Грибочки

***

      Миюки родилась поздней весной. К тому времени, как Нацу полностью отошёл, стали цвести деревья, кусты и цветы. Благо у малышки на цветение аллергии нет, а то её отцу было бы вдвойне веселее. Ему и так было тяжко. Вынашивание ребенка и силы отняло, и здоровье, и энергию. А теперь, это счастье ещё и кормить нужно, по расписанию, переодевать, мыть… К тому же, Полюшка и девушки ушли. Они не могут постоянно помогать парню не из-за того, что им не хочется, а потому, что у них самих драгоценных нет. Кушать-то хотят все. В общем, так парни и остались сами. Перед уходом, Полюшка конечно рассказала Нацу, что да как делать. Молодой родитель всё записывал и всех инструктажей придерживался. Однако всё предусмотреть невозможно, да и тем более у Драгнила опыта нет.       Наступил день, который ещё раз перевернул жизнь Нацу. Он настал через 2,5 недели, с момента рождения ребенка. Стояла теплая погода, дул ветер, разнося розовые лепестки цветов. Нацу с Хэппи соорудили сушилку для белья, уличную. Хэппи остался внутри домика, приглядывать за Миюки, а Саламандер вышел вывесить пелёнки. И тут, ветер доносит запах согильдийца… Это запах ледяного мага. Грей как обычно шел в одних штанах (ну ещё бы, для него уже курортный сезон открыт). Услышав его, розоволосый лишь обернулся и удивился его приходу. — Грей? — Здарова, Нацу. — Че ты тут забыл? — Нацу… Мне нужно тебе кое-что сказать… Очень важное… — Валяй. — Чёрт, но я не знаю, с чего начать и как вообще… — Выкладывай как есть, не томи. — В общем… Нацу, яяя… Это я… Я отец ребёнка.       И без того маленькие зрачки Саламандра, сузились, будто их там вообще нет. А Грей виновато смотрел в землю, оскалившись, но не агрессивно, а как будто щас заплачет. — Я знаю, ты думаешь, что я последняя сволочь… Но я честно не хотел ничего такого, я не гей! Меня, конечно, ничто не оправдает, но я был под действием тех дурацких грибочков! Мне было плохо без секса и я Люську не стал трогать, тебя будил, но ты как убитый спал… А потом вот это вот… — нервно рассказал Фулбастер, не поднимая глаз на убийцу драконов.       А Нацу молчал. Он чуть опустил голову так, что тень скрывала его глаза. Его лицо стало задумчивым. Грей наконец глянул него. Саламандер словно окаменел…лишь ветер колошил пряди светлых волос. Чего же он сейчас хочет? Размазать Грея по стене своего дома? Или треснуть так, чтобы кости переломать? А что он сейчас чувствует? Боль? Злобу? Или обиду? Столько мыслей одновременно носились в голове Фулбастера. Он не знал чего ждать от огненного, но при этом не смел что-либо сказать или спросить и от того, сердце билось сильнее. Через несколько минут молчания, Нацу, наконец, заговорил: — Ну Грей… Удивил конечно. Не ожидал. — Я сам от себя такого не ожидал… — Я конечно знал что ты извращенец, но не настолько же… — Грх, я же говорю, это те грибы, но… Ты прав, меня это не должно оправдывать… Я так виноват… Нацу… Прости меня.       На последние слова, Драгнил приподнял голову, и тень больше не скрывала его взгляда. Глаза были не злыми, они чуть округлились, выражая непонимание. — За что? — Как за что? За то, что изнасиловал, да ещё и ты залетел из-за меня… Я должен был раньше признаться, но я трус и говорю с тобой только сейчас… — Забудь. Ты ведь не виноват. Ты по действием яда был. — Но я всё осознанно делал! — Ты изнасиловал меня, не навлекая бед на Люси. И никто не знал, что я могу забеременеть. — спокойно сказал Нацу, опустившись за тазиком, в котором уже не было белья.       Розоволосый, взяв тазик, закрыл глаза и развернулся по направлению в дом. Его старая одежда веялась на ветру, а в воздухе всё также летали розовые лепестки. После его слов, у Грея расширились глаза. Как Нацу может быть таким спокойным? Грей сам всё слышал. Как огненный кричал, насколько несвойственен был его голос и видел, как его выворачивало во время беременности. И при этом, он не знал, что чувствовал парень, когда малышка била его изнутри, как формировалась её магия, как его тело трансформировалось для естественного родоразрешения. Да даже того, что он видел, было достаточно. И пройдя весь этот ад из-за него и грибочков, Саламандер остался собой! Таким же улыбчивым и добрым.       Пройдя пару шагов, Драгнил остановился. Сначала он посмотрел на землю, а потом повернул голову в сторону брюнета. И вновь темноволосый видел эти добрые зелёные глаза и теплую улыбку. — А знаешь, я тебе даже благодарен. — вдруг сказал розоволосый.       Теперь и у Грея пропали зрачки и радужка. Эта фраза шокировала его ещё больше. — Ч…что? Благодарен? За что?       Стоявший брюнет вдруг встал на четвереньки, уставившись в землю. Нацу не отреагировал на это. — За Миюки конечно же. — Нацу… Ты… — не выдержал Грей и заплакал, зажмурив глаза.       Нацу немного удивился. Грей и плачет… Странно ему это казалось. Но потом он решил его приободрить. — Ну вставай давай, айда в дом. — Ч.чего? — Давай, поднимайся. — Но зачем… Я… — Ты же хочешь увидеть её?       После этих слов, Драгнил зашёл в дом. Грей совершенно такого не ожидал. Через несколько минут, он поднялся и, вытерев лицо, шатко двинулся в домик.       Саламандр, поставив предмет на место, сразу направился в комнату с дочкой. Хэппи сидел напротив неё и покачивал кроватку. Малышка улыбалась и сопела. Наверное, что-то приятное ей снилось. — Слыш, Хэппи. А батька-то нашёлся. — шёпотом сказал парень. — И кто же это? — Щас увидишь, если он не зассыт и придёт. — А можно я сам выйду посмотрю? — Не, щас он придёт. О, кстати, её же кормить пора. Что-то она спит долго. — Ага. И так сладко. — Ладно, поспит чутка, перетрём с её папашей и покормлю. — Так точно!       Грей зашёл в дом. К этому моменту, Нацу выходил из комнаты ребёнка, и они чуть не столкнулись. — Припёрся всё-таки. Заходи в ту комнату, только тихо, она спит. — Х-хорошо…       Но тихо не получилось… Стоило Грею показаться в дверном проёме, как Хэппи, пристально смотревший туда, вскрикнул от шока: «ГРЕЙ?!». И тогда, сладкий сон Миюки прервался. Вскрик кота был неожиданным, поэтому пробудившись, она захныкала. — Хэппи!!! Ты её напугал! — тут же вбежал Драгнил. — Нацу, так это Грей?! — Да, Грей! И знаете что, выметайтесь отсюда оба! — немного разозлился на товарищей Саламандр.       Грей и Хэппи вышли из комнаты, чтобы не злить парня дальше. А Нацу благополучно закрыл дверь и взял обеспокоенную дочь на руки, утешая. Тепло рук отца успокоило девочку. Затем, Нацу приложил её к груди, и она сразу вцепилась. Всё по расписанию, она проголадалась.       За дверью же, Хэппи никак не умолкал. Его возмущению не было предела. — Гомосятина какая ты, Грей! А ведь всегда презирал это! — Заткнись, шаверма! Ты не знаешь многого! — Да, я не знал что ты скатился до такого! — Пшёл нах! — Нет уж! Это наш дом, сам вали отсюда! Чёртов гей! Из-за тебя Нацу… — ДА Я БЛЯТЬ ВИНОВАТ, ЧТО ОН СМОГ ЗАБЕРЕМЕНЕТЬ?! — ДА, ВИНОВАТ! ЕСЛИ Б НЕ ТЫ, НИЧЕГО БЫ ЭТОГО НЕ БЫЛО! — ДА ИДИ ТЫ В ЖОПУ! — САМ ТУДА ИДИ!       Эти двое, столько шуму навели, что Нацу не выдержал и крикнул на них из другой комнаты: «МОЛЧАТЬ ВСЕМ НАХ! РЕБЁНКА МНЕ ИСПУГАЕТЕ, ПШЛИ ВОН ИЗ ДОМА!». Миюки лупала своими, пока что, синими глазёнками. Нацу улыбнулся ей, шепчя: «Не бойся, всё хорошо». И тогда малышка продолжила трапезу.       Те двое сразу замолкли, вышли на улицу и давай дальше грызться. Когда розоволосый докормил малышку, та больше не хотела спать. Аккуратно держа её на руках, придерживая голову, парень вышел из дома. Девочке нравились летающие лепестки, она пыталась даже играть с ними.       Увидя Драгнила с дочерью, кот и брюнет немного утихомирились. Окончательно их разнял Нацу. — Блин, Хэппи, харэ. Я не злюсь на него. И более того, если б не он, Миюки сейчас не было бы. — Так вы теперь гейская пара! — Да пофигу. Главное Миюки воспитать хорошо. — Нацу… — одновременно протянули Грей и Хэппи. — Грей… Только не вздумай что-нибудь ляпнуть… Про нас и про неё. — Они же всё равно узнают о ней… — Я придумаю что-нибудь. А ты не лезь, ясно?! — Хорошо… Но… Нацу… Я ведь все-таки отец Миюки… Я тоже хочу вам помогать… Позволь мне хотя бы это сделать! — исподлобья проговорил Фулбастер. — Я сам выращю её. — Нацу! Не отвергай меня, прошу! Позволь мне хоть что-нибудь для вас сделать! — Ну… — Что? — Ладно, найдётся для тебя работёнка.       Грей помог Нацу сделать небольшой «ремонт» в домике. Ну как помог… Нацу не упустил возможности позабавиться. Он сидел на диване и руководил всеми действиями парня. Хэппи помогал Грею. Ребята не возникали и делали всё, что говорил их друг потому что понимали его состояние. Особенно Хэппи. Ведь только он знал, что у Нацу до сих пор живот побаливает, да и грудь тоже.

***

      Грей стал какбы добытчиком. Он не позволял Нацу тратить свои деньги, обеспечивал их сам. Он ходил на задания и старался достать всё, что попросит Саламандр. Это была и еда, и различная утварь для дома, и лекарства. Драгнил же предпочитал заботиться о своей дочурке самостоятельно. Его навещали Люси, Венди и Полюшка. Нацу позволял брать своё счастье на руки только Люси, потому что Миюки только её признавала, не боялась. Венди тоже иногда брала, но малышка через время начинала нервничать. А вот Грею приходилось «отвоевывать» право подержать ребенка. Драгнил уж очень переживал, что ледяной передавит ей что-нибудь, уронит и всё такое.       В общем, весело Нацу жилось. Он познал почти все прелести материнства. И всё равно, он не жалел, что дал дочке имя Миюки, означающее «счастье»…