Мессер и Сантоника

Во тьме безбрежной, что над нами, В чернильной занебесной мгле Забытый демон ждёт веками Своего главенства на земле. И вопросит любой, к чему же Ему спускаться с тех вершин, Чтобы червями править в луже, Ведь он и так среди глубин Бескрайних царствует едино, Неоттеснённый, нерушимый, Неоспоримо, непрерывно… И незаметно, и незримо. А тот земной, людской божок, Что невелик и невысок, Он восхваляем и любим Людьми за то, что дарит им На жизнь лишь мимолётный миг — Вот был и за мгновенье сник. «Ничтожество, что кем-то чтимо, Становится в разы сильней Чем то, что вечно содержимо Лишь в неприступности своей. И я с холодного начала Существования земли Хочу, чтоб Солнце перестало Всем раздавать лучи свои, Хочу, чтоб жизнь себя искала Среди чистейшей темноты, И находила, и теряла Ради моей одной мечты. Но шанса нет затмить светило. Так, каждый раз оно, мертво, Рассветами опять всходило. Его не брало ничего. Уж скоро, скоро будет праздник, И будут Солнце восхвалять. Вот тут, злодей я и проказник, Изволю этому мешать… Из сладкой лжи родится им Вся правда с горечью полыни. Пускай запомнят это имя, Не станет если мир пустым».

***

В приморский стольный город парень Прибыл в один из летних дней. Пусть не купец был и не барин, Желал красы он для очей, И пищи знатной для желудка, И сладких вин вкусить желал. Принцессою хотя б минутку Полюбоваться он мечтал. Град привечал гостей любезно И с неохотой отпускал Богатых, умных и успешных — Иных за стены выставлял. Но позволял собой дивиться, Хвалу в свой адрес принимал, Грошом последним поделиться За посещенье заставлял. Попав за каменные стены, Парень как статуя застыл: Повержен роскошью безмерной — Недаром город стольным был. Вот храмы, золотом сверкая, Собой затмили небосвод. Фонтаны, струи извергая, Смывают бремя всех забот. Снуют с улыбкой горожане По паркам и по мостовой, И сила стражи крепостной Всецело отдана охране.

***

Наш юноша пошёл на зов Гуляний, музыки и песен — Там, между рыночных рядов, Народ кутил, счастлив и весел. «Что нынче празднуем, отец?» — Незнаньем парень поедаем. «То ж знает старый и малец, Солнцестоянье мы гуляем! Костры растопим до небес… Нас Солнце холит и лелеет — Вот это чудо из чудес, Пускай и мы его согреем». «На что ж ему тепло земное И взмахи тщетные главами? Оно само себе большое Царит в выси над всеми нами». Старик вздохнул «Эх, молодёжь! Самолюбивые вы стали. Красы небесной не поймёшь, Смотря закрытыми очами…» И прочь герой заторопился От раболепных старца слов — Он фанатичных сторонился, Не выносил ума глупцов.

***

Чрез многие забавы и услады Герой прокладывал свой путь, Под кронами сияющего сада Решил слегка передохнуть. И среди моря ароматов Сотен цветов и бала пчёл Его баюкала прохлада, Ему пейзаж рассказ свой вёл. Идиллии конец настал — Златой охотничий рожок Неподалёку прозвучал Зовя с собой. И топот, крики, лай собак Ворвались в рай как в бой. На резвом вороном коне, В кругу придворных и гостей Словно звезда в своём огне Принцесса мчалась, чтоб трофей Очередной охотой взять, Дабы покои им украсить — Себя любила баловать, Развлечь и вдоволь ублажить. Та дева страстною была До поединков и турниров, Не только мастерством меча Сразить могла своих кумиров И чернотой горящих глаз, Но и пылающей душою, Наивностью игривых фраз И грацией ночной порою. На парня каплею смолы Кипящей взгляд упал, Проник до самой глубины И ещё долго обжигал Все молодые чувства, Лишив и голода, и сна, Словно запретному искусству Хозяйка отдана была. И этот злополучный взор, Сколь ни был беспощаден он, До самого дворца довёл. Огромен был его балкон. На нём стоя и возвышаясь Над градом, нет, над миром всем, Ждала принцесса, приглашая Без слов зайти к себе. Нет, не один десяток глаз Прикован был навечно к ней, И не один заморский князь Стал прахом городских огней В негласной битве за её уста. А как беспечно иногда По знаку одного перста Казнить велела до утра Всех почитателей своих, Словно от старого тряпья Или смердящего гнилья Избавиться желала вмиг. В слепом души очарованье Стремился юноша лишь к ней На долгожданное свиданье, На тет-а-тет к своей судьбе. Он слышал лишь её дыханье, И видел смутный силуэт, И постигал своим сознаньем — Её прекрасней в мире нет. Тепло объятий согревало, Но обжигало пламя слов. Желанье разум опьяняло, Но отрезвляла тень оков. И руки те дарили ласку, Пронзали холодом глаза, И изливали свою сказку Те лживо-горькие уста.

***

Прошла за миг, как бабье лето, История такой любви. Да и любовь была ли это? То знают боги лишь одни. Хладосердечная принцесса, Натешившись сама собой, Искать не стала в жизни места Тому, кто был для ней игрой, И на досуге стала мыслить, Как с непотребным поступить. Не видя в нём ни капли смысла, Решила попросту убить Во время будущей охоты, Сослаться на несчастный случай. А оправданьям и заботе Найдётся пустослов получше. Но юноша сией судьбы Не стал покорно дожидаться, С такой предательской тропы Решил он поскорей убраться. Недобрый замысел, увы, Разгадке без труда поддался: Во мгле безрадостной любви Коснулся разума того, Что пожирал бы его дни И восставал против него. За стены городские — прочь, Теперь ему никто не рад. Теперь одно может помочь Вернуть прошедшее назад.