стоит ли нам?

Вскоре девушки достигли своей цели: добрались до ближайшего парка, где практически не было ни единой души. Разноцветные листья летали над головами девушек, тихо падая на землю и шурша под ногами. Тишина царила в этом месте, это одновременно пугало и завораживало астролога, поэтому она решила привести расстроенную девушку в это место, ведь именно тут можно было спокойно поговорить обо всём на свете. В голове Люмин смешались все моменты, связанные с Казухой. Она вспоминала самые тёплые воспоминания: то самое первое свидание, когда он сломал руку, спасая с дерева кошку, или тот момент, когда она приготовила его любимое блюдо «всепогодная красота». Эти моменты грели её душу до того момента, пока она не вспомнила сегодняшнюю ситуацию у школы, которая буквально опустошила её. — Что же всё-таки произошло? — осторожно спросила астролог, присаживаясь на скамейку около водоёма. Светловолосая украдкой посмотрела на сидящую девушку, тяжело вздохнула и села рядом. Когда она удобно устроилась на скамейке, то подняла голову вверх, разглядывая облака. — Знаешь, хотя ты вряд ли поймёшь, — тихо проговорила Люмин спокойным голосом, — такое противное чувство: отвращения к любимому человеку. и не только к нему. Мегистус жалобно смотрела на расстроенную девушку, она не могла понять, что случилось с ней, кто смог заставить такую красивую девушку реветь буквально несколько минут назад. — У меня был любимый человек и лучшая подруга, в один миг я их «потеряла», но я не понимаю, что пошло не так и когда именно, — продолжала светловолосая. Снова наступила тишина, пожирающая девушек, сидящих в пустынном парке. Они не понимали: какие слова лучше подобрать, чтобы вытянуть диалог на нужный уровень. — Прости, что не могу понять тебя в данный момент, можешь продолжить свою историю, — робко сказала Мона, — может я смогу чем-то помочь. Люмин закрыла свои глаза руками, тяжело вздохнула, положив свои руки на коленки. Она прикусила нижнюю губу, вспоминая всю сегодняшнюю ситуацию от начала до конца. Теперь ей казалось, что она зря пролила слёзы, это было глупым поступком. — Мне сложно этим делиться этим, но мы практически не знакомы, поэтому мы можем сначала представиться друг другу? — спросила светловолосая, смотря в глаза астрологу. Мона кивнула, её глаза засверкали. Она любила заводить новых друзей, но у неё это плохо получалось, ибо никому не было дела до какой-то девушки, у которой из увлечений только небо и звёзды. Её часто называли странной за любовь к астрологии, она была буквально зависима от неё. Когда в жизни девушки появилась Эми, жить стало проще, ведь та не стала слушать глупые слухи о Мегистус, а заглянула ей в душу. — Я — Мона Мегистус, — гордо сказала Мона с улыбкой на лице — я очень сильно люблю астрологию, но это не так важно сейчас. — Я — Люмин, фамилию не обязательно знать. Неловкое молчание снова наступило, но светловолосая резко прекратила эту неловкую паузу. — Сегодня мой любимый человек сказал ужасные вещи для меня, которые сломали меня изнутри, — расстроенно продолжала свою историю Люмин, — при своих «друзьях» он сказал, что не любит меня, но любит мою подругу. Глупо, да? Улыбка с лица астролога тут же пропала, она сразу поняла, что тут что-то неладное. Как любимый человек может так поступить с тем, кто ему дорог до глубины души? Что не так с этим мальчишкой? Девушка понимала, что сейчас стоит помолчать немного, чтобы другая могла продолжить свою историю. — Он при всех назвал меня «игрушкой», сказав, что находится в отношениях с моей лучшей подругой, — она снова тяжело вздохнула, но продолжила, — он ничего не сказал мне, хотя смотрел мне прямо в глаза. Какая же я всё-таки глупая! Люмин взялась руками за голову, пытаясь найти хоть какую-то связь между отношением Казухи и его словами. Будто это было два разных человека, может он показал своё истинное лицо, которое долгое время скрывал. — Я понимаю, что тебе сейчас трудно, но ты должна взять себя в руки, — сказала Мона, пытаясь как-то подбодрить «незнакомку», — ты должна поговорить с ним наедине, думаю это поможет как-то разобраться во всём. «Незнакомка» убрала руки с головы, повернулась к астрологу, взяв её за руки, улыбнулась. А ведь и в правду, она даже не пыталась с ним как-то поговорить на этот счёт, а сразу опустила руки и лишь разревелась у всех на глазах. Где она потеряла себя в тот момент, что не смогла отреагировать на эту ситуацию иначе. Как вообще Лилит смогла поступить с ней, почему она не говорила об своих чувствах к Казухе? — А ты ведь права, тут явно что-то не так, — воодушевлённо произнесла девушка. — Только не пытайся его оправдать, хорошо? — Хорошо, но я точно докопаюсь до истины.

***

Мона смотрела на своё отражение в зеркале, рассматривая себя. — Ну и почему этот глупый Скарамучча сегодня утром так поступил, — злобно сказала девушка, продолжая разглядывать себя. Она начала строить глупые мордашки и кривляться прямо перед зеркалом, чтобы хоть как-то поднять себе настроение. Но её кривляния прервал звук уведомления, девушка посмотрела в сторону мобильного телефона с удивлением: кому она была нужна в 12 часов ночи? Она взяла телефон в руку, смотря на уведомление. // Scaramouche(@kunikuzushi): ты меня впустишь, если я сейчас приду? // — Ничего себе, то есть утром вёл себя странно, ну а сейчас решил прийти. Мегистус находилась в недоумение от действий парня. // Mona(@monam): Если ты уйдёшь так же, как утром — то нет! Scaramouche(@kunikuzushi): не злись ток, тебе не идёт это. так я зайду? Mona(@monam): Ну попробуй :) Scaramouche(@kunikuzushi): я стою за твоей входной дверью, открой пожалуйста // Девушка задумалась: всё ли нормально? почему он в такой поздний час стоит за её входной дверью? — Странно это всё, — пробубнила под нос себе астролог, выходя из ванны. Она направилась в сторону входной двери, открыв её, лицо девушки приняло удивление. Мона закрыла рот руками от удивления. Лицо парня было в ссадинах, под правым глазом «красовался» фингал, губа Скарамуччи была разбита на вид несколько часов назад, но кровь начала «застывать» только сейчас. Его одежда была в грязи, где-то даже порвана. — Что с тобой произошло? — с ужасом спросила девушка, — тебе нужен врач. я позвоню. — Давай без врачей только, — сказал Скарамучча. — Тогда я быстро за домашней аптечкой, проходи на кухню, — произнесла с волнением Мона, убежав в ванну за нужной ей аптечкой. Скарамучча закрыл за собой дверь, аккуратно снял обувь и направился на кухню, слегка прихрамывая.