Тихий вечер

Я лежу на нашей общей кровати и скучающе дёргаю простынь, ожидая тебя из душа. Без тебя в ней холодно, пусть окна и закрыты, а моё тело укутано в толстое одеяло и шерстяной плед и накрыто пижамой (кстати, твоей, но теперь общей). Твой дурманящий запах так и щекочет мои ноздри, возбуждая сокровенные фантазии и желания, обхватывающие мои мысли насквозь. Что со мной? Опять под влиянием страсти? Ну, неудивительно. Сегодня был сложный день, напичканный работой со всех сторон, и мы не успевали просто насладиться друг другом: прикосновениями губ, касаниями рук (особенно твоих аккуратных пальцев пианиста, тонких и изящных, как у мраморной статуи, но невероятно тёплых, даже жарких), романтичными гляделками, тихим смехом с любых шуток (абсолютно неважно, каких), совместным пением— твой мягкий волнистый невероятный певческий голос волнует моё сердце с каждым словом всё больше и больше, заставляет трепещать и подпевать вслед, создавая чудесную идиллию звука и атмосферы. Не выдерживаю, встаю с кровати, сбросив все одеялки и решительно направляюсь к ванной комнате. Тебе не впервой смущаться моих похотливых взглядов во время мытья, готовки и других повседневных дел, так что ты уже ожидал меня, не задвинув шторку и встречая доброй улыбкой. Я рад, что ты ещё не научился читать мысли, иначе бы мой план провалился. Стоило тебе отвернуться, смывая шампунь с длинных кучерявых волос, как я молниеносно снял всю одежду и запрыгнул к тебе, попутно прижимаясь к твоей спине и шлёпая по аппетитной упругой заднице. Ты аж опешил, но прогонять не стал. Да, Сержи, я тот ещё пошляк. На мой вопрос помочь тебе помыться ты отвечаешь удивлённым взглядом и попыткой повернуться ко мне лицом, но я жестоко пресекаю её, прижимая тебя к стенке и потирая свой стояк об твой проход. Мы оба шумно выдыхаем, и твой дружок тоже наполняется неопредолимым желанием. —Можно сегодня я буду активом? — спрашиваю тебя, покусывая ухо и одновременно пощупывая стоящий колом розовый сосок. Простонав нечто невнятное, ты киваешь головой в знак согласия и наклоняешься, отпячивая ягодицы назад и прогибаясь в спине, подобно кошке, показывающей свою непревзойдённую гибкость хозяину. Я восхищён. Помяв твои розовые бусинки, показывающие твою готовность, я засасываю кожу на спине до тёмно-красного оттенка, применяя в ход зубы и шаловливый язык. Вырвав несколько сильных полурыков, беру во власть твои губы. Провожу по ним сначала пальцами, потом языком, и, наконец, проникаю внутрь, сразу же сплетая языки вместе и протыкая твои нежные губки до сладкой крови. Твои глаза молят продолжать, хотя ты пытаешься оттолкнуть меня. Непорядок. Приходиться опять награждать тебя более тяжёлыми шлепками, равносильными ударам, и ты снова покорно поддаёшься, поскуливая своим певчим голосом, отчего мой член становится только твёрже, вызывая позывы трахнуть тебя как можно грубее и быстрее, но я сдерживаюсь. Ты смотришь на меня своим добрым невинным взглядом и тихо просишь: " Только помягче, ладно? Ты знаешь, я не привыкший. " Спрятав взгляд, ты только пуще сжимаешься и упираешься локтями в стенку. Я, конечно, тронут этим зрелищем, но такой исход событий мне не нравится— секс, как бы кто ни говорил, удовольствие для двоих. Снова взяв инициативу в свои руки, я спускаюсь на колени, огладив руками всё твоё чуткое тело — грудь, нежный живот, который я, вдобавок, пощекотал, бёдра, стройные ноги... Я уже просто схожу с ума, оставляя несколько укусов на попке. Далее, слегка поцеловывая её нежную кожу, благодаря чему ты содрогался, тяжело дыша, я аккуратно провёл языком по дырочке и возле неё. Твой восторженный крик сказал мне о многом. Входя всё глубже и глубже, ты постепенно расслабляешься, но всё равно чувствуешь дискомфорт. Я целую, лижу, посасываю и потрахиваю тебя языком, только бы ты расслабился, но некий страх всё равно не даёт тебе ощущать всю прелесть моего шоу. Придётся перейти на крайние меры. Не отставая от попки, я стал водить рукой по твоему стволу — ох, какой большой! — сжимать его, надрачивать, но не слишком интенсивно, чтобы ты не кончил раньше времени. Ты слабо простонал моё имя, прогибаясь то в одну сторону, то в другую, что заводит меня не на шутку. Повернув тебя передом, я беру головку в свой влажный горячий рот и оттягиваю губами. Ты опрокинул голову назад, издав гортанный звук. Сдержаться бы самому... Продолжаю я уже активней, насаживая себя на твой член на всю глубину, заставляя сглатывать слюну и продолжать. Твои руки подключились к процессу, хищно схватив за волосы и вдолбливая мне по самые гланды. Но мне понравилось, поверь. В конце концов, ты вскрикиваешь своим тонким голосом громкое " Ох! " и кончаешь прямо мне в рот. Ты покраснел, раскрыв глаза, а я выпил всё до капли, не выпуская тебя ещё минут пять. Обильно смочив пальцы слюной, я ввожу сразу два в дырочку, заставив тебя замычать непристойности от боли. Мне стало стыдно, так что я двигаю ими очень медленно, но ты достаточно быстро привыкаешь и требуешь третий палец, а после полной растяжки хочешь и моего члена. Я быстро встаю, давно готовый, и, прижав тебя к себе, всунув свой язык в твой рот, я вхожу в тебя только на головку, но ты жаждешь ещё, вводя меня в недоумение. Сам насаживаешься, полностью взяв его в себя. Твоя узкая дырочка размазала все мои мысли по подсознанию и вскружила голову, захватив дух. Я трахаю тебя всё быстрее и сильнее, быстрее и сильнее, сжимая запястья до боли и кусая твою широкую властную грудь. Громкие стоны, охи и шлепки нарушали тишину квартиры долгое время, пока приятный спазм не пробежал по нашим телам одновременно и мы не кончили под один общий возглас " Ах, Дэр! О, Серж!" Я в тебя, а ты мне на живот. Подмывшись после чудесного происшествия в душе мы устало падаем на кровать и сразу же обнимаемся. — Твои волосы вкусно пахнут. — Мило говоришь ты. — Я люблю тебя. — Ну, если это обмен комплиментами... Я обожаю твои стоны, Сержи. И я тоже тебя люблю. Ты смущаешься, но прижимаешься сильнее. Сон наступает мгновенно, и уже вскоре мы сопим друг другу на ушко. Ну вот как, как можно не любить тебя, Сержи? Такого сладкого ангельского мальчишку с волшебными глазами, божественным голосом и манящим своими идеалами телом? Ты прекрасен, и других слов нет.