Прагма

Тренировка обычно начиналась через час-полтора после завтрака, но в этот день Ферра пришла к казармам рыцарей Преисподней прямо с рассветом. Не спалось, злость требовала высвобождения. К счастью, Томек никогда не отказывался от драки и с радостью согласился помахать учебными мечами с командором. Буквально через четверть часа спарринг завершился: Ферра не рассчитала силу удара и повредила полуорку сухожилие под коленом. Еще четверть часа пришлось потратить на поиски сигнифера, утешения орка, увещевания о нецелесообразности проводить матч-реванш прямо сейчас... Отчаянно хотелось отметелить еще какого-нибудь рыцаря Преисподней, но те будто интуитивно чувствовали яростный настрой командора и обходили тренировочную площадку стороной. Мимо проскользнул Райс, который некогда пытался завербовать Ферру в орден - сделал вид, что очень занят и даже не поздоровался. Пробежал Якер Анкелли, именно пробежал; коротко махнул рукой Ферре и унесся в сторону цитадели. Поскольку Якер по роду обязанностей зачастую исполнял функции личного адъютанта параликтора, Ферра могла предположить, что столь поспешно парень мог ринуться лишь в одном направлении. Думать о самом параликторе сейчас не хотелось. Следовало полностью вычеркнуть его из мыслей, как он со своей стороны вычеркнул ее. Командор ожесточенно избивала набитого тряпками балду и желала лишь вымотаться до такой степени, чтобы энергия полностью закончилась, можно было свалиться без сил и уснуть. Рановато о таком думать, когда и часа после рассвета не прошло, но Ферра любила ставить перед собой сложные цели. "Из-за чего потом изрядно страдала", - мысленно довершила она. Разумеется, неплохим альтернативным решением стала бы вылазка из крепости: свистнуть команду за исключением параликтора, за пару часов собрать вещи и отправиться подальше от Дрезена. Армия Голфри подтянется в лучшем случае через неделю, потом еще пару дней займет подготовка к штурму подвалов цитадели. Да и старик-сказитель уже давно просил узнать о прошлом Теренделев, ее прежнее убежище располагалось на юго-западе как раз в паре дней пути: вполне достаточное расстояние, чтобы проветрить голову и успокоиться. С другой стороны, Ферре не особо импонировало переться куда-то к дьяволу на рога ради посмертной памяти той, кого она даже толком не знала: всё их краткое знакомство свелось к нескольким секундам незадолго до гибели драконицы. "Есть еще варианты помедитировать или поплакать, - предложила она самой себе и тут же разубедила. - К сожалению, ни то, ни другое даже при рьяном желании в текущем состоянии не получится". Ко всему прочему из головы не шел Дейран со своей ванной. Словно гнилая вишенка на заплесневелом торте после всех вчерашних потрясений, граф умудрился добить ее затащенной в командорские апартаменты огромной купальней. В любой другой день этот жест был бы оценен по достоинству, но только не после разговора с... тем, о ком лучше не вспоминать. Нет, Ферра не отказалась от внезапного презента и даже не выгнала Дейрана взашей. Сдержанно поблагодарила без особого воодушевления - даже невзирая на игривый блеск в глазах Арендея, на его искреннюю и бескорыстную радость от одного факта, что он проявил заботу - естественно, с присущим ему размахом в финансовом отношении. Графу доставлял удовольствие сам процесс ухаживаний, оказание внимания командору - разумеется, совмещенные с абсолютным отрицанием своей романтической вовлеченности. Ему нравилось смущать Ферру. Искренне забавляло, когда она с одной стороны польщенная, а с другой - растерянная от такого напора пыталась что-то промямлить в ответ. Подбирала слова, чтобы пройти по тонкой грани: не оскорбить дарителя, но и не рассыпаться в благодарностях - что по сути означало сдаться на милость воздыхателя. Иногда Ферре казалось, что Дейрану гораздо больше нравится сама игра, нежели ее финальная цель. Со своей точки зрения она не находила эти пусть ненавязчивые, но целеустремленно-настойчивые ухаживания сколь-нибудь забавными; они немного угнетали ее, держали в напряжении. Не хотелось расстраивать графа резким отказом, поскольку она видела, сколько восторга он получает от воплощения своих затей. И всё же у Арендея не было ни единого шанса, поэтому Ферре казалось крайне нечестным держать графа в неведении и поощрять ложные надежды. Он значительно моложе, беспокойнее, развязнее... Да и внешне не ее типаж; что уж там, не легла бы с ним даже ради секса на одну ночь. С целью разовых утех уж лучше Якера в постель затащить - ах, какой фурор это произведет среди ее окружения! - да только по отношению к Якеру такой финт станет крайне несправедливым и жестоким. Да и не согласится Анкелли, если у него есть хоть крупица мозгов в пространстве между ушами. Словом, эта недосказанность с Дейраном затянулась, поскольку Ферра до сих пор трусливо не нашла нужных слов, чтобы расставить все точки над i и разрушить безнадежные чаяния графа. Но злость прошлым вечером была вызвана иной причиной. В некий жуткий момент ее пронзило осознание, что ровно ту же роль она сама играла в отношениях с Реджиллом. Столь же непрошенная, неуместная забота, которая не вызывает у объекта страсти ничего, кроме глухого раздражения и ощущения подневольных обязательств. Никаких ответных чувств, никаких шансов. И со стороны эти трепыхания смотрелись донельзя жалко. Мешок на тренажере для ударов треснул по шву под ее копьем. На песок посыпались опилки и вывалилась мятая тряпка. Ферра отшвырнула оружие. В Бездну всё! Надо разыскать Айву, пусть соберет остальных. Сначала к убежищу Теренделев, а потом - кто знает, может и до Иза тихонечко с отрядом доковыляет и малыми силами захватит, что уж теперь терять. Всё равно почти по пути. Как назло, погода начала портиться: на небе собирались темные, низкие облака, подул порывистый ветер. А юная драконица куда-то запропастилась. Ферра не нашла ее ни на рынке, ни на излюбленной крыше напротив таверны, ни в любом другом из ее обычных мест пребывания. Вероятно, гораздо быстрее известить самолично каждого напарника, нежели тратить время на передачу распоряжения такому ненадежному посыльному. Хотелось уйти раньше, чем непогода накроет Дрезен. Командор убила полчаса на тщетные поиски, рыская по городу. Единственным оставшимся местом возможного присутствия Айву являлась замковая кухня, но Ферра в последнюю очередь хотела бы ошиваться вокруг: через стену располагались покои параликтора. Впрочем, припасы перед вылазкой всё равно необходимо пополнить, и поесть когда-нибудь ей захочется... не умирать же теперь от голода только потому, что есть потенциальный шанс столкнуться с Диренжем. Рано или поздно он попадется на глаза. Конечно, лучше максимально поздно, нежели рано. Ферра свернула за угол и быстрыми шагами направилась к кухне. И тут дверь в комнату Реджилла медленно приоткрылась. Действуя по наитию, командор метнулась в темную нишу и затаилась: вдруг не заметит! Тут же пожалела о своем решении: гораздо больший конфуз случится, если он всё же обнаружит ее в нише. Еще чего доброго решит, что Ферра тут всю ночь простояла. Сердце заколотилось в груди. Состояние, близкое к панике. Ферра вовремя осознала, что этот хаос в голове следует незамедлительно пресечь на корню; не сама ли вчера заявляла, что подростковые реакции - не ее конёк? Командор стиснула зубы, отбросила глупое смятение и решительно вышла вперед. И сразу же обратно. Приоткрыв рот в замешательстве. Из комнаты параликтора выскользнула Айву, покрутила головой по сторонам и вприпрыжку понеслась по коридору. Дверь захлопнулась. Тут уже не выдержала Ферра и рысцой побежала следом за своим фамильяром. Какого демона?! Это же ее драконица! Она нагнала Айву у самой лестницы. - Эй! - Привет, Ферра! - Что ты делала у Реджилла? Айву не замедлила бег и на ходу решительно мотнула головой: - Не могу сказать, это секрет! - Айву! - сердито окликнула Ферра. Драконица припустила в два раза быстрее. - Нет-нет-нет! Он просил не говорить! И умчалась вниз по лестнице. Командор растерянно осталась стоять посреди коридора. И ведь не поставишь нахалку в угол - для начала ее нужно поймать и туда затащить, а это проблематично из-за разницы в весовых категориях. Ферра сжала кулаки в бессильном гневе: полнейший провал в амплуа воспитателя юных драконов. Живописный пик эмоционального шторма последних суток, где все реакции сводились к замкнутому кругу злость-обида-злость-обида. Командор до сих пор контролировала свое состояние, но с каждым новым внешним раздражителем ей всё труднее становилось удерживать себя в руках. Что теперь? Открыть с ноги дверь каморки и устроить разнос параликтору, что он тайно эксплуатирует ее фамильяра в неясных целях? В качестве мести начать ответно эксплуатировать Якера? Наверное, Анкелли оскорбится от знания, что командор считает его кем-то вроде фамильяра параликтора... Шантажировать Айву трехъярусным тортом? Плюнуть на всё и всех и в одиночку отправиться в поход - искать убежище крупной, мертвой, но не менее бестолковой драконицы? - Ферра. Она окаменела. Все мышцы в теле словно парализовало от этого низкого, рокочущего голоса за спиной. Долгая "Р" мягко и тягуче перекатывается на языке, потом медленно гаснет на выдохе. Звучит почти мурчаще в его исполнении. Он очень редко называет командора по имени, будто знает, какое влияние этот звук имеет на нее. - Не пришлось долго тебя искать, - спокойно уведомляет он, и Ферра даже вслепую может представить, как параликтор за ее спиной самодовольно кивает и добавляет. - Хорошо. Только не сейчас, только не здесь. Она обещала, что ничего не изменится: отношения перейдут в русло деловых, но, пожалуйста, не так скоро. Ей нужно время... Хочется сделать шаг вперед, еще шаг и трусливо сбежать вниз по лестнице следом за Айву, не глядя за спину. Но вместо этого Ферра медленно поворачивается. - Что ты хотел? Он выглядит как всегда невозмутимо. Руки сложены за спиной в замок, на лице привычное нечитаемо-нейтральное выражение. Как ни странно, его холодность отрезвила командора, убрала близкое к панике состояние. - Не здесь, - коротко отрезал Реджилл и окинул выразительным взглядом коридор. - Идем на крепостную стену, - столь же отрывисто отозвалась Ферра и кивнула в сторону лестницы. Снаружи дул пронзительный ветер; кожа мгновенно покрылась мурашками, и командор плотнее закуталась в плащ. Пришлось обойти башню, чтобы найти тихое место, где штормовые порывы не будут уносить слова. Тут же с подветренной стороны обнаружился небольшой навес с наваленной под ним горой тряпья: кажется, не особо ретивые часовые соорудили здесь подобие лёжки на случай скучных вахт. Параликтор презрительно оглядел груду одеял и мрачно посмотрел на Ферру. Та лишь с хмурым отрицанием качнула головой в ответ на безмолвную инкриминацию, отчетливо читаемую и без слов. "Ирабет смещать не буду, и не проси". Диренж молча пожал плечами: "Твое право". Было бы прекрасно и дальше ничего не говорить друг другу. Обмениваться скупыми, быстрыми жестами, как в бою. Страдать от недопонимания... скажем, кивнет командор на внутренний двор цитадели, призывая полюбоваться сверкающей броней Длани Наследницы, а параликтор возьми и прими это за призыв к действию: спрыгнет вниз со стены и тем самым закончит этот разговор. - Я думал над твоими обвинениями, - произнес Диренж, развеяв последние надежды командора. - Про то, что я подавляю желания, которые идут вразрез с представлениями об эффективном офицере, и что подобное угнетение не истребляет эти желания полностью. Потребность остается и, как следствие, может использоваться врагом как мое слабое место. Ферра скептически вздернула брови и скрестила руки на груди. Беседа принимала интересный оборот: если так пойдет дальше, то минут через пять параликтор встанет на одно колено и начнет признаваться в любви? Реджилл досадливо одернул плащ в попытке укрыться от ветра. Кажется, Ферра фатально ошиблась с выбором места для откровений - впрочем, чем быстрее они оба замерзнут, тем скорее эта пытка закончится. - Я не посчитал нужным сообщить тебе об одном инциденте, когда неустойчивый портал забросил нас в покинутую лабораторию Арилу Ворлеш. Разумеется, я был готов к любым сюрпризам, включая воздействие на разум, но маркером оказываемого магического влияния стал совершенно абсурдный морок. - В отличии от других, тебя окружала пустота, - задумчиво протянула Ферра. - Никаких признаков наколдованных миражей. Я думала, что в твоей ситуации так и было с самого начала... - Пяти секунд оказалось достаточно, чтобы распознать иллюзию и взять ситуацию под контроль, - сварливо огрызнулся Диренж. - О самом объекте я предпочел не распространяться, поскольку это - достаточно личное воспоминание. Неуместное для публичного упоминания. В глазах Ферры зажегся интерес. Она смерила параликтора оценивающим взглядом и с подчеркнутым нажимом уточнила: - И что же это был за объект? Реджилл опустил голову и сжал кончиками пальцев переносицу. После долгой, тяжелой паузы он на выдохе твердо произнес куда-то в сторону сапогов командора: - Мешок лакрицы. - Ч... прости, что?! - поперхнулась Ферра. Диренж поднял глаза и обстоятельно разъяснил, словно малому ребенку: как известно, объяснения малым детям содержат изрядную порцию раздражения вкупе с ощущением собственного интеллектуального превосходства. - Холщовый мешок. Около двадцати фунтов лакричных палочек. Волевым усилием Ферре удалось сдержать рвущееся наружу глупое хихиканье. Пытаясь сохранять серьезный тон, она попробовала прояснить: - Почему именно лакрица? Реджилл сухо поджал губы и неохотно отчитался. - В раннем детстве был инцидент: весьма любил эту сладость, и однажды, кхм, по стечению обстоятельств получил к ней неограниченный доступ. Два дня мучился животом. Несмотря на юный возраст, сделал соответствующие выводы и ограничил себя в лакрице. Но желание никуда не пропало - вопреки здравому смыслу. Даже невзирая на тяжкие последствия, иногда всё еще хочется лакричных палочек. Абсурдная прихоть, но тем не менее - повторяющаяся с завидной регулярностью. Реджилл вздохнул и устремил взгляд куда-то за горизонт. - В общем, вчера я думал об этих запретах, выставленных самому себе. И о демонической магии, которая смогла вытащить желания наружу, даже несмотря на предпринятые предосторожности. Параликтор задумчиво качнулся с пятки на носок и обратно. Потом посмотрел Ферре в глаза. - Сегодня утром я пошел к торговцу на рынке и купил три фунта лакрицы. Примерно столько, чтобы уж наверняка заболел живот. Командор внимала каждому слову, и многозначительная пауза показалась ей сущей пыткой. - Ну же, и что потом? - не выдержала она. Реджилл задумчиво скрестил руки на груди и медленно произнес: - После четвертой палочки я понял, что больше не хочу. Просто... не лезет. Тогда я позвал Айву и отдал ей остаток. И не испытал никаких сожалений, ни по единому поводу. Кроме того факта, что мои годами выстраиваемые ограничения могли разрешиться гораздо проще. Ферра прищурилась, руки сами собой сжались в кулаки - до боли в костяшках. Вероятно, ей следовало испытать некое сопереживание, даже сочувствие... в конце концов порадоваться волнующему открытию своего соратника, но вместо эмпатии она ощущала лишь клубящуюся внутри злость. - Занимательная история, - надменно произнесла командор. - То есть ты решил, что не так страшен бес, как его малюют, и наконец-то можно пуститься во все тяжкие? Так за этим не ко мне, а к Дейрану надо идти. Долгий, пристальный, тяжелый взгляд вместо ответа. Порыв ветра взметнул черный рыцарский плащ, яростно швырнул горсть снега в лицо. Реджилл не шевельнулся, даже не поморщился. В какой-то момент Ферре показалось, что параликтор сейчас развернется и молча уйдет, но вместо этого он просто коротко вымолвил - не спрашивая, а утверждая: - Обижаешься. Полагаю, имеешь право. Но я хотел сообщить, что готов принять... твое предложение, если оно еще в силе. Командор вздрогнула. Сердце застыло, пропустило удар и вновь застучало, как бешеное. Адреналин мощным всплеском насытил кровь, и каждое движение, каждая мельчайшая деталь вдруг стали ощутимее, четче, ярче. Мир будто сдвинулся с оси и неуловимо изменился в своей основе. А параликтор тем же нейтральным тоном продолжал: - Я не нашел никаких существенных минусов от сближения с тобой: все вероятные проблемы коснутся твоего положения, не моего. Наоборот, я лишь выигрываю во многих аспектах. Я не гонюсь за влиянием, но будет значимым подспорьем иметь непосредственное воздействие на принимаемые решения в текущей военной кампании. Ну и... - он опустил голову и будто обрисовал взглядом собственное тело. - Выцветание. Существует вероятность, что новый опыт его замедлит. Ферра молча смотрела на него и не находила слов, будто их начисто вымел из головы очередной ураганный порыв. В горле пересохло. А сжатые кулаки всё не расслаблялись, ногти лишь сильнее врезались в ладони. Буря надвигалась на Дрезен, ее порывы яростно штурмовали крепостную стену. Пронизывающий шквальный ветер рвал полы плаща Реджилла, безжалостно трепал поседевшие волосы. Но фигура в черной броне оставалась неподвижна, будто обсидиановая статуя - ветер скорее искрошит камень, чем повалит наземь. С бесстрастным выражением он ожидал ее вердикт. Командор сжала губы и глубоко, прерывисто вздохнула. Голос прозвучал низко и глухо, будто каждое произнесенное слово причиняло ей боль. - Надеюсь, ты понимаешь, что только унизишь меня, если твое решение - всего лишь компромисс. Принятый, исходя из жалости, а не согласно твоему собственному желанию. Диренж медленно кивнул: - Я не намерен вводить тебя в заблуждение, да ты и сама вряд ли в таковом пребываешь. Эту… возникшую между нами ситуацию следует разрешить с двусторонней пользой. Мои чувства сводятся к любопытству, рациональной выгоде и... в некоторой степени к восхищению, подобному гордости за лучших офицеров в подчиненном мне капитуле. Не будет страсти, не будет пылких порывов, не будет оранжереи диковинных цветов в зале совета. Также не будет лжи и лицемерия. Я не испытываю тяги к удовлетворению сексуальных потребностей... несмотря на то, что не могу отрицать некоторый интерес к тебе. Особенно... кхм, когда ты находишься в форме, соответствующей моим размерам. - Не давить и не набрасываться на тебя в порыве похоти, всё понятно, - с напускной серьезностью кивнула Ферра. - Целоваться только по заблаговременному письменному уведомлению, после подробного рассмотрения и одобрения запроса. С объятиями мы вроде бы вопрос уже поднимали и успешно разрешили... Ферра ощутила, будто в один момент исчезло затянувшееся многотонное давление, и она наконец-то может свободно дышать, выпрямиться в полный рост и даже выше, до самого неба. Она глуповато рассмеялась от нахлынувшего облегчения и невинно пожала плечами: - Что ж, я согласна! Реджилл значимо кивнул без тени улыбки, будто они и вправду заключили некий взаимный пакт о переводе отношений на иной уровень. - Я не могу обещать, что удовлетворю твои запросы в полной мере, поскольку считаю наигранность недопустимой. Но со своей стороны обещаю... не препятствовать собственным порывам, если таковые возникнут. - Памятуя каждый раз о мешке с лакрицей, - подмигнула Ферра. Реджилл отрицательно качнул головой. - Из этой ситуации я вынес двойственные выводы. Я не буду ставить себе ограничения. Но есть вероятность, что ты сама пресытишься после пары съеденных конфет и не захочешь больше. На миг Ферра застыла, задумалась. Замечание больно зацепило, стерло простодушную улыбку и почти растопило нахлынувшую эйфорию. Реджилл снова был прав. Возможно, стоило пересмотреть собственные эмоциональные реакции: если вдруг его слова разрывают сердце, то только из-за обжигающей, хлесткой правды, которую она сама не готова принять. Его жестокость как маркер ее самообмана. - Я не знаю, что будет завтра: выживем ли мы оба, - глухо вымолвила командор. - Я даже не представляю, что делать теперь, как себя вести... Взяться за руки? Упасть друг к другу в объятия? Скрепить союз торжественным рукопожатием? Начало положено, но я не представляю, с какой ноги начать идти по этому пути и куда вообще вырулит дорога. Она тихо вздохнула, покачала головой и снова мягко улыбнулась: - Но это ведь не важно... Главное, что есть свобода самим выбирать и скорость, и курс, и пейзаж окружения. - Пейзаж я предпочел бы сменить, пока меня не унесло со стены в сторону нумерийских равнин, - мрачно заметил параликтор. - И в самом деле... - виновато пробормотала Ферра, поежилась от пронизывающего ветра и развернулась к ведущей вниз лестнице. Излишне поспешно - отчасти, чтобы сгладить обуявшую ее неловкость. Бывало и раньше ей признавались в чувствах - от мимолетной симпатии до сокрушительно настигшей любви - но после изъяснений, как правило, следовал некий физический контакт. Порой в виде нежного поцелуя, однажды сразу в форме бурного секса, как-то раз точку поставила пощечина наглецу. Что делать сейчас она не представляла, а Реджилл не особо стремился проявить инициативу. "Тактическое отступление", - объявила командор сама себе. Перегруппировка мыслей пойдет ей на пользу. Они спустились по винтовой лестнице обратно в коридор цитадели. Ферра - на пару шагов впереди, соблюдая предупредительную дистанцию. "Уж не бежишь ли ты, командор?" По анфиладе пошли бок о бок, рядом. Пожалуй, так было привычнее. - Намедни ты говорил, что в Челиаксе улаживают все конфликты до дня солнцестояния, до начала Дней Гнева, - заметила Ферра и по-доброму усмехнулась. - Пожалуй, я могу лишь порадоваться, что ты как верный сын своей страны чтишь народные традиции. - И в мыслях не имел... - чуть обескураженно произнес Реджилл и пространно добавил: - Простое совпадение. - Которое сберегло мне немало нервов, - пробормотала командор. - Асмодея, что ли, за это восславить... - Дни Гнева не имеют отношения к религии, это светский праздник, - поправил Диренж. Ферра покосилась на него и спросила: - У вас в ордене его отмечают? Все-таки корни рыцарей Преисподней проистекают из Челиакса. - Не с таким размахом. Посредственно, - параликтор покачал ладонью из стороны в сторону. - Если дислокация капитула и внешняя обстановка позволяют, младшие офицеры по собственной инициативе порой организуют турниры. Я не запрещаю, поскольку соревнования помогают выявить сильнейших воинов, повышают сплоченность и боевой дух. Но обычно не присутствую при состязаниях: отборочные бои занимают почти весь день, и я предпочитаю избегать обязанностей судьи. Всегда находятся те, кто справится лучше и получит больше удовольствия от процесса. - А сейчас в Дрезене что-то намечается? - с интересом спросила Ферра. - Я бы хотела посмотреть! - Сегодня после полудня должны начаться первые поединки. Послезавтра, к концу солнцестояния, пройдут финальные бои, - просветил Реджилл. - Желаешь присутствовать? Командор кивнула. - Отличная возможность подсмотреть боевые приемы и дуэльную тактику. Параликтор снисходительно хмыкнул: - Подавляющая часть этих стычек сводится к тому, что солдаты сцепляются в обнимку один на один и стараются повалить друг друга; в лучшем случае - лупануть мечом по спине или шлему противника, не выпуская его из объятий, как получится. По-настоящему интересные схватки происходят редко. А выиграет турнир в очередной раз Томек. Если бы в ордене раздавали баронские титулы, как в финале Дней Гнева при императорском дворе, то Томек давно бы сшил себе целое графство из земных наделов. - Кажется, в этом году возможны изменения традиций, - протяжно заметила Ферра и заговорщицки призналась. - Я немного потрепала Томека в утреннем спарринге... Параликтор остановился и воззрился на командора снизу вверх. - Ты хочешь сказать, что в наплыве дурного настроения из-за нашей вчерашней беседы ты поднялась спозаранку и успела покалечить лучшего бойца моего капитула? - подозрительно осведомился он. - Не люблю сидеть без дела, - развела руками командор, изо всех сил пытаясь сохранить серьезный тон. Параликтор вздохнул. - Пожалуй, стоит выразить благодарность Томеку, что он принял удар на себя вместо старшего офицера. - Определенно, - торжественно кивнула Ферра. Реджилл лучше знал эту игру: в отличие от командора, ирония удавалась ему без тени улыбки, но все же тон ощутимо смягчался, становился ниже и тягучее. А в глазах искрились задорные огоньки. Ферре доставляло удовольствие наблюдать за Реджиллом в таком настроении, он напоминал ей серый вулканический пепел, под которым бурлят потоки раскаленной лавы. Вздернутый в ухмылке уголок губ - как трещина в твердой корке, откуда на миг проглядывает огненный всплеск и тут же вновь застывает в каменной породе. Словно отблеск истинного, настоящего Реджилла - до того, как он заживо заковал сам себя в монолитную броню ограничений и запретов. Его бровь вопросительно дрогнула, и Ферра осознала, что уже некоторое время задумчиво рассматривает мужчину перед собой, а на губах ее замерла мечтательная улыбка. Реджилл смотрел на нее с интересом, со снисходительным любопытством, будто размышлял, чему посвящены мысли Ферры. - Сегодня в шесть, в орденском квартале, - объявил он. - Раньше солдаты вряд ли успеют соорудить подобие трибуны для высшего командного состава. Против воли на лицо Ферры наползла неудержимая улыбка от уха до уха. - Можно считать это свиданием? - уточнила она. На лице параликтора мелькнула тревога, граничащая со смятением. - Я... не готов дать этой встрече подобную характеристику, - вывернулся он и глухо кашлянул в попытке выровнять голос. Потом прищурился и возмущенно догадался: - Дразнишься... Ферра самодовольно кивнула и улыбнулась, словно сытая кошка. - Можем обойтись без традиционных ухаживаний, - уведомила она. - Вещизмом я не страдаю, баллады в мою честь складывать не стоит, романтическим сюрпризам предпочитаю более практичные ценности. В общем, можешь приходить с пустыми руками и не в парадной форме - я не обижусь. - Отрадно слышать, - протянул Реджилл, и командор вдруг осознала, что он вообще не задумывался о некоторых формальных обязательствах и ритуальных жестах, налагаемых общественными традициями на мужчину в паре. Благо, Ферра давно вышла из возраста, когда подобные условности имели для нее хоть какое-то значение, но видеть растерянность параликтора... она просто не могла отказать себе в подобном редком удовольствии. - Хорошо, буду в шесть, - оповестила Ферра и отошла всё с той же довольной улыбкой, игриво покачивая бедрами. Сердце пело, а душа налилась силой и светом, способными поспорить с притоком мифической мощи. Если бы сейчас на пути встал Бафомет или Дескари, она сокрушила бы их щелчком пальцев, потому что ничто и никто не посмеет помешать ее свиданию с параликтором.