Чем меньше спишь - тем больше знаешь!

Недовольно поджав губы и прищурив единственный глаз, Фьюри подождал, пока опоздавшие Старк и Роджерс займут свои места и продолжил инструктаж. Было видно, что Стив нервничал из-за опоздания, а Старк… Ну, это Старк. Его ничем не прошибить. На протяжении всего рассказа Директора Роджерс ерзал на месте, вскидывал глаза на Тони и тут же опускал, краснел и старательно ни на кого не смотрел. Тони был его полной противоположностью: вальяжно развалившись на стуле, он, полуприкрыв глаза, чуть ли не дремал с удовлетворенной улыбкой на губах. У заметившей это Хилл в глазах появился недобрый блеск; Фьюри недовольно поморщился; Романофф – скорбно поджала губы и покачала головой; Беннер – покраснел, как помидор и отвел взгляд; Тор, широко улыбнувшись, одобрительно похлопал Старка по плечу; Коулсон был невозмутим, как Сфинкс, а Клинт расплылся в широкой улыбке и намекающее подвигал бровями, окончательно вгоняя бедного Роджерса в краску. Однако замечаний им не сделали. Никто. По одной очень простой причине: приведя в порядок свою личную жизнь, Старк стал другим человеком! Довольный жизнью и самим собой, он перестал изливать на окружающих немереные запасы своего сарказма. Ограничил до минимума лекции на тему глупости окружающих. Стал подчиняться командам Капитана. Даже посещал собрания акционеров и вел себя почти вежливо! Пеппер была готова молиться на Стива, в ее глазах ясно читалась мысль, что знай она о последствиях раньше, Капитан давно был бы преподнесен Тони в подарочной упаковке с бантом. Хотя Кэпа было немного жаль – судя по всему, любвеобильный Тони совсем его заездил, к тому же, именно Роджерс стал невинной жертвой пристального внимания Старка и его шуток. Чего стоил тот звонок телефона на днях, когда прочувствованную речь Ника перебил низкий, долгий мужской стон и сказанные задыхающимся голосом слова: «Да, детка, возьми… возьми меня… давай…» Стив тогда сначала покраснел, а уж когда понял, что ЭТО раздается из его кармана… Всем показалось, что пора вызывать пожарных. Надрывающийся телефон был извлечен двумя пальцами, как нечто очень гадкое или ядовитое и тут же уничтожен путем раздавливания в кулаке. Бартон тогда не смог сдержать громкий хохот, а Тони расплылся в такой широкой ухмылке, что у Романофф возникло о-о-очень горячее желание прибить этого шутника. Но было нельзя. * * * Спрятавшись на верхней полке Богом забытой кладовки за батареей каких-то бидонов, Клинт отсчитывал минуты до начала очередного совещания. Проскользнуть туда незаметно он сумеет, а потом Хилл будет слишком занята новыми инструкциями, чтобы разворачивать на него очередную охоту. За что, спрашивается?! Правда, Фил расстроится и огорчится, а когда это случается, он становится особенно внимателен к деталям. Предчувствуя пристальное, и очень, очень… очень долгое внимание старшего агента, Бартон заерзал, старясь найти более удобную позу. После мыслей про Фила лежать в прежней позе стало резко некомфортно. На его счастье, это удалось сделать прежде, чем распахнулась дверь, и в кладовку протиснулись две фигуры. Щелкнул выключатель, и под потолком вспыхнула тусклая лампа. Обругав Локи почем зря, Клинт замер, стараясь ничем себя не выдать. Правда, когда он понял, что перед ним Старк и Роджерс, о своем решении пожалел, да уже было слишком поздно, чтобы заявлять о своем присутствии. А затем искушение узнать чей-то секрет пересилило слабые моральные принципы. - Стив, а может, не надо, а? – первые же слова Старка, сказанные умоляющим тоном, убедили тайного свидетеля в своей правоте. Правда, когда прозвучали следующие, Клинт уже почти дернулся обозначить свое присутствие, но опоздал. - Тони, мы быстренько, - тихим шепотом, от которого ответил Роджерс, тяжело наваливаясь на этого… и целуя так, что Бартона бросило в жар. - Стив, ты – маньяк, - обреченным тоном констатировал Старк. – Я создал монстра. Мы же это уже делали. Четыре раза ночью, один раз – утром в душе, один раз – на террасе, перед вылетом, сейчас… Еще середина дня! А до того? Черт, да ты меня как-то нагнул даже в кабинете Хилл! Нет, я рад, что влетело Хоукаю, но где и когда тебе в следующий раз приспичит?! В кабинете Фьюри?! - Тш-ш-ш, Тони, чем больше ты возмущаешься, тем меньше времени у нас остается, - с тихим смешком заметил Роджерс, разворачивая Старка лицом к стене и жестко вклинивая бедро между его ног. От понимания того, что сейчас увидит, Бартона тяжело сглотнул, но он четко отдавал себе отчет, что если эти двое узнают о его присутствии, то его хладный труп не найдет никто и никогда. Да и… Никогда не считая себя вуайеристом, Клинт сгорал от любопытства: насколько сильно отличается действительность от вымысла. А события внизу стремительно набирали оборот. Сбив несколько пластиковых бутылок неизвестно с чем, упали на полку обе перчатки Кэпа. Звук расстегиваемого ремня, шорох молнии, шуршание одежды и низкий глухой стон. Стараясь дышать ртом, чтобы не выдать себя слишком шумным сопением, Клинт очень осторожно подвинул в стороны два бидона, расширяя себе обзорную щель. И тут же едва не подавился слюной: джинсы Старка уже болтались вместе с бельем возле щиколоток, а сам он, стоя на каком-то ящичке, прогнувшись в пояснице, вжимался бедрами в пах Стива. - А растяжка…? – задыхающимся голосом пробормотал Тони. - Зачем? – напряженным голосом отозвался Роджерс, потихоньку проталкивая член внутрь и придерживая Старка за бедро. – Ты все еще открытый, и даже влажный… Со своего насеста Клинту была видна только спина Роджерса и немного – голова и плечо Старка. Но и этого хватало. Тихие скрип ящика в такт глубоким, резким толчкам, хлюпающий звук, с которым Стив ласкал свободной рукой член Тони, шумное дыхание самого Старка, упиравшегося лбом во вторую руку Стива, которой тот оперся на стену перед его лицом, и изредка вырывающиеся стоны у обоих... Бартон не изменял Филу, но сейчас в кладовке стало невозможно находиться – все пространство заполняли жар и возбуждение. Перекатившись на спину, он насколько мог тихо расстегнул молнию на костюме и высвободил из штанов изнывающий от возбуждения член. Ему не обязательно было видеть: достаточно слышать сорвавшегося на тихие постанывания Тони, шлепки голой кожи о кожу, чавкающие влажные звуки, с которым Стив ласкал член Старка. - С-стив… с-с-овещание… - слабо простонал Тони. - Тогда сам, - предложил на это только чуть запыхавшимся голосом Роджерс. Уже не заботясь о сохранении своего присутствия в тайне, Клинт повернул голову набок и увидел, как Кэп убрал вторую руку из-под головы Тони и опустил ее вниз, чтобы жестко ухватить того за бедра. Будто примериваясь, Стив замер на несколько секунд, а потом сильно толкнулся вперед и чуть вверх. И еще раз. И опять. От этих быстрых движений Старк сорвался на громкие, несдержанные стоны, от которых у Клинта выступила испарина и поджались яйца. А потом они резко прекратились, сменившись на громкое сопение и глухое мычание. Повернув голову, Бартон сквозь пелену подступившего оргазма увидел, как Стив отнял одну руку от бедра Тони и попросту зажал тому рот, продолжая быстро и жестко трахать. Влажные хлюпающие звуки стали совсем уж частыми, а потом раздался долгий выдох, сменившийся в конце негромким постаныванием. Скрючившись на своем месте, Клинт вяло подумал, что если сейчас кто-нибудь из этих двоих прислушается, то точно услышит стук его сердца. - Тони… ты как? – наконец, раздался шепот Стива. - Твою мать! Роджерс! Чтоб тебе импотентом стать! – неожиданно раздраженно ответил на это Тони. – Какого хрена ты вечно резинку забываешь?! Я их уже столько напихал и в твои, и в свои карманы. Что у тебя за идиотская привычка кончать в меня? Опять мне на этом долбанном совещании придется постараться, чтобы из меня не натекло! Едва услышав эти слова, Клинт чуть не рассмеялся в голос: они-то все думали, что этот чертов Старк просто напросто самодовольно кайфует, а он… Клинту пришлось закусить кулак, так как он припомнил, что обычно Тони и впрямь сидит неподвижно. Да и по базе мелькать стал вдвое меньше… Ну, Кэп, ну, тихоня! А от следующих слов Роджерса едва не подавился собственной слюной, вытаращив глаза. - Зато ты всегда открытый, влажный и готовый. Да ладно, ты же вместе с презервативами и салфетки носишь. Сейчас вытру, и все в порядке будет. И на совещание почти не опоздаем. И тут… Раздался щелчок замка, дверь распахнулась, впуская яркий свет ламп, и полный ледяного превосходства голос воскликнул, заставляя Клинта дернуться от неожиданности и сбить на пол один из бидонов, за которыми он прятался. - Агент Бартон, если вы думаете, что я не найду вашего убежища… - к концу фразы голос становился все тише и неуверенней. Замерла Хилл, растеряв свою невозмутимость. Замерли за ее спиной Романофф и Тор, вытаращив глаза и открыв рот. Замер Бартон, чья взъерошенная голова виднелась в просвете между бидонами. Замер Роджерс, застигнутый присевшим на корточки перед Тони, с расстегнутыми штанами и с влажной салфеткой в руке. Замер даже Старк, все еще стоявший на каком-то ящичке со спущенными джинсами и бельем. Хорошо еще, что самые громко говорящие следы Стив успел стереть, однако картина других толкований не допускала. Краснея, Роджерс распрямился и повернулся к случайным зрителям спиной, загораживая собой Тони, и принялся приводить себя в порядок. Тем же самым занялся и Старк. Выйдя в коридор, Тони окинул нечитаемым взглядом собравшихся, выхватил из кармана упаковку влажных салфеток, точным броском отправил ее к Бартону на полку и удовлетворенно вздохнул. - Вот видишь, Кэп, я же говорил, что кладовка – отстой. В кабинете у Хилл этим заниматься намного удобнее. А если тебе так уж приспичит, можем опробовать стол Фьюри.