Неизбежное принимать равнодушно

Было ли у вас такое состояние, в котором ты, кажется, застреваешь навсегда, оно поглощает тебя все больше и больше, будто бы ты погряз в болоте по горло, но никто даже не протянет руку, чтоб выбраться из всего этого дерьма. Хотя, о какой помощи может идти речь, я была бы не против раствориться во всем этом дерьме и, наконец, почувствовать легкость. Люди думают, что они знают тебя. Они думают, что знают, как ты справляешься с проблемами. Но правду никто не знает. Никто не знает, что происходит после того, как ты уходишь, когда ты лежишь в постели или сидишь за завтраком в одиночестве и все, что ты хочешь — плакать или кричать. Они не знают, что происходит внутри твоей головы — умопомрачительный коктейль гнева, грусти и вины. Но это не их вина. Они просто не знают. И поэтому они притворяются и говорят, что ты в порядке, когда на самом деле нет. И это заставляет всех чувствовать себя лучше. Всех, кроме тебя. Звук только что открывшейся двери раздается эхом по всей квартире. Но в ушах лишь звенят голоса, которые никак не могут оставить меня в покое, когда я вот вот уже хочу покончить со всем этим дерьмом и, наконец, забыться. — Эмилия! — голос звучал из прихожей, — Я привез твои шмотки, выходи, мне надо ехать дальше, — но обратной связи парень так и не услышал, в голове пробежали мысли «может спит, а может и вовсе не дома». Но ни одна из версий не была верной, лишь спустя время Струев решил открыть последнюю дверь в квартире, ванну. Взглянув со стороны на эту картину, любой бы человек ужаснулся и не смог бы скрыть страха в глазах, ведь не каждый день увидишь полумертвую девушку, практически голую, которая еле как трясется, то ли от холода, то ли от боли, которую причинила сама себе. Рука от кисти до локтя исполосована поперечными шрамиками. Ровные следы порезов лезвием. Как бы сложно не было парню, который пытался разглядеть в девушке хоть какие то признаки жизни, в душе он понимал её, какого это, ведь сам не раз занимался подобным. Кровь умиротворяет. У всех разные способы и вариации успокоить душевную боль. *** Безысходность. Единственное что я чувствовала в тот момент. Открыв глаза, я уже понимала, где окажусь и какой исход меня ждет, больше всего я ненавижу себя, я даже покончить с собой нормально не могу. Больше всего хотелось вернуть время и оказаться в объятьях Марка, когда он впервый раз застал курящую меня на балконе, я так робко переминалась с ноги на ногу и уверяла его в том, что это не мое, и что я и вовсе курить то не умею, оно все само как то. Боже, вы бы видели тогда его улыбку и как он залился смехом, я надолго запомню эту улыбку, которая непроизвольно заставляла улыбаться и меня во все тридцать два зуба. — Перестань курить эту дрянь, — взглянув на сигарету произнес шатен, которую я уже успешно запрятала в своих ладонях, лишь бы никто не увидел, — курение вообще-то убивает, знала? — оперевшись об дверной косяк, он достал из своих потершихся джинс пачку сигарет и любезно протянул мне одну. — Поэтому, ты мне предлагаешь сейчас закурить с тобой? — огонь вспыхивает прямо перед моим лицом, освещая хотя бы немного пространства вокруг, потому что на улице уже давно стемнело. — Ты ведь не уедешь сегодня, да? Я должна тебе кое-что успеть показать, — немного затянувшись, выдаю я, но он лишь молча смотрит куда то вдаль, будто пытаясь там что то разглядеть, но там пусто, лишь, небо, которое покрылось пеленой, дождь, вероятно надвигается дождь. Я не успела Не успела Абсолютно ничего не успела Каждый раз вспоминаешь прошлое и думаешь, как хорошо было раньше, а тогда все казалось таким ничтожным. Он ведь даже ничего не рассказал тогда родителям. Будь вместо него Роберт, он бы первым делом отобрал у меня эти злосчастные сигареты, а потом и вовсе потребовал бы отдать все запасы, которые я уже перепрятала раз сто, лишь бы никто не увидел. Боже, он бы тогда долго бы упрекал меня этим, и умело пользовался бы этой информацией против меня, когда ему что то было бы нужно от меня, либо рассказал бы все родителям, этого мне хотелось бы меньше всего. Но сейчас всем наплевать, мне 18, я вправе делать все что взбредет в мою и так больную голову. Меньше всего хотелось слышать какие то потусторонние звуки, которые все больше и больше отвлекали меня от собственных мыслей. — Я знаю что ты не спишь, — прозвучал чей то голос над моим ухом, ну как чей то, я на самом деле прекрасно знала кто предстанет передо мной, открой я сейчас глаза. Такое высокое и вымученное создание, на его лице явно следы недосыпа, ну а что ты хотела, он явно переживал куда больше твоего братца, который наверное даже и не знает что я вообще прибываю в таком состоянии. Глаза непроизвольно открылись и мое невозмутимое лицо приняло всевозможный спектр эмоций. — У тебя есть сигареты? — хрипло произношу, немного приподнявшись на локтях со своей койки, я все-таки взглянула на него, он стоял оперевшись немного о подоконник у окна, явно что то хочет сказать, но молчит, держит небольшую паузу, прежде чем начать со мной разговор. — Я знаю что ты хочешь мне сказать, — следом слышится лишь усмешка, будто я клоун в цирке, который приехал с новым представлением, но он лишь запрокидывает голову назад и будто прося у господа лишь бы я не начинала говорить эту ерунду, а лучше замолчала. — Я… я была бы очень рада остаться здесь, мне и здесь неплохо, я устала переезжать. — Поэтому ты режешься в ванной при первой же возможности? — наконец он поворачивается всем своим корпусом ко мне и уже говорит это мне глядя в глаза, — Это так у тебя все хорошо, Миль? Тебе самой то несмешно от своих слов, перестань врать хоть самой себе, — я чувствую его пристальный взгляд на себе, который готов прожечь во мне дыру в голове. — Как будто если я уеду это что то изменит. Ты ведь знаешь, я уеду, проблемы останутся, они никуда не исчезнут, — немного насупив брови, принимаю положение сидя и разминаю свои ноги, видимо долго я здесь пролежала, что они уже затекли. Мне бы явно сейчас выйти на воздух, иначе если я просижу здесь еще, то мы рассоримся еще больше, так и не найдя хоть какой то компромисс. — Ты сама ему можешь об этом сказать, — голос шатена вновь заставляет испытать меня злость, грусть, а может опять безысходность. Ведь я знаю, что это он позвонил ему и сообщил обо мне, конечно он, а кто еще у меня и друзей то тут нет. — Он здесь. Какого черта? Кто его вообще за язык тянул, хотя может я бы поступила на его месте точно также. Ведь Роберт, единственный родной человек, который остался в моей жизни и вероятно, он решил что пусть он тоже знает что вообще происходит в моей жизни последние несколько лет, но мне эта сострадательность и благотворительная помощь нахуй не сдалась. Как мне вообще поможет тот факт, что я перееду в Москву, и буду жить там со своим братцем, с которым я не общалась, дайте-ка посчитать года так два точно. После смерти Марка, мы отдалились еще больше, хотя мы даже и не были близки с ним. Я просто выхожу ничего так и не сказав шатену, не знаю что он вообще хотел от меня услышать или какую реакцию увидеть, счастье, о да моей радости нет предела, я счастлива как никогда!Иронично улыбаюсь сама себе, и не замечаю того как уже оказываюсь на улице. Осень. Ветер бьет мне по лицу, будто хочет тоже мне отомстить за то что я пыталась совершить. Кажется было плохой идеей выйти в одной футболке и шортах, определённо. Я готова была стоять так вечно, дрожа, сжимая себя ладонями, будто от этого мне станет теплее, однако, такая погода меня устраивала более чем. Я будто немного освежилась, пришла в себя. Пройдя немного вглубь сада, что находился неподалеку с больницей, я увидела небольшую скамью, очевидно думая что она пустует, я хотела немного просидеть там, однако чей то силуэт говорил об обратном, не прожить тебе спокойно сегодня, Эмилия. Не прожить. — Я скучал, — короткая затяжка, а за ней следует выдох, и вот уже все вокруг заполонило дымом, а он и вовсе не хочет и повернуться ко мне, будто знал что я приду сюда. — Я никуда не поеду, — я обхожу скамью и все же решаюсь сесть и заговорить. — Зачем ты приехал? — Я не стану тебя заставлять, тебе уже 18, — он изменился, пепельные волосы которые так и норовят залезть ему в глаза, бледное лицо, все те же голубые глаза, глядя в которые иногда мне казалось что я и вовсе не вижу ничего кроме огромных зрачков. — Почему ты не приехал на похороны? — чтож когда то этот разговор должен был случиться, вот он и настал. Мне крайне сложно было затрагивать эту тему, однако, также было сложно не спросить про Марка хоть что то. — Я ждала тебя, думала ты появишься, но нет ты как обычно решил не появляться и там. Ты ведь знал как это было важно для меня, — переходя уже на крик, я пыталась, правда пыталась сдерживать все то, что я чувствовала все эти два года, что хотела очень многое сказать в его адрес, однако, все пошло к чертям. Раз уж я начала все это, то я и закончу. — Ты ведь знаешь Марк не святоша, я пытался разгрести все то дерьмо что он совершил, чтоб это ни каким образом не коснулось тебя, — туша сигарету и выбрасывая окурок куда то мимо урны, он все также продолжает. — Я знаю что должен был поддержать тебя, Миша был тут некоторое время, он немного присматривал за тобой, кажется хуево он справился, — его томный взгляд переместился на меня и сейчас он изучал уже меня, а мне лишь оставалось отвести глаза. И что мне сейчас бросится к нему в ноги и продолжать благодарить его до конца жизни. — Он справился куда лучше тебя, и это был исключительно мой выбор, он бы ничего не поменял, поверь, или тебе как обычно все должны? — конечно же ответа я его и не ждала, потому что еще не закончила, что так упорно начинала говорить. — Послушай что бы там не совершил Марк, я любила его. Ком в горле все больше, и больше нарастал, голос и вовсе начинал предательски дрожать, но и не только он подавал свои признаки паники, руки начали непроизвольно трестись, чтобы унять хоть как то их, я попыталась упереться в скамью и почувствовав чье то тепло на своей ладони, я на автомате выдернула свою руку и взглянула на парня, который сидел напротив меня. В его взгляде читалось лишь сочувствие, он был вымотан не меньше меня его синяки под глазами и исхудавшее лицо не сулило ни о чем хорошем. — Мне очень жаль, Миль, правда. Мне до сих пор хуево, что я допустил это все, может если бы в нужный момент я поддержал тебя и был рядом, не случилось бы и этого, — переводя свой взгляд на мои руки, вздохнул блондин. — Я не хочу потерять тебя, ты единственный родной человек для меня. Столько всякого дерьма происходит в последнее время, —развернувшись обратно и немного прислонившись к скамье спиной, он продолжил, — я проебался и не раз. — запрокинув свою голову, он замолчал на пару секунд, тишина заполонила нас. Да уж это определение явно отлично описывает всю мою жизнь последние несколько месяцев — д е р ь м о. Казалось бы только недавно я стояла возле небольшого торгового центра в центре Риги со своими друзьями со школы и мы упорно продумывали план, кто же пойдет покупать сигареты и бутылку какого-нибудь дешевого вина, ну на что денег хватит. Того кто бы выглядел постарше и не было никаких подозрений точно, и знаете что? Угадайте кого выбрали, конечно меня, я была там выше всех и этот критерий устроил всех больше всего, а то что мое лицо выглядит на 10 лет их не смутило, ну да, я же люблю приключения. Помню как потом мы побежали, чтоб успеть на последний сеанс какого то ужастика. От слова совсем, мы так и не помним его сюжета, так как это последнее что нас волновало. Потому что напиться дешевым бухлом из какого то левого магазинчика было куда интереснее. До сих пор не понимаю, как мне умудрились продать все это, видимо небольшое количество макияжа сделало свое дело. А сейчас я сижу на скамье возле какой то психушки и пытаюсь держать себя в руках, чтобы в очередной раз не рассориться со всеми на этом мире. Кстати контраста я никакого особо не вижу, я как обычно, не предаю своим традициям и ищу приключения для своей жопы. Кстати мое любимое занятие, а я еще жалуюсь что у меня нет хобби. — Думаю, был бы сейчас жив Марк он бы не был рад, что ты сейчас находишься в таком подавленном состоянии, — резко отвлекает меня мой братец от своих мыслей — Слушай это не выход, я боюсь тебя потерять. — он снова вздыхает — Тогда, когда я увидел тебя рядом с ним в машине на пассажирском сидении, что ты лежишь там без сознания, в крови. Я на секунду подумал — Да уж, чудо, видимо не суждено мне еще сдохнуть, пока ты находишься тут со мной, — немного усмехнувшись, я продолжаю свой ироничный разговор. — Так ты хочешь стать моей нянькой, забрать меня к себе и строить из себя милейшего брата на свете? — Шутишь, уже хорошо. Узнаю настоящую Эмилию Плаудис. Ну слушай милейший брат из меня никакой, но ты ведь знала и знаешь, что я тебе всегда рад в своем доме. Ты ведь ничего здесь не теряешь, не понравится уедешь, подумай, — кидает он напоследок эту фразу и удаляется, оставляя меня одну с различными размышлениями в своей голове. Может он и прав, стоит развеяться хоть немного, иначе я и правда сойду тут с ума, сидя в четырех стенах. Резко поднялся ветер, облака собрались в кучу, образовывая тучи, это означало лишь одно, что мне пора валить отсюда, иначе я промокну до ниточки. Погода сейчас, как никогда, точно описывает мое состояние. *** — Перестань это делать, это блять к добру не приведет, когда нибудь ты доиграешься, - выдает темноволосый, докуривая уже вторую сигарету подряд. — Бубубу, ты прям как зануда, я знаю что это всё не здорово, и у меня наверное проблемы с башкой, — почему наверное, так и есть Эмилия, признай уже это. — Я пытаюсь перестать заниматься этим, но это единственное что спасает меня в те моменты, помогает справиться с болью. — Ты не пробовала лучше поговорить с кем то? — взмахивая своими волосами, и поправляя то и дело свой септум, он переводит свой взгляд на меня. — Не обязательно причинять себе боль, можно выговориться. Он вроде говорит обыденные вещи, которые уже давно приелись моим ушам, но он чертовски прав, впрочем как и обычно. — Разговоры тоже приносят боль, — вздыхаю, вспоминая, как я ссорилась с родителями каждый божий день, при этом не повышая свой голос ни на долю секунды, а спокойно объясняя свою позицию, но моя мама понимала лишь язык криков. Воцаряется лишь молчание и мимолетно слышны лишь голоса детей, которые резвятся возле берега, я знаю, он согласен со мной, ведь и мы с ним не раз ссорились и причиняли друг другу боль своими колкими словами, как и все нормальные люди, какими бы счастливыми и благополучными ни были ваши отношения, разногласия, споры и ссоры неизбежны. — Забавно, что это говоришь мне ты, я не знаю о тебе почти ничего, но при этом ты знаешь почти всю мою биографию, — жмурюсь, но все же даю своим глазам взглянуть на солнце, подставляя все свое лицо под его лучи. Шелест волн, где то на фоне звучит в моих ушах, этот шум умиротворяет меня, была б моя воля, я просидела бы тут всю вечность. — Смотря что ты хочешь услышать — выпаливает шатен, поворачиваясь слегка своим корпусом ко мне, встречаясь с моим мимолетным взглядом. - Ты знаешь обо мне больше, чем другие. — Помнишь, лето, 25 этаж какой то очередной высотки, там на крыше, среди всякого хлама вокруг, — я смотрю прямо, бегая глазами по его лицу, как сейчас помню тот горький привкус после сигарет. — Ты сказал что то типа "так легко ослепнуть от света брошенных слов". Я долго думала насчет этого всего, нашего разговора в том числе в тот вечер. — Да, мы тогда стрельнули эти сигареты у какого то школьника, где ему эту парашу продали вообще — усмехается парень, и немного с непониманием вглядывается в мои глаза. — Так к чему ты клонишь? — Ну, — то и дело теребя кончик своей кофты, поднимаю глаза на брюнета. — Я не знала всей ситуации и несла какую то ересь, я лишь позже узнала, что ты потерял её. Мне жаль, извини. Шмыгаю носом, боюсь поднять взгляд, ведь, чувствую что этот разговор может причинить еще больше боли темноволосому, что сидит напротив меня, но я правда жалею о своем паршивом поведении. Я так давно хотела это сказать, но боялась, нет, не то слово, мне было стыдно, признавать, что я когда-то могла сказать подобное. Но люди меняются и взгляды на какие то вещи тоже, так что это нормально, просить прощение за прошлые ошибки. — Я был объебан тогда под конец, вряд ли я что то отчетливо помню, — может оно и к лучшему, шатенка лишь вздохнула, переводя свой взор, вновь на гладь моря, вовсе не это она хотела услышать от него. Она знает, он лжет ей, он не хочет рассказывать ей об этом. Это мать вашу человек, который припоминает все мои неловкие моменты происходящие со мной за подростковый период, да и не только. В одном мы с ним похожи, мы оба скрытны, не желаем открыться друг другу, лишь держим тугим узлом все в себе. "И он говорит, что я знаю его лучше, чем кто либо? Что за бред?" - пронесется мимолетно в голове у Эмилии. Я люблю море, но плавать совсем не умею, а вот слушать его и любоваться закатами это прям в самое сердечко. Вот что меня успокаивает, и вовсе незачем причинять себе боль, Миша, частично прав. Нужно остановиться резаться при первой же возможности, когда я не могу справиться со своим эмоциями. Помню как то раз психолог говорил мне считать до 10, и главное дышать, когда случается подобная хуйня, но это нифига не помогает, я все также хочу разъебать все в своей квартире и причинить себе боль ведь это хоть как то успокаивает меня на время. Я испытываю облегчение от каждого пореза. Тревога отступает. Эмоциональная боль постепенно перетекает в физическую. — Бля ну в любом случае, когда человек держит долгое время все в себе, то потом приходит время, когда он уже не выдерживает, ты понимаешь о чем я, — кто бы говорил. — Почему? — я едва поглядываю на солнце и наконец встаю с обрыва. — Я был в такой же ситуации и рядом со мной не было подходящего человека, кто бы смог внедрить в мою голову, что это все не ок и пора бы закругляться, — он будто знал, что я хотела у него спросить и не дожидаясь концовки моего вопроса, начал отвечать. — Не хочу чтоб ты совершала такие же ошибки, вот и все. — Ты же это хотела у меня спросить «почему тебе не похуй на меня? и вообще не учи меня! я сама знаю что делать!» — ах ты ж сукин сын, еще сидит меня тут передразнивает, между прочим я не это собиралась спросить и вообще у меня не такой уж писклявый голос. — Ты что все еще сидишь тут? — я поворачиваюсь к нему всем корпусом. — Тебе лучше быстрее свалить, иначе этот камень полетит прямо в твое смазливое личико! А он лишь заливается смехом и не смеет встать, только ложится на землю и продолжает усмехаться. Хорошая идея, и камнями не придется кидаться, запинаю его сейчас. Ложусь рядом, и пофиг, что мой белый топ потом за это спасибо мне не скажет, все-таки приземляюсь рядом и передо мной открывается вид на безоблачное небо и ярко ослепляющее солнце. Хочется по быстрее прикрыть глаза, но голубые глаза, что направлены на меня, не дают мне этого сделать. Я чувствую его пристальный взгляд на себе. — Что? — поворачиваю свою голову и нас разделяют лишь пару сантиметров, теперь его глаза не кажутся мне голубыми, карими может быть, нет, голубые с примесью карих. Такой цвет глаз вообще бывает? — Что? — дразнит, его вопрос окончательно выбивает меня из колеи и я наконец отвожу свой взгляд, концентрируясь на солнце и наконец прикрываю свои глаза. — Тебе нужно почаще улыбаться, — внезапно даже для самой себя выдаю эти слова, однако, это правда. Я люблю когда люди выдают свои искренние эмоции, открываются, и чувствуют себя рядом с тобой комфортно. А улыбка близкого мне человека, заставляет всегда и меня непроизвольно улыбнуться в ответ. — Я всегда готов помочь тебе, даже если мы не будем рядом. Не закрывайся от близких людей, что хотят тебе помочь, ты делаешь лишь больно себе и им. Я прекрасно его слышу, но в ответ лишь молчу, я понимаю, что он хочет как лучше, переживает за меня. Иногда мне кажется, что Миша на самом деле является моим братцем, а не Роберт, стоит мне только проебаться в чем то, он уже тут как тут, заметает мои косяки, кидая на меня испепеляющие взгляды, мол, ты не ты, если как обычно не влезешь в очередное дерьмо. — О чем думаешь? — приподнимается на локтях шатен и поглядывает на меня. — Да так, — приоткрываю глаза, солнце по прежнему слепит, но я решаюсь присесть, немного наклоняясь к Мише, хочу снять с него очки, они мне куда нужнее на данный момент. Присаживаюсь чуть ближе, и наконец дотрагиваюсь до его лица, чтобы забрать очки, но его рука неожиданно касается моих волос, осторожно отодвигая прядь. Теперь четко видны его глаза, которые скользят по моему лицу, изучая его постепенно, как будто мы не знакомы с ним целую вечность. Он не теряется и внезапно для меня притягивает немного к себе и заключает наши губы в поцелуй.