Разные части целого

      Это был обычный вечер поздней осени, приправленный вполне привычным постоянно моросящим непрекращающимся осенним дождём.       — Эй, Саид, — крикнул Алексей, и голос его пронёсся над галдящей толпой студентов в гардеробе, достигнув слуха стоящего в стороне парня турецкой внешности. Вообще, Алексей был альфа-самцом в этой группе, поэтому ему негласно прощались любые выходки. Почти любые. Он сам тоже внимательно следил за тем, что он себе позволяет, ведь любое ошибочное действие могло пошатнуть его авторитет и сбросить с трона, который немедленно будет занят кем-нибудь из его прихлебателей.       — А? — рассеянно откликнулся Саид. Промедление или молчание могло бы выйти ему боком. Хотя и со стороны Алексея угрозы и насмешки пока оставались только угрозами и насмешками, гарантирующими Саиду протекцию от посягательств других людей на его жизнь и безопасность. Но и Саид старался не давать Алексею оснований для действий.       В принципе, сам Саид тоже был довольно популярен среди девушек, но в другом смысле. Ведь если у кого-нибудь из девушек случалась какая-нибудь жизненная проблема, неприятность, ссора со своим парнем или родственниками или просто депрессия — плакать она ходила именно к Саиду. А тот, в силу своих идеальных представлений о любви и взаимопомощи, всячески старался войти в её положение, поддержать её. Но как только проблема переставала оказывать своё гнетущее воздействие на девушку — она сразу забывала про Саида и возвращалась к своей личной жизни, своему парню, своим родственникам. Саид же пытался оправдать её и отсутствие какой-либо благодарности с её стороны (более толковой, чем ставшие уже привычными фразы типа «ты такой хороший», «ты так добр ко мне», «и почему я не встретила тебя раньше?») логическими причинами, снимающими вину с девушки и перекладывающими её на внешние обстоятельства.       Но такая популярность как не приносила практической пользы, так и не поднимала социальный статус Саида. Скорее даже наоборот.       — А?.. А?.. — начали язвительно со смехом передразнивать Игорь и Сергей, ближайшие подлизы Алексея.       — Не акай… Скажи, ты же не бросишь девушку в неловком положении? Тебе же воспитание не позволит…       — Ну… да… — тихо и нерешительно протянул Саид.       — Кто бы… — начал Игорь, но Алексей немедленно заставил его замолчать резким жестом сжатой в кулак руки. Тот потупился.       — Ну, так вот. Ты же не бросишь Хельгу посреди дождя, верно? — спросил он и кивнул в сторону окна, за которым, не прекращаясь, лил проливной дождь.       Вообще, Хельга была Ольгой. По крайней мере, именно это имя было дано ей при рождении, но отвергнув весь мир, кроме готической его стороны, она изменила своё имя и не допускала теперь никакого иного прочтения, кроме как Хельга с удвоенной буквой «л», как в английском слове hell — ад. И ошибки в имени она не простила бы никому, даже Алексею.       Сейчас, облачённая в преимущественно чёрную одежду, она стояла в стороне и яростно тыкала в кнопки дистанционного пульта управления электромобилем. Но, похоже, то ли батарейка в пульте села, то ли разрядился аккумулятор самого электромобиля, то ли грозовые электромагнитные поля мешали радиосигналу. Так или иначе, но все её действия не приводили к успеху.       После того, как Алексей упомянул её имя, она вскинула гневный взгляд на него, а потом пренебрежительно глянула на Саида, словно оценивая, насколько его вообще можно считать человеком, не говоря уже о том, чтобы считать его достойным попутчиком и вообще парнем.       Осмотрела.       И решительно отвернулась, не оставляя последнему никаких шансов.       — Да не… — оценивающе протянул Сергей. — Он не сможет — слишком труслив… — и вместе с Игорем закатился истеричным гиеньим смехом.       Для Саида же это было последней каплей: назвать его трусом да ещё прилюдно. Да, может он и не был самым смелым героем боевика (и знал об этом), но зачем другим знать. Ведь можно же и промолчать.       — Ну… может, пойдём? — нерешительно спросил он у Хельги.       — А, к дьяволу всё! — бросила Хельга в ответ. — Пойдём, иначе они тебя совсем достанут… — она поправила куртку на Саиде, прижалась к нему, чтобы вместе уместиться под зонтиком, довольно просторным зонтиком, кстати. И они вместе вышли из здания.       Это был совсем уж неожиданный поворот событий. Неожиданный поворот равно как для Саида, так и для Алексея с его подлизами.       Что это было?       Почему она так ответила?       Поняла его?       Вошла в его положение?       Или её действиями руководили какие-нибудь иные мотивы?       Множество таких мыслей пронеслось в голове Саида за то время, как она отвечала.       Или, может, она…       Нет. Это уж совсем маловероятно.

***

      Вообще, Хельга хотела только добраться до машины, прячась под зонтом. А дополнительное внимание не повредит ни ей, ни Саиду. Тем более что это подняло бы и его общественный рейтинг. Но электромобиль не порадовал, даже когда девушка вплотную подошла к нему и нажала на пульте кнопку открытия замка. Нажала и — ничего, полное молчание.       Хельга рыкнула от злобы и повернулась к Саиду:       — Хорошо. Можешь проводить меня до дома. Но сразу предупреждаю: не смей меня обнимать, прижиматься ко мне и даже думать о чём-нибудь таком не смей. И никакой твоей болтовни мне не надо. Уяснил?       Он растерянно кивнул.       — Тогда пошли…       — Эй, голубки! Удачной ночёвки в одном гнёздышке! — крикнул кто-то, скорее всего Алексей, со спины и расхохотался, вызвав взрыв мерзкого смеха. Но Хельга даже не повернулась в ту сторону и решительно пошла прочь, а Саид, чуть помедлив, бросился с зонтом догонять её.       Готическая девушка молчаливо шагала по асфальту тротуара, прикрытая надёжным зонтом её попутчика. Она чувствовала, что Саид хочет о чём-то заговорить с ней.       О чём-нибудь.       О чём угодно, лишь бы заговорить.       Но полностью следует её инструкции не говорить с ней, да и не знает, о чём с ней заговорить.       Эта тишина уже начала тяготить её саму.       — Проклятье! Мы так и будем молчать, а?! — выругалась она, внезапно остановившись и вперившись гневным взглядом в Саида.       — Но ты ведь сама сказала… — начал оправдываться Саид. Эта ситуация была для него почти как неожиданный удар под дых, когда дыхание захватывает настолько, что не можешь ни вдохнуть, ни выдохнуть.       — Мало ли, что я сказала! — грубо перебила его Хельга. — А если я скажу с балкона прыгать, ты прыгнешь?       Он молчал, потупив взгляд.       — Вот именно… Поэтому если ты будешь оставаться таким чурбаном, то твои шансы на какие бы то ни было отношения со мной — даже чисто гипотетические — будут составлять ноль процентов, — выложила Хельга. — Даже меньше…       — Так не бывает… — категорично возразил Саид.       — Что не бывает?       — Ну, ты сказала: «даже меньше…». А исчисление меньше нуля процентов невозможно. Понятие процентов предполагает вещественные числа до сотни включительно и ноль.       — Исчисление процентов… Вещественные числа… — передразнила его Хельга. — А ты что, самый умный что ли? Не можешь нормально разговаривать о нормальных вещах?       — Но… — замялся он. — О чём?

***

      Саид сидел в кресле напротив компьютера и увлечённо играл в Prince of Persia. Впрочем, как обычно. Хотя не совсем. Сегодня он особенно жестоко расправлялся с врагами.       В это время сзади в дверной скважине повернулся ключ, и в прихожую вошёл парень лет двадцати пяти в розовой балетной пачке. На ногах его были белые колготы — ну, прямо как балерина. В то же время на нём был надет деловой пиджак, чёрные кожаные туфли вместо ожидаемых пуантов и очки в стильной оправе преуспевающего бизнесмена. В руке он сжимал ручку делового кейса.       — Уф… — с облегчением выдохнул он. — Представляешь, у этой старухи с первого этажа опять челюсть до земли отвисла? Всё, поди, думает, что современные люди должны быть такие же затюканные и… хм, стандартные, как во времена её молодости.       — Угу, — коротко ответил Саид, едва ли заметив приход своего приятеля и соседа по квартире, и продолжил расправу над песчаными монстрами, врагами принца Персии:       — На тебе! Получай!       — Что это ты делаешь… А, опять спасаешь улицы Багдада? Или где это?       — Вот тебе! Ещё говоришь, что брат?! Получи!       — Ну, брателло, — задумчиво протянул парень в пачке, поставив кейс на пол и стягивая с себя эту самую пачку. — Что-то ты сегодня какой-то не такой. За квартиру заплатить не смог? Денег не хватает?       — Да вроде бы ничего, Макс, — ответил, наконец, Саид, поставив игру на паузу.       — Ничего? Так уж и ничего?       — Ну… э… гм… Помнишь, я рассказывал о Хельге?       — А, эта адская девушка. Помню, конечно. Ты ведь, кажется, запал на неё, верно? А! Я догадался! Ты вчера с ней под дождём гулял, так?       — Ну, как бы и да, и нет…

***

      — Но… — замялся Саид. — О чём?       — О, боже… — устало выдохнула Хельга, медленно продолжив шагать по мокрому, отзывающемуся всплесками дождя тротуару. Саид пристроился рядом с ней. — Ты, прямо, как будто из пещеры вылез. Неужели у тебя совсем нет друзей?       — Есть. Один. Мы с ним в одной квартире живём.       — Ну, вот. О чём ты с ним говоришь? — обрадовано подхватила Хельга. И тут же прервала сама себя: — Стоп. Я надеюсь, вы с ним только друзья, а не… хм, сексуальные партнёры?       — Нет, что ты? — протянул Саид, немного ошарашено. Эти слова Хельги были для него, очевидно, сравнимы с неожиданным ударом ножа в спину под лопатку. Но это смятение было недолгим, и уже через секунду он несколько раз уверенно повторил: — Нет, нет, нет. Это вовсе не то, о чём ты подумала. Просто мы снимаем вместе квартиру. Потому что так дешевле. И вдвоём веселее…       Он замолчал, но, видимо, сочтя это оправдание недостаточным, открыл кошелёк и достал из отдела для кредитных карточек картинки, на которых были одни только девушки в купальниках.       — Вот, — гордо произнёс он. — Разве голубой стал бы хранить у себя фотографии девушек?       — Хм… у меня всё больше складывается впечатление, что ты вышел из пещеры. Причём недавно… — ответила Хельга, продолжив про себя: «Либо ты какой-то очень странный маньяк-извращенец».

***

      — Что, прямо вот так и сказал? — перебил его Макс.       — Ну да, а что?       — Ну, ты дал, — Макс натянул, наконец, домашние шорты и уселся на диван. — Кто же так делает… Хотя продолжай.       — А что я сделал неправильно?       — Неправильно?.. Нет, ничего. Люди разные бывают, поверь, уж я-то знаю.

***

      «Чем дальше, тем интереснее, — теперь уже думала Хельга. Этот Саид, ранее едва ли воспринимаемый ею как человек, тем более как парень, теперь всё больше интриговал её. — Интересно, как же он такой получился?»       — …вчера, например.       Тот смутился и промолчал.       — Хорошо, и о чём ты говоришь с твоим дружком… то есть приятелем, — тут же поправилась она. Но Саид, похоже, не заметил её оговорки. Либо притворился, что не заметил.       — Ну, о разном. Игры, фильмы, работа и так далее. Новости всякие, например, военный конфликт на юге Европы и севере Африки. Там же сейчас столько всего происходит, а нам и половины не рассказывают. А ещё о книгах. Хотя он почти не читает, поэтому о книгах с ним скучно говорить. А если и читает, то только по менеджменту предприятий или что-то подобное.       — А ты?       — Ну, об атмосферных явлениях, как правило. Помнишь, в истории климата нам рассказывали о том, каким он был тридцать лет назад?       — Допустим. И что?       — Ну вот. А мне об этом ещё родители рассказывали… — он замялся. — …Когда-то давно. Собственно, тогда я и взялся за эту проблему вплотную. И, собственно, поэтому поступил на факультет метеорологии. Я читаю о причинах, объёмах и последствиях испарения воды, о содержании её в воздухе, о том, как это вычислить и от чего оно зависит. Вот, к примеру, ты думаешь, что этот дождь, — он подставил ладонь и набрал в неё несколько капель, — вода? Чистое соединение атома кислорода с двойным атомом водорода?       — Хм, сомневаюсь… но допустим. И что? — вновь повторила Хельга.       — Но как же? — возмущённо спросил Саид. — Ах, да… Ты же болела тогда, поэтому отсутствовала. Дело в том, что эта вода, которая в идеале должна быть чистым соединением, это так, но эта вода — давно уже не является таковым. А в данном регионе это соединение обогащено ионами кальция. Ты, возможно, замечала меловые отложения после дождя. Тогда асфальт ещё тёмный, поэтому они видны лучше, чем в другое время. А ещё там марганец, йод и цинк. И это только те, которые имеют значимую массовую долю, а ведь есть ещё и те, которые имеют незначительную массовую долю…       — Гм, допустим… но тебе наверно очень скучно учиться, если ты знаешь то, чего нам не рассказывают? — спросила Хельга и подумала про себя: «А ещё ты редкостный зануда, судя по всему…».       — Нет, нет, нет. Нисколечко. Ведь столько ещё есть всего такого, что я не знаю, столько того, что надо изучить. А кроме этого то, что нам не рассказывают. Но это приходится искать самому, а материалы лекций — уже готовы. Вот, например, сейчас идёт дождь. А ты знаешь, что он скоро закончится, гм… — он посмотрел на небо, на тяжёлые серые тучи, затянувшие его, намочил палец и проверил скорость и направление едва заметного бриза. — Минут через десять или пятнадцать. Что-то вроде того…       — Думаешь?       — Скорее всего…       — Ну, допустим. А что ты читаешь кроме книг о метеорологии и тому подобном? Какие книги? О чём? Или, может, журналы? Ну, там, Men’s Health™, Игромания™ какая-нибудь или, может, Playboy™. Или что-нибудь об авто? Ведь вам, мальчикам такие журналы нравятся…

***

      — Фу, погоди, это всё, конечно, интересно, но дай мне перерыв за пиццей сгонять… — прервал его Макс. — Тебе принести? Хотя не говори, в любом случае принесу…       — Спасибо, — коротко поблагодарил Саид, когда спустя некоторое время Макс вернулся с коробкой с недоеденной половинкой позавчерашней пиццы и чашкой горячего кофе с молоком. Они уже давно дружили, и Макс знал, что рассказы Саида получаются лучше, если у последнего есть горячий кофе с молоком.       — Итак, на чём я остановился? — спросил Саид, отхлебнув кофе и удобно устроившись в кресле. Всё это значило, что сейчас он пребывает в великолепном расположении духа.       — Она что-то про журналы спросила. Про Playboy™…       — Ах да, журналы…

***

      Саид торопливо перебирал в голове всё то, что он недавно прочитал, но натыкался либо на прогнозы погоды, либо на книги о метеорологии, либо на учебники и справочники по химии, атласы по микробиологии, журналы о почвоведении. Наконец, он наткнулся на то, что он читал, кроме этих книг, редко, но читал:       — Гм… — он смущённо улыбнулся и опустил голову, словно обнаружил там, на земле, что-то чрезвычайно интересное. — Мне стыдно признаться…       — Ну, давай. Валяй уже… — нетерпеливо и даже раздражённо подтолкнула его Хельга.       — Ещё я читаю сказки. Ну, и фэнтези в том числе, — признался он, немного покраснев.       — ОК. Значит, Колобок, Гензель и Гретель, Рапунцель, Потный Гарик и Властелин Колец?       — Угу… — промычал Саид, и они продолжили путь молча.       Эти двое уже давно свернули с тротуара широких улиц во дворы и топали по пустынным игровым площадкам мимо жилых домов, глядящих на них безразличным взглядом глазниц потушенных окон. И только дождь шумел.       — Слушай, ты всегда такой? — зло спросила Хельга, когда это молчание явно затянулось.       — Какой?       — Такой! Из тебя слова клещами не вытащишь. Всегда отсиживаешься где-нибудь в сортире, надеясь, что тебя не заметят и не спросят. А сам ничего не говоришь…       — А… М…       — Вот именно, что «А… М…». Да мне наедине с банкой пива веселее будет, чем вот так вот… топать по лужам, уставившись в землю, и ждать, пока ты не соизволишь заговорить. А ведь ты же так и не соизволишь. Знаешь, почему ты один, и никого нет в твоём окружении? Потому что с тобой скучно. Просто реально скучно. Ты, может, и знаешь что-то, о чём можно поговорить, но ты никогда не скажешь этого сам, а будешь сидеть, и ждать, как… как хренов сыч какой-нибудь, — истерично отчитывала его Хельга. Саид просто безмолвно стоял, послушно держал над ней зонтик и старался не смотреть ей в глаза. Он не знал, что ответить. Ему было стыдно. Да, он действительно чувствовал стыд, хотя не знал, ни отчего ему стыдно, ни, тем более, как и в чём ему оправдываться. Так бывает, когда тебя яростно и убедительно отчитывают в каком-то правонарушении, которого ты не совершал, причём отчитывают настолько убедительно, что ты сам начинаешь верить в свою вину. По крайней мере, задумываешься, а не совершал ли ты этого в действительности.       — Но я же… просто не знаю, о чём говорить. Ведь мы же не знакомы, — начал оправдываться он. — И потом ты…       Он в нерешительности запнулся и снова опустил взгляд к мокрой грязной дорожке, по которой бежало множество ручьёв, обогащённых марганцем, йодом и цинком, а ещё ионами кальция воды.       — Что я?       — Ну, ты такая…       — Какая?       Он молчал. Будто выжидал что-то. Но это самое «что-то» всё никак не случалось. Хельга уже начала молча отбирать у него зонтик. Пока что легко и ненавязчиво, но с явным намерением вытянуть ручку зонта из руки парня.       — Ты красивая… — наконец ответил он.       Словно вспышка молнии.       Словно громовой раскат, последовавший за ней.       Сейчас кровь в бешеном темпе колотилась в жилах Саида.       Даже ноги стали чуть ватными.       Но это было также ударом и для Хельги, никогда не ожидавшей такого от Саида: у неё перехватило дыхание, она замерла и разжала пальцы руки, безвольно повисшей на руке Саида. Но следующей своей реакцией она совершенно выбила своего спутника из колеи: громкий звонкий хлопок пощёчины, эхом пробежал по пустынному двору.       — Да никогда! Даже не думай о таком! Вообще, исчезни! И больше никогда, слышишь, никогда не приближайся ко мне! — она резко отвернулась от него и пошла прочь, из-под зонтика. Ей уже было совершенно всё равно, идёт дождь или нет. Сейчас она просто не хотела ни видеть Саида, ни слышать, ни думать о нём.

***

      — Ух, ты… — с набитым ртом прокомментировал Макс, уминая последний кусок пиццы. Несмотря на то, что принёс он её для них обоих, его голод был сильнее и бескомпромисснее и агрессивно захватил всю территорию пиццы. В то время как голод Саида оказался более скромным и деликатным. И остался ни с чем. — А ты кирпичей не навалил, когда признался ей в… то есть сказал, что она красивая?       На самом деле Макс давно знал о том, что Саид испытывает к Хельге. Ещё бы, закадычный друг и не поймёт своего друга. Хотя тут, наверно, даже неподготовленный человек заметит.       — Э, гм… почти, — улыбнулся Саид. Сейчас он уже чувствовал себя в спокойной и безопасной комфортной остановке родного дома, поэтому мог разговаривать, как среднестатистический человек общается с другими. Да и кофе возымел своё действие. — К счастью, цемент в тот день не подвезли…       — И что теперь? Я имею в виду, что ты дальше думаешь делать?       — Вот тут-то и есть самое страшное, — огорчённо ответил Саид. Лицо его моментально погрустнело. — Я не знаю, что делать дальше. Вот если бы была книга о том, что такое любовь и что с ней делать, то я бы её прочёл от корки до корки, но… такой книги нет. Вроде бы…       — Да, — протянул Макс. — Как говорится, путь к звёздам тернист. Но если ты хочешь, гм… завоевать её, то должен драться. За неё. Хотя с кем или с чем драться, я пока не знаю. Говоришь, у неё никого нет? Ну, парня какого-нибудь… или мужа, может быть.       — Нет. По крайней мере, я ни разу не видел и не слышал о нём.       — Гм… — задумался Макс. — Гм, гм, гм. Как всё запущено, как говорится. Вот когда я встречался с Олесей… Помнишь Олесю?