажу, что пеку.  — Как жестоко, — притворно ужаснулась Луз и оторвалась от девушки. — Но я всё равно безумно голодная.  — Я поставлю чайник, сделаю какао, — кивнула Эмити. — А ты пока иди и переодевайся. Луз повиновалась и ретировалась с кухни. Быстро переодевшись в домашнюю одежду и забежав в ванную для того, чтобы помыть руки, девушка вернулась в коридор и взяла пакет с тумбочки. Только после этого она вновь вернулась на кухню, где Эмити уже сидела за столом и пила одну из кружек с какао. Луз проигнорировала наличие второго стула и села Эмити прямо на колени — как же сильно она соскучилась за этот рабочий день. Девушка, столь же тактильная, как и Луз, не была против. Зато она сразу же с любопытством посмотрела на пакет.  — Что там?  — Ох, а это тоже секрет, — подмигнула Луз.  — Я тебя скину с коленей.  — Там еда. Эмити втянула носом воздух и облизнулась.  — Я чувствую запах яблок и тыкв.  — Глянь, тебе понравится. Луз открыла пакет и выложила принесённую выпечку на стол. Эмити с любопытством стала осматривать купленное богатство.  — Ты уверена, что мы съедим столько всего за этот вечер? — с сомнением спросила она.  — Остатки всегда можно взять с собой на работу, — хмыкнула Луз и взяла свою кружку с какао, разглядывая крупный зефир на верхушке. Она отпила глоток и счастливо зажмурилась. Желудок также счастливо заурчал в ответ.  — Поешь спокойно, — улыбнулась Эмити, и Луз нехотя слезла с её коленей, переместившись на стул. Она тут же ухватила тыквенный кекс и откусила половину, набивая рот. Эмити начала с яблочного штруделя, аккуратно откусывая небольшую часть. С верхнего этажа доносилась музыка — у соседей, кажется, проходила вечеринка или как минимум весёлый вечер. Гудела духовка, а часы на стене монотонно тикали. Ноги девушек соприкасались под столом, а во рту таял кекс и горячее какао с зефиром. Было спокойно. Пришёл Призрак и, глядя на хозяек, заурчал, прося кусочка еды. Сладкого ему не перепало, поэтому кот недовольно вернулся в глубины квартиры. Девушки ели и негромко обсуждали прошедший день, пока духовка требовательно не запиликала. Эмити подорвалась с места, надела прихватки и вытащила из духовки противень. По кухне сразу же расползлась жара и знакомый тыквенный запах. Луз удивилась и тоже вскочила со своего места.  — Да ладно, ты сделала тыквенное печенье?! Подожди, то самое?! Луз метнулась к противню, который теперь стоял на столешнице, и неверующе разглядывала печенье. Румяное и сделанное в виде котиков. Девушка поражено застыла и рассматривала угощение.  — Попросила рецепт у твоей мамы, — гордо пояснила Эмити. — Ты рада? У Луз защипало в глазах, и она набросилась на девушку с объятиями. И не выпускала её из кольца своих рук минут пять, растрогано говоря слова любви и восхищения. Эмити всё это время смущённо выслушивала Луз и покрывалась краской.  — Ты попробуешь хотя бы? Может, они получились не такими… Луз отлипла от Эмити и надкусила одно печенье, ещё слегка горячее. Тот самый вкус из детства. Черт возьми, она в восторге.  — Спасибо, — тепло поблагодарила Луз и зажмурилась. Её словно перенесло в прошлое, где она только-только вернулась с охапкой конфет и бежала на кухню к маме, которая уже доставала печенье. Луз всегда брала его прямо с противня и кусала, и непременно обжигалась. Но до чего же это было вкусно… Вскоре тарелка, набитая печеньем, кексами, штруделем и кусками тыквенного пирога переместилась в спальню вместе с девушками, которые залезли под одеяло и включили на ноутбуке какой-то хэллоуинский фильм. Эмити положила голову на плечо Луз и не переставала смущённо улыбаться, обрадованная удавшимся сюрпризом. Луз уминала печенье, почти полностью позабыв о купленных десертах, и спустя полчаса стала жаловаться на разболевшийся живот. Спустя пару часов у соседей сверху выключилась музыка. Тарелка перекочевала на ближайший стол, на две трети опустевшая. Фильм постепенно закончился, а глаза стали слипаться. На плече дремала Эмити, а на языке оставался вкус тыквенного печенья. Хэллоуин всё ещё был любимым праздником.