14. stand up for my home
20 декабря 2021 г., 13:52
Здание прокуратуры Токио было почти пустым. В окна стал пробиваться оранжевый свет, солнце выглядывало из-за сотни пушистых облаков.
Харука, довольная собой, начала прибираться на столе. Она сложила все подшитые дела на полку, а новые оставила на краю стола. Затем выключила компьютер и переодела домашние тапочки на туфли.
На телефон поступило сообщение от Бокуто. Харука с улыбкой читает его. Бо уже приехал и ждёт ее снаружи.
Она надевает пиджак, берет сумку и выходит из кабинета. Идёт по коридору, к своей начальнице, чтоб сообщить о том, что закончила работу.
Стеклянная дверь отварилась с лёгким скрипом. Харука вошла в кабинет и замела. Ее губы приоткрылись, но сказать она ничего не успела.
Сердце пропустило удар, ладони вмиг похолодели до кончиков пальцев.
– Амиядзава-сан? – тихо выдавила из себя Шимамура и сделала несколько неуверенных шагов вперёд.
Главный прокурор сидела в кресле, да вот только голова женщины была опущена на стол. Волосы, ранее заплетенные в аккуратную сдержанную причёску, растрепались. Харука чуть наклонилась издалека, подходить совсем близко не решалась. Из-за большой именной таблички, что стояла на краю стола, она увидела медленно разрастающуюся лужицу крови, что окрашивала рядом лежащие бумаги.
Харука подавляет крик, зажимает ладонью рот и рефлекторно делает пару шагов назад. Затем лезет в сумочку и дрожащими руками набирает Бокуто.
***
– Вот, что случилось. – тихо бормочет Харука. – Мы оставили все как есть. – Только мельком осмотрели помещение. Сейф был вскрыт и опустошён. Забрали какие-то бумаги. Ещё и окно было открыто. – добавляет Бокуто, наливая своей девушке чай. Куроо присвистнул и перекатил зубочистку в левый уголок рта. – Значит, – со знанием дела говорит он, – Убийца работал с глушителем, раз никто ничего не слышал. – Верно. – кивает ему Акааши. Пока парни выдвигали версии и обсуждали убийство, Харука неотрывно смотрела в глаза Ризе. Их гляделки продолжались около минуты, потом Ризе кивнула и сказала: – Да, ты права. Бокуто вскинул брови. – Это что? Телепатия? – искренне удивляется он. – Нет, это Накаяма Мари. – поясняет Ризе, но Котаро ее все равно не понял. – Думаешь? – спросил ее Акааши. – Почему? – Однажды мы с Харукой сидели у неё в офисе вечером, помнишь я рассказывала. – проговорила Тендо. – И мы видели как моя мама пришла к главному прокурору. – Понимаю к чему ты клонишь. – Акааши скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. – Это может быть проблемой. Хотя это и все объясняет. Не так-то просто провернуть убийство в прокуратуре, тем более не абы кого, но главного прокурора. А если Мари-сан была с ней до этого в партнёрских отношениях, то через пост охраны убийцу легко могли пропустить. – Думаете, они о чём-то не договорились? – предположил Куроо. Суна закрыл ноут и лениво уставился на него. – Вряд ли это было предупреждение для нас. Мари думает, что Ризе улетела. Это уже их личные войны. Харука вздохнула и приложила ладонь ко лбу. – Возможно нас это и правда не касается, но такие ситуации пугают. Будто в здании все было подготовленно для этого убийства. Охрана вела себя как обычно. И когда я проходила через них, то заметила, что камеры не работали. А убийца, наверное, скрылся через окно. Это очень странно. – Ты права. – согласился Куроо. – У якудза могут быть свои связи с законом. Кто бы это из мафии ни был, он прекрасно понимал, как провернуть убийство в прокуратуре. Тут Осаму поднимается на ноги и обращает на себя внимание. – Раз это нас не касается, предлагаю перейти к следующему вопросу и не терять время. Мне нужно вам кое-что сказать. – спокойным тоном начал он. – Мы хотели нанести ответный удар, так? Бокуто вскочил и восторженно сжал кулаки: – Контратака как в волейболе! – Ага, – улыбается Саму. – Так вот. У меня есть идея. Он лезет в передний карман фартука и достаёт буклет. Но тут дверь заведения отворяется и на пороге появляется взъерошенный Атсуму. – Какого хрена вы начали без меня?! – А где ты был, Тсуму-Тсуму? – спрашивает Бокуто. – Навещал вашу Ивасаки! Он встает рядом с братом и вырывает буклет из его рук. – А вот это, – он размахивает бумажкой, – Моя идея! – Как там Ивасаки? – прерывает его обиженые речи Ризе. Атсуму проводит рукой по волосам и садится на стул, показывая все своё недовольство, что посыльным к этой женщине выбрали именно его. – Она живет у подруги в префектуре Сайтама. Чувствует себя нормально и не высовывается. Я принёс ей продукты и витамины от врача, как ты и просила. Выглядит она лучше, чем раньше. – безразлично говорит он. – Это хорошо. – вздыхает Харука. – Ну, что там у вас? – напоминает Куроо. – Что за бумажка? Атсуму разворачивает буклет на столе и на лице его появляется хитрющая улыбка. – Короче. Губернатор Токио устраивает благотворительный вечер. Нам надо туда. Он обводит взглядом друзей, но не встречает понимания и разочарованно вздыхает. – Ты совсем не умеешь объяснять. – тихо говорит Осаму. – Главным спонсором на этом вечере выступает СиДжей Холдинг. Мари-сан будет там. И банда Раху, полагаю, тоже. Поэтому, если мы придём, то сможем провести красивую синхронную атаку. Куроо смеётся: – Что, волейбол не отпускает? – Захлопнись. – спокойно отвечает Саму. – Ты прав. Мы сможем пригрозить ей и этим якудза. – улыбается Ризе. – Открыто заявим о своём участии в игре. – Только есть одна проблема. – скептически бормочет Харука. – Нас не приглашали. Бокуто кладёт ручищу на спину Суны, от чего тот чуть не выплюнул легкие. – Ты сделаешь нам приглашения, верно? Суна кривится и аккуратно выползает из-под его руки. – Ну нет, увольте. – Почему? – спрашивает Осаму. Ринтаро встаёт на ноги и запихивает руки в карманы. – Я, по-вашему, что ли хакер мирового масштаба? Это почти невозможно. Я должен буду взломать систему и поменять имена семи людей на ваши. Думаете никто не заметит? Все замолчали. Аргумент весомый. – Вот именно. – довольно кивает Суна. – Единственный способ попасть внутрь — зайти через парадную дверь. Ризе фыркает: – Никто нас не пригласит. Мы не входим в верхушку богачей Токио. Тут Куроо элегантно застёгивает пуговицы на пиджаке и с улыбкой победителя поднимает свой хитрый зад со стула. – У меня есть такой человек. – У тебя? – недоверчиво кривится Атсуму. Куроо кивает и достаёт телефон. – Только Ризе не хочет, чтоб мы ещё кого-то впутывали… – говорит он. – Если ты пообещаешь, что этот человек просто сделает для нас пригласительные и больше ничего, то все в порядке. – поясняет она. – Но, кто это, бро? – спрашивает Бокуто, глупо моргая. – Козуме Кенма. Атсуму закатывает глаза. Куроо замечет это и хмыкает. – Не хочешь просить его о помощи, потому что он и так достаточно сделал для вашей команды, а, шакал? Тсуму ухмыляется и скрещивает руки на груди. – Вообще пофигу. Но я уверен, что его точно пригласили. У Кенмы дохрена бабла. А сам он на такие вечера не ходит. – Это да… Вы же видели? На нашей форме логотип его компании! – восторгается Бокуто. Ризе переводит дружелюбный взгляд на Куроо, мол, мы же друзья с тобой, и нет, я не говорила, что не доверяю тебе, не придумывай, просто позвони ему по-братски. Куроо самодовольно залезает в телефонную книгу, находит его номер и прислоняет айфон к уху. – Сделай на громкую. – просит Атсуму. – Зачем тебе? – тихо спрашивает его Ризе. – Хочу поржать. Куроо, не слыша их подколов, ставит вызов на громкую связь и кладёт телефон на стол. Гордости в нем через край. – Да. – сонным голосом отвечает Кенма. – Хей, Кенма! – бодро начал Куроо, – Как жизнь? – Куроо? Чего тебе? Тецуро немного опешил, но постарался сохранить лицо. – Послушай, нужна твоя помощь. Ты же приглашен на благотвори- Бип — звонок завершён. Кенма сбросил. Тут Атсуму просто вынесло, он смеялся как в последний раз, не забывая прихрюкивать и бить рукой о столешницу. – Аааа? – возмущается Куроо. – Вот чертяка! – Он наверное стримит по ночам, вот и решил дальше поспать. Все же полезнее, чем с тобой разговаривать. – тихо бормочет Осаму, но его голос звучит так, будто он тоже сейчас заржёт. – Так, спокойно. – нервно улыбается Куроо, – Пригласительные будут у меня. Не волнуйтесь. Он снова набирает своего бывшего связующего и выходит на улицу, чтоб больше не позорится. – Ладно, пока Куроо-сан прилагает все усилия, чтоб помочь нам, давайте обсудим все риски. — предлагает Акааши, снимая тугой галстук. Он нервничал, ведь они всей своей компанией собрались влезть в действительно опасное дело. – Так, – вздыхает Атсуму, – Давайте будем смотреть на это как на партию в волейбол. Первый сет, посредством запугивания Ризе, Мари-сан выиграла. У нас есть шанс показать себя на этом вечере. – Мы с Тецуро по слухам узнали основное убежище якудза. Это можно будет проверить по завершению мероприятия. Просто последуем за ними и все. – предложила Ризе. Харука ухмыльнулась. Она знала, что Тендо не будет сидеть сложа руки, и вот, не прошло даже суток, а она уже добыла ценную информацию. – Хм. – Акааши прикладывает палец к подбородку. – Тогда нашей первой целью будет посмотреть сколько их, и заявить о том, что мы знаем о связи Раху и СиДжей. Атсуму встаёт и начинает важно ходить туда-сюда. – Мы заявим об участии тем, что Ризе покажется на вечере. Мари-сан же думает, что она улетела. – произнёс он. – Акааши об этом и говорит. – закатывает глаза Осаму. – Что? Я не слышал. – Ты только свой мерзкий голос и слышишь. – У меня прекрасный голос! Суна уже приготовился снимать драку братьев на телефон, как вернулся Куроо. – Приглашения будут. Давайте тщательно подготовимся. – улыбается он. – Отлично. – кивает Акааши. – У нас есть неделя.***
Зайдя в дом Акааши, Ризе устало сбросила туфли и села на диван в гостиной. Она откинулась на спинку и прикрыла веки. Сегодня был тяжёлый день. Сначала проникновение в архив, потом встреча с Дайшо и в завершении они решили попасть на благотворительный вечер. Голова кругом. – Ты сегодня хорошо потрудилась. – говорит ей Кейджи, садясь рядом. Она улыбается не открывая глаз. – Это, знаешь ли, веселее чем сидеть в твоём офисе. – Да ну? Мне вот так не кажется. – бормочет он. – Мы многое упускаем… – Например? – Ризе открывает глаза и с лукавой ухмылкой смотрит на него. Акааши принимает ее игривое настроение и, развернувшись в пол оборота, закидывает локоть на спинку дивана. – Можно вместе ходить на обед, например. Ризе цокает. Это камешек в ее огород. – Ты о том дне, когда я не ответила на твоё письмо? Он кивает и ухмыляется. – А ещё можно вместе кофе пить в перерывах. – Кейджи не отрывает от Ризе глаз. Боже, она такая красивая. – Ты же ненавидишь кофе. – Если пить его с тобой, то люблю. Она смеётся. – Я поняла! Тебе нравится все что угодно, лишь бы с приставкой «вместе». Кейджи заражается ее смехом и кивает. – Это глупо, не так ли? Он смущается, и Ризе накрывает чувство нежности. Она вздыхает и чувственно, почти шепотом, говорит: – Вовсе нет. Это мило. Они смотрели друг другу в глаза слишком долго. И ещё это неловкое молчание… Ризе сдаётся первая и встаёт на ноги. – Я иду в душ. – Это приглашение пойти вместе? Ведь я только что подумал об этом. – Ещё чего… – хмыкает она, а у самой все ещё улыбка до ушей. – Это твоё «вместе» может быть неудобным иногда. Тем более, что в этом доме две ванные комнаты. Через пол часа они встретились на кухне. Волосы Акааши после душа были сырыми и взъерошенными больше чем обычно. Он стоял перед открытым холодильником и совсем не знал чего бы ему такого съесть. Ризе ухмыльнулась и, закутавшись в уютный кардиган прошла к плите. – Смотри, что у меня есть. – говорит она и показывает огромную плитку шоколада в крафтовой обертке. – Это Сатори сделал. Я подумала, что можно растопить его и попить горячего шоколада. Как тебе идея? Акааши с мягкой улыбкой кивает и подходит ближе. – Твой брат ничего не знает, верно? – он прислоняется спиной к тумбочке и скрещивает руки на груди. – Нет. Конечно, нет. – Ризе начинает топить шоколад, разламывая его на кусочки и кидая в кастрюлю, подливая молоко. – Он звонил мне несколько минут назад. Я ничем себя не выдала. Кейджи заметил, что она слегка погрустнела. Видимо, из-за звонка брата она вспомнила о его шоколаде. – Сатори больше всех был счастлив воссоединению семьи. Для него семья – самое ценное. Но он даже не знает, что сейчас здесь происходит. – виновато выдохнула Ризе. – Правда? – удивился Кейджи, вспоминая его только по дерзкой игре в волейбол. – Не думал, что он такой. Ризе приложила палец к губам и мечтательно улыбнулась. – Я помню один день, который полностью убедил меня в этом… Декабрь, 2016 год Говорят, что в Рождество всегда случаются чудеса. Сатори, думая об этом, довольный шёл домой, наблюдая за суетой вокруг. Все спешили к родным. И даже Мари обещала уйти с работы раньше. Почти каждая улочка была украшена к празднику; желтые огоньки освещали путь, из магазинов были слышны традиционные зимние песни, пахло елью, и снег, ватными хлопьями кружил в воздухе, медленно опадая на тротуары, волосы и ресницы. Попенкур отличался современными домами, просторными квартирами и огромной платой за коммунальные услуги. Но Сатори здесь нравилось, хоть он и переехал недавно. Зато насовсем. Здесь мама и Ризе. И французский шарм, что чувствовался даже если просто выглянуть в окно и взглянуть на парижан. Сатори был доволен, словно ребёнок получивший конфету, ведь сейчас в руках он нёс нечто очень приятное, кутая это в края бордового пальто — подарок для Ризе. Она будет счастлива. И он не меньше. И хоть в глубине души Сатори задумывался о своих эгоистичных порывах, но в народе так и говорят, что наглость второе счастье. Никто и не говорил какое первое, но ему было все равно. В сортах счастья он не разбирался. Поэтому дарить подарок сестре, понимая что это будет общее счастье, не являлось преступлением. Он отварил дверь и сразу пропел: – Я дома! Он снял обувь и нахмурился, никто не вышел его встречать. И тогда Сатори, прижимая подарок к груди, зашёл на просторную кухню. – Ой, – удивился он. – Ты уже здесь, Вакатоши-кун. Ушиджима поставил нужную температуру на духовке и выпрямился, поворачиваясь к другу. – А где Ризе? – Она уснула. – ответил Вакатоши. – Что это у тебя? Сатори заулыбался и достал руку из-под края пальто, показывая ему щенка кокапу. Ушиджима моргнул пару раз и удивлённо, насколько он вообще может удивиться, уставился на друга. – Собака. – Ага. – довольно кивает Сатори. – Подержи, я сниму верхнюю одежду. Вакатоши взял щенка на руки и тот сразу оживлённо загавкал, радуясь и вертя маленьким хвостиком. – Классно я это придумал, да? – возвращается из прихожей Сатори. – Думаю, Ризе понравится. – кивает Вакатоши и возвращает ему щенка. – Пойду, разбужу ее, обрадую. Сатори тихо вошёл в спальню и присел на край кровати. Ризе, укутавшись в плед, спала. Тёмные волосы нимбом были разбросаны по подушке, а между аккуратных бровей была складочка. Она в последние дни очень много спала, будто не хотела возвращаться в реальность. Будто во снах было лучше. Поэтому Сатори и решил подарить ей это чудо, чтоб Ризе оживилась. Он аккуратно опустил щенка на кровать и стал наблюдать, как он будит своего нового хозяина. От прикосновения сырого носа, Ризе хмыкнула, а когда ее щеку облизал шершавый язык — открыла глаза. Сатори почти подпрыгивал на месте, ожидая ее реакции. Ризе протерла глаза и медленно приподнялась на локте, осматривая щенка. – Сатори… я… – Счастливого Рождества! – радостно протянул он. – Это твой подарок! – Правда? – глаза ее заблестели. Ризе сразу взяла щенка на руки. – Ты шутишь! О, Боже! Какой он миленький. Щенок гавкнул и забрался к ней под плед. – Спасибо! – улыбалась Ризе. – Какой он очаровательный! – Как назовёшь? Она склонила голову набок и задумалась. Щенок светлого окраса, игривый и симпатичный до одурения, наверное, ему подойдёт кличка… – Зефирка! Сатори захлопал в ладоши. – Идеально! – А мама знает? – Конечно. – закивал Сатори. – Она должна купить корм. А завтра мы сходим и докупим все остальное. Ризе улыбнулась и погладила Зефирку по голове. – Эээх, это Рождество такое особенное! – выдохнул Сатори, – Я, ты, мама и Вакатоши-кун. О большем я и не мог мечтать. Все самые важные люди… В дверь комнаты постучали и на пороге показался Ушиджима. Он подошёл к кровати и с теплотой посмотрел на улыбающуюся Ризе. Сатори почувствовал себя лишним и со словами «пойду, проверю пирог!», умчался на кухню. Ризе поднялась на ноги и обхватила талию Вакатоши, прижимаясь к широкой груди щекой. На нем был глупый белый свитер с оленями и снежинками. Это она его заставила надеть, чтобы больше ощущать атмосферу праздника. – В последние дни я чувствую себя лучше. – пробормотала Ризе. Он пригладил ее волосы, пропуская пряди сквозь пальцы. – Наконец-то тебя все устраивает, да? – Угум, – протянула Ризе и поняла голову, чтоб заглянуть в его глаза, – Как и сказал Сатори, все главные люди рядом. – Семья — это нерушимая сила и поддержка. – подтвердил Вакатоши. – Пройдя все испытания, ты заслуживаешь счастья. Ризе улыбнулась и тут услышала, как открываются входные двери. – Это мама! – воскликнула она и подхватила Зефирку на руки. – Пойдём, поздороваемся, малыш! Они вышли в прихожую все вместе, чтоб встретить Мари. – Мама, смотри! – Ризе показывает ей щенка, а у самой глаза горят от восторга. – Боже, я и не думала, что он окажется настолько миленьким! Мари сняла верхнюю одежду и взяла Зефирку на руки. – Как же я хорошо придумал! – Сатори закидывает руку на Ризе и тянет ее вниз, от чего она еле удерживается на ногах. – Может, – подал голос Вакатоши, – Я вас сфотографирую? – Отличная мысль! Вакатоши-кун как всегда прав. – вопит Сатори и тащит всех в гостиную к украшенному рождественскому дереву. – Семейное фото — то, что нужно. – улыбнулась Мари, притягивая детей к себе. Ризе держала Зефирку, положив голову на плечо Мари, а Сатори обхватил маму обеими руками и поцеловал в щеку. – Один, два, три. – и их искренние улыбки были запечатлены навсегда в этой зимней счастливой фотографии. – Тендо-сан удивительный. – улыбнулся Акааши. – Но скажи, а как проходили первые годы вашей жизни там? – Правда хочешь знать? – усомнилась она, собирая все воспоминания, что были не совсем приятными для посторонних ушей. – Мне интересно все, что связанно с тобой. Кейджи жадный до новостей касающихся Ризе, глушил своё любопытство и не мог спросить Бокуто-сана, который с лёгкостью сумел бы тогда хоть что-то узнать о ней у Харуки. Да, это трусливо, но сейчас он не упустит возможности. – Восстановление после нескольких операций шло медленно, – начала Ризе, собирая неприятные воспоминания, – Сначала было сложно общаться с кем-либо, кроме семьи, и было больно оставлять все здесь, в Токио. Я не могла примириться с мыслью, что моя жизнь изменилась. Но когда меня выписали, мама отправила меня в школу. А через полтора года к нам переехал Сатори. Мы так и жили втроём. – она тепло улыбается. – Это было так весело и приятно. Кажется, в тот момент я начала понимать, что значит дружная семья. Мне ничего больше и не надо было. Ризе замолчала. Она не могла понять, как их семья стала такой? Теперь они все по отдельности. Скрывают друг от друга правду и даже воюют. – А потом я поступила в университет. Решила заняться рисованием. – Почему ты выбрала именно это направление? — с неподдельным интересом спросил Кейджи. У него в уме не складывалось, как она стала рисовать, ведь это кропотливый труд, а Ризе никогда не была усидчивой. – О, это очень глупо получилось. – смеётся Ризе. – Мы с Сатори гуляли по мосту Александра III. Там обычно много художников сидит, и я засмотрелась на холст одного из них. Это был будто гипноз. Такие краски и сочетание цветов. Он рисовал город, но видел его по-своему. Это и вдохновило меня. Очень по-детски, да? Акааши залюбовался ямочками на ее щеках и тоже растянул губы в улыбке. – Ни чуть. Очень даже круто. Ризе помотала головой и начала помешивать шоколад. – Ну, а… когда появился Ушиджима-сан? – осторожно спрашивает Акааши. – Ты правда хочешь знать? – Ризе выгибает бровь. – Одна моя половина не хочет, но другая сгорает от любопытства. – признался он. – С переезда он почти всегда был рядом. И три года назад я все же увидела в нем что-то, что могу полюбить. Но недавно поняла, что мне этого недостаточно. И я не хочу… – она замолчала на секунду, подбирая слова, – Не хочу обманывать ни его, ни себя. Кейджи кивнул. Такой ответ его устраивал. Пока что. Он признавал, что до сих пор ревнует ее к Ушиваке. Не так сильно, конечно, но из-за их прошлого, ему было не по себе. Ризе достала кружки и разлила по ним горячий шоколад. – Держи. – Спасибо. Кейджи искренне удивился вкусу. Это было потрясающе. Тендо-сан действительно мастер своего дела. Акааши в жизни не пил ничего вкуснее, но на его восторги Ризе лишь засмеялась, ведь она уже давно привыкла к сладостям, что делал Сатори. – Ты правда готова сражаться против своей матери? – вдруг спросил Кейджи, допивая шоколад. – Мы не знаем, насколько сильно она подготовлена к таким атакам. На лице Ризе отразилась решимость. Ни капли сожаления или страха. – Это мы и поймем на вечере. Если хочешь узнать, что за оружие у твоего врага, заставь его им воспользоваться.
Примечания:
Kanye West — Closed on Sunday (супер атмосферная песня)
