Виридиан

— Кровавый парень, а куда мы идём? — спросил зелёноволосый мальчик с маской кролика на лице. — В торговый квартал, — ответил рыжеволосый с маской лиса на лице. — А зачем? — Тебе за одеждой, — холодно отчеканил Мирай. Две тёмные фигуры шли по тёмным переулкам, быстро и ловко перепрыгивая с одной крыши на другую; резко спускаясь и поворачивая в нужные переулки, а затем поднимаясь на небольшие здания и снова спускаясь в тёмные мрачные переулки. Так они двигались словно бы беспорядочно, но при этом Мирай придерживался точной траектории, и не сворачивал с нужного пути, и всё для того, чтобы в конце упереться в тупик… грязный, сырой, вообще ничем не примечательный тупик. С обоих сторон стоят мусорные баки, и чёрные мешки в нём забитые под завязку, словно никто этот мусор никогда не убирал, и убирать не собирался. И мусор валяется вокруг, захламляя проулок, просто потому что люди всё равно кидают его сюда по привычке. Лисья маска подошла к углу тупика и, ритмично постучав три раза, сделала шаг назад. Маленький кусочек стены отодвинулся в сторону, а из сделанного окошка показалась маска енота. — Как дела в Токео? — раздался из-под маски енота тихий, но отчётливый женский голос. Не смортя на то что трущёбы весьма популярны у преступников, злодеев и небогатой части населения Японии, здесь также есть свой собственный небольшой рынок, который местные жители называют ТОРГОВЫЙ КВАРТАЛ. Разделяется он на несколько секций: первая секция — или как её ещё называли «магазин», располагается на поверхности и представляет из себя небольшую улицу с парочкой ларьков, в них можно купить еду или предметы первой необходимости. вторая секция — располагается в тёмном переулке недалеко от «магазина» и представляет из себя огромное открытое помещение длиной в километр. Там находятся магазины, торгующие специальной одеждой; оружием, любого типа и на любой вкус; запретными веществами, начиная от наркотиков и заканчивая ядами; обычной канцелярия; а также рабами на любой вкус, возраст, пол, причуду и особенности; а ещё, что весьма удивительно — здесь так же есть магазинчики для самоубийц… И последняя третья секция — самая ужасная из всех. Здесь торгуют жизнью. Если рабы — это люди которых похители и заставили работать на себя, то в третью секцию приходят те, кто хочет служить могущественному покровителю; здесь располагаются такие организации как портовая мафия, они растят и воспитывают превосходных наёмных убийц и первоклассных соблазнителей. Но их обучение настолько сурово, что люди, пришедшие сюда, тысячу раз пожалели, что сделали такой выбор… Но помимо обычных секций, войти в которую может каждый, существует в подпольном мире одна очень влиятельная организация, войти в которую могут только самый поганый отморозки, и имя ей — Чёрная зона. Там растят первоклассный товар. — Погода была ужасная, но еда там была прекрасная, — вытянув зелёноволосого из раздумий раздался такой же тихий, но знакомый голос Мирая. Маленькое окошечко вернулось назад в своё положение вновь становясь обычной стеной. Прозвучал щелчок и канализационный люк рядом с ними самостоятельно отодвинулся и две фигуры быстренько скользнули в туннель спускаясь по железной лестнице. Через пять минут спустившись в самый низ они перешли в длинный, освещаемый факелами туннель, в котором отдалённо слышались голоса, и чем дальше они шли по нему, тем громче и отчётливее они становились. В конце туннеля их ждал яркий свет, и голоса перешли в настоящий гул — они вышли на «главную улицу» чёрного рынка. Увы, для того чтобы добраться до пункта назначения, а именно – магазин одежды, им придётся пройти так называемый «Район красных фонарей», где продают рабов. Стараясь не привлекать внимания двое мальчишек шли по оживлённым улицам торгового квартала второй секции. Изуку невольно сьёжился, пытаясь не глазеть на проходящих мимо него людей в белых керамических масках зверей. В торговом квартале за всё это время Изуку бывал лишь пять раз. И повторять опыт первого раза он не очень-то и хотел. Потому, ускорив шаг, Изуку старался не отставать от своего названного брата идя с ним нога в ногу. И вот, впереди виднеются красные фонари — зона работорговли началась. Изуку старательно пытается сдержать отвращение, гнев и безысходность смотря на бедных людей, закованных в цепи, с ужасными ранами. Изуку приблизился к брату, чуть ли не прижавшись к нему. Здесь столько невиновных людей, которых герои не смогли спасти, да что уж там, скорее всего многие герои даже и не в курсе происходящего здесь ужаса. Быстро помотав головой, зелёноволосый мальчик попытался отогнать мрачные и не нужные мысли куда подальше, и вместо этого стал внимательно следить за обстановкой вокруг. Проходя мимо ещё одного ларька с рабами их остановила пожилая старуха. — Ой? Кого я вижу… да это же сам кровавый парень!!! — мерзким скрипучим голосом проговорила седоволосая некрасивая старуха. Изуку скривился от этого голоса и быстро скользнул взглядом по Мираю. Тот даже через маску выглядел напряжённым и раздражённым. — Чего тебе? — чуть ли не рыча выплюнул рыжеволосый. Заслонив спиной своего зелёноволосого протеже. — Ну зачем же так грубо разговаривать со старыми знакомыми? Разве этому я тебя учила? — притворно сладким и нежным голосом прохрипела старуха и перевела свой взгляд за спину Мирайя. — Я вижу ты завёл себе раба. Хочешь я куплю его? Я предложу за него неплохую сумму… как старому другу. Изуку мигом наполнило отвращение, страх и гнев. Он успел привязаться к Мираю, и он не мог не понять на сколько большой обузой стал для своего названного брата… Но помимо этого, что-то кольнула его сознание — какая-то непонятная яркая вспышка воспоминаний, которая сразу же вновь исчезла в небытие. Что это? — Он не раб! И он не продаётся! — зарычал на старуху Мирай. Изуку вздрогнул, выходя из раздумий от тона Нии-сана. — Да? Ну это можно исправить! Я могу купить его у тебя за 50 000 Йен. Сойдёт? — полностью игнорируя злость и раздражение Мирая, продолжила старуха. — Да пошла ты, старая кошёлка! Я тебе уже сказал, что он не раб, и ни за что им не станет, и он, чёрт возьми, не продаётся! — рыкнул рыжеволосый и, схватив Изуку за руку, попытался уйти подальше от этого древнего чудовища. Сердце зелёноволосого наполнилось непонятным теплом. «Неужели Мирай дорожит мной?» — Не уж-то 50 000 Йен недостаточно?! Что же делает его таким необыкновенным, лапулечка? Хорошо, может тогда продашь его за 80 000 Йен? Но учти – это последнее предложение!!! — вновь раздался скрипучий голос старухи. Мирай резко развернулся. — Даже не смей и думать о нём! На гнев рыжеволосого старуха лишь посмеялась, продолжив: — Да чего же ты такой злой? Ты же и сам когда-то был моим маленьким рабом! Неужели ты не вспоминаешь с теплом то время, что мы провели вместе?! «Что? Мирай был рабом?» На это заявление Мирай лишь вновь рыкнул, развернулся и потащив за собой Изуку поспешил покинуть район красных фонарей, под негромкий, но отчётливый смех старухи. Идя рядом с Мираем, Изуку погрузился глубоко в свои мысли, прикусив нижнюю губу. «Неужели Мирай был когда-то рабом, сколько ужасов и мучений пришлось пережить его Нии-сан? Вновь повторилась яркая вспышка непонятных воспоминаний, но погасла и забылась также легко, как и первая. В последнее время у него часто происходят эти непонятные вспышки, как будто он что-то забыл, что-то важное… но что? И потоянно смотря на Мирая его сердце словно пропускает очень сильный удар, как будто что-то неправильно… словно это он сам должен был кого-то защищать, но так и не удалось вспомнить кого именно… И когда? И зачем? Завернув за угол Мирай остановился. — Прости, — тихо отозвался он. — Что? За что? — Прости за то, что тот, кого ты называешь братом на самом деле грязный и отвратительный раб, в прошлом мне приходилось делать мерзкие вещи, о которых я даже вспоминать не хочу, но каждый раз, когда ко мне возвращаються эти воспоминания мне хочется блевать, постоянно смотря на этих бедных людей которых называют рабами, я хочу спасти их, но я не могу! Прости за то, что твой названый брат такой отвратительный трус, слабак и просто бесполезный мусор… прости, прости, прости…. — Мирай. Рыжеволосый вздрогнул от своего имени и опустил голову. — Нет… Нии-сан! Ты в этом не виноват. Я досих пор не понимаю почему ты просишь у меня прошения… но тебе не нужно извиняться за это! Ты не неудачник и не бесполезный, ты спас меня! Меня… беспричудного… это я бесполезный, а не ты! Я буду всегда благодарен тебе за всё, что ты для меня сделал! Мирай я… я очень сильно люблю тебя Нии-сан!!! Это ты меня прости, что я такая обуза для тебя… — дрожащим голосом произнёс Изуку, сняв с себя маску. Из его глаз лились горькие слёзы. Мирай поднял голову в шоке уставившись на Изуку. — Что? НЕ-Е-ЕТ!!! Изу, успокойся! Ты не обуза и уж тем более не бесполезен! — Мирай подтянул к себе зелёноволосого ребёнка и зажал его в крепких обьтиях. Ему действительно полегчало от слов Изуку. И они сидели так, на коленях, обнявшись, в грязном переулке торгового квартала. Совершенно забыв про всё на свете, кроме друг друга. — Хех, малой, вставай давай… нам всё ещё нужно купить тебе одежду, — произнёс Мирай, отряхиваясь от пыли и грязи. — Д-да— всё еще пошмыгивая носом и вытирая опухшие от слёз глаза, ответил Изуку, вставая. Улыбнувшись друг другу, два брата надели на лица маски и вышли из переулка направляясь в магазин одежды.