Нерешённый

      Прошло чуть больше недели. В агентстве всё спокойно, если не считать загруженности ребят: репетиции, занятия в тренажёрном зале, занятия по вокалу. Рэп-лайн, как обычно, зависал на студии, вокал-лайн — а чем занимался вокал-лайн?       — Хэй, Чон? Ты хоть вернёшься? — крикнул Джин в спину Чонгуку. Тот уже давно скрылся за дверью репетиционного зала. Всего минута прошла, как Чонгук отвлёкся, а его девочка куда-то испарилась.       — Почему ушла? — парень по-хозяйски зашёл в кабинет девушки и закрыл за собой дверь на ключ. Нами сидела за столом.       — В зале слишком холодно, — ответила Нами.       — Чего не сказала? Мы бы выключили кондиционер, — не спеша, Чон стал проходить вглубь кабинета.       — Но вам ведь жарко, поэтому и не стала напрягать, — девушка что-то печатала в планшете, не поднимая головы.       — Я принесу в следующий раз плед или выключай, когда тебе понадобится.       — Хорошо. Это всё? Мне надо поработать, — Нами подняла глаза, на уже подошедшего парня.       — Тебе всё ещё холодно. Есть что накинуть сейчас? Или я могу помочь? — Чон развернул кожаное кресло Нами. Прищурив глаза, навис над девушкой и языком провёл по внутренней части щеки. Девушка приспустила свои очки для зрения и с ухмылкой глянула на парня.       — Ты такая сексуальная, в этих блядских очках! — прорычал Чонгук, — да и с образом каким ещё. Может научишь меня русским словам? — закусив нижнюю губу, парень подхватил Нами, усадил ту на стол и пристально посмотрел в глаза напротив. Пальцами подцепил края юбки-карандаш, провёл языком по нежной шее девушки. Оголив бёдра девушки, сначала нежно поглаживая, а затем сжимая их, развёл той ноги и пристроился между ними.       — Мм, чулки, детка… — проныл Чонгук. Нами от неожиданности схватилась на крепкие плечи Чонгука и томно шепнула тому на ушко на русском: «Конечно, малыш, научу». У Чона кожа покрылась пупырками от возбуждения. Он так давно не прикасался к своей девочке. Все эти тренировки, записи, выступления. Домой парень приходил весь измотанный и всё что мог, это сразу плюхнуться в постель и уснуть. Переезд Нами в домик для гостей перенесли на период, когда Чонгук будет более менее свободен. Всю эту неделю парень хоть и уставал, но засыпал и просыпался с мыслями о Нами и её сексуальной попке. В самые ненужные моменты Чон так возбуждался, что член колом стоял и отказывался опускаться.       — Какая прекрасная красная рубашка и как ужасно, что она на тебе! — темноволосый не торопясь стал расстёгивать пуговицы одна за другой.       — Гук-и, может это не совсем то место, где стоит этим заниматься? — девушка закусила нижнюю губу и глазами оленёнка посмотрела на парня. А сама желала, чтобы тот не останавливался       — Малыш, не издевайся, ладно? — проговорил тот в самые губы девушки. Нами всей своей уже насквозь мокрой промежностью чувствовала возбуждение Чонгука. Парень был в спортивных штанах и чёрной футболке. И до одури сексуальным прямо сейчас. Чон сорвал, наконец, рубашку и его взгляд упал на прекрасный бюст девушки.              — Чёрное! Фак, Нами! — парень грубо впился в губы напротив, протолкнулся внутрь и переплёл языки обоих. Чонгук то нежно, то дико цеплялся за тело Нами. Та, не сдерживая себя, постанывала в губы парню. Пошло, мокро, сексуально от кончиков пальцев на ногах до кончиков волос на голове. Нами, не хотя, ладонями отталкивает от себя Чона. У того глаза затуманенные, как будто пьяные. Девушка снимает с парня футболку, а затем стягивает спортивные штаны вместе с серыми боксёрами. Чонгук заинтересованно смотрит на Нами, хитро улыбаясь глазами. Девушка толкает темноволосого на своё кресло, а сама становится на колени. Её взору открывается прекрасный член Чона, из которого уже сочится природная смазка. Девушка нежно обхватывает ствол рукой, медленно проводит верх-вниз, чтобы смазка полностью растеклась по члену и облизывает пересохшие губы. От таких действий, Чон тихо сходит с ума (или не тихо). Парень хватается за ручки кресла, издаёт приглушенный стон и откидывает голову на спинку. Нами обхватывает своими пухлыми губками головку члена и начинает посасывать, словно Чупа-чупс со вкусом вишни. Помогая при этом рукой, проводит по стволу туда-сюда. Девушка языком проходит по всем венкам члена, звонко причмокивая.       — Твою мать, Нами! Что ты творишь! Ах, не останавливайся, пожалуйста, — рычит Чон и глухо стонет куда-то в потолок. Не выдерживая такого приятного насилия над своим членом, Чонгук аккуратно перехватывает плоть из рук девушки.       — Достаточно, малышка, — шепчет тот. Чонгук приподнимается. Одной рукой притягивает к себе девчушку и затягивает в жадный поцелуй. Свободной — начинает блуждать по внутренней стороне бедра. Средним пальцем проводит по мокрым трусикам девушки, затрагивая комочек нервов. Нами громко стонет, прикусывая мочку уха Чонгука.       — Любишь кусаться? — оскалился парень.       — Мг, — промычала светло-русая. Чонгук рывком разворачивает Нами к столу, нежно надавливая на спину, ставит её в локтевую позу. Чон начинает усыпать спину девушки поцелуями, медленно спускаясь к кромке нижнего белья. Он руками обхватывает бёдра девушки, зубами цепляет чёрные, такие сексуальные трусики и снимает их с Нами. Рукой, Чон ещё раз проводить по мокрым складочкам между ног девушки. Нами ахает и стонет, сжимая руки в кулаки.       — Такая влажная, такая мокрая, такая моя девочка, — приговаривал Чон, а сам уже готов был кончить только от одного её вида. Нами заходилась от удовольствия и переполненных чувств: там, где он касался, по коже словно бежали электрические искорки, вот-вот и она готова будет воспламенится от таких жарких прикосновений. Чон снова целует где-то в районе лопаток девушки и аккуратно приставляет свой горячий член. Играется. А стоит ли, Чон Чонгук? Не выдерживая, Чон рывком вставляет до упора и начинает медленно двигаться. Оба, в унисон, издают громкий стон, а Нами от неожиданности ещё и вскрикивает.       — Прости, родная, прости. Я так. Тебя. Хочу. Безумно. — выделяя каждое слово, стонет Чон. Чон наматывает на кулак длинные волосы Нами и притягивает её к себе. Нежно покусывает скулу, переходит на шею, которая уже мурашками покрылась от ласк Чона, плечо. Нами плавиться, как ванильный пломбир, на солнце. Её тело, как будто покрыто мелкими иголочками от возбуждения и желания. Она не желает, чтобы Чонгук останавливался.       — Ещё! Глубже! Прошу! — еле выговаривает та. Чон опускает одну руку на клитор девушки и начинает в такт толчкам массировать его. Нами сносит крышу. Девушка не слышит ничего вокруг, белый шум в ушах, только тихие стоны парня над ухом девушки отрезвляют её разум. Мокро, пошло, прекрасно. Чонгук ускоряется. Нами на пике. Раз-два - сердце выпрыгивает из груди, три-четыре — воздуха катастрофически не хватает, пять-шесть и девушка кончает, громко простонав имя парня. Чонгук следом выскальзывает из девушки и кончает на пол, издавая тихий рык.       — Чёрт, Нами. Я не выдержу больше таких мучений и долгих прелюдий, если ты каждый день будешь расхаживать в таком виде передо мной — переведя дыхание, высказался Чонгук. Девушка лишь улыбнулась. Ей было невероятно приятно слышать такое от Чона.       Оба ещё долго восстанавливали сбитое и частое дыхание. Темноволосый быстро оделся сам и помог справиться с одежной Нами. Чонгук провёл своим взглядом по девушке: растрёпанные волосы, запотевшие очки, еле стоит на ногах, но такая до одури сексуальная. Чон схватился за, так предательски подставший снова, член:       — Блять! Малышка, прости! Но мне стоит уйти, иначе будет второй заход. Чонгук затягивает в мокрый поцелуй Нами, нежно кусает за нижню губу и отстраняется.       — Через неделю, вроде как, будет посвободнее график. Я попрошу хёнов и мы поможем тебе перебраться к нам, — парень стоял в дверях и собирался уже уходить.       — Чон, ты точно уверен?       — Лим Нами, я еще никогда не был так уверен, как сейчас, — звонко пропев, Чон посылает воздушны поцелуй девушке и скрывается за дверью.       Нами улыбнулась уголками рта и внутри ощутила неимоверное счастье.       Может быть стоило отпустить все сомнения, чтобы оно пришло?